Ев. Луки
Добросовестный сервис покупок с кэшбеком до 10% в 900+ магазинах используют уже более 1.200.000 человек. Присоединяйся!
Христианская страничка
Лента последних событий
(мини-блог)
Видеобиблия online

Русская Аудиобиблия online
Писание (обзоры)
Хроники последнего времени
Українська Аудіобіблія
Украинская Аудиобиблия
Ukrainian
Audio-Bible
Видео-книги
Музыкальные
видео-альбомы
Книги (А-Г)
Книги (Д-Л)
Книги (М-О)
Книги (П-Р)
Книги (С-С)
Книги (Т-Я)
Фонограммы-аранжировки
(*.mid и *.mp3),
Караоке
(*.kar и *.divx)
Юность Иисусу
Песнь Благовестника
старый раздел
Интернет-магазин
Медиатека Blagovestnik.Org
на DVD от 70 руб.
или HDD от 7.500 руб.
Бесплатно скачать mp3
Нотный архив
Модули
для "Цитаты"
Брошюры для ищущих Бога
Воскресная школа,
материалы
для малышей,
занимательные материалы
Бюро услуг
и предложений от христиан
Наши друзья
во Христе
Обзор дружественных сайтов
Наше желание
Архивы:
Рассылки (1)
Рассылки (2)
Проповеди (1)
Проповеди (2)
Сперджен (1)
Сперджен (2)
Сперджен (3)
Сперджен (4)
Карта сайта:
Чтения
Толкование
Литература
Стихотворения
Скачать mp3
Видео-онлайн
Архивы
Все остальное
Контактная информация
Подписка
на рассылки
Поддержать сайт
или PayPal
FAQ


Информация
с сайтов, помогающих создавать видеокниги:

Подписаться на канал Улучшенный Вариант: доработанная видео-Библия, хороший крупный шрифт.
Подписаться на наш видео-канал на YouTube: "Blagovestnikorg".
Наша группа ВКонтакте: "Христианское видео".

Лука

Оглавление: Введение; гл. 1; гл. 2; гл. 3; гл. 4; гл. 5; гл. 6; гл. 7; гл. 8.

Введение

В Евангелии от Луки Господь предстает перед нами в образе Сына Человеческого, являя Бога на земле в благодати, даруемой людям. Посему такое действо благодати и ее влияние в большей степени соотносится с представлением не иных помыслов, как в Евангелии от Матфея, а на сей раз пророчески, с представлением спасительной небесной благодати. Вначале, во вступительной части, где дано самое совершенное изображение богоизбранного остатка, мы, несомненно, находим (и именно потому, что Ему надлежит явиться людям как человеку в благодати), что Он ниспослан Израилю, которому был обетован и в отношении с которым Он пришел в мир сей; однако затем данное Евангелие излагает моральные принципы, обращенные к человеку, кем бы он ни был, провозглашая в то же время Христа в средине этого народа. Такая сила Бога в благодати, соотносящаяся к нуждам людей, явлена по-разному. После преображения, о котором вначале поведало Евангелие от Луки, а затем и другие Евангелия, мы находим суд над теми, кто отрицал и Господа, и божественную суть благодати, которая, будучи именно благодатью, обращена к язычникам и грешникам, при этом нет какой-либо особой ссылки на Иудеев, и ниспровергает узаконенные догматы, согласно чему последние, изначально призванные, что касается их внешнего предстояния, к этому на Синай, притязали на связь с Богом. Не ограниченные условиями обетования, изреченные Аврааму и т.д. их пророческое подтверждение представляют совсем другое. Они исполняются в благодати, и на них должна опираться вера. По поводу содержания Евангелия. В девятой главе повествуется о начале Его последнего восхождения в Иерусалим, отсюда и до последней части главы восемнадцатой, где (стих 31) говорится о Его приближении к этому городу, евангелист представляет, главным образом, ряд последовательных моральных наставлений и повествует о являемых сейчас путях Всевышнего в благодати. В стихе 35 главы 18 мы находим сцену со слепым из Иерихона, о ком уже говорилось, как начало Его последнего восхождения в Иерусалим. После этого мы видим то, что должно постичь Иудеев согласно праведному правлению Божиему, и в итоге - ответ за смерть и воскресение Господа, исполняющего дело искупления. Нам следует отметить то, что Лука (который морально отвергает иудейскую систему и который представляет Сына Человеческого как человека пред Богом, являя Его преисполненным всей полнотой Бога, пребывающего в нем телесно, как человека пред Богом по зову своего собственного сердца и посему - как ходатая между Богом и человеком, средоточием духовной системы куда более всеобъемлющей, нежели то, что относится к Мессии среди Иудеев. Повторяясь, нам надлежит заметить, что Лука, увлеченный этими новыми (в действительности же "старыми", что касается советов Бога) отношениями, предоставляет нам факты, касающиеся связи Господа с Иудеями, имеющейся в благочестивом остатке среди этого народа, с большей степенью их развития, нежели этого желают другие евангелисты. В равной степени нам следует не обойти вниманием и свидетельства о Его миссии по отношению к этим людям при явлении Его в мир сей. Эти свидетельства должны привлечь их внимание и сосредоточить его на младенце, рожденном для этих людей.
Добавлю, что особенно характерным в изложении фактов и вызывающим особый интерес к этому Евангелие является именно то, что оно представляет нам кто такой Христос. Не говорится об общеизвестной славе и занятом Им соответствующем положении; не говорится об открытии Его божественного естества в самом себе; не говорится о Его миссии Великого пророка. Явлен Он Сам, каким Он и был, человек на земле - Человек, Которого бы я встречал повседневно, живи я в то время в Иудее или Галилее.

