Деяния
Добросовестный сервис покупок с кэшбеком до 10% в 1.200+ магазинах используют уже более 5.000.000 человек. Присоединяйся!
Христианская страничка
Лента последних событий
(мини-блог)
Видеобиблия online

Русская Аудиобиблия online
Писание (обзоры)
Хроники последнего времени
Українська Аудіобіблія
Украинская Аудиобиблия
Ukrainian
Audio-Bible
Видео-книги
Музыкальные
видео-альбомы
Книги (А-Г)
Книги (Д-Л)
Книги (М-О)
Книги (П-Р)
Книги (С-С)
Книги (Т-Я)
Фонограммы-аранжировки
(*.mid и *.mp3),
Караоке
(*.kar и *.divx)
Юность Иисусу
Песнь Благовестника
старый раздел
Интернет-магазин
Медиатека Blagovestnik.Org
на DVD от 70 руб.
или HDD от 7.500 руб.
Бесплатно скачать mp3
Нотный архив
Модули
для "Цитаты"
Брошюры для ищущих Бога
Воскресная школа,
материалы
для малышей,
занимательные материалы
Бюро услуг
и предложений от христиан
Наши друзья
во Христе
Обзор дружественных сайтов
Наше желание
Архивы:
Рассылки (1)
Рассылки (2)
Проповеди (1)
Проповеди (2)
Сперджен (1)
Сперджен (2)
Сперджен (3)
Сперджен (4)
Карта сайта:
Чтения
Толкование
Литература
Стихотворения
Скачать mp3
Видео-онлайн
Архивы
Все остальное
Контактная информация
Подписка
на рассылки
Поддержать сайт
или PayPal
FAQ


Информация
с сайтов, помогающих создавать видеокниги:

Подписаться на канал Улучшенный Вариант: доработанная видео-Библия, хороший крупный шрифт.
Подписаться на наш видео-канал на YouTube: "Blagovestnikorg".
Наша группа ВКонтакте: "Христианское видео".

Деяния Святых Апостолов

Христос - основа, Церковь - средство, а Дух Святой - сила.
У. Грехем Скрогги

Оглавление

Глава 20; Глава 21; Глава 22; Глава 23; Глава 24; Глава 25; Глава 26; Глава 27; Глава 28.

Глава 20

20,1 Стих 1 как будто утверждает, что из Ефеса апостол направился непосредственно в Македонию. Однако из 2 Коринфянам мы узнаем, что сначала он пошел в ТРОАДУ. Там он нашел отверстую дверь для проповеди Евангелия, но основной его целью было встретиться с Титом и узнать, как коринфяне восприняли первое послание. Не найдя Тита в Троаде, Павел, направляясь в МАКЕДОНИЮ, пересек северо-восточную часть Эгейского моря. Без сомнения, он высадился в НЕАПОЛЕ, а затем отправился вглубь материка, в ФИЛИППЫ. В Македонии, возможно в Филиппах, Павел встретился с Титом и получил от него обнадеживающие новости из Коринфа. Вероятно, именно в это время он написал Второе послание к Коринфянам (56 г. н.э.). (См. 2 Кор. 1,8-9; 2,12-14; 7,5-7.)
20,2-3 Проведя некоторое время в служении в Македонии, Павел отправился на юг, в ЕЛЛАДУ, или АХАИЮ. Большую часть трех месяцев, которые апостол пробыл там, он, без сомнения, провел в КОРИНФЕ и именно в это время написал Послание к Римлянам. Некоторые исследователи считают, что в это время также было написано Послание к Галатам.
20,3 Первоначально Павел планировал отправиться прямо из Коринфа, через Эгейское море, в Сирию. Но когда он узнал, что иудеи сговорились убить его по дороге, он изменил свой маршрут и направился снова на север, через МАКЕДОНИЮ.
20,4 Здесь мы знакомимся с некоторыми спутниками Павла. В этом сти хе утверждается, что они сопровождали его лишь до Асии, но мы знаем, что некоторые из них были вместе с Павлом даже в Риме.
Сосипатр Пирров, Вериянин, возможно, был тем самым Сосипатром, родственником Павла, который упоминается в Римлянам 16,21.
Аристарх из Фессалоники, который едва не погиб во время мятежа в Ефесе (Деян. 19,29). Позднее упоминается, что он вместе с Павлом был заключен в темницу в Риме (Филим. 23; Кол. 4,10).
Секунд, также уроженец Фессалоник, сопровождал Павла до Асии, вероятно до Троады или Милита.
Гаия Дервянина не следует смешивать с македонянином, который был схвачен толпой в Ефесе (Деян. 19,29). В НЗ упоминается еще об одном Гаие -жителе Коринфа, в доме которого останавливался Павел, когда был там (Рим. 16,23). Третье послание Иоанна адресовано человеку по имени Гаий, вероятно жившему в каком-то городе недалеко от Ефеса. Имя Гаий было широко распространено.
Тимофей не только сопровождал Павла до Асии, но был с ним и в Риме во время первого его заключения. Впоследствии он путешествовал вместе с Павлом по проконсульской Асии. Во Втором послании к Тимофею Павел выразил желание вновь увидеться с ним, но мы не знаем, сбылось ли оно когда-нибудь.
Тихик, уроженец Малой Асии, по-видимому, сопровождал апостола до Милита. Позднее он присоединился к Павлу в Риме и, как упоминается, трудился с ним вплоть до (и во время) его второго заключения.
Трофим, очевидно, был язычником, жившим в Ефесе в Малой Азии. Вместе с Павлом он пошел в Иерусалим и стал невольной причиной ареста апостола. Он также упоминается в 2 Тимофею 4,20.
20,5-6 По-видимому, вышеперечисленные семеро братьев отправились в Троаду раньше, а Павел и Лука тем временем посетили ФИЛИППЫ. (Мы считаем, что Лука был вместе с апостолом, поскольку в этом отрывке используется местоимение первого лица: "нас" в стихе 5, "мы" в стихе 6 и т.д.) После дней опресночных, или иудейской Пасхи, Павел и Лука отплыли из Македонии в Троаду. Обычно такое путешествие не занимало пяти дней. Такая задержка здесь никак не объясняется.
20,7-9 При сравнении стихов 6 и 7 кажется, что апостол намеренно ждал в Троаде семь дней, чтобы присутствовать на преломлении хлеба в воскресенье. Из стиха 7 совершенно ясно, что у первых христиан существовал обычай собираться в первый день недели и совершать Вечерю Господню.
То, что Павел говорил до полуночи, не должно вызывать у нас удивления. Когда накал духовной жизни Церкви велик. Дух Божий может не подчиняться владычеству времени. Ночь тянулась медленно, в горнице стало жарко и душно, чему, возможно, способствовали светильники, которых было довольно много, а также большое количество людей. Один юноша, именем Евтих, сидевший на открытом окне, уснул и камнем упал вниз, на землю. Он упал с третьего этажа и разбился насмерть.
20,10 Но Павел сошел вниз и распростерся над телом юноши, обнимая его, как некогда делали пророки. Затем он сказал людям, что им больше не стоит беспокоиться, так как Евтих жив. Из слов Павла может показаться, что беспокойство собравшихся было излишним, так как юноша не умер; душа его была все еще в нем. Но из стиха 9 ясно, что он действительно был мертв. Властью, данной апостолам, Павел чудесным образом воскресил его.
20,11-12 Когда Павел вернулся наверх, они преломили хлеб (ст. 11), то есть совершили Вечерю, ради которой и собрались (ст. 7). Затем они присту пили к общей трапезе, возможно, это была агапе, или вечеря любви. В раннехристианской Церкви хлебопреломлению сопутствовала трапеза, в которой принимала участие вся община, но постепенно эта традиция прекратилась, так как начались злоупотребления (1 Кор. 11,20-22).
После этого собрания, продолжавшегося всю ночь и ставшего незабываемым, апостол попрощался с троадскими христианами.
20,13-15 Павел оставил Троаду и прошел пешком около тридцати километров через перешеек в АСС. Его спутники обогнули мыс морем и взяли его на корабль на южной стороне. Возможно, он хотел побыть некоторое время в одиночестве, чтобы поразмышлять над Словом Божьим.
Плывя на юг вдоль западного побережья Малой Азии, они сначала прибыли в МИТИЛИНУ, главный город острова ЛЕСБОС. Следующим вечером они стали на якорь у острова ХИОС. Еще один день плавания - и они оказались на острове САМОС и побывали в ТРОГИЛЛИИ. Наконец путешественники прибыли в МИЛИТ, порт на юго-западном побережье Малой Азии, в пятидесяти четырех километрах к югу от Ефеса.
20,16 Павел намеренно не зашел в Ефес, так как боялся, что это может его надолго задержать, а он спешил, чтобы ко дню Пятидесятницы попасть в Иерусалим.
20,17 Высадившись в Мшите, Павел послал в Ефес к пресвитерам, прося их прийти к нему. Прошло какое-то время, прежде чем они получили послание, и им понадобилось время, чтобы дойти до Милита. Однако они были вознаграждены великолепной речью, прозвучавшей из уст великого апостола. В ней изображен прекрасный портрет идеального служителя Господа Иисуса Христа. Мы видим человека, безраздельно преданного Спасителю. Он трудился неустанно, был неутомим и неустрашим. Его отличало истинное смирение. Никакое испытание не было для него слишком великим. Его служение исходило из глубины сердца. Он был бесстрашен и исполнен святого дерзновения. Для него неважно было, будет он жить или умрет, но важно, чтобы исполнялась Божья воля и люди слышали Благую Весть. Все его поступки были бескорыстны. Он предпочитал давать, а не принимать. Трудности его не пугали. Он на практике осуществлял то, о чем проповедовал.
20,18-19 Апостол напомнил ефесским пресвитерам о том, как он жил, когда был с ними. С первого дня, проведенного в Асии, и все время, пока он там находился, он служил Господу с искренним смиренномудрием и самоотверженностью. В служении Павла возникали ситуации, которые держали его в постоянном эмоциональном напряжении; были слезы, скорби и искушения. Постоянно он подвергался гонениям по злоумышлениям иудеев. И тем не менее, несмотря на все эти неблагоприятные обстоятельства, его служение было мужественным и бесстрашным.
20,20-21 Павел не утаил от ефесян ничего, что могло бы быть полезным в их духовной жизни. Он проповедовал им всенародно и по домам, побуждаемый к этому любовью Христовой. То есть он не проводил собрания время от времени, а использовал всякую возможность, чтобы способствовать духовному росту христиан. Обращаясь ко всем, независимо от национальности или предыдущего религиозного опыта, он проповедовал о необходимости покаяния перед Богом и веры в Господа нашего Иисуса Христа. Таковы два самых важных элемента Евангелия. В каждом обращении, если оно искреннее, присутствуют и покаяние, и вера. Это две стороны одной медали. Если человек не покаялся должным образом, спасительная вера невозможна. С другой стороны, покаяние было бы бесполезным, если бы за ним не следовала вера в Сына Божьего. Покаяние -это переворот в душе грешника, признающего, что он обречен на гибель, и склоняющегося перед судом Божьим. Вера - это решение обратиться к Христу, приняв Его как Господа и Спасителя.
Во многих стихах НЗ утверждается, что единственным условием спасения является вера. Однако вера предполагает покаяние. Как может человек искренне уверовать в Христа как Спасителя, если он не осознал еще, что нуждается в Спасителе? Понимание своей нужды, к которому приводит грешника Дух Святой, и есть покаяние.
20,22-23 Напомнив о том, как он вел себя среди ефесян в прошлом, апостол теперь заглядывает в будущее, говоря о страданиях, ожидающих его. Дух побуждал его идти в Иерусалим. Его звал туда внутренний голос, которому, очевидно, он не мог не повиноваться. Хотя ему не было точно известно, какой оборот примут события в Иерусалиме, он знал, что узы и скорби станут его уделом. Дух Святой свидетельствовал ему об этом по всем городам, может быть, устами пророков или непосредственно ему самому в откровении, ниспосланном свыше.
20,24 Обдумывая это пророчество, Павел не считал, что стоит принять во внимание опасность, угрожающую его жизни. Его цель - повиноваться Богу и быть угодным Ему. Если бы для исполнения этой цели от него потребовалось принести в жертву свою жизнь, он был готов сделать это. Не было такой жертвы, на которую он не пошел бы ради Того, Кто умер за него. Единственно важным для него было совершить свое поприще и завершить служение, которое он принял от Господа Иисуса, проповедать Евангелие благодати Божьей. Никакими другими словами невозможно лучше выразить суть Благой Вести, которую проповедовал Павел: Евангелие благодати Божьей. Это радостная весть о незаслуженной милости Божьей по отношению к преступным, нечестивым грешникам, которые достойны лишь вечного пребывания в аду. Это весть о том, как возлюбленный Божий Сын спустился с сияющих небес, где царит высочайшее блаженство, чтобы пострадать, пролить Свою Кровь и умереть на Голгофе, дабы те, кто уверует в Него, могли получить прощение грехов и жизнь вечную.
20,25-27 Павел был уверен, что больше никогда не увидит своих возлюбленных ефесских братьев, но его советь была перед ними чиста, так как он знал, что не упустил ни единой возможности открывать им всю волю Божью. Он учил их не только основам Евангелия, но и всем истинам, необходимым для праведной жизни.
20,28 Так как ему не суждено было еще раз встретить этих пресвитеров на земле, он возложил на них священное обязательство прежде всего блюсти чистоту собственных душ. Лишь живя в общении с Господом, они могли быть духовными вождями церкви.
Как пресвитеры, они должны внимать всему стаду, в котором Дух Святой поставил их блюстителями. Как уже упоминалось выше, блюстители в НЗ также называются епископами, старейшинами и пресвитерами. В этом стихе подчеркивается, что пресвитеры не назначаются и не избираются поместной общиной. Их поставил блюстителями Дух Святой, и это должны признавать все христиане, среди которых они трудятся.
Кроме этого, они должны пасти Церковь Бога. Важность этой задачи подчеркивается в следующих словах: "...которую Он приобрел Себе Кровию Своею". Последнее выражение стало причиной многих дискуссий и споров среди толкователей. Проблемным пунктом в нем стало утверждение, что Бог пролил Свою Кровь. Однако Бог -это Дух (т.е. имеет нематериальную сущность). Свою Кровь пролил Господь Иисус, и хотя Иисус и является Богом, тем не менее нигде в Библии не говорится, что Бог пострадал и умер.
В большинстве манускриптов написано: "Церковь Господа и Бога, которую Он приобрел Себе Кровью Своею". Из этих слов следует, что пролившей Свою Кровь была вторая Божественная Личность (Господь).
Так называемый Эльберфельдский перевод Библии стоит, пожалуй, ближе всех к подлинной сути настоящего отрывка, выражая ее словами: "Церковь Божья, которую Он приобрел Себе Кровью Своего собственного (Сына)". Бог здесь представлен искупителем Церкви, совершившим это искупление Кровью Своего Сына, благословенного Господа Иисуса.
20,29-30 Павел хорошо знал, что по его отшествии Церковь будет подвергаться атакам и извне, и изнутри. Лжеучителя, волки в овечьих шкурах, будут безжалостно терзать стадо. И внутри самой Церкви люди будут домогаться высокого положения, искажая истину и пытаясь увлечь учеников за собою.
20,31 Ввиду этих грозящих опасностей пресвитеры должны быть настороже и постоянно помнить, как три года Павел предостерегал их день и ночь со слезами.
20,32 Теперь Павел мог лишь предать их Богу и слову благодати Его. Заметьте, что он передавал их не в руки других людей, предполагаемых апостольских преемников. Он вверял их, скорее. Богу и Библии. Это красноречивое свидетельство достаточности богодухновенного Писания. Именно оно может назидатъ христиан и дать им наследие со всеми освященными.
20,33-35 В завершение своей речи апостол Павел еще раз вернулся к примеру своей собственной жизни и служения. Не кривя душой, он мог сказать, что ни от кого не пожелал ни серебра, ни золота, ни одежды. Не стремление улучшить свое материальное положение побуждало его к труду ю имя Господа. В сущности, в материальном отношении он был бедняком, но общение с Богом делало его богачом. Протянув к ним свои руки, он мог напомнить им, что эти руки много потрудились, чтобы обеспечить нужды и его самого, и бывших при нем. Более того, он работал, изготовляя палатки, чтобы иметь возможность помогать слабым - больным, слабым морально или духовно. Пресвитеры должны помнить это и, что бы они ни делали, заботиться прежде всего о благе других, памятуя о словах Господа Иисуса: "Блаженнее давать, нежели принимать". Интересно, что этих слов нашего Господа нет ни в одном из Евангелий. Они действительно являются сутью Его учения, но здесь приводятся как богодухновенное дополнение к Его словам в Евангелиях.
20,36-38 В конце своей проповеди Павел опустился на землю и, преклонив колена свои, помолился с пресвитерами. Для них это были минуты глубокой скорби. Они проявили свою привязанность к любимому ими апостолу, падая на выю Павла и целуя его. Особенно печалило их то, что, как Павел сказал им, они уже не увидят лица его. С тяжелым сердцем они провожали его до корабля, на котором он отправился в Иерусалим.