Лука 1

Я бы выделил и тот стиль Луки, который может помочь читателю в изучении этого Евангелия. Он часто в одном коротком обобщенном изложении приводит множество фактов, а затем вдается в пространные рассуждения по тому или иному отдельно взятому факту, в котором явлены моральные принципы и благодать.
Многие пытались постигнуть то, что было исторически общепринято христианами в том виде, как это преподносилось сотоварищами Иисуса; и Лука счел разумным - исследовать все сначала и приобрести таким образом точное познание всего - по порядку описать это Феофилу, дабы тот мог получить уверенность в том, в чем был наставлен. Бог предусмотрел наставление для всей Церкви, именно в учении, составляющем неотъемлемую часть воплощенной жизни Господа, явленной этим человеком Божиим, который будучи лично подвергнутым христианским побуждениям, был направлен и одухотворен Святым Духом на благо для всех верующих {Единство побуждения и вдохновения, которые наверное пытались противопоставить друг другу, встречается на каждой странице Слова. Более того, эти два понятия несовместимы лишь в узком мышлении тех, кто не постиг пути Божии. Разве не мог Бог дать побуждения и чрез них наставить человека к достижению какой-либо цели, чтобы затем направить его безупречно и истинно во всем, что творит тот? Даже будь это человеческий замысел (чему я вовсе не верю), то, если Бог благословил это, разве не мог бы Он созерцать исполнение с тем, чтобы итог был полностью в соответствии с Его волей?}.
В стихе 5 евангелист обращается к первым откровениям Духа Божиего в свете этих событий, на которых целиком и полностью зиждется бытие народа Божиего и всего мира и в которых Богу предназначено было восславить Себя во веки веков.
Однако мы сразу же оказываемся среди иудейских обстоятельств. Иудейские Ветхозаветные уставы, мысли и чаяния, связанные с ними, служат обрамлением к этому великому и торжественному событию. События происходят во дни Ирода, царя Иудейского; и именно священника праведного и непорочного, принадлежащего к одному из двадцати четырех классов, мы находим в начале нашего пути. Жена его была из рода Ааронова; и две эти праведные личности беспорочно поступали по всем заповедям и уставам Господа (Иеговы). По иудейскому разумению, все было праведно пред Богом и происходило по Его закону. Но они не снискали благословения, возжажданного всяким Иудеем; у них не было детей. Тем не менее, мы можем сказать, что это происходило по воле Бога, правящего своим народом с тем, чтобы исполнить Свое благословение при провозглашении о немощи инструмента - немощи, которая удаляла всякую надежду согласно человеческих принципов. Такое происходило и с Саррой, и с Ревеккой, и с Анной, и со многими другими, о ком говорит нам Слово для наставления нас на путях Божиих. Об этом благословении часто молился благочестивый священник; но не было до сих пор ответа на молитву. И вот, наконец, когда в порядке своей чреды служил он пред Богом Захария и пришел для каждения, что согласно закону, являло благовоние для Бога (образ посредничества Господа), а люди в тот час молились вне святилища, Ангел Господень явился священнику по правую сторону жертвенника кадильного. И смутился Захария при виде этого великолепного явления, но Ангел успокоил его, сказав, что принес он добрую весть, возвещая что молитвы Захарии, столь долго и во тщете обращенные именно к Богу, услышаны. Елисавета родит сына, а имя, которым его нарекут, "Благоволение Господа", явится источником радости и веселья для Захарии, и многие возрадуются его рождению. Но ему быть не просто сыном Захарии. Младенец будет даром Господним, и ему надлежит быть великим пред Ним; быть ему Назореем и преисполненным Духа Святого от чрева матери своей: и многих из сынов Израилевых обратит он к Господу Богу. Предыдет пред Ним в духе и силе Илии, дабы восстановить моральные заповеди в Израиле от самых его истоков, а непокорным возвратить мудрость праведных - и да предстанет Господу народ приготовленный.
Дух Иеговы - это неколебимое и пылкое усердие в служении во славу Иеговы, во имя установления или восстановления через покаяние связи Израиля с Иеговой. Сердце его льнуло к этой цепочке между народом и его Богом по мере прочности и славы самого этого связующего звена, но в смысле их падшего состояния и по правам Бога в отношении этих связей. Дух Илии - хотя его и ниспослала народу благодать Бога - был в определенном смысле духом узаконенным. Он заявлял о правах Иеговы на суд. Именно благодать открывает путь к покаянию, а не верховная благодать спасения, пусть даже и расчищающая путь к нему. Именно в духовной силе воззвание к покаянию сравним здесь Иоанна с Илиею, в стремлении обратить Израиль к Иегове. И воистину Христос явился Иеговой.
Но вера Захарии в Бога и его благость не взошла до высот его мольбы (увы! так чаще всего и бывает), и когда она услышана в тот миг, когда потребовалось вмешательство Бога для исполнения его желания, он не оказался способен пройти стезю Авраама или Анны, и вопрошает о том, как такое может отныне статься.
Бог в своей благодати обращает недостаток веры в Его слуге в наставительное для того наказание и в доказательство того, что Захария был посещен свыше. Он нем до той поры, пока слово Господа не станет явью; и знаки, которыми он объяснялся с людьми, дивившимися, отчего он медлит в храме, объяснили эту причину.
И свершилось слово Божие благословением ему; а Елисавета, по своей благочестивости признавая, что рука Божия коснулась ее, таится от глаз людских. Благодать, снизошедшая на нее, не оставила ее невосприимчивой к тому, что сочлось бы зазорным в Израиле и что, будь то даже в прошлом, оставляло знать о себе, что касается человека при сверхчеловеческих обстоятельствах, чрез кои это свершается. Проявленная здесь благоразумность соделала женщину святой. Но то, что справедливо сокрыто от человека, обретает свою ценность пред Богом, и к Елисавете в ее уединении явилась мать Господа. И здесь фабула меняется, а сам Господь выступает как действующее лицо этой чудесной повести, которая и предлагается нашему вниманию.
Бог, предвидевший все заранее, посылает Ангела к Марии, чтобы возвестить о рождении Спасителя. В месте, которое мог бы избрать человек для исполнения Божиего назначения - месте, названия которого, по мнению обитателей тогдашнего мира, было достаточно, чтобы презреть выходцев из него - дева, не известная никому из тех, кого признавал мир, обручена бедному плотнику. Имя ей - Мария. Но все смешалось в Израиле: плотник был родом из дома Давидова. Обетования Бога - Который никогда не забывает о них и не теряет из вида тех, кому оно предназначено - обрели здесь место для исполнения. Сила и любовь Бога направляются здесь согласно их божественной действенности. И не имело значения, малым или большим был Назарет, но важно, что на сей раз не Бог ждет чего-то от человека, а человек от Бога. В Назарет к деве, обрученной мужу, именем Иосифу из дома Давидова был послан Гавриил.
Иоанн, дарованный Захарии, был ответом на его молитвы - Бог в Своей благости верен Своему народу, который уповает на Него.
Но здесь представлено испытание внешней благодатью. Мария, избранная животворящим сосудом для этой цели, вобрала благодать под всевидящим оком Бога. Ей было дано благоволение {Слова "обретшая благодать" и "благодатная" по значению различны. В человеческом аспекте она обрела благоволение, так что ей не должно было испытывать страха: но Бог наивысше наградил ее этой благодатью, этим огромным благоволением быть матерью Господа. В этом она явилась объектом высшего благоволения Божиего} высшей благодатью - быть благословленной среди женщин. Ей суждено было зачать и родить сына, и назвать его Иисусом. Он будет великим и будет назван Сыном Всевышнего. Бог даст Ему престол Его отца, Давида. Он будет царствовать над домом Иакова вечно, и царствование Его будет вечно.
Обратим здесь внимание на то главное, что представляет нам Дух Святый, а именно: рождение младенца, ниспослание в этот мир Его, рожденного Марией - Его, рождение Которого было предречено. Наставление, даваемое Духом Святым по этому поводу, подразделено на две части: первая - где говорится о том, каким будет ожидаемый младенец; вторая - где речь идет о его зачатии и славе, которая будет результатом этого. Представлены не просто божественная суть Иисуса, Слово, Которым был Бог, Слово, ставшее плотью; но и рождение его Марией, и то, как это должно было происходить. Мы знаем, что речь идет о том самом бесценном и богоданным Спасителе, о Котором говорит Иоанн; но здесь Он представлен нам в несколько ином плане, что представляет для нас бесконечный интерес; и мы должны воспринимать Его так, как представляет его Дух Святый - рожденным девой Марией в этом мире слез.
Прочтем вначале стихи 31-33. Действительно, было зачато дитя во чреве Марии, которое исторгло его в тот срок, что определил для человеческого естества Сам Бог. Обычный срок минул до рождения младенца. Пока что это ни о чем нам не говорит. Это просто сам факт, имеющий то значение, которое нельзя ни соразмерить, ни преувеличить. Он был именно и воистину человеком, рожденным женщиной, как и мы - не в отношении источника и не в отношении способа зачатия Его, об этом речь сейчас не идет, а в смысле реальности Его бытия как человека. Он был реальным и подлинным человеческим существом. Однако есть другие вопросы, связанные с Личностью Того, Кому суждено было родиться, которые встают пред нами. Ему надлежит быть нареченным Иисусом, то есть Иеговой Спасителем. Он явится в этом образе и с такой же силой. Так оно и было.
Здесь нет связи с фактом "ибо Он спасет людей Своих от грехов их, "как сказано у Матфея, где Израилю явлена сила Иеговы, Бога Израилева, в исполнении обетований, изреченных этому. Здесь мы видим, что Он имеет право носить это имя; но этот божественный титул остается сокрытым за именем личным; ибо в этом Евангелии нам явлен Сын Человеческий без размышлений о том, какой может быть Его Божественная сила. Здесь говорится, что "Он" - Тот, Кому суждено родиться - "будет велик", и (рожденный в мир сей) "наречется Сыном Всевышнего". Он был Сыном Отца до сотворения мира; но это дитя, рожденное на земле, должно называться в том образе, в каком Он был сюда ниспослан - Сыном Всевышнего: и Свое право на это имя Он безупречно утвердит Своими деяниями и всем тем, что говорило о том, чем был Он. Драгоценное для нас и наполненное славой разумение того, что дитя, рожденное женщиной, правомерно носит это имя "Сына Всевышнего", представляется еще куда более славным для Того, Кто пребывает в положении человека и был воистину человеком пред Богом.
Однако и многое другое было связано с Тем, Кому предстояло родиться. Бог даст Ему престол его отца Давида. Здесь мы вновь ясно видим, что Он рассматривается как человек, рожденный в этом мире. Престол отца Его, Давида, принадлежит Ему. Бог Ему даст его. По праву рождения Он унаследует обеты, обеты земные для царства, принадлежащего роду Давидову; но это произойдет по советам и власти Бога. Он будет царствовать над домом Иакова, не только над Иудеей во веки веков, ибо непрочна власть преходящая, а жизнь недолговечна; и будет царствование его бесконечным. Как воистину предрек Даниил, оно никогда не будет предано другому и никогда не перейдет к другому народу. Оно будет установлено по воле Божией, которая неизменна, и в соответствии с властью Его, которая никогда не падет. До тех пор, пока Он не передаст царство Богу Отцу, Он будет безоговорочно царствовать и передаст царство (по исполнении всех обетований) Богу, но слава царствования никогда не поблекнет в руках Его.
Таковым предстояло родиться младенцу - воистину человеком, хоть и рожденным чудотворным образом. Для тех, кто могли уразуметь Его имя, оно являло Иегову Спасителя. Ему надлежало быть Царем над делом Иакова и быть облеченным властью, которая никогда не ослабнет и не падет, а сочетается впоследствии с вечной вселенской властью Бога как Бога. Самым важным предметом откровения является то, что младенцу суждено быть зачатым и рожденным; все остальное - слава, которая будет принадлежать Ему, рожденному.
Но именно зачатие остается для Марии непостижимым. Бог позволяет ей спросить Ангела о том, как это произойдет. Ее вопрос был угоден Богу. Я не думаю, что здесь явлен недостаток веры. Захария непрестанно просил о сыне - исполнение просьбы было лишь делом благости и силы Бога - и весть о согласии Бога вывела его на ту исходящую точку, на которой ему оставалось только верить в то, о чем была весть. Он не поверил обетованию Божиему. Это явилось всего лишь работой необычайной силы Бога при естественном порядке вещей. Свято уверовавшая, Мария после благоволения Бога спрашивает о том, как это может свершиться помимо естественного хода вещей. В том же, что это свершится, у нее сомнений нет (см. Стих 45: "И блаженна уверовавшая", - говорит Елисавета). Вопрошает она о том, как это свершится, ибо это несообразно с привычными понятиями о естестве. Продолжая свою миссию Ангел также дает ей ответ Бога на этот вопрос. В намерениях Бога было то, чтобы этот вопрос предоставил случай (посредством ответа, полученного на него) откровению о чудесном зачатии. Речь идет о рождении его странника на этой земле - рождении Его от девы Марии. Он был Богом; Он стал человеком; но здесь явлена суть о способе его зачатия в становлении человеком на земле. Декларируется не то, чем Он бы. А то, что Он был рожден - таким, каким Он был в этом мире, и то чудесное зачатие, о чем мы здесь читаем. Дух Святый должен снизойти на нее и воздействовать сообразно своему могуществу на сосуд земной, без участия воли его или воли какого-либо человека. Бог есть источник жизни младенца, обетованного Марии, как рожденного в этом мире по Его всемогуществу. Он рожден Марией - женщиной, избранной Богом. Власть Всевышнего осенит ее, и оттого тот, кто будет ею рожден, должен быть наречен Сыном Божием. Дитя, зачатое при посредничестве силы Божией, сошедшей на Марию (силы, явившейся божественным источником Его жизни на земле как человека), и таким образом обретшее свое бытие от Марии, плод ее чрева, даже в этом плане должно именоваться Сыном Божиим. То святое, чему даст рождение Мария, должно называться Сыном Божиим. В данном случае это не есть учение об извечном родстве Сына и Отца. Евангелие от Иоанна, Послание к Евреям, Послание к Колоссянам утверждают эту бесценную истину и показывают ее значимость; но здесь акцентируется тот момент, что рожденный от чудесного зачатия на этой земле именуется Сыном Божием.
Ангел говорит ей о благословении, дарованном Елисавете всемогущей властью Бога, и Мария покоряется воле ее Бога - покорный намерению Бога сосуд, а благочестие обретает в ней возвышенность и величие в соответствии с этими намерениями, которые лишь оставлены ей, пассивному средству их свершения, покорному воле Бога. Это было ее славой через благоволение ее Бога.