Глава 21

21,1-4 После трогательного, полного любви прощания в Милите Павел и его спутники пристали к острову КОС, где провели ночь. На другой день они продолжили свой путь на юго-восток, к острову РОДОС. Отплыв от северной оконечности острова, они направились на восток, в ПАТАРУ - морской порт Ликии, находившийся на южном побережье Малой Азии. В Патаре они пересели на корабль, следовавший в Финикию, прибрежную область Сирии, протянувшуюся узкой полосой вдоль моря, одним из основных городов которой был Тир. Пересе кая Средиземное море в юго-восточном направлении, они обошли вокруг южной оконечности острова Кипр, оставив его слева. Первым портом назначения на материке, в Палестине, был ТИР. Так как там надлежало сложить груз с корабля, Павел со спутниками смогли навестить местных христиан и пробыли с ними семь дней.
21,4 Именно тогда эти христиане по внушению Духа говорили Павлу, что ему не следует ходить в Иерусалим. Это вновь поднимает давний вопрос: был ли приход Павла в Иерусалим сознательным неповиновением; сделал он это невольно, не сумев предугадать намерение Господа, или же, отправившись туда, поступил согласно воле Божьей? При невнимательном чтении стиха 4 может показаться, что апостол был своеволен и упрям, открыто не повинуясь Духу. Однако при более внимательном прочтении становится ясно, что на самом деле Павел не знал, что эти предупреждения исходили от Духа. Лука, как историк, сообщает читателям, что советы тирских учеников были богодухновленными, но он не утверждает, что апостол знал об этом. Кажется гораздо более вероятным, что Павел истолковал этот совет друзей как продиктованный желанием спасти его от физических страданий или даже смерти. Любя соотечественников-иудеев, он не считал важным принимать во внимание свою личную безопасность.
21,5-6 Когда эти семь дней прошли, все тирские христиане вышли на берег проводить миссионеров, что красноречиво свидетельствует об их христианской любви. После молитвы и трогательного прощания корабль отошел от пристани, а оставшиеся на берегу возвратились домой.
21,7 Следующим местом стоянки была ПТОЛЕМАИДА, морской порт, расположенный приблизительно в сорока километрах к югу от Тира и теперь известный как г. Акко, возле Хайфы. Он был назван в честь Птолемея. Однодневная стоянка позволила служителям Божьим навестить местных братьев.
21,8 На другой день начался последний этап их морского путешествия -они прошли еще около шестидесяти двух километров на юг, в КЕСАРИЮ, расположенную в долине Шарон. Там они остановились в доме Филиппа благовестника (не следует путать с апостолом, носившим то же имя). Это тот Филипп, которого иерусалимская церковь избрала дьяконом и который благовествовал в Самарии. Его наставления способствовали спасению евнуха-ефиоплянина.
21,9 У Филиппа были четыре дочери девицы, пророчествующие. Это означает, что Святой Дух одарил их способностью получать послания непосредственно от Господа и передавать их другим. Некоторые делают из этого вывод, что женщины имеют право проповедовать и учить в Церкви. Но поскольку в Писании ясно сказано, что женщинам запрещено проповедовать, говорить или властвовать над мужчинами в собрании (1 Кор. 14,34-35; 1 Тим. 2,11-12), отсюда можно сделать единственный вывод: пророческое служение этих четырех дочерей девиц осуществлялось дома или на внецерковных собраниях.
21,10-11 Когда Павел пребывал в Кесарии, пришел из Иудеи некто пророк, именем Агав. Это был тот же самый пророк, который пришел в Антиохию из Иерусалима и предсказал голод, случившийся во время правления Клавдия (Деян. 11,28). Теперь он взял пояс Павлов и связал им себе руки и ноги. Как и многие другие пророки до него, он не просто произносил свое пророчество, а представлял его в действии. Затем он объяснил смысл своих действий. Так же, как он связал себе руки и ноги, так и иудеи в Иерусалиме свяжут руки и ноги Павла и предадут его в руки властителей - язычников.
Служение Павла иудеям (символом которого был пояс) приведет к тому, что они же и схватят его.
21,12-14 Когда спутники апостола и кесарийские христиане услышали это, они просили, чтобы он не ходил в Иерусалим. Но Павел не разделял их беспокойства. Их слезы лишь разбивали его сердце. Мог ли страх оков и тюрьмы удержать его от осуществления того, что он считал Божьей волей? Они должны были знать, что он готов не только быть узником, но умереть в Иерусалиме за имя Господа Иисуса. Все уговоры оказались бесполезными. Он твердо решил идти, и потому они просто сказали: "Да будет воля Господня!"
Трудно поверить, что слова, сказанные на прощание Павлом, говорил человек, который сознательно не повиновался водительству Духа Святого. Мы знаем, что ученики в Тире предсказали по внушению Духа, что ему не следует идти в Иерусалим (ст. 4). Но знал ли Павел о том, что они говорили по внушению Духа? И не кажется ли, что Господь одобрил его путь в Иерусалим, когда сказал: "Дерзай, Павел, ибо как ты свидетельствовал о Мне в Иерусалиме, так надлежит тебе свидетельствовать и в Риме" (23,11)? Ясно следующее: во-первых, служа Господу, Павел не руководствовался соображениями личной безопасности. Во-вторых, Господь направлял события так, чтобы они послужили к Его славе.
21,15-16 Чтобы попасть из Кесарии в Иерусалим, нужно было пройти по суше восемьдесят километров - по тем временам долгий путь. Число сопровождавших апостола увеличилось, так как к ним присоединились некоторые ученики из Кесарии, а также брат-христианин по имени Мнасон. Родом с Кипра, он был там одним из первых христиан. Теперь он жил в Иерусалиме, и ему выпала честь принимать у себя апостола и его спутников во время последнего посещения Павлом Иерусалима.
С прибытием Павла в Иерусалим фактически заканчиваются его миссионерские путешествия. Оставшаяся часть книги Деяний повествует о его аресте, суде над ним, пути в Рим, суде и заключении там.
21,17-18 По прибытии в Иерусалим апостол и его товарищи были сердечно приняты братьями. На следующий день назначили встречу с Иаковом и всеми пресвитерами. Невозможно точно сказать, который Иаков упоминается здесь. Быть может, это был брат Господа нашего, или сын Алфея, или другой человек, носивший это имя. Наиболее вероятно первое.
21,19-20 Павел открыл собрание, рассказав подробно, что сотворил Бог у язычников служением его. Его рассказ вызвал немалую радость.
21,20-22 Однако иудейские братья были встревожены. По городу ходили слухи, что апостол Павел проповедовал и учил против Моисея и закона. Это могло вызвать беспорядки в Иерусалиме.
Суть обвинения, выдвинутого против Павла, состояла в том, что он учил всех иудеев, живших в других землях, отступлению от Моисея, говоря им, чтобы они не обрезывали детей своих и не поступали по иудейским обычаям. Действительно ли Павел учил этому?
Он действительно проповедовал, что Христос - конец закона, к праведности всякого верующего. Он действительно учил, что как только в жизнь уверовавшего иудея приходит Христос, закон на него более не распространяется. Он утверждал, что если человек принял обрезание, чтобы оправдаться, он лишил себя возможности обрести спасение во Христе Иисусе. Он учил, что возвращение к символам и теням закона после прихода Христа оскорбляет Его. Принимая это во внимание, нетрудно понять, почему иудеи вынуждены были думать о нем так, как они думали.
21,23-24 Но у иудейских братьев в Иерусалиме был план, который, как они считали, умиротворит их соотечественников - и спасенных, и не спасенных. Они предложили Павлу дать иудейский обет. Четыре человека уже исполняли его. Павел должен был присоединиться к ним, очиститься с ними и оплатить их издержки. Ф. В. Грант объясняет:
"Пусть он возьмет этих четырех человек, которые, будучи христианами, как и он сам, тем не менее могли связать себя обетом назорейства, и, очистившись вместе с ними в храме, возьмет на себя расходы, связанные с этим очищением; и все это пусть он сделает публично, чтобы все могли ясно увидеть его отношение к закону". (Grant, "Acts", стр. 147.)
Мы почти не знаем, в чем заключался этот обет. Детали его покрыты мраком неизвестности. Но нам достаточно знать, что это был иудейский обет и что если бы иудеи увидели, как апостол исполняет обряды, связанные с ним, то, несомненно, убедились бы в том, что он не отвращает других от закона Моисеева. Это свидетельствовало бы о том, что сам апостол соблюдает закон.
Действия апостола, согласившегося дать иудейский обет, и оправдывались, и критиковались. В защиту Павла говорилось, что он действовал в соответствии со своим собственным принципом: для всех сделаться всем, чтобы спасти, по крайней мере, некоторых (1 Кор. 9,19-23). С другой стороны, Павел подвергается критике за то, что зашел слишком далеко в своем стремлении расположить к себе иудеев, создавая впечатление, что подчиняется закону Иными словами, Павла обвиняют в противоречии собственным утверждениям, что христианин не нуждается в законе ни для оправдания, ни для жизненного руководства (Гал. 1 и 2). Мы склонны согласиться с этой критикой, но считаем, что нужно быть очень осторожным, давая оценку мотивам, которыми руководствовался апостол.
21,25 Иерусалимские братья заверили Павла, что не считают нужным заставлять уверовавших из язычников соблюдать какие-либо другие правила, кроме предложенных на совещании в Иерусалиме, а именно: язычники должны воздерживаться от идоложертвенного, от крови, от удавленины и от блуда.
21,26 Сегодня смысл действий Павла нам неясен. Многие комментаторы считают, что это был обет назорейства. Но даже если это и так, мы все равно не понимаем значения различных этапов обряда, описанного в этом отрывке.