Вполне сообразным этому моменту явилось то, что чудеса должны были споспешествовать этому чудодейственному вмешательству Бога и явиться свидетельством этого вмешательства. Весть Ангела породила плод в сердце Марии; и при посещении Елисаветы к ней приходит познание чудесных деяний Бога. Трогательно здесь представляется благочестивость Девы. Вместо того, чтобы возвысить общение с Богом призвало ее к смирению. В том, что произошло, она видела Бога, а не себя; наоборот, величие этих чудес так приблизило к ней Бога, что сокрыло ее от самое себя. Она отдается Его священной воле: но Бог в этом случае занимает слишком много места в ее мыслях, чтобы в них оставалось что-либо для собственной значимости.
Приход матери Господа к Елисавете был сам по себе разумеющимся для нее, ибо Бог посетил жену Захарии. Ангел известил ее об этом. Она имеет отношение к этим промыслам Божиим, ибо чрез благодать, постигшую ее, Бог был близок ее сердцу. Ведомая Духом Святым в сердце и любви, слава, принадлежавшая Марии, при посредстве благодати Бога, избравшего ее Матерью Господа, признается Елисаветой, исполненной Духа Святого. Она также признает благочестивую веру Марии и возвещает ей об исполнении полученных обетований (все, что произошло, явилось предвосхищающим откровением Ему, Который родится в Израиле и среди людей).
Тогда сердце Марии исполняется благодарением. Она обладает Богом, ее Спасителем, во благодати, наполнившей ее радостью, и своим низким положением - образ положения остатка Израиля - и это даст повод для вмешательства Бога в величии с полным откровением, что все от Него.
Каким бы ни было приемлемым благочестие для орудия, к которому Он обратился и кое Он изыскал, несомненно, у Марии оно имелось именно в потребной мере, ибо сокрылась в своем величии; ибо Бог был вездесущ, и именно через нее Он вторгся, дабы проповедовать пути чудотворные. Она бы утеряла свое предназначение, если бы сотворила что-то из себя, но она воистину этого не сделала. Благодать Божия хранила ее, с тем чтобы Его слава целиком явила себя в этом божественном событии. Она узнает его благодать, но она познает, что по отношению к ней все есть благодать.
Давайте сейчас отметим, что все, по сути и направленности помыслов ее сердца, суть иудейское. Мы можем привести для сравнения песнь Анны, пророчески восславить как раз это вторжение: прочтем также стихи 54, 55. Однако, заметьте, что она восходит к обетованиям, изреченным отцам, не Моисею, и она объемлет весь Израиль. Говорится о силе Бога творящей.
В средине немощи, когда нет сил и возможностей и все противостоит этому - таково положение угодное Богу, и таковы, в то же время орудия, которые ничто, Бог же - все.
Примечательно, что нам не сообщается о том, что Мария преисполнена Святым Духом. Мне представляется, что это является для нее благодарным отличием. Святой Дух посетил Елисавету и Захария необычайным образом. Однако, хотя мы не сомневаемся в том, что Мария находилась под влиянием Духа Божиего, это было духовное воздействие, связанное более с ее собственной верой, ее благочестием, с наиболее привычными связями ее сердца с Богом (сформировавшимися при посредстве ее веры и благочестия), и которое впоследствии сильнее проявило себя в виде собственных чувств. Это было благодарение за благодать, и любовь одарила ее младенцем в единении с надеждами и благословением Израиля. Во всем этом для меня сказывается весьма удивительная гармония в связи с чудесным благодеянием, ниспосланным ей. Я повторяю - Мария величественна, ибо она - ничто; но она облагодетельствована Богом тем путем, который ни с чем не сравним, и все поколения будут знать ее благословенной.
Но ее благочестие и выражение этого в данной песни является скорее личностно ответом Богу, нежели откровением с Его стороны. Оно четко ограничено тем, что обязательно представляет область такого благочестия для нее - ограничено Израилем, упованиями и обетованиями, изреченными Израилю. Оно восходит, как мы видели, к самому отдаленному пункту взаимоотношений Бога и Израиля - и они пребывали в благодати и при обетовании, но не закона - оно не выходит из этой среды.
Три месяца пробыла Мария с женщиной, которую благословил Бог, матерью того, которому предстояло быть гласом Божиим в пустыне; и возвратилась она, дабы следовать смиренно стезею своей, а предначертания Бога могли свершиться.
Нет ничего прекраснее в этом роде, нежели такая картина общения этих благочестивых женщин, неизвестных миру, но являющихся посредницами благодати Божией во имя свершения его воли, славных и безграничных; в итоге они таятся, зайдя в те пределы, в которые имеют доступ лишь благочестие и благодать; но Бог здесь, так же мало известный миру, как и эти две бедные женщины, но готовящий и свершающий то, что ангелы так желают постичь во всей его глубине. Это происходило в нагорной стране - там обретались эти породнившиеся благочестивые. Они таились; однако души их, к которым снизошел Бог и которых коснулся Своей благодатью, отзывались своим благочестием на эти чудесные явления свыше; и благодать Божия воистину отражалась в спокойствии сердца, узнавшего Его десницу и его величие с верой в Его милость и подчиняясь воле его. Нам посчастливилось быть допущенными туда, откуда мир был изгнан своим же неверием и отдаленностью от Бога, туда, где творил Бог. Однако то, что благочестие познано тайно чрез веру при посещении Бога, должно в итоге стать явным и исполненным в глазах людей. Рождается сын Захарии и Елисаветы, и Захария, который согласно слову Ангела прекращает молчать о пришествии отрока Давидова, ради спасения Израиля, в доме Богом избранного Царя, с тем дабы исполнить обетования, изреченные отцам, и пророчества, которыми Бог объявил будущую благословенность Своего народа. Дитя, данное Захарием и Елисаветой, будет идти пред лицом Иеговы с тем, чтобы приготовить пути Его; ибо сын Давида суть Иегова, явившийся по предсказаниям и по слову, коим Бог возгласил о явлении Его славы. Посещение Иеговой Израиля, провозглашенное устами Захарии, охватывает все благословение тысячелетия. Это связано с Иисусом, Который принесет все эти благословения Своей собственной Личностью. Все обетования - да и аминь в Нем. Все пророчества окружают Его славой, что будет и соделают Его источником, из коего она проистекает. Авраам возрадовался, дабы увидеть славный день Христа.
Святой Дух всегда делает так, когда его предметом является исполнение обетования в силе. Он даже приближается ко всеобщему результату, который в конце произведет Бог. Разница здесь заключается в том, что это не является провозглашением радостей в отделенном будущем, когда должен родиться Христос, когда явится младенец, с тем чтобы привнести радость в дни, все еще сокрытые расстоянием, чрез которое они виднелись. Ныне Христос находится рядом и провозглашается именно Его присутствие. Мы знаем, что будучи отвергнутым и отсутствующим сейчас, свершение этого непременно откладывается до Его возвращения; но Его присутствие привнесет эти свершения, и о них объявлено, как об имеющих связь с этим присутствием.
Сейчас мы можем отметить, что эта глава ограничена строгими рамками обетований, изреченных Израилю, то есть отцам. Мы имеем дело со священниками, Мессией, Его предтечей, изреченными Аврааму обетованиями, заветом обетования, клятвою Бога. Это не представляет закон; это - надежда Израиля, покоящаяся на обетовании, завете, клятве Божией и подтвержденная пророками, которая сбывается с рождением Иисуса, Сына Давидова. Это, я опять-таки говорю, не закон. Представлен Израиль под благословение, которое еще, конечно же, не исполнено, но Израиль, вступающий чрез веру в отношения с Богом, который исполнит его. Речь идет только о Боге и Израиле и о том, что имело место в благодати только между Ним и Его народом.