З. Арест Павла и суды над ним (21,27 - 26,32)

21,27-29 Когда семь дней обета уже оканчивались, выяснилось, что попытка Павла умиротворить иудеев оказалась тщетной. Когда некие неуверовавшие асийские иудеи увидели его в храме, они возмутили против него толпу. Они обвинили Павла не только в том, что его учение противоречит закону и направлено против иудейского народа, но и в том, что он осквернил храм, введя язычников во внутренний двор. На самом же деле произошло следующее: перед тем они видели в городе Павла с Трофимом. Трофим был обращенный в христианство язычник из Ефеса. Поскольку они видели их вместе, они думали, что Павел привел своего друга-язычника во внутренний двор храма.
21,30-35 Хотя было ясно, что обвинение ложное, оно все же подействовало. Волнения охватили весь город. Толпа, схватив Павла, повлекла его вон из храма, закрыв за собой двери во внутренний двор. На этом они не успокоились и намеревались убить его. Весть об этом дошла до хилиарха, тысяченачальника, возглавлявшего полк Антония. Он поспешил туда вместе с несколькими своими воинами, отнял Павла у разъяренной толпы, сковал его двумя цепями и спросил, кто он и что сделал. Толпа, разумеется, отвечала ему нестройно и бессвязно. Одни кричали одно, а другие другое. Так ничего и не узнав, военачальник повелел солдатам вести узника в крепость, где он разберется, что же на самом деле произошло. Попытке исполнить это приказание мешал народ, который ринулся вперед с такой решимостью, что воинам пришлось нести Павла вверх по лестнице.
21,36 Поднимаясь, они слышали слова, выкрикиваемые из толпы, слова, которые, возможно, некоторые из них слышали и раньше: "Смерть ему!"
21,37-39 В тот момент, когда они уже собирались ввести Павла в крепость, он попросил у тысяченачальника разрешения сказать ему нечто. Тот поразился, услышав, что Павел говорит по-гречески. Он, очевидно, решил, что арестовал египтянина, который произвел возмущение и вывел в пустыню четыре тысячи человек разбойников. Павел незамедлительно заверил его, что он иудей, гражданин небезызвестного киликийского города Тарса. Город этот был известен как центр культуры, образования и торговли и при императоре Августе провозглашен "свободным городом". С характерным для него бесстрашием апостол попросил позволения говорить к народу.
21,40 Разрешение было получено, и Павел, стоя на лестнице в окружении римских воинов, движением руки успокоил толпу. Наступило столь глубокое молчание, сколь яростными были крики толпы до того. Теперь Павел мог свидетельствовать иудеям в Иерусалиме.
Под термином "еврейский язык" здесь, вероятно, подразумевается арамейский язык (родственный древнееврейскому), на котором говорили в те времена евреи.

Глава 22

22,1-2 Апостол поступил мудро, обратившись к толпе иудеев на арамейском, а не греческом языке. Услышав свой родной язык, они были приятно удивлены, и их крики стихли, по крайней мере, на некоторое время.
22,3-5 Вначале Павел рассказал о своем происхождении: о том, что он иудеянин, родившийся в Тарсе Киликийском, что воспитывался он при ногах хорошо известного иудейского законоучителя Гамалиила и был наставлен в иудаизме. Особо подчеркнул он то, что был ревностным иудеем. Он гнал христианскую веру, бросая в темницы тех, кто веровал в Иисуса. Первосвященник и синедрион могли засвидетельствовать рвение и основательность, с которыми он делал это. Именно от них он получил письма, уполномочившие его идти в Дамаск и привести тамошних христиан в Иерусалим на истязание.
22,6-8 До сих пор иудеи могли понять все, что говорил Павел, и если бы они были честны сами с собой, то должны были согласиться с тем, что все это правда. Теперь апостол хотел рассказать им о событии, которое полностью изменило всю его жизнь. Им самим предстояло решить, произошло ли это по воле Божьей.
Когда Павел был в пути к Дамаску, осиял его великий свет с неба. Здесь впервые упоминается о том, что это произошло около полудня - то есть свет этот был более ярким и ослепительным, чем солнце в зените. Упав на землю, пораженный силой света, преследователь услышал голос с неба, говоривший: "Савл, Савл! что ты гонишь Меня?" Спросив, он узнал, что с неба с ним говорил Иисус Назорей. Назарянин воскрес из мертвых и был прославлен на небесах.
22,9 Люди, путешествовавшие вместе с Павлом, видели свет и слышали звук голоса (9,7), но не могли разобрать слов. Говоря точнее, они слышали шум, но не речь.
22,10-11 После этого разговора с Господом жизни и славы Павел обратился к Спасителю духом, душой и телом. Об этом свидетельствует его во прос: "Господи, что мне делать?" Господь Иисус направил его в Дамаск, и там он должен был получить указания. Павла, ослепленного сиянием славы Христовой, за руку привели в город.
22,12 В Дамаске к нему пришел Анания. Своим слушателям-иудеям Павел описывает его как мужа благочестивого по закону, одобряемого всеми иудеями, живущими в Дамаске. Свидетельство такого человека было важным подтверждением рассказа об обращении Павла.
22,13 Называя Павла братом Савлом, Анания приказал ему прозреть. Тогда Павел впервые увидел его.
22,14-16 Из стихов 14-16 мы, наконец, узнаем, что Анания сказал Павлу:
"Бог отцов наших предызбрал тебя, чтобы ты познал волю Его, увидел Праведника и услышал глас из уст Его, потому что ты будешь Ему свидетелем пред всеми людьми о том, что ты видел и слышал; итак, что ты медлишь? встань, крестись и омой грехи твои, призвав имя Господа (Иисуса)".
В этих стихах необходимо отметить несколько важных моментов. Во-первых, Анания утверждает, что события на пути в Дамаск произошли по воле Бога отцов наших. Для иудеев противиться тому, что произошло, значило бы противиться Богу. Во-вторых, Анания сказал Павлу, что он будет свидетелем Господу перед всеми людьми. Это должно было подготовить слушателей-иудеев к сообщению Павла о том, что он был послан к язычникам. Наконец, Павлу было сказано встать, креститься и омыть свои грехи.
Стих 16 неправильно используется для проповеди духовного возрождения во время совершения крещения. Возможно, стих этот касается Павла только как иудея, которому необходимо было отмежеваться от народа, отвергнувшего Христа, приняв водное крещение (см. комментарий к 2,38).
Более простое решение подсказывается грамматической конструкцией оригинала. В греческом тексте личный глагол, определяемый деепричастием, стоит в каждой половине стиха. Буквальный перевод звучал бы так: "Встав, крестись и омой грехи свои, призвав имя Господа". Идея, заложенная во второй части этой фразы, подтверждается библейским учением в целом (ср. Иоил. 2,32; Деян. 2,21; Рим. 10,13).
22,17-21 Из этих стихов мы впервые узнаем о том, что случилось с Павлом, когда его первый визит в Иерусалим после обращения уже подходил к концу. Молясь в храме, он пришел в исступление и услышал слова Господа, Который приказывал ему выйти скорее из Иерусалима, так как народ не примет его свидетельства о Христе. Апостолу казалось невероятным, что собственный народ откажется слушать его. В конце концов, они знали, каким ревностным иудеем он был до того; знали они и то, как он заключал в темницы и избивал учеников Иисуса и был соучастником убийства Стефана. Но Господь повторил Свой приказ: "Иди; Я пошлю тебя далеко к язычникам".
22,22-23 До этого иудеи слушали Павла спокойно. Но упоминание о благовествовании язычникам вызвало вспышку безумной ревности и ненависти. Толпа яростно кричала, требуя смерти Павла.
22,24-25 Когда тысяченачалъник увидел безумное неистовство, которое охватило народ, он решил, что Павел, должно быть, виновен в каком-то очень серьезном преступлении. Очевидно, он не понимал речи Павла, поскольку апостол говорил на арамейском, и решил пытками добиться от него признания. Поэтому он повелел ввести узника в крепость и привязать его ремнями для бичевания. Когда производились эти приготовления к бичеванию, Павел спокойно спросил центуриона, законно ли бичевать римского гражданина без суда. Ведь даже заковывать римского гражданина, до того как его вина будет доказана, считалось противозаконным. Бичевать же его было бы очень серьезным преступлением.
22,26 Сотник тут же подошел и посоветовал тысяченачальнику быть осторожным в своих действиях по отношению к Павлу так как этот человек римский гражданин.
22,27-28 Узнав об этом, тысяченачальник поспешил подойти к Павлу Спросив его об этом, он узнал, что апостол действительно был римским гражданином. В те времена стать римским гражданином можно было тремя способами. Во-первых, гражданство иногда давалось императорским указом как награда за оказанные услуги и подвиги. Во-вторых, можно было родитъся римским гражданином, как родился им Павел: он родился в Тарсе, свободном городе Римской империи, и его отец имел римское гражданство. Наконец, можно было купить гражданство, часто за очень большую цену. Так приобрел гражданство тысяченачальник, заплатив за него большие деньги.
22,29 Известие о том, что Павел римский гражданин, воспрепятствовало его бичеванию, вызвав страх у правителей.
22,30 Тысяченачальник, очевидно, стремился достоверно узнать, в чем обвиняют Павла иудеи. В то же время он твердо решил проводить расследование организованно и в рамках закона. Поэтому на следующий день после массовых волнений в Иерусалиме он приказал вывести Павла из тюрьмы и поставить его перед первосвященниками и синедрионом.

Глава 23

23,1-2 Представ перед синедрионом, Павел начал свое выступление с утверждения, что всю свою жизнь жил всею доброю совестью. Услышав это, первосвященник Анания пришел в ярость. Без сомнения, он считал Павла вероотступником и предателем. Как смел человек, отрекшийся от иудаизма и ставший христианином, делать подобные заявления? Потому первосвященник приказал бить узника по устам. Такой приказ был в высшей степени несправедливым, так как расследование еще только начиналось.
23,3 Павел не остался в долгу и ответил Анании, что его будет бить Бог за то, что он подобен стене подбеленной. Внешне первосвященник казался праведным и справедливым, душа же его была изъедена пороком. Он приказал бить Павла вопреки закону, тогда как долгом его было судить по закону.
23,4 Служители были шокированы язвительным замечанием апостола. Знал ли он, что говорит с первосвященником?
23,5 По какой-то неизвестной нам причине Павел действительно не знал, что Анания первосвященник. Синедрион был созван очень поспешно, и, возможно, Анания не надел одежды, указывающей на его положение. Возможно даже, что он сидел не на том месте, которое обычно занимал первосвященник. А может быть, причиной было слабое зрение Павла. Но какова бы ни была причина, Павел не намеренно злословил законным образом назначенного правителя. Он тут же извинился за свои слова, вспомнив Исход (22,28): "Начальствующего в народе твоем не злословь".
23,6 Почувствовав по разговорам в зале суда, что между саддукеями и фарисеями нет полного взаимопонимания, апостол решил углубить раскол между ними, заявив, что является фарисеем, которого судят за веру в воскресение мертвых. Саддукеи, разумеется, отрицали воскресение, а также существование духов или ангелов. Фарисеи же, будучи очень ортодоксальными, верили и в то, и в другое (см. 23,8).
Павла критикуют за то, что он использовал мирскую уловку с целью разделить своих слушателей. "Мы не можем избежать ощущения, - пишет А. Дж. Поллок, - что Павел был неправ, когда объявил себя фарисеем и таким образом получил стратегическое преимущество, спровоцировав конфликт между соперничающими группировками саддукеев и фарисеев".
23,7-9 Оправданным был поступок Павла или нет, его слова действительно спровоцировали распрю между фарисеями и саддукеями и вызвали большой крик. Некоторые книжники фарисейской стороны защищали Павла, утверждая, что он невиновен, и, по сути, говорили: "Какое имеет значение, дух или ангел говорил ему?"
23,10 Спор между этими двумя группировками разгорелся с такой силой, что тысяченачальник приказал воинам вывести узника из зала и отвести обратно в крепость.
23,11 В следующую ночь Господь Иисус Сам явился Павлу в темнице и сказал: "Дерзай, Павел; ибо как ты свидетельствовал о Мне в Иерусалиме, так надлежит тебе свидетельствовать и в Риме". Примечательно, что Господь лично похвалил Павла за верное свидетельство в Иерусалиме уже после того, как он совершил поступок, подвергающийся определенной критике. Ни слова упрека или порицания не прозвучало из уст Спасителя. Были сказаны лишь слова похвалы и обетования. Служение Павла еще не окончено. Поскольку он верно служил в Иерусалиме, он так же будет свидетельствовать о Христе и в Риме.
23,12-15 На следующий день некоторые иудеи сговорились убить апостола Павла. Более сорока из них даже заклялись не есть, доколе не убьют "этого обманщика". План заговора состоял в следующем: они пошли к первосвященникам и старейшинам и предложили собрать синедрион, чтобы тщательнее расследовать дело Павла. Синедрион попросит тысяченачальника привести узника. Но на дороге из темницы к месту, где заседал совет, апостола будут ждать в засаде сорок убийц. Как только Павел приблизится к ним, они набросятся на него и убьют.
23,16-19 По провидению Божьему, о заговоре случайно услышал племянник апостола и сообщил о нем Павлу. Последний решил воспользоваться положением, чтобы обеспечить свою безопасность законными средствами; поэтому он сообщил об этом одному из сотников. Центурион лично отвел юношу к тысяченачальнику.
23,20-21 Племянник Павла подробно рассказал о заговоре и умолял тысяченачальника не прислушиваться к требованиям иудеев привести к ним Павла.
23,22 Выслушав этот рассказ, тысяченачалъник отпустил юношу, наказав ему никому не говорить об их встрече. Он понял, что незамедлительно должен предпринять решительные меры, чтобы спасти своего пленника от неутолимой ярости иудеев.
23,23-25 Тысяченачальник быстро призвал двух сотников и велел приготовить военный эскорт, который должен был сопровождать апостола в Кесарию. Караул состоял из двухсот пеших воинов, семидесяти конных и двухсот стрелков. В путь они должны были отправиться в девять часов ночи, чтобы проделать его под покровом темноты.
Такое большое число воинов не было данью уважения верному посланнику Христову. Скорее оно означало решимость тысяченачальника поддержать свою репутацию в глазах римских начальников: если бы иудеям удалось убить Павла, римского гражданина, ему пришлось бы отвечать за свою халатность.
23,26-28 В письме, которое тысяченачальник написал римскому правителю Феликсу, он называет себя Клавдием Лисием. Разумеется, письмо было написано с целью объяснить, какая ситуация сложилась вокруг Павла. Довольно забавно наблюдать, как Лисий пытается в нем представить себя героем и защитником справедливости и общественного спокойствия. Он, вероятно, очень боялся, как бы Феликс не узнал, что он сковал римского гражданина без суда. К счастью для Клавдия Лисия, Павел был не из болтливых.
23,29-30 Далее тысяченачальник объяснил: проведенное им расследование показало, что Павел не виновен ни в чем, достойном смерти или оков. Пожалуй, шум поднялся из-за спорных мнений, касающихся иудейского закона. Вследствие существования заговора против Павла он счел желательным отправить того в Кесарию, устроив так, чтобы его обвинители также могли прийти туда и дело было бы выслушано в присутствии Феликса.
23,31-35 На пути в Кесарию путники ненадолго остановились в Антипатриде, городе, находившемся в шестидесяти двух километрах от Иерусалима и тридцати восьми километрах от Кесарии. Поскольку теперь нападение иудеев было маловероятным, пешие воины вернулись в Иерусалим, а конные остались, чтобы сопровождать Павла в Кесарию. Прибыв туда, они доставили Павла к Феликсу вместе с письмом от Лисия. Когда предварительное расследование подтвердило, что Павел является римским гражданином, Феликс, удовлетворенный этим, обещал выслушать его дело, когда из Иерусалима явятся его обвинители. А тем временем он приказал содержать Павла под стражею во дворце Ирода в претории.
Римский наместник Феликс когда-то был рабом, но стремительно возвысился, став заметным политическим деятелем Римской империи. В личной жизни он отличался абсолютной безнравственностью. К тому времени, когда его назначили правителем Иудеи, он уже трижды был женат на женщинах царского происхождения. Уже став наместником, он влюбился в Друзиллу, которая была замужем за Азизом, царем Емесским. По свидетельству Иосифа Флавия, брак помог устроить Симон, волхв с Кипра.
Феликс был жестоким деспотом, о чем свидетельствует тот факт, что он организовал убийство первосвященника Ионафана, который критиковал его за плохое управление.
Таким был тот Феликс, перед которым надлежало предстать Павлу.

Глава 24

24,1 Через пять дней после того, как Павел оставил Иерусалим, отправившись в Кесарию, туда же пришел первосвященник Анания с несколькими членами синедриона. Представлять их в суде они наняли римлянина по имени Тертулл. Он должен был предстать перед Феликсом, выдвинув и поддержав обвинения против Павла.
24,2-4 Тертулл начал свою обвинительную речь с лести в адрес правителя. Разумеется, в том, что он говорил, была доля истины. Феликс поддерживал порядок, подавляя мятежи и восстания. Но слова Тертулла означали гораздо большее, чем просто констатацию факта, и, очевидно, были попыткой снискать милость наместника.
24,5-8 Затем он выдвинул четыре разных обвинения против апостола Павла:
1. Он был язвою, то есть надоедливым человеком.
2. Он был возбудителем мятежа между иудеями.
3. Он был представителем Назорейской ереси.
4. Он отважился осквернить храм.
24,9 После того как Тертулл выразил уверенность в том, что Феликс сможет рассудить, насколько справедливы обвинения против Павла, присутствующие при том иудеи поддержали обвинения, выдвинутые Тертуллом.
24,10 По знаку правителя в свою защиту выступил Павел. Прежде всего он выразил удовлетворение тем, что ему позволили выступить перед человеком, который, благодаря многим годам опыта, был знаком с традициями и образом жизни еврейского народа. Его слова могут показаться лестью, но на самом деле они лишь вежливо констатировали факт.
Затем апостол по порядку ответил на выдвинутые против него обвинения.
24,11 На обвинение в том, что он является нарушителем общественного спокойствия, Павел ответил, что прошло лишь двенадцать дней с тех пор, как он пришел в Иерусалим, и целью его прихода было поклонение, а не организация беспорядков.
24,12-13 Затем он опроверг обвинение в том, что подстрекал иудеев к мятежу Ни разу ни в святилище, ни в синагогах, ни по городу он не заводил дискуссии с людьми и не пытался каким-либо образом возбудить их. Таковы были факты, и никто не смог бы опровергнуть их.
24,14-17 Павел не опровергал третье обвинение, состоявшее в том, что он вождь Назорейской ереси. Он сказал, тем не менее, что в этом качестве он служил иудейскому Богу, веруя всему написанному в ВЗ. Он разделял надежды ортодоксальных иудеев, в особенности фарисеев, на то, что будет воскресение мертвых, праведных и неправедных. Помня об этом грядущем воскресении, он во все времена пытался сохранить свои отношения с Господом и людьми ничем не замутненными. Павел не только был далек от мысли поднять бунт среди иудеев, он пришел в Иерусалим, чтобы доставить милостыню и приношения иудеям. Он имел в виду, разумеется, пожертвования от церквей Македонии и Ахаии, предназначенные нуждающимся христианам еврейского происхождения в Иерусалиме.
24,18-19 Что же касается четвертого обвинения - в том, что он осквернил храм, Павел ответил на него так когда он совершал приношения в храм, исполняя иудейский обет, некие асийские иудеи нашли его и обвинили в том, что он привел в храм нечистого язычника. В это время апостол был один и совершал обряд очищения. Этим асийским иудеям, которые подняли мятеж против него в Иерусалиме, надлежало бы прийти в Кесарию, чтобы обвинить его, если они что имели против апостола.
24,20-21 Затем Павел потребовал от присутствовавших иудеев ясно сказать, в каких преступлениях была доказана его виновность, когда он стоял перед синедрионом в Иерусалиме. Они не могли сделать этого. Они могли бы сказать лишь, что Павел громко произнес: "...за учение о воскресении мертвых я ныне судим вами". Другими словами, выдвинутые против Павла обвинения в преступлениях ложны, а то, что было в них правдой, не являлось преступлением.
24,22 Выслушав дело, Феликс встал перед дилеммой. Он знал достаточно о христианской вере, чтобы понимать, кто прав. Узник, стоявший перед ним, явно не виновен в каком бы то ни было преступлении против римских законов. Тем не менее, если он оправдает Павла, то вызовет ярость иудеев. С политической точки зрения ему важно было снискать их расположение. Поэтому он нашел повод продолжить расследование дела. Он объявил, что подождет, пока в Кесарию придет тысяченачальник Лисий. На самом деле, это была лишь тактическая уловка, позволяющая отсрочить разбирательство. Нет никаких сведений о том, появился ли тысяченачальник в Кесарии.
24,23 Завершая дело, Феликс приказал содержать Павла под стражей, но не стеснять его, позволив его близким приходить к нему и снабжать его едой и одеждой. Это, несомненно, указывает на то, что правитель не считал Павла настоящим преступником.
24,24-25 Через несколько дней после публичного слушания Феликс и его жена Друзилла организовали личную встречу с апостолом, чтобы больше узнать о христианской вере. С абсолютным бесстрашием Павел говорил с распутным правителем и его незаконной женой о правде, о воздержании и о будущем суде. Ни в общественной, ни в личной их жизни не было правды. Незнакомы они были и с воздержанием, о чем свидетельствовал их нынешний греховный союз. Их следовало предупредить о будущем суде, так как лишь в том случае, если их грехи будут прощены благодаря Крови Христовой, им удастся избежать гибели в геенне огненной.
24,25-26 Слова апостола, по-видимому подействовали на Феликса сильнее, чем на Друзиллу. Но он, хотя и пришел в страх, не уверовал в Спасителя. Он отложил принятие решения, сказав: "Теперь пойди, а когда найду время, позову тебя". Как ни печально, такое время так и не наступило, насколько об этом можно судить по Библии. Но это было не последнее свидетельство Павла Феликсу. В течение двух последующих лет, которые Павел провел в Кесарии узником, правитель не раз вызывал его к себе. В действительности Феликс надеялся, что друзья Павла дадут ему крупную взятку за освобождение этого узника.
24,27 По прошествии двух лет, в 60 г. н.э., на место Феликса поступил Порций Фест. Желая доставить удовольствие иудеям, Феликс оставил Павла узником в Кесарии.