Лука 2

В следующей (2) главе картина меняется. Вместо отношений Бога и Израиля по благодати мы видим вначале языческого повелителя мира - главу последней империи Даниила - простирающего свою власть на страну Эммануила и над народом Бога, как если бы Бог не ведал о нем. Тем не менее мы все же присутствуем при рождении Сына Давидова, однако Он внешне пребывает во власти главы зверя, языческой империи. Какой же странный порядок вещей привносит грех! Обратите, однако, особое внимание, что здесь мы имеем дело с благодатью: именно вмешательство Божие заставило явить все это. В связи с этим имеются другие обстоятельства, достойные наблюдения. Когда речь идет об интересах и славе Иисуса, то вся эта сила - что правит, не убоясь Бога, царит в поисках своей собственной славы там, где должен царить Христос - вся имперская слава есть всего лишь орудие в руках Бога для исполнения его воли. Что же касается факта публичности, то мы находим римского императора, правящего деспотично, равно как и языческую власть там, где надлежало быть престолу Божиему, если бы грехи людские не сделали это невозможным.
Правитель повелел сделать перепись по всей земле, и каждый идет в свой город. Мирская власть проявляет себя, причем посредством действия, демонстрирующего ее превосходство над теми, кто, будучи народом Бога, должен быть свободен от всего, кроме непосредственного правления Божия над ними, который являлся их славой - действия, говорящего о полном вырождении и порабощенности народа. Вследствие своей греховности они телесно и имущественно являются рабами язычников (смотрите Неем. 9,36.37). Однако это действие лишь завершает чудесное намерение Бога, приводя к рождению Царя-Спасителя в селении, где, согласно откровению Божию, это должно было произойти. И, более того, Сама божественная Личность, призванная воззвать к радости и вознесению хвалы небесам, рождена среди людей, рожден младенец в этом мире.
Ситуация в Израиле и в мире определялась верховенством язычников и отсутствием престола Божиего. Сын Человеческий, Спаситель, Бог, явленный во плоти, идет, чтобы занять свое место - место, которое могла отыскать и занять в мире, который его не узнал, благодать. Эта перепись тем более примечательна, что, по исполнении намерения Божиего, она не проводилась больше до последующего правления Квириния {Я не сомневаюсь в том, что единственно правильным переводом этого места являются слова: "Эта перепись была первая в правлении Квириния Сириею". Святой Дух отмечает это обстоятельство с тем, чтобы показать, что, поскольку намерение Божие исполнено, в историческом плане повеление не выполняется до последующих времен. Большое число исследований было потрачено на то, что, как я полагаю, становится простым и ясным по тексту}.
Сын Божий рожден в этом мире, однако не находит в нем места. Мир пребывает дома или же, по крайней мере, согласно своим возможностям, в гостинице; что становится своего рода критерием для места человека для принятия его миром; Сын Божий же не находит ничего, кроме яслей. Разве просто так запечатлевает это обстоятельство Святой Дух? Нет. В этом мире нет места Богу и тому, что от Бога. Тем более, следовательно, совершенна любовь, ниспославшая Его на землю. Однако Он начал с яслей и кончил на кресте, и на пути Ему не было куда приклонить Свою голову. Сын Божий - чадо, проявляющее участие во всей немощи и всех обстоятельствах человеческой жизни, и таким образом провозгласившее себя - является в мир {То есть это - Младенец. Он не явился, подобно первому Адаму, исходя во всем его совершенстве из рук Божиих. Он рожден от женщины, Сын Человеческий, кем не был Адам}.
Но, если Бог входит в сей мир, и, если ясли Его обретают в естестве, полученном Им в благодати, то Ангелы заняты событием, от которого зависит судьба всей вселенной и свершение воли Божией; ибо Он избрал немощное, дабы смутить могущественное. Этот бедный младенец является объектом всех намерений Бога, приверженцем и наследником всей твари, Спасителем всех, кто унаследует славу и жизнь вечную.
Несколько бедняков, истово вершивших свой тяжкий труд вдали от суеты амбициозного и греховного мира, получают первые благие вести о присутствии Господа на земле. Бог Израилев не искал великих среди Своего народа, но снисходил к бедным сюда. Здесь представлены два события. Ангел, представший иудейским пастухом, объявляет им о своем свершении воли Бога по отношению к Израилю. Хор ангелов в своем небесном песнопении благодарения празднует все, что истинно привнесено этим чудесным событием. "Ныне родился вам, - небесный Ангел, явившийся бедным пастухам, - в городе Давидовом Спаситель, Который есть Христос Господь". Это возвещало великую радость им и всем людям {"Всем людям", а не "всему народу", как это представлено в авторизированном переводе}.
Однако в рождении Сына Человеческого, явлением Бога во плоти свершение воплощения имело значительно более глубокое значение, нежели то, о чем сказано выше. Тот факт, что там был бедный Младенец, отвергнутый и оставленный (с человеческой точки зрения) миром на произвол судьбы, выразился в словах (как это понять чрез небесное уразумение, многочисленное небесное воинство, чья хвала дошла пастухам чрез возвещение ангела) "слава в вышних Богу, и на земле мир, в человеках благоволение!
Эти несколько слов вмещают в себя столь обширные и глубокие помыслы, что это трудно выразить подобным образом. Однако необходимо сделать некоторые замечания. Во-первых, чрезвычайно благостно видеть, что помыслы Христа исключают все, что могло бы угнетать душу в том мире, что окружал Его на земле. Грех, увы! пребывал там. И Он явил Себя чрез то положение, в котором оказался чудесный Младенец. Но если грех поместил Его там, то благодать помещает его здесь. Благодать огромна; и в помыслах о Нем, благословение, благодать, разум Божий в отношении греха и того, что является Богом в лице Христа поглощают разум, овладевают сердцем и являются истинным утешением для сердец в таком мире, как этот. Мы зрим благодать саму по себе; а грех лишь возвеличивает полноту, суверенность и совершенство этой благодати. Бог в Его славных деяниях изглаживает грех, в отношении которого направлены Его деяния и который Он изобличает во всем его уродстве; Но есть еще и то, что "преизобилует": Иисус, пришедший в благодати, преисполняет сердце. Это же относится ко всем мелочам христианской жизни. Это подлинный источник моральной силы, очищения и радости.
Мы зрим далее три момента, привнесенные присутствием Христа, рожденного Младенцем на земле. Во-первых, слава в вышних Богу. Любовь Бога - премудрость Его - всевластие Его (не в сотворении мира из ничего, но в возвышении над злом, в обращении действа всей силы врага в повод для разоблачения этой силы, что являла собою лишь немощь и безумство перед тем, что может быть названным как "немудрое Божие") - исполнение Его вечных заветов - совершенство путей Его, когда явилось зло - явление Себя среди зла с тем, чтобы восславить себя пред Ангелами: одним словом, Бог так явил Себя чрез рождение Христа, что воинство небесное, которому извечно знакома Его сила, могло воспеть: "Слава в вышних Богу", и каждый глас звучит едино в сих восхвалениях. Какая любовь возлюбит эту любовь? Бог есть любовь. Как воистину свят помысел, чтобы Бог стал человеком! Какое торжество добра над злом! Как мудро это - приблизиться к сердцу человеческому, а сердцу человеческому - к Нему! Как подходит это человеку! Как свят Бог! Какая близость к сердцу человека, какая причастность к его чаяниям, какое знание его естества! Но, помимо всего, Бог превыше зла по благодати, и в этой благодати посетил сей растленный мир, с тем чтобы дать знать о Себе так, как Он никогда еще этого не делал!
Второй фактор Его присутствия, явившего Бога на земле, состоит в том, чтобы миру быть здесь. Отвергнутому - Его имени надлежало быть причиной противостояний; однако хор небесный поглощен фактом Его присутствия и результатом, во всей полноте проистекшим из того, что последовало, персонифицированным в лице Его, бывшего там (взглянувшего на плоды их), и он славит эти последствия. Выявленное зло должно сгинуть; Его святым повелением будут изгнаны любая вражда и насилие. Иисус, всемогущий в любви, будет царить и преподавать то естество, в котором Он пришел к месту действия, бывшему Его окружением в мире, в который Он явился, с тем чтобы радость была с сынами человеческими (Притчи 8,31). В более уменьшенном плане смотрите Псалом 84,11.12 {Эти слова ведут к прекрасному пониманию как того, что тогда происходило, так и нашего благословения. Сыны человеческие представляют особый интерес Бога. Мудрость (Христос есть мудрость Бога) Иеговы, восхваление в обитаемой части Его земли до сотворения, так что это было предрешением и восхвалением Его в сынах человеческих. Его воплощение суть полное доказательство этого. В Евангелии от Матфея наш Господь представлен тогда, когда занимает Свое место с остатком, что полностью открыто, а вся Троица полностью открыта в занятии Сыном Божием как человеков этого места и в помазании Святым Духом. Это прекрасно раскрывает пути Божии}.
Средства к этому - искупление, низвержение власти сатаны, примирение человека посредством веры и всего сущего на небе и на земле с Богом - не обозначены здесь. Все было во власти Его присутствия. Все было сокрыто в Нем. Состояние благословенности открылось с рождением сего Младенца. Предоставленный на попечение человека, человек не способен получить благо от этого, и все тщетно. Положение его от этого становится лишь хуже.
На благодать и благословение, приданные Лику Его, только что рожденного, и все им последующее обязательно струятся потоком далее. В конечном итоге это было вмешательство Бога, завершающее ниспосланную Им любовь, предначертанную цель Его благоволения. И с явлением Иисуса все последующее не могло не состояться: каковыми бы ни были препятствия к его свершению, Иисус явился для того, чтобы было так, а не иначе. Он явился в мир. Все последующее Он содержал в Себе, Он являлся выражением всего последовавшего. Пребывание Сына Божиего в средине грешников говорило о духовном разуме - "Мир вам".
Третьим моментом было благоволение {Это то же самое слово, что было произнесено о Христе, "в Котором Мое благоволение". Прекрасно видеть незлобливое торжество этих праведников при продвижении другого народа к месту при посредстве воплощения Слова. Это была слава Бога, и этого им было достаточно. Это - прекрасно} - любовь Бога к людям. Здесь ничему дивиться, ибо Иисус был человеком. Ангелов у Него не было.
Славным свидетельством было то, что любовь, благоволение Бога, была сосредоточено в этом бедном народе, ныне далеком от Него, но к которому Он благоволил свершить Свои славные промыслы. Так в Евангелии от Иоанна жизнь была светом человеков.
Словом, это была власть Бога, явленного в благодати в Лице Сына Божиего, проникающего в естество и пекущегося о судьбе существа, отошедшего от Него и делающего его сферой свершения всех Его помыслов и проявления Своей благодати и Своего естества ко всем Его созданиям. Вот каково положение человека! ибо именно в человеке это все свершено. Весь мир должен был познать в человеке, и в том, чем Бог был для человека, Того, Который был Богом в Себе и плодом всех Его славных промыслов, равно как и полный мир пред Ним, в соответствии с естеством Его любви. Все это подразумевалось в рождении того Младенца, которого мир не заметил. Естественный и чудесный предмет восхваления для святых обитателей неба, которым Бог об этом возвестил! Это была слава Богу во всевышних.
Вера имела силу в тех простых израильтянах, которым был ниспослан Ангел Господень; и они возрадовались в благословении, которое было исполнено пред их очами и подтвердило благодать, которую явил, возвещая о ней им. Слово "как им сказано было" является еще одним свидетельством благодати, которая нам ниспослана добротой и любовью Бога.
Младенец в день Своего обрезания, согласно иудейскому обычаю, нарекается именем Иисус, которое по советам и откровениям Бога сообщено чрез Ангелов Его силы. Более того, все было исполнено согласно закону: ибо исторически мы по-прежнему неразрывно связаны с Израилем. Он, рожденный женщиной, был рожден в законе. Состояние бедности, в котором был рожден Иисус, показано также чрез жертвоприношение, предложенного для очищения Его матерью.
Однако здесь Святым Духом выделен еще один момент, и повод этому дал Тот, Кто мог бы якобы предстать незначительным. Иисус признан богоизбранным остатком Израиля, поскольку Святой Дух исполняет их. Он становится пробным камнем для каждой души в Израиле. Положение остатка, наставляемого Святым Духом (то есть тех, кто принял положение остатка) было следующим: они знали об упадке Израиля, но уповали на Бога Израилевого, веря в Его неизменную верность, в утешение Его народа. Они продолжали говорить: Доколе? И Бог был с остатком. Он известил уповавших на Его милость и пришествии Обетованного, Кто явился бы исполнением этой милости для Израиля.
Так под гнетом язычников и беззакония людей, взрастивших или скорее взращенных в зле, остаток, уповающий на Бога, не теряет того, что, как мы видели в предыдущей главе, принадлежало Израилю. В средине несчастья Израиля они имели для своего утешения то, что обетование и пророчество возвестили Израилю.
Святый Дух явил откровение Симеону, что тот не умрет, пока не увидит Христа Господня. Это было утешение, и великое. Оно и состоялось в Лице Иисуса Спасителя, и не надо подробно вдаваться в детали способа и времени свершившегося избавления Израиля.
Симеон любил Израиль; он не мог уйти спокойно с тех пор, как Бог благословил Его в согласии с желаниями веры. Радость веры всегда обретается на Господе и Его народе, но она видит (в отношении, существующим между ними), всю протяженность того, что вызывает эту радость. Спасение, избавление Божие должны были явиться во Христе. Они стали откровением язычникам, кто до сих пор скрывался без откровения во мраке невежества; и для славы Израиля, народа Божиего. Это, несомненно, есть плоды правления Бога во Христе, это, скажем так, тысячелетие. Но если Дух открыл этому благочестивому и верному слуге Бога Израилева будущее, зависевшее от присутствия Сына Божиего, то Он открыл ему, что он держал в своих руках Самого Спасителя; представляя ему сейчас мир и такой смысл благоволения Божиего, что смерть утеряла свой ужас. Не говорится о познании дела Иисуса, воздействующего на высветленную и определенную совесть; но говорится об исполнении обетований Израилю, обладанием Спасителем и о подтверждении благоволения Божиего, так что проистекавший оттуда мир наполнял его душу. Есть три вещи: пророчество, которое известило о пришествии Христа, обладание Христом и результат Его присутствия на всей земле.
Здесь мы имеем дело с остатком народа Израиля и, следовательно, не находим ничего о Церкви и о чисто небесном. Отвержение приходит вслед за этим. Здесь не говорится о том, что принадлежит остатку народа в плане благословения Иисуса. Его дело не представляет предмет изучения на данный момент.
Какая прекрасная картина, какое свидетельство дано этому Младенцу, где силою Святого Духа Он наполнил сердце этого святого человека на исходе его земной жизни! Обратите внимание на то, как доходит слово до этих немногих оставшихся, никому не известных посреди мрака, окутывавшего людей. Но свидетельство этого святого человека Божиего (и как прекрасно думать о том, сколько же много этих душ, преисполненных благодатью и причастностью к Господу, расцветало вдали от света, оставаясь неизвестными людям, но известными Богу и любимыми Им; душ, которые появившись, выходя из своих пристанищ по его воле, дабы свидетельствовать о Христе, несут такое благословенное свидетельство деяния Бога, которое исполнилось, несмотря на все то, что делает человек и вопреки тому болезненному и преисполненному горечи действу, что разворачивается на земле), свидетельство Симеона было больше, нежели выражение глубоких интересных мыслей, наполнявших его сердце в общении с Богом. Это знание Христа и помыслов Бога о нем, получавшее свое развитие в тайне между Богом и душой, дает представление о том действии, которое было оказано явлением в мир Его, Который стал объектом его познания. Дух говорит об этом устами Симеона. В его прежних словах заключена весть о непременном исполнении Божиих предначертаний в Мессии - радость его собственного сердца. Ныне - это факт представления на земле Иисуса как Мессии Израилю, о чем и сообщается. Каковым бы не могло быть могущество Бога во Христе для благословения, Он подверг сердце человека испытанию. Раскрывая помыслы многих сердец (ибо Он был свет), а тем более будучи униженным в мире гордыни, Он, таким образом, должен был явиться поводом падения для многих из их низменного и упаднического состояния. Душа самой Марии, Матери Мессии, была пронзена мечом; ибо ее сын должен быть отвергнут, а естественное отношение между Мессией и народом - разорванное и исчезнувшее. Это противоречие грешников в отношении Господа представило все сердца обнаженными, что касается их чаяний, надежд, стремлений - какие бы формы благочестия ни были приняты.
Вот свидетельство, данное в Израиле Мессии в согласии с действием Духа Бога в отношении остатка посреди рабства и нищеты этого народа: полное свершение советов Бога в отношении Израиля, а через Израиль - в отношении всего мира, на радость сердец веровавших в эти обетования, но во испытание в тот момент каждого сердца при посредстве Мессии, явившегося предметом пререканий. В нем раскрылись советы Бога и сердце человека.
Малахия говорил, что боящиеся Господа в дни проклятия, когда надменные назывались счастливыми, будут говорить друг другу. Это время в Израиле пришло. От Малахии до рождения Иисуса здесь не было ничего, кроме перехода Израиля от убожества к гордости, которая, более того, зарождалась еще во дни пророка. То, что он сказал об остатке - также свершалось; они "говорят друг другу". То, что они знали друг друга, мы видим в этой живой картине сокрытого Богом народа: она "говорила о Нем всем, ожидавшим избавления в Иерусалиме". Анна, святая вдовица, не ушедшая из храма и глубоко чувствовавшая несчастье Израиля, окружила престол Бога своей овдовевшей душой ради народа, для которого Бог больше не был мужем, народа, который воистину овдовел подобно ей самой; и теперь она возвещает всем, размышлявшим об этом, что Господь посетил Свой храм. Они искали искупления в Иерусалиме; и вот Искупитель - им неизвестный - здесь. Какой повод возрадоваться для бедных остатка! Какой ответ на их веру!
Иерусалим, в конце концов не был просто местом, где Бог посетил остаток Своего народа, но местом гордости тех, кто говорил "храм Господень". И Иосиф с Марией, исполнив все, что предписывал закон, возвращаются с Младенцем Иисусом, дабы пребывать с Ним в презренном месте, где дано Ему имя, где, в этой местности, пребывает презренный остаток, бедное стадо, и где Бог объявил о том, что явится свет.
Здесь проходили Его первые дни жизни, здесь Он рос физически и духовно в принятом им образе подлинного человека. Простое и бесценное свидетельство! Но не менее Он сознавал Свое родство со Своим Отцом, когда пришло время говорить с людьми. Эти два момента объединены в том, что сказано в конце главы. В развитом образе человека Он являет себя Сыном Бога на земле. Иосиф и Мария, которые (дивясь всему тому, что творилось с Ним) не знали досконально о Его славе, порицают ребенка в соответствии с тем положением, которое Он формально занимал по отношению к ним. Однако это дает повод для явления другого образа совершенства в Иисусе. Если Он был Сыном Божиим и полностью осознавал это, то Он был также и послушником, всегда очень совершенным и безгрешным - послушным Младенцем, какой бы смысл другого отношения, которое связано с подчинением родителям-людям, не был у Него.
Осознанность одного не нанесла ущерба Его совершенству в другом. Явление Его Сыном Божиим оберегало его совершенство как человека и Младенца на земле.
Но здесь существенно отметить еще то, что такое положение не имело ничего общего с помазанием Его Святым Духом. Он, несомненно, исполнил публичное служение, к которому Он впоследствии приступил в согласии с властью и совершенством, дарованными этим помазанием; но Его родство с Его Отцом. Он это полностью осознавал, каким бы ни могло быть средство или форма ее публичного проявления; осознавал Он и силу Своего наставничества. Он во всем был таким, каким должно быть Младенцу; но то был Сын Божий, Который явился этим Младенцем. Его родство с Отцом было настолько известно Ему, насколько и его послушание по отношению к Иосифу и Марии было прекрасным, подобающим и безупречным.
На этом мы заканчиваем трогательную божественную историю рождения и первых дней предреченного Спасителя, Сына Человеческого. Невозможно отыскать что-либо, представляющее более глубокий интерес. Далее мы встретим Его в его служении, в Его жизни в миру, отвергнутого людьми, но свершающего волю и дело Божии; отдаленности от всего, дабы свершить это в силе Святого Духа, данного Ему без меры, дабы свершить то дело, с коим ничто не могло сравниться. В отношении коего, чтобы оно вызвало интерес, надо представить истину.
Это центр всего, а также способ, причем единственный способ, включая Его смерть, принесение Им Себя всецело в жертву Богу, всякого общения между нашими душами и Богом; безупречность явлений Его благодати и основа всякого общения между любым существом и Им Самим.