Глава 25

25,1 Осенью 60 г. н.э. император Нерон назначил римским правителем Иудеи Порция Феста. Кесария была политическим центром римской провинции Сирии, в которую входила и Иудея. Через три дня Фест отправился из Кесарии в Иерусалим, религиозную столицу вверенной ему территории.
25,2-3 Хотя прошло уже два года с тех пор, как Павел был переведен в Кесарию, иудеи не забыли о нем и их жгучая ненависть не угасла. Полагая, что могут рассчитывать на милость нового правителя, первосвященник и знатнейшие из иудеев вновь выдвинули обвинения против Павла и попросили отправить его в Иерусалим для суда над ним. Возможно, они имели в виду, что его должен судить синедрион, но действительный их план состоял в том, чтобы устроить засаду и убить его по дороге.
25,4-5 Но Фест, конечно же, был проинформирован об их предыдущем заговоре убить Павла и о сложных мерах, предпринятых иерусалимским тысяченачальником, чтобы тайно вывезти его в Кесарию. Он отказал им в просьбе, но обещал дать возможность выступить с показаниями против Павла, если они смогут прийти в Кесарию.
25,6-8 Проведя в Иерусалиме восемь или десять дней, Фест возвратился в Кесарию и на другой день назначил суд. Иудеи устремились в атаку, выдвинув против Павла много тяжких обвинений, но не сумев доказать ни одного из них. Почувствовав слабость своих обвинителей, апостол удовлетворился простым отрицанием какого бы то ни было преступления ни против закона, ни против храма, ни против кесаря.
25,9-11 В какой-то момент могло показаться, что Фест готов согласиться с требованием иудеев отправить Павла в Иерусалим на суд синедриона. Однако он не хотел делать это без согласия узника. Разумеется, Павел понимал, что, если он согласится, ему никогда не попасть в Иерусалим живым. Поэтому он отказался, заявив, что суд в Кесарии вполне подходит для этого разбирательства. Если он совершил преступление против Римской империи, он готов умереть за это. Но если он не виновен в таком преступлении, то как на законных основаниях он может быть передан в руки иудеев? Тогда, в полной мере воспользовавшись правами римского гражданина, апостол Павел и произнес свои незабываемые слова: Требую суда кесарева.
Было ли обращение Павла к кесарю оправданным? Не следовало ли ему полностью положиться на Господа и не снисходить до зависимости от своего мирского гражданства? Было ли это одной из "ошибок Павла"? Мы не можем ответить на этот вопрос со всей определенностью. Насколько нам известно, именно обращение к кесарю помешало тогда его освобождению, но даже если бы он и не потребовал суда кесаря, он так или иначе попал бы в Рим.
25,12 Фест кратко поговорил со своими советниками, "правоведами", о том, как принято поступать в подобном случае. Затем он сказал Павлу, возможно, весьма раздраженно: "Ты потребовал суда кесарева, к кесарю и отправишься".
25,13 Спустя некоторое время после описанных событий царь Агриппа II и его сестра Вероника прибыли в Кесарию, чтобы поздравить Феста с новым назначением. Агриппа был сыном Ирода Агриппы I, который убил Иакова и заключил в темницу Петра (Деян. 12). Его сестра была женщиной необычайной красоты. Хотя историки приписывают ей весьма сомнительные поступки, включая связь с собственным братом, НЗ ничего не говорит о ее характере.
25,14-16 Они остановились в Кесарии довольно надолго, и Фест решил рассказать Агриппе о проблеме, возникшей в связи с узником по имени Павел. Сначала он подробно рассказал о требовании иудеев вынести Павлу поспешный приговор без официального судебного процесса. Изображая себя сторонником и защитником соблюдения надлежащих юридических процедур, он рассказал, как настаивал на судебном процессе, в котором обвиняемый может лицом к лицу встретиться со своими обвинителями и иметь возможность защищаться.
25,17-19 Когда дело дошло до суда, Феликс обнаружил, что узник не виновен ни в каком преступлении против империи. Дело касалось скорее споров с ним об их Богопочитании и о каком-то Иисусе умершем, о Котором Павел утверждал, что Он жив.
25,20-22 Затем Фест рассказал о своем предложении Павлу идти в Иерусалим и об обращении Павла к Августу (здесь титул, а не имя кесаря). Это, разумеется, создавало проблему Отправляя узника в Рим, нужно было выдвинуть против него обвинение. Какое? Так как Агриппа был иудеем и хорошо знал догматы иудаизма, Фест надеялся, что он поможет ему составить подходящее обвинение.
Говоря о Спасителе мира, Фест использовал выражение "какой-то Иисус". Стоит повторить комментарий Бенгеля по этому поводу: "И так говорит какой-то жалкий Фест о Том, перед Кем все должны преклонять колени".
25,23 На другой день было назначено официальное слушание. Агриппа и Вероника прибыли с великой пышностью. Их сопровождали тысяченачальники и знатнейшие граждане. Затем приведен был Павел.
25,24-27 И снова Фест рассказал историю этого дела: о настойчивых требованиях иудеев казнить Павла; о том, что он, Фест, не нашел за апостолом никакой вины, достойной смерти, и об обращении Павла к кесарю. Это поставило Феста в трудное положение: он вынужден был выполнить требование Павла и послать его к Нерону, хотя никаких законных оснований для суда не было. Фест прямо сказал, что надеется на помощь Агриппы: в конечном счете, действительно, было бы нерассудительно послать узника и не показать обвинений на него. Процесс напоминал скорее слушания, чем суд. На нем не присутствовали обвинявшие Павла иудеи, и от Агриппы не ждали обязывающего к чему-либо решения.