Лука 3

В главе 3 мы видим исполнение служения в мире для Израиля, дабы явить Господа в мир сей. Не говорится об обетовании Израилю и привилегиях, даруемых им Богом; рождение Младенца, унаследовавшего все обетования; но об империи самой по себе как свидетельстве пленения Израиля, будучи орудием свершения слова по отношению к Господу. Года здесь исчислялись согласно правлению язычников. Область Иудея находится а руках языческой империи, а оставшиеся части Ханаана разделены между различными начальствующими, подчиненными империи.
Иудейская система, тем не менее, продолжает действовать; и первосвященники были там, дабы упомянуть о годах их зависимости от язычников и вместе с тем сохранить уклад, учения и обряды Иудеев, насколько это можно было сделать при тех обстоятельствах в то время.
Сейчас слово Божие является вечно истинным и именно тогда, когда отношения Бога и Его народа претерпевают упадок в плане верности последнего, Бог своей всевышней властью поддерживает Свою связь посредством общения через пророка. Его всемогущее слово поддерживает ее, если нет другого пути.
Однако в этом случае послание Иеговы к Его народу носит особый характер; ибо Израиль уже пребывал в упадке, покинув Господа. В своей благодати Бог все еще зримо оставлял народ в его стране; однако вселенский престол был передан язычникам. Ныне Израиль призывался к покаянию, чтобы быть прощенным и занять новое место посредством явления Мессии.
Откровения Божие, таким образом, не состоят в связи с Его уставами в Иерусалиме, хотя праведные покорствовали им. Не призывал их и пророк обратно к верности в том веровосприятии, которое было им присуще. Это Его глас в пустыне, выпрямляющий его пути с тем, чтобы Он мог прийти, как бы извне, к кающимся и готовящимся к Его приходу. Более того, поскольку пришедший был Самим Иеговой, Его слава не должна была удерживаться в узких пределах Израиля. Всякая плоть должна узреть спасение, сотворенное Богом. Состояние самого народа было таковым, что Бог призывал их выйти из него чрез покаяние, говоря о гневе, который вот-вот падет на головы непокорных. Помимо этого, если Бог явился, то Он будет иметь дело с реалиями - истинными плодами праведности, а не просто с наименованием народа. И Он явился в Его всевышнем могуществе, способном вознести из ничего то, что Он имел бы пред Собой. Бог грядет. Он спросит о праведности с человека, ибо Он праведен. Он сможет Своей божественной силой из камней сих воздвигнуть детей Аврааму, если Ему будет это угодно. Здесь все характеризуется пришествием и присутствием Самого Бога.
Теперь секира лежит у корней деревьев, о каждом из них надлежало судить по его плодам. Напрасно доказывать, что они - Иудеи: если они пользовались этой привилегией, то где ж ее плоды? Но Бог не благоволил ни к одному в плане человеческого понимания праведности, равно как и не принял Он надменного суждения самоуверенных в своей праведности, которое те могли составить о других. Он спросил о совести каждого.
Также и мытарям, предмету ненависти Иудеев, служившим орудием фискального угнетения со стороны язычников и воинам, исполнявшим деспотические приказы царей, навязанных народу волей римлянам, или приказы языческих правителей, было указано поступать в соответствии с тем, что может вызвать истинный страх перед Богом., поступать в противовес тому неравенству, которое обычно имело место по воле человека; большинство было призвано к повседневному милосердию, в то время как с людьми, считающимися народом, обходились как с порождением ехидниным, на которых грядет гнев Божий. Благодать касалась их как весть о суде, но суд был у порога.
Так мы различаем эти два момента в стихах 3-14; в 3-6 отношение Иоанна к людям как таковым, в размышлении о том, что Сам Бог скоро явится; в 6-14 - его обращение к совести отдельных людей; стихи 7,8,9 - его наставления им в том, что формальные привилегии народа не дадут прибежища пред лицом святого и праведного Бога и что искать убежища в привилегии народа, означало лишь обратить гнев на самих себя - ибо народ подлежал суду и гневу Божиему. В стихе 10 он переходит к подробностям. В стихах 15-17 вопрос о Мессии решен.
В этом отрывке - великой истине, которую открыло перед глазами людей свидетельство Иоанна - огромная значимость заключена в том, что грядет Сам Бог. Человеку надлежало покаяться. На предоставленные тем временем в качестве средств благословения привилегии не должно ссылаться перед естеством праведностью Его, Который грядет; эти привилегии не способны ослабить могущества, с помощью которого Он может создавать народ по воле Его собственного сердца. Тем не менее, дорога к покаянию открыта, ибо Он верен народу, который Он любил. Однако, согласно советам, мудрости и благодати Божией для Мессии было предусмотрено особое деяние. Он крестит Святым Духом и огнем. То есть, он привнес власть и суд, что рассеивали зло, делая это в святости и благословении или разрушая. Он крестит Святым Духом. Это не просто возрождение чаяний, но власти в благодати в средоточии греха. Он крестит огнем. Это суд, который не требует зло. Его суд, таким образом, направлен на Израиль - Его гумно. Он соберет свою пшеницу в каком-нибудь другом месте; солома будет сожжена в дни суда.
Но в итоге Иоанн был отправлен в темницу царем. Дело не в том, что это событие в историческом плане имело место в тот момент; но Дух Бога объясняет морально окончание его свидетельства с тем, чтобы начать жизнь Иисуса, Сына Человеческого, но рожденного Сыном Божием в этом мире.
Именно с 21 стиха начинается это повествование, чудесное и полное благодати. Бог через Иоанна Крестителя призвал Своих людей к покаянию; и те, на кого слово Его возымело свое действие, пришли к Иоанну, дабы он крести их. Это был первый признак жизни и послушания. Иисус, безупречный в жизни и послушании, снисходит в благодати к остатку Своего народа, идет туда, занимает Свое с ними место и принимает крещение, как и они принимали его, от Иоанна. Трогательное и чудесное свидетельство! Его любовь - это любовь не издали и она заключена в даровании всего лишь прощения; ведомый благодатью, Он входит именно туда, куда грехопадение Его людей завело их, руководствуясь ощущением этого греха, которое вновь обращающей и живительной властью их Бога приводилось в них в действие. Он ведет туда Его народ через благодать, и Он сопровождает их, когда они идут. Он на своем месте с ними во всех трудностях пути идет с ними, чтобы преодолеть всякое препятствие, воистину, соединясь с бедным остатком, дивными земли, в ком все Его благоволение, призывал Своего Господа, Иегову; не вознося Себя, не говоря, что Его благость простирается до Бога, не занимая Своего вечного места с Богом, но место унижения; и посему - место совершенства в положении, коему Он подчинил Себя, но совершенства, которое знает, что есть грех, ибо он в самом деле был, и остатку следовало ощутить это, когда он оборачивается к Богу. Чувствовать это, означало, что положено начало добру. Посему Он может с ними идти. Но во Христе, как бы ни могла быть унижена благодать, Его выбор этого пути с ними являл собой благодать, действовавшую в праведности: ибо в Нем были любовь и послушание, и стезя, на которой Он восславил Своего Отца. Он взошел на нее.
Таким образом, Иисус, избрав для Себя место унижения, что необходимо для положения возлюбленного народа, к которому привела Его благодать и оказался в том положении, в котором вершится праведность и прежде всего добро, угодное Отцу, предметом восхищения которого Он таким образом стал в этом положении.
Отец мог признать Его тем, кто угодил Его сердцу тем, где пребывал грех и где были в то же время, предметом Его благодати, при это Он мог дать ей свободное хождение. Крест был завершением всего этого. Мы скажем несколько слов по поводу того и другого при рассуждении об искушении Господа; но принцип остается тем же, что и в отношении воли и послушания любящего Христа. Христос пребывал здесь с остатком вместо того, чтобы занять их место, дабы искупить грехи; однако предмет благоволения Отца избрал в благодати Свое место вместе с людьми, которые , как ожидалось, будут исповедоваться в своих грехах {Он принял это вместе с благочестивым остатком в действии, отделявшим их от нераскаявшихся, но которое являлось подобающим местом для людей - первом действии духовной жизни. Оставшиеся с Иоанном суть истинные Иудеи, занимающие свое место с Богом, Христос входит вместе с ними} пред Богом и будут представлены Богу, как и замышлялось, с тем, чтобы затем признать их воистину морально обновленные сердца, без чего Господь не мог бы быть с ними - разве что в качестве наблюдателя, дабы пророчески проповедовать им благодать.
Иисус избрал свое положение с молитвой - являя себя благочестивым, зависимым от Бога и расположившим сердце свое для Бога, тем самым выражая безупречность своего положения - и небо отверзается Ему. Он занял Свое место с остатком через крещение; в молитве - пребывая там - Он явил совершенство Свое собственного отношения с Богом. Зависимость и приближающееся к Богу сердце как первое условие и выражение этого, скажем так, существования, являются совершенством человека здесь внизу; и совершенством, в таком случае, человека в подобных обстоятельствах. И затем небеса могут отверзаться. Заметьте, не небо отверзается, дабы искать кого-то от Бога, не благодать открывает сердце для определенного чувства, но совершенство Иисуса и благодать приводят к тому, что небо отверзлось. Сказано: "Потому любит Меня Отец, что Я отдаю жизнь Мою". Итак, причиной для того, что небо отверзлось, является самое совершенство Иисуса {Отметьте здесь, у Христа нет, как у Стефана, какого-либо предмета на небе, чтобы приковать Свое внимание, Он является предметом небес. Таковым Он был для Стефана чрез Святого Духа, когда небо отверзлось святому. Его Личность всегда ярко выражена, даже когда Он помещает Свой народ в одно с Ним положение или же связывает Себя с ними. Смотрите по этому поводу от Матфея}. Отметьте также, что когда привнесен этот принцип, то небо и земля не находятся так далеко друг от друга. Истинно, что до смерти Иисуса такая близость должна быть сосредоточена в Личности Иисуса, только чрез Него она проходит, но включая и всех остальных. Установлена близость, хотя пшеничное зерно должно оставаться одно, пока "не умрет, пав в землю". Однако, ангелы, как мы видим, могли сказать: "И на земле мир, в человеках благоволение!"
И мы видим ангелов возле пастухов, и небесное воинство видит и слышит земное благодарению Богу за то, что произошло; и, наконец, небо отверзлось человеком и видимый Святой Дух нисходит на Него.
Давайте исследуем суть последнего. Христос занял Свое место с немощным и униженным остатком, пребывающим в праведности. Все благоволение Отца пребывает на Нем, и Святой Дух нисходит, дабы запечатлеть и помазать Его Своим присутствием и Своей силой.
Для Сына Бога, человека на земле, небо отверзлось, и вся любовь неба направлена на Него, объединенного со своими {Я здесь веду речь не о союзе Церкви с Христом на небесах, а о Его присоединении к остатку, что шел к Богу чрез благодать, ведомый действенностью Его слова и могуществом Духа. Это и есть, насколько я понимаю, причина того, что все эти люди получают крещение - затем приходит Иисус и присоединяется к ним}. С первых же шагов сотворенных этими смиренными душами по стезе благодати и жизни Христос с ними, поскольку Он здесь, благоволение и радость Отца и споспешествование Духа Святого - также с ними. И давайте всегда помнить, что речь идет о Нем как о человеке, в то время как Он был Сыном Божиим.
Такое положение человека, предстающего пред ликом Божиим. Иисус является его мерой, его выражением. Есть две вещи здесь - благоволение Отца и сила и печать Святого Духа; в этом мире и ведомо тому, кто обладает этим. Различие, уже упоминаемое, состоит в том, что мы чрез Духа Святого заглядываем на небеса, туда, где пребывает Христос, но мы занимаем Его место здесь внизу. Давайте, таким образом, созерцать человека во Христе - отверзаются небеса - сила Святого Духа на Нем и в Нем - свидетельство Отца и отношения Сына с Отцом.
Отметим, что генеалогия Христа здесь восходит не к Аврааму и Давиду, наследником обетований которых Ему надлежало быть по плоти, но к Адаму; с целью показать истинного Сына Божиего человеком на земле, где первый Адам лишился своего звания, так, как это и было. Последний Адам, Сын Бога, представ пред Отцом, готовился здесь принять на себя трудности, в которые греховность Адама первого ввергли тех из его народа, кто приблизился к Богу под воздействием Его благодати.
Враг через грех возобладал над первым Адамом; и Иисус должен одержать победу над сатаной, если Он спасет тех, кто находится под его властью. Он должен связать сильного. Одоление его - это по сути вторая часть христианской жизни. Радость в Боге, подвиг в одолении дьявола, умиротворении душ спасенных, отмеченных печатью Святого Духа и идущих под Его власть. В обоих случаях верующий - с Иисусом, и Иисус - с ним.