Глава 26

26,1-3 Эта сцена красноречиво характеризуется следующей фразой: "Царь в цепях и раб на троне". С духовной точки зрения Агриппа представлял собой жалкую личность, в то время как апостол парил на крыльях веры, которая возносила его высоко над земным положением.
Когда Агриппа позволил ему гово рить, Павел, простерши руку, начал свой волнующий рассказ о том, как он стал христианином. Прежде всего, он выразил благодарность за возможность представить свое дело на рассмотрение человека, который, будучи иудеем, знаком с обычаями и спорными мнениями, распространенными среди иудеев. Такое вступление нельзя считать обычной лестью: это была формула христианской вежливости и просто правда.
26,4-5 В начале своей жизни апостол был образцовым иудеем. Иудеи вынуждены были бы признать, если бы захотели свидетельствовать, что Павел, как последовательный фарисей, жил в строжайшем соответствии с законом.
26,6 Ныне Павел был судим за "преступление", состоявшее в том, что он сохранял надежду на обетование, данное от Бога отцам иудеев в ВЗ. Павел, по-видимому, рассуждал так: в ВЗ Бог заключает различные заветы с вождями народа израильского, в частности с Авраамом, Исааком, Иаковом, Давидом и Соломоном. И главный завет - обетование прихода Мессии, Который освободит народ израильский и воцарится над всей землей. Ветхозаветные патриархи умерли, так и не дождавшись исполнения этого обетования. Значит ли это, что Бог не выполнит Свое обещание? Разумеется, Он исполнит его. Но как Он сможет сделать это, когда отцы уже умерли? Ответ таков: "Воскресив их из мертвых". Таким образом, апостол прямо связывает обетования, данные ветхозаветным избранникам Божьим, с воскрешением мертвых.
26,7 Апостол изобразил двенадцать колен израилевых усердно и неустанно служащими Богу в надежде увидеть исполнение обетования. Упоминание о двенадцати коленах особо важно, если принять во внимание общераспространенное учение о том, что десять колен израильских были "потеряны" после пленения. Хотя они рассеялись среди языческих народов, апостол считал их отдельным народом, служащим Богу и ожидающим обещанного Избавителя.
26,8 Так вот в чем заключалось преступление Павла! Он верил, что Бог исполнит обещанное отцам, воскресив их из мертвых. "Что же в этом невероятного?" - спрашивал Павел Агриппу и всех, кто был с ним.
26,9-11 Возвратившись к истории своей жизни, Павел рассказал о той беспощадной и неутомимой борьбе, которую он вел против последователей христианского учения. Всеми силами он сопротивлялся имени Иисуса Назорея. Властью, данной ему первосвященниками, он многих христиан в Иерусалиме заключал в темницы. Когда они представали перед судом синедриона, он неизменно голосовал за их осуждение. Вновь и вновь предавал он на муки тех, кого находил по всем синагогам, и делал все, что мог, чтобы заставить их отречься от своего Господа. (Когда он говорит, что принуждал их хулить Иисуса, это не означает, что ему удавалось это; он только пытался сделать это. В греческом тексте здесь, без сомнения, используется конативный имперфект: "Я пытался заставить их...") Ненависть Павла к ученикам Иисуса переполнила Иерусалим и Иудею, и преследования распространились и на чужие города.
26,12-14 Во время одной из таких экспедиций с ним произошло то, что изменило всю его жизнь. Он направлялся в Дамаск, имея при себе бумаги, уполномочивающие его арестовывать христиан и приводить их в Иерусалим на казнь. Среди дня он был остановлен славным видением. С неба воссиял свет, превосходящий сияние солнца в зените. Он упал на землю и услышал голос, вопрошающий его: "Савл, Савл! что ты гонишь Меня?" Голос также добавил предупреждение: "Трудно тебе идти против рожна". Рожно - это остроконечная палка, которой погоняли упрямых животных, заставляя их двигаться вперед. Павел шел против рожна своей собственной совести, но еще более важным было то, что он шел против обличающего голоса Святого Духа. Он никогда не мог забыть, с каким спокойствием и достоинством умер Стефан. Он шел против Самого Бога.
26,15 Павел спросил: "Кто Ты, Господи?" Голос ответил: "Я Иисус, Которого ты гонишь". Иисус? Возможно ли это? Не был ли Иисус распят и погребен? Не похитили ли ученики Его тело и не скрыли ли в каком-то тайном месте? Как же тогда Иисус мог говорить с ним сейчас? Истина озарила душу Павла: Иисус действительно был погребен, но Он восстал из мертвых! Он вознесся на небо, откуда теперь говорил с Павлом. Преследуя христиан, Павел гнал их Учителя. А преследуя Его, он гнал Мессию, Спасителя народа израильского. Самого Сына Божьего.
26,16 Далее Павел кратко рассказывает о миссии, возложенной на него воскресшим Господом Иисусом Христом. Господь сказал ему встать и стать на ноги. Христос явился Павлу во славе потому, что ему предопределено было служить Господу и свидетельствовать обо всем, что он видел в тот день и обо всех великих истинах христианства, которые будут ему открыты.
26,17 Обещание Господа избавлять Павла от народа иудейского и от язычников следует понимать, как избавление в целом до тех пор, пока труд его не будет завершен.
26,18 Господь посылал Павла главным образом к язычникам: открыть глаза им, чтобы они обратились от тьмы к свету и от власти сатаны к Богу. Уверовав в Господа Иисуса, они получат прощение грехов и жребий с освященными. X. К. Дауни показывает, что в стихе 18 кратко сформулированы основные функции Благой Вести:
1. Избавление от тьмы.
2. Освобождение от власти сатаны.
3. Прощение грехов.
4. Восстановление утраченного наследия.
26,19-23 Павел объясняет Агриппе, что, получив такое поручение, он не воспротивился небесному видению. В Дамаске и в Иерусалиме, потом всей земле иудейской и у язычников он проповедовал, призывая людей покаяться и обратиться к Богу, доказав истинность своего покаяния делами. Именно это он делал, когда иудеи схватили его в храме и покушались растерзать. Но Бог даровал ему защиту и помощь, и он продолжал свидетельствовать всем, кого встречал, благовествуя то, о чем пророки и Моисей говорили в ВЗ. Суть его проповеди состояла в том, что Мессия имел пострадать, первым восстать из мертвых и затем возвестить свет и народу (иудейскому), и язычникам.
26,24-26 Язычник Фест, вероятно, не мог следовать за ходом мысли апостола. Совершенно неспособный оценить человека, исполненного Духа Святого, он раздраженно обвинил Павла в том, что он сошел с ума от большой учености. Не выказывая ни малейшего признака раздражения или недовольства, апостол спокойно отверг это обвинение, подчеркнув, что его слова - слова истины и здравого смысла. Затем он выразил уверенность, что царь знает об истинности его слов. Жизнь и свидетельство Павла не были тайной. Иудеи знали об этом все, и рассказы о нем, несомненно, дошли до Агриппы.
26,27 Обращаясь непосредственно к царю, Павел спросил: "Веришь ли, царь Агриппа, пророкам?" И, отвечая на собственный вопрос, Павел сказал: "Знаю, что веришь". Сила этого аргумента очевидна. Павел, фактически, говорил: "Я верю во все, что говорили пророки ВЗ. Ты тоже веришь их пророчествам, не так ли, Агриппа? Тогда как же могут иудеи обвинять меня в преступлении, заслуживающем смерти? И как ты можешь осудить меня за веру в то, во что ты сам веришь?"
26,28 На то, что Агриппа почувствовал силу этого аргумента, указывают его слова: "Ты не много не убеждаешь меня сделаться христианином". Однако существуют значительные разногласия, касающиеся того, что Агриппа имел в виду. Те, кто основывается на переводе короля Иакова, полагают, что царь действительно был готов уверовать в Христа. Они считают, что ответ Павла в стихе 29 подтверждает это. Другие допускают, что Агриппа сказал это иронически, как бы спрашивая Павла: "И ты думаешь, что так быстро можешь убедить меня стать христианином?" Другими словами, он хотел избежать влияния слов апостола, обратив все в шутку.
26,29 Говорил ли Агриппа искренне или насмехался, Павел ответил ему с чрезвычайной серьезностью. Он выразил горячее желание, чтобы, потратив меньше или больше времени, он смог убедить и Агриппу и всех, других присутствующих войти в радость и блаженство христианской жизни, разделить честь, выпавшую Павлу, и сделаться подобными ему во всем, кроме уз. Морган пишет:
"Он был готов умереть, чтобы спасти Агриппу, но не хотел возлагать на Агриппу своих цепей. В этом - все христианство. Преумножьте это, применяйте в своей жизни. Искренность, которая преследует, - не христианство. Та же искренность, которая умрет ради спасения человека, но не возложит на него цепей, - это христианство". (Morgan, Acts, стр. 528.)
26,30-32 Царь, правитель, Вереника и другие сановники вышли из зала, чтобы посовещаться. Они были вынуждены признать, что Павел не сделал ничего, достойного смерти или уз. Возможно, с оттенком сожаления Агриппа сказал Фесту, что если бы Павел не потребовал суда у кесаря, его можно было бы освободить.
Естественно, возникает вопрос: почему нельзя было отменить апелляцию к кесарю. Можно ли было отменить ее или нет, мы точно знаем одно: на то, чтобы Павел, апостол язычников, пошел в Рим и предстал перед императорским судом, была Божья воля (23,11). Там осуществилось его желание умереть за своего Господа.

Глава 27

И. Путь Павла в Рим и кораблекрушение (27,1-28,16)

Эта глава представляет захватывающую сагу о путешествии апостола из Кесарии на Мальту по дороге в Рим. Мы бы никогда не услышали ни об этом путешествии, ни о кораблекрушении, если бы одним из пассажиров на этом корабле не был Павел. Текст изобилует морскими терминами, и потому его не всегда легко понимать.
27,1 Плавание началось в Кесарии. Павла передали под охрану офицера, именем Юлий. Этот сотник был приписан к Августову полку, известному легиону римской армии. Как и все другие центурионы (сотники), упомянутые в НЗ, он имел превосходный характер, был человеколюбивым и справедливым и заботился о других.
27,2 На борту корабля находились и другие узники, которые, подобно Павлу, были отправлены в Рим для суда. В списке пассажиров значились также имена Аристарха и Луки, сопровождавших Павла в предыдущих путешествиях. Корабль, на который они взошли, был Адрамитским. Адрамит -город в Мисии на северо-западе Малой Азии. Корабль должен был идти на северо-запад, заходя в порты вдоль побережья проконсульской Асии, западной провинции Малой Азии.
27,3 Корабль шел на север вдоль побережья Палестины, ненадолго остановившись в Сидоне, что в ста двенадцати километрах от Кесарии. Сотник Юлий человеколюбиво позволил Павлу сойти на берег, чтобы навестить друзей и воспользоваться их усердием.
27,4-5 Из Сидона путь пролегал через северо-восточную часть Средиземного моря, мимо Кипра, который они оставили слева по борту, воспользовавшись тем, что эта сторона остро ва укрывала их от ветра. Хотя ветры были противными, корабль достиг южного побережья Малой Азии, затем пересек море в западном направлении, мимо Киликии и Памфилии, и прибыл в Миры, Ликийский портовый город.
27,6 Там сотник перевел своих узников на другой корабль, так как первый не мог доставить их в Италию; он должен был идти к западному побережью Малой Азии в свой порт.
Второй корабль был из Александрии, на северном побережье Африки. На нем было 276 человек команды и пассажиров и груз пшеницы. Из Александрии он шел прямо на север, через Средиземное море в Миры, а отгула направлялся на запад, в Италию.
27,7-8 В течение многих дней корабль шел медленно из-за неблагоприятного ветра. Лишь с трудом команде корабля удалось привести корабль в гавань против Книда, порта на юго-западной оконечности Малой Азии. Так как ветер был противным, они направились на юг и пошли вдоль защищенного от ветра восточного побережья острова Крит. Обойдя мыс Салмон, они повернули на запад и, с трудом двигаясь против ветра, пришли наконец в Хорошие Пристани, гавань близ города Ласея в центре южного побережья острова Крит.
27,9-10 К этому моменту было потеряно довольно времени из-за неблагоприятных условий плавания. Приближение зимы делало дальнейший путь опасным. Вероятно, стоял сентябрь или начало октября, так как уже прошел пост (день очищения). Павел предупреждал команду, что плавание небезопасно и что, если оно продолжится, опасность будет угрожать не только грузу и кораблю, но даже и жизни людей на борту
27,11-12 Однако кормчий и начальник корабля хотели продолжить путь. Сотник согласился с их доводами, как и большинство пассажиров. Кроме того, эта пристань не была таким подходящим местом для зимовки, как гавань Финика, расположенная в шестидесяти четырех километрах к западу от Хороших Пристаней в юго-западной оконечности Крита. Его гавань лежала против юго-западного и северо-западного ветра.
27,13-17 Когда подул южный ветер, моряки решили, что смогут преодолеть расстояние, отделявшее их от Финика. Они подняли якорь и пошли на запад, держась поблизости от берега. Затем поднялся шквальный северо-восточный ветер (эвроклидон), который обрушился на них со скалистого побережья Крита. Поскольку было невозможно придерживаться избранного курса, команде пришлось отдать корабль на волю волн. Их несло на юго-запад к островку, называемому Клавдою, в тридцатисорока километрах от Крита. Когда они достигли защищенной части островка, они едва удержали лодку, которую вели за собой. В конце концов им удалось поднять ее на борт. Затем они обвязали корпус корабля канатами, чтобы предотвратить его разрушение бурным морем. Они опасались, как бы их не вынесло на юг, к Сирту, заливу на африканском побережье, известному своими опасными мелями. Чтобы предотвратить это, они спустили парус и таким образом носились.
27,18-19 Целый день они находились во власти волн, а на другой день начали бросать за борт груз. На третий день они выбросили с корабля вещи. Без сомнения, корабль набрал много воды, и надо было облегчить его, чтобы он не утонул.
27,20 Многие дни они беспомощно носились по воле волн, не видя ни солнца, ни звезд, лишенные возможности ориентироваться и определить, где они находятся. Исчезла всякая надежда на спасение.
27,21-26 Отчаяние усугублялось голодом. Люди не ели уже много дней. По-видимому, они все время работали, укрепляя корабль и вычерпывая воду. А может, на корабле не осталось никаких приспособлений, чтобы готовить пищу. Морская болезнь, страх и отчаяние, вероятно, также лишали их аппетита. В пище не было недостатка, но у них не было никакого желания есть.
Тоща Павел, став посреди них, попытался приободрить людей. Сначала он спокойно напомнил, что им не надлежало отходить от Крита. Затем он заверил их, что хотя корабль и погибнет, с ним не погибнет ни одна душа. Откуда он знал? Той ночью ему явился Ангел Господень и заверил в том, что он еще предстанет пред кесарем в Риме. Бог даровал апостолу всех плывущих с ним, то есть все они также будут спасены. Потому им следует ободриться. Павел верил, что все окончится хорошо, хотя они и потерпят кораблекрушение и будут выброшены на какой-нибудь остров.
А. В. Тозер проницательно замечает:
"Когда "дул южный ветер", корабль, пассажиром которого был Павел, шел легко, и никто на его борту не знал, кто был Павел и какая сила духа скрывалась под этой довольно заурядной внешностью. Но когда разразилась сильная буря, эвроклидон, величие Павла стало темой разговоров всех на борту. Апостол, хотя и был узником, фактически принял командование судном, принимал решения и отдавал распоряжения, которые означали жизнь или смерть людей. И мне кажется, что в кризисной ситуации в Павле проявились качества, которые он сам не знал за собой. Когда налетела буря, красивая теория воплотилась в жизнь". (A.W. Tozer, That Incredible Christian, стр. 134.)
27,27-29 Четырнадцать дней прошло с того дня, как они покинули Хорошие Пристани. Теперь они беспомощно носились по воле волн в той части Средиземного моря между Грецией, Италией и Африкой, которая известна как Ионическое море. Около полуночи корабельщики стали догадываться, что приближаются к какой-то земле: может быть. они слышали, как волны разбиваются о берег. Измерив глубину в первый раз, они нашли, что она составляла двадцать сажен (сорок метров), через некоторое время глубина была уже пятнадцать сажен. Чтобы корабль не выбросило на берег, они бросили с кормы четыре якоря и ожидали дня.
27,30-32 Опасаясь за свою жизнь, некоторые корабельщики сговорились бежать с корабля, высадившись на берег в лодке. Они уже спускали ее с носа корабля, делая вид, что бросают еще якори, когда Павел сообщил об их заговоре сотнику. Павел предупредил, что если корабельщики не останутся на корабле, остальные не спасутся. Тогда воины отсекли веревки, которыми была привязана лодка, и она упала. Теперь корабельщики вынуждены были постараться спасти свои жизни, так же как и жизни других, на борту корабля.
27,33-34 Филлипс называет стихи 33-37 "проявлением здравомыслия Павла". Чтобы понять всю драматичность этого момента, мы должны действительно знать, насколько ужасен сильный шторм на море. Также нам следует помнить, что Павел был не капитаном корабля, а одним из узников-пассажиров.
Перед восходом Павел начал уговаривать людей поесть, напоминая, что они уже две недели остаются без пищи. Пришло время поесть; их безопасность зависит от этого. Апостол заверил их, что ни один волос не упадет с головы ни одного из них.
27,35 Затем он подал им пример, взяв хлеб, возблагодарив за него Бога перед всеми и поев. Как часто мы стремимся уклониться от молитвы в присутствии других людей. И как часто такая молитва может сказать больше, чем целая проповедь!
27,36-37 Ободренные таким образом, они также приняли пищу. Было же на корабле двести семьдесят шесть душ.
27,38-41 Поев, они стали облегчать корабль, выкидывая пшеницу в море. Земля была где-то поблизости, но они не могли узнать ее. Тоща было принято решение пристать к берету с кораблем, подойдя к нему как можно ближе. Они подняли якори и пошли по морю. Затем отвязали руль, который ранее был поднят, и установили его. Подняв малый парус, они держали к берегу. Судно село на мель на косе. Нос корабля увяз в песке, а корма вскоре стала разрушаться под натиском волн.
27,42-44 Воины согласились было умертвить узников, чтобы предотвратить побег, но сотник, желая спасти Павла, не дал им этого сделать. Он приказал всем умеющим плавать плыть к берегу Прочим же сказал использовать доски или другие части корабля. Таким образом вся команда и пассажиры спаслись на землю.

Глава 28

28,1-2 Как только команда и пассажиры сошли на берег, они узнали, что находятся на острове Мелит. Некоторые иноплеменники видели кораблекрушение и были свидетелями того, как его жертвы выходят из воды. Они человеколюбиво развели огонь для прибывших, которые насквозь промокли и замерзли, так как, выбравшись из морской воды, попали под дождь.
28,3 Когда Павел помогал разводить огонь, его укусила ядовитая змея. Очевидно, змея находилась в спячке в плавнике. Когда хворост положили на огонь, ехидна быстро ожила и бросилась на апостола. Она повисла на его руке - не просто обвилась вокруг нее, а действительно укусила за руку.
28,4-6 Сначала местные жители решили, что апостол, должно быть, убийца и хотя он спасся при кораблекрушении, суд Божий все же настиг его. Они ожидали, что у него вскоре будет воспаление или он внезапно упадет мертвым. Но поскольку змеиный укус не оказал на апостола никакого действия, они переменили мысли и решили, что он Бог! Это еще один яркий пример непостоянства и переменчивости человеческого сердца и ума.
28,7 В то время начальником острова Мелит был Публий. Он владел значительным участком земли недалеко от того места, где оказались потерпевшие кораблекрушение. Этот богатый римский чиновник принял Павла и его друзей дружелюбно, оставив их у себя на три дня, пока они не нашли постоянного жилья, где могли остановиться на всю зиму.
28,8 Доброта этого язычника была вознаграждена. Примерно в это время заболел его отец, страдая горячкою и болью в животе. Павел вошел к нему, помолился и, возложив на него руки свои, исцелил его.
28,9-10 Весть об этом чудесном исцелении быстро облетела весь остров. В течение следующих трех месяцев к Павлу приводили больных, и все они исцелялись. Жители Мелита отблагодарили апостола и Луку, когда те уезжали, оказав им почести и принеся много подарков, которые были бы полезны на пути в Рим. (Возможно, что наряду с чудесным даром исцеления Павла, Лука также использовал свои медицинские знания. Если бы Господь неодобрительно относился к медицине. Он вряд ли доверил бы врачу написание 28 % НЗ - Ев. от Луки и Деяния!)
28,11 Через три месяца, когда зима кончилась и плавание снова стало безопасным, сотник с вверенными ему узниками сел на Александрийский корабль, зимовавший на том острове. Носовым украшением этого корабля (и его названием) были Диоскуры, то есть братья-близнецы Кастор и Поллукс, которых мореплаватели-язычники почитали как богов, покровительствующих морякам.
28,12-14 От Мальты они прошли около восьмидесяти миль и пришли в Сиракузы, столицу Сицилии, расположенную на ее восточном побережье. Корабль остановился там на три дня, затем продолжил свой путь в Ригию, расположенную на юго-западной оконечности Италии, на "носке" италийского "сапога". Через день подул благоприятный южный ветер, позволивший кораблю пройти еще 180 миль на север - вдоль западного побережья Италии в Путеол, расположенный на северном берегу Неаполитанского зали ва. Путеол находился примерно в 240 км к юго-востоку от Рима. Там апостол нашел братьев-христиан, общением с которыми ему было дозволено насладиться в течение семи дней.
28,15 Мы не знаем, как весть о прибытии Павла в Путеол достигла Рима. Однако две группы братьев вышли навстречу ему Одна группа прошла шестьдесят девять километров на юго-восток от Рима к Аппиевой площади. Другая группа встретила апостола в пятидесяти трех километрах к юго-востоку от Рима, в Трех Гостиницах. Павла глубоко взволновало и воодушевило столь трогательное проявление любви к нему римских христиан.
28,16 По прибытии в Рим ему было позволено жить в частном доме с воином, стерегущим его.

К. Домашний арест Павла и его свидетельство иудеям в Риме (28,17-31)

28,17-19 В соответствии со своим принципом свидетельствовать прежде всего иудеям, Павел послал приглашение их религиозным вождям. Когда они сошлись в доме, который он снимал, Павел объяснил им, в чем состояло его дело. Апостол сказал, что, хотя он не сделал ничего против еврейского народа или его обычаев, иудеи из Иерусалиме предали его в руки римлян на суц. Языческие властители не смогли найти за ним никакой вины и хотели освободить его, но так как иудеи противоречили, апостол принужден был потребовать суда у кесаря. Сделал он это не для того, чтобы выдвинуть обвинение против иудейского народа, а чтобы защитить себя.
28,20 Именно потому, что он не был виновен в каком бы то ни было преступлении против иудейского народа, он и призвал вождей римских иудеев. На самом деле он был обложен этими узами за надежду Израилеву. Надеждой Израилевой, как объяснялось выше, называется исполнение обетовании, данных еврейским патриархам, в частности обетования о Мессии. Теснейшим образом связанным с исполнением этих обетовании было воскресение мертвых.
28,21-22 Вожди иудеев открыто признались, что ничего не знают об апостоле Павле. Они не получали никаких писем из Иудеи о нем, и ни один из их знакомых иуцеев ничего плохого о нем не говорил. Однако они действительно хотели больше услышать от Павла, потому что знали, что о христианском учении, которое он представлял, спорят везде.
28,23 Через некоторое время многие иудеи пришли в гостиницу к Павлу послушать его. Он воспользовался этой возможностью, чтобы свидетельствовать им о Царстве Божьем и удостоверять их об Иисусе. Делая это, он цитировал закон Моисеев и пророков от утра и до вечера.
28,24 Некоторые поверили его свидетельству, а другие не верили. (Неверие - это не просто неспособность принять Благую Весть. Оно указывает на категорическое неприятие.)
28,25-28 Когда Павел увидел, что иудеи в очередной раз в целом отвергают Благую Весть, он процитировал Исаию (6,9-10), где пророк должен был проповедовать людям, сердца которых огрубели, уши были глухи и глаза слепы. Снова апостол ощутил, как разрывается его сердце от того, что благовествует он нежелающим слушать весть Евангелия. Так как иудеи отвергли ее, Павел заявил, что понесет весть о спасении язычникам, и выразил уверенность в том, что они ее услышат.
28,29 Неуверовавшие иудеи ушли, споря между собою. Как указывает Кальвин, цитируя обличающие пророчества, Павел вызвал негодование тех безбожников, которые отвергли Мессию. Такое обличение ополчило их против тех иудеев, которые уверовали в Иисуса. Реформатор делает из этого следующее практическое заключение:
"Наконец, бессмысленно заявлять, основываясь на этом месте, что Евангелие Христово порождает споры, тогда как очевидно, что таковые проистекают только из человеческого упрямства. Фактически, для того чтобы жить в мире с Богом, нам необходимо вести войну против тех, кто обращается с Ним без должного уважения". (John Calvin, The Acts of the Apostles, 11:314.)
28,30 После этого Павел оставался в Риме еще целых два года, живя на своем иждивении и проповедуя нескончаемому потоку посетителей. Вероятно, именно в это время он написал послания ефесянам, филиппинцам, колоссянам и Филимону.
28,31 Он пользовался достаточной свободой, проповедуя Царство Божье и уча о Господе Иисусе Христе со всяким дерзновением невозбранно.
Так заканчивается книга Деяний Апостолов. Некоторые считают, что эта книга обрывается слишком резко. Однако модель, заложенная в самом начале Деяний, к этому моменту была полностью реализована. Евангелие распространилось на Иерусалим, Иудею, Самарию, а теперь и на языческий мир.
О жизни Павла после завершения событий, описанных в Деяниях, можно судить лишь по его более поздним произведениям.
Бытует мнение, что лишь после двухгодичного пребывания Павла в Риме Нерон выслушал его дело и вынес оправдательный приговор.
Затем апостол опять отправился в путь, который стал известен как четвертое миссионерское путешествие. Вероятно, в это время он посетил следующие места (хотя и не обязательно в приведенном порядке):
1. КОЛОССЫ и ЕФЕС (Филим. 22).
2. МАКЕДОНИЮ (1 Тим. 1,3; Флп. 1,25; 2,24).
3. ЕФЕС (1 Тим. 3,14).
4. ИСПАНИЮ (Рим. 15,24).
5. КРИТ (Тит. 1,5).
6. КОРИНФ (2 Тим. 4,20).
7. МИЛИТ (2 Тим. 4,20).
8. НИКОПОЛЬ, где провел зиму (Тит. 3,12).
9. ТРОАДУ (2 Тим. 4,13).
Нам не известно, почему, когда и где он был арестован, но мы знаем, что он ю второй раз был приведен в Рим как узник. Это заключение было гораздо тяжелее, чем первое (2 Тим. 2,9). Его оставило большинство друзей (2 Тим. 4,9-11), и он знал, что недалек уже его смертный час (2 Тим. 4,6-8).
Согласно преданию, он был обезглавлен недалеко от Рима в 67 или 68 г. н. э. В качестве панегирика Павлу можно привести его собственные слова из 2 Коринфянам (4,8-10, 6,4-10 и 11,23-28), ему же служит наш комментарий к этим богодухновенным отрывкам.