Лука 4

Безвестный Сын Бога на земле, Иисус, уводится в пустыню Святым Духом, печатью Которого отмечен, с тем, чтобы быть подвергнутым искушению врага, под которым пал Адам. Но Иисус выдержал искушение в обстоятельствах, которые близки нам, а не в тех, в которых находился Адам; то есть он прочувствовал все трудности жизни веры, искушаемый со всех сторон так же, как и мы, исключая грех. Обратите здесь внимание, что речь идет не о зависимости от греха, а о борьбе. Если же речь идет о рабской зависимости, то это вопрос избавления, не противостояния. Израиль боролся именно в Ханаане. Они были избавлены из Египта; они не боролись там.
У Луки искушения поступают согласно их моральной последовательности: первое, подразумевающее телесную потребность; второе - власть над миром; третье - духовность. При каждом из них Господь придерживается положения послушания и зависимости, отводя Богу и Его средству общения с человеком - Его слову - их истинное место. Простой принцип, спасающий нас в каждом случае, но который вследствие своей простоты - совершенен! Тем не менее, давайте помнить что это так; для вознесения на необыкновенные высоты не это требуется от нас, а то, что применимо для нашего человеческого состояния в качестве нормального правила для руководства им. Это послушание, зависимость - не делать ничего , кроме как Бог велел и положиться на Него. Такой путь подразумевает Слово. Но Слово есть выражение Божией воли, благодати и власти, применимых ко всем обстоятельствам человека как он есть. Это показывает, что Бога интересует все, что относится к Нему: зачем же тогда человек действует сам по себе без оглядки на Бога и Слово Его? Увы! говоря о людях вообще, надо сказать, что они предпочитают свое волеизъявление. Смирение и зависимость - это как раз то, чего они не хотят. У них слишком много неприязни к Богу, чтобы уповать на Него. Таким образом, именно это отличало Господа. Способностью совершить чудо Бог мог наделить того, кого хотел. Но человек смиренный, не выражающий воли к совершению чего-либо, по отношению к чему воля Бога выражена не будет, человек, который жил согласно Слову, человек, который жил совершенно полагаясь и полностью уповая на Бога, и не требовал никаких других доказательств верности от Бога, кроме Его Слова, никакого другого подтверждения уверенности, что Он вмешается, кроме его обещания сделать так и который ждал этого вмешательства на пути Его воли - здесь было что-то большее, нежели могущество. Это было совершенствование человека в том месте, где стоял человек (не просто невинность, ибо у невинности нет нужды уповать на Бога посреди трудностей, печалей, проблем, подымаемых грехом и познанием добра и зла), и совершенство, |которое оберегало того, кто им обладал, от всяких козней, которые сатана мог причинить ему; ибо что он мог сделать тому, кто никогда не поступал помимо воли Бога и для кого эта воля была единственным побуждением к действию? Более того, власть Духа Бога была здесь. Соответственно, мы находим, что простое послушание, наставляемое словом, было единственным оружием, используемым Иисусом. Для того, чтобы быть полным, это послушание требует зависимости от Бога и упования на Бога.
Он живет согласно слову: это - зависимость. Он не будет искушать (то есть, не будет испытывать Бога), чтобы убедиться, верен ли Он: это - упование.
Он действует тогда, когда этого Бог желает, по той причине, что этого Бог желает, и делает то, что Бог желает. Все остальное Он оставляет Богу. Это есть послушание; и, заметьте, не послушание как покорность воле Бога там, где наличествовала воля злая, а там, где воля Бога явилась единственным побуждением к действию. Мы посвящены в послушание Христа.
Сатана побежден и бессилен перед этим последним Адамом, поступавшим сообразно силе Духа на том месте, где может оказаться человек, используя те средства, которые Бог дал человеку и при обстоятельствах, где сатана проявляет свою силу. Греха здесь не было, иначе греху пришлось бы сдаться, но не победить. Он был исключен послушанием . Но сатана, искушал, оказался побежденным при обстоятельствах, которые обычны для человека. Телесная потребность, которая могла бы стать мотивом соблазна, если бы действовала своя воля, а не зависимость от воли Бога; власть над миром и ее слава, которые будучи предметом человеческой алчности, являются поистине царством сатаны (и именно к этому осмыслению пытался сатана подвести Иисуса и, поступая таким образом, тем самым показал, что он сатана и есть); и наконец, духовная самоэкзальтация на религиозную тему через посредство вещей, которые дал нам Бог. Но в Иисусе не было своекорыстия.
В том, что мы рассматривали, мы увидели человека, преисполненного Святым Духом и рожденного от Святого Духа на земле, безукоризненно угодного Богу и предмет Его любви, Его Сына возлюбленного в положении зависимости; и человека, победившего сатану среди тех искушений, с помощью которых тот обычно одерживает верх над человеком, человеком зависимым, покорным и уповающим на Бога, человеком, победившим силою Святого Духа и обращением к Слову при обычных житейских обстоятельствах.
В первом случае Иисус был со своим остатком, во втором - один, как в Гефсимании и на кресте. Тем не менее это - для нас; и угождая, как Иисус, мы должны в известном смысле одолеть дьявола. Но именно побежденному дьяволу мы противостоим силою Святого Духа, приданного нам посредством искупления. Если мы противодействуем ему, то он бежит, ибо он встретил своего победителя. Плоть не противодействует ему. Он обнаруживает Христа в нас. Сопротивление в плоти не приводит к победе.
Иисус одолел сильного и затем разметал дела его; но именно в искуплении, послушании безо всякой воли, кроме воли Бога, зависимости, обращении к Слову, обязывающего к подчинению Богу, Иисус одержал победу над ним. Всего этого недоставало первому Адаму. После победы Христа мы тоже, как слуги Христа, одерживаем подлинные победы или, скорее, пожинаем плоды победы, уже одержанной пред ликом Божиим.
Теперь Господь занял Свое место с тем, чтобы, скажем так, исполнить дело последнего Адама - человека, в котором Духа без меры, Сына Божиего в этом мире по Своему рождению. Он занял это место как рожденный от женщины (однако зачатый от Духа Святого); Он занял его как Сын Божий, в полноте угодный Богу, будучи Лично человеком здесь внизу; и Он занял его как победитель сатаны. Признанный Сыном Божиим и отмеченный печатью Святого Духа Отцом - небо разверзается перед Ним как человеком. Его генеалогия восходит к Адаму, и потомок Адама, безгрешный, преисполненный Духа Святого, побеждает сатану (как смиренный человек, не имеющий побуждений, кроме Божией воли) и приступает к свершению деяний, которые препоручил Ему в этом мире Бог, Его Отец (и это - как человеку) силою Духа Святого.
Он возвращается, в силе Духа, в Галилею {И заметьте здесь, как помазанный Святым Духом и ведомый Им, Он отправляется к испытаниям соблазном и возвращается в силе. Не утеряно ничего, и эта сила настолько же показана в явно отрицательном результате преодоления, насколько и в чудодейственных проявлениях силы впоследствии на людях}, и разносится молва о Нем по всей окрестной стране.
Он говорит о Себе: "Дух Господень на мне, ибо Он помазал Меня благовествовать нищим и послал Меня исцелять сокрушенных сердцем,.. проповедовать лето Господне благоприятное", Здесь он останавливается. То, что следует далее в книге пророка в отношении освобождения Израиля через суд, который защитит их от врагов, опущено Господом.
Теперь Иисус не говорит об обетованиях, а осуществляет их исполнение в благодати посредством Своего собственного присутствия. Дух предан этому человеку, исполненному благодати; и Бог благодатный в Нем являет Его благодать. Пришло время освобождения; сосуд Его благоволения к Израилю - здесь, среди них.
Исследование пророчества делает это свидетельство еще более замечательным в том, что Дух, объявивший о греховности людей и о суде в главах, последовавших за этими словами (представляя Христа, Помазанника) только о благодати и благословении Израилю; если существует отмщение, то оно должно воздаться врагам ради освобождения Израиля.
Но здесь - благодать в Лице Его, этого человека, Сына Божиего, исполненного Духом Святым, с тем, чтобы возвестить милость Бога, верного в Его обетованиях, и ободрить и возвысить убогих и бедных духом (было благословение им). Они не могли не понять этого, но они не признают Сына Божиего. "Не Иосифов ли это сын?" Здесь явлена вся история Христа - полное проявление благодати посреди Израиля, Его страны, Его народа; а они не знали Его. Не воспринимают пророка в его отечестве. Но это отрицание открыло дорогу благодати, вышедшей за те пределы, которые пытался установить для нее народ непокорный. Женщина из Сарепты и Нееман