Чему учит книга Деяний

Мы прочитали книгу Деяний, и теперь неплохо было бы еще раз вспомнить о принципах и практике первых христиан. Что характеризовало каждого верующего в отдельности и поместные церкви, членами которых они были?
Прежде всего, совершенно ясно, что христиане первого века жили преимущественно для Господа Иисуса. В центре их мировоззрения был Христос. Смысл и цель их существования составляло свидетельство о Спасителе, и они отдавали этому все силы. В мире, где велась яростная борьба за выживание, появилась группа ревностных учеников-христиан, которые искали прежде Царства Божьего и правды Его. Все остальное подчинялось этому славному предназначению. Джоветт с восхищением замечает:
"Ученики принимали крещение со святым, горячим воодушевлением, которое нисходило на них от алтаря Божьего. В их сердцах горел огонь, который придавал силу всей их жизни. Это пламя в душах апостолов напоминало огонь в топке огромного лайнера, который сквозь бури ведет его над готовой поглотить бездной. Ничто не могло остановить этих людей. Ничто не могло .задержать их на пути. Все их дела и слова подчинялись одному могучему призванию. Огонь, дающий им тепло и свет, был ниспослан им, когда от крестились Духом Святым". (J.H. Jowett, Things that Matter Most, 248.)
Центральной темой их проповеди было воскресение и слава Господа Иисуса Христа. Они своими глазами видели воскресшего Спасителя. Люди убили Мессию, но Бог воскресил Его из мертвых и даровал Ему самое почетное место на небесах. Все должны преклонить колена перед Ним - Человеком, вознесенным на небо и сидящим одесную Господа. Другого пути спасения нет.
Среди господствующей вокруг ненависти, жестокости и жадности христиане демонстрировали любовь ко всем людям. На преследования они отвечали любовью и молились за своих врагов. Братолюбие, которое царило в их среде, заставляло врагов восклицать: "Смотрите, как эти христиане любят друг друга!"
У нас создается однозначное впечатление, что вся их жизнь была подчинена одной цели - распространению Евангелия. Что касается их собственности, они считали, что только управляют ею по поручению Бога, а не являются ее владельцами. Если где-то возникала нужда, туда быстро передавались средства, необходимые для ее удовлетворения.
Оружие воинствования их было не плотским, но сильным Богом на разрушение твердынь. Они понимали, что ведут борьбу не против религиозных или политических вождей, а против духов злобы поднебесных. И потому они шли вперед, вооруженные верой, молитвой и Словом Божьим. В отличие от ислама, христианство не распространялось с использованием насилия.
Первые христиане были отделены от мира. Они жили в нем, но ему не принадлежали. Они охотно общались с неверующими, свидетельствуя им, но никогда не подвергали риску свою верность Христу, принимая участие в греховных удовольствиях этого мира. Как пилигримы и странники, они шли по чужим землям, стремясь нести благословение всем, но не оскверняя себя участием в их грехах.
Занимались ли они политикой и пытались ли исправлять общественные пороки тех дней? Они считали, что все пороки и злоупотребления мира порождены греховной природой человека. Политические и социальные реформы лечат симптомы, не воздействуя на заболевание. Только Евангелие может проникнуть в суть проблемы, изменив порочную природу человека. Поэтому они не отвлекались на второстепенные меры. Они проповедовали Евангелие всегда и везде. И всюду, куда проникала Благая Весть, она приносила с собой исцеление и исправление.
Христиане не были удивлены, когда их начали преследовать. Их учили ожидать этого. Вместо того, чтобы мстить своим преследователям или хотя бы защищаться, они доверились справедливому судье - Богу Вместо того чтобы стараться избегать судебных процессов, они молились, прося даровать им мужество свидетельствовать о Христе всем, с кем доведется встретиться.
Перед апостолами стояла цель проповедовать Евангелие всему миру. Они не делали различия между проповедью Евангелия в родной стране и в чужих землях. Полем их деятельности был весь мир. Но сама по себе евангелизация не являлась самоцелью, концом их миссии; другими словами, они не довольствовались лишь приведением людей ко Христу, оставляя затем новообращенных на произвол судьбы. Все обращенные объединялись в местные христианские общины. Здесь они получали наставление в Слове, учились молиться и всячески укреплялись в вере. Затем они отправлялись нести Благую Весть другим.
Именно основание поместных церквей придавало работе постоянный характер и обеспечивало распространение Евангелия на прилегающей территории. Поместные общины были самостоятельными, то есть самоуправляемыми, самораспространяющимися и самофинансируемыми. Каждая община не зависела от других церквей, хотя между ними существовала тесная духовная связь. Каждая церковь старалась основывать другие общины на прилегающих землях. И каждая церковь финансировалась изнутри. Не существовало какой бы то ни было центральной казны или какой-либо базовой организации.
Церкви, в первую очередь, служили духовным прибежищем христиан, а не центрами обращения неверующих. Церковная деятельность включала обряд преломления хлеба, богослужение, молитву, изучение Библии и общение верующих. Церкви не проводили евангелизационных собраний как таковых, но благовествовали всюду, где возникала возможность обратиться к неверующим: в синагогах, на рынках, на улицах, в тюрьмах и по домам.
Богослужения проводились не в возведенных для этой цели особых зданиях, а в домах христиан. Это придавало Церкви необходимую во времена гонений мобильность, позволяя ей быстро и легко "уйти в подполье".
Вначале, разумеется, не было никакого разделения на конфессии. Все христиане считали себя членами Тела Христова, и каждая поместная церковь считалась частью вселенской Церкви.
Не было и разграничения между духовенством и мирянами. Ни один человек в общине не обладал исключительными правами на наставление, проповедь, совершение крещения и хлебопреломления. Признавалось, что каждый верующий наделен особым талантом и свободен развивать этот дар.
Те, кто обладал даром апостольским, пророческим, даром проповедника, пастыря или наставника, не стремились утвердиться в качестве официальных лидеров Церкви. Их задачей было укреплять христиан в вере, чтобы они также ежедневно могли служить Господу. В новозаветные времена людей готовил к служению особый дар - помазание Духом Святым. Этим объясняется, почему необразованные, простые люди оказали такое влияние на свою эпоху Они были не "профессионалами" в том смысле, который мы вкладываем в это слово сегодня, а проповедниками-мирянами, которые получили помазание свыше.
Благовествование в книге Деяний часто сопровождалось чудесами, знамениями и различными дарами Духа Святого. Хотя, как кажется, чудеса играют более значительную роль в первых главах, они продолжают совершаться до конца книги.
Основав жизнеспособную поместную церковь, апостолы или их представители назначали пресвитеров (старейшин) - людей, которые должны были служить духовными наставниками. Эти люди были пастырями стада. В каждой церкви трудилось по нескольку пресвитеров.
В книге Деяний существительное "диакон" не используется как термин, обозначающий священнослужителя. Но соответствующим глаголом описывается служение Господу как духовное, так и материальное.
На заре христианства практиковалось крещение погружением. По-видимому, верующие крестились вскоре после обращения. В первый день недели ученики собирались вместе, чтобы, преломив хлеб, вспомнить Господа. Это служение, вероятно, не было таким официальным, каким оно является сегодня. Хлебопреломление обычно сопровождалось общей трапезой, или вечерей любви.
В ранней Церкви огромную роль играла молитва. Она была "дорогой жизни", ведущей к Господу. Молитва была искренней, горячей и исполненной веры. Ученики также практиковали пост, чтобы сконцентрировать все свое внимание на духовном, ни на что не отвлекаясь и не впадая в сонливость.
Именно после молитвы и поста антиохийские пророки и учителя рекомендовали Варнаву и Павла для выполнения особой миссии. До этого оба они некоторое время уже служили Господу. Такое избрание, следовательно, не было официальным рукоположением, а, скорее, выражало признание антиохийскими старейшинами того, что эти люди действительно призваны Духом Святым. Оно также служило доказательством того, что антиохийские братья всем сердцем были солидарны с Варнавой и Павлом в миссии, которую те взяли на себя.
Поместная церковь не контролировала служение тех христиан, которые отправлялись с проповедью Евангелия в другие места. Они могли совершать свое служение так, как направлял их Дух Святой. Но, возвращаясь домой, они рассказывали своей общине о том, как Господь благословил их работу.
В этом отношении Церковь была не высокоорганизованным учреждением, а живым организмом, который жил и развивался согласно воле Господней. Небесный Глава Церкви, Христос, направлял ее членов, а они старались сохранять восприимчивость, мобильность и готовность сразу откликаться на Божье руководство. Таким образом, в книге Деяний мы находим не фиксированный, закосневший порядок служения, а подвижность, свежесть и отсутствие косности. Например, не существовало жесткого правила, которое бы регламентировало, сколько времени апостол должен проводить в одном месте. В Фессалониках Павел, вероятно, провел три месяца, а в Ефесе оставался три года. Все зависело от того, сколько времени требовалось, чтобы укрепить верующих настолько, чтобы они сами могли продолжить христианское служение.
Некоторые считают, что апостолы сосредоточивали свое внимание на больших городах, основывая там базовые церкви, которые могли бы продолжать евангелизацию в пригородах. Но так ли это? Была ли у апостолов какая-либо единая и завершенная стратегия? Или изо дня в день они шли туда, куца направлял их Господь - и в большие города, и в маленькие деревушки?
Разумеется, в книге Деяний апостолов нас наиболее впечатляет то, что первые христиане жили надеждой и полагались на водительство Господа. Ради Христа они отказывались от всего. У них не было ничего и никого, кроме Самого Господа. Поэтому они ждали от Него ежедневных указаний, и Он их не разочаровывал.
Как кажется, у странствующих христианских проповедников было принято путешествовать попарно. Часто спутником становился более молодой служитель Божий, для которого это было своего рода ученичеством. Апостолы постоянно искали верующих молодых людей, которые могли бы стать их учениками.
Иногда служители Господа сами зарабатывали себе на жизнь; так, например, Павел занимался изготовлением палаток. В другое время они жили за счет пожертвований отдельных лиц или церквей.
Еще одно важное наблюдение состоит в том, что христиане, которые трудились рядом с духовными лидерами, признавали их таковыми. Святой Дух наделил этих людей особой властью. И тот же Святой Дух даровал верующим способность интуитивно чувствовать эту власть и подчиняться ей.
Ученики подчинялись светским властям, но до определенного предела. Этим пределом был запрет проповедовать Евангелие. В этом случае они предпочитали повиноваться Богу, а не людям. Когда их наказывали светские власти, они сносили это наказание, не сопротивляясь и не пытаясь сообща выступать против властей.
Сначала Евангелие проповедовалось иудеям, затем, когда народ израильский отверг Благую Весть, она стала распространяться среди язычников. Заповедь "сначала иудеям" была выполнена в книге Деяний исторически. Сегодня иудеи и язычники равны перед Богом: они ни в чем не отличаются, так как "все согрешили и лишены славы Божьей".
Служение ранней Церкви было сопряжено с огромной духовной силой. Страх навлечь на себя гнев Божий не позволял людям с легкостью причислять себя к христианам. Грех в Церкви бывал быстро разоблачен и иногда сурово наказывался, как, например, в случае с Ананией и Сапфирой.
Окончательный и последний вывод, который можно сделать, изучив книгу Деяний, таков: если бы мы следовали примеру первых христиан в вере, жертвенности, преданности и неустанном служении, мир был бы обращен в христианство еще в нашем поколении.

Библиография

Arnot, William. The Church in the House: A Series of Lessons on the Acts of the Apostles. New York: Robert Carter & Brothers, 1873. Blaiklock, E. M. The Acts of the Apostles, TBC. Grand Rapids: Wm. B. Eerdmans Publishing Company, 1959.
Calvin, John. The Acts of the Apostles, 2 vols. Grand Rapids: Wm. B. Eerdmans Publishing Company, 1977.
Erdman, Charles R. The Acts. Philadelphia: The Westminster Press, 1919.
Kelly, William. An Exposition of the Acts of the Apostles. London: C.A. Hammond, 1952.
Martin, Ralph. Understanding the New Testament: Acts. Philadelphia: A.J. Holman Company, 1978.
Morgan G. Campbell. The Acts of the Apostles. New York: Fleming H. Revel Co., 1924.
Rackham, R. B. The Acts of the Apostles. London: Methuen, 1901.
Ryrie, Charles Caldwell. Acts of the Apostles. Chicago: Moody Press, 1961.
Stuart, С. Е. Tracings from the Acts of the Apostles. London: E. Marlborough and Company, не датирована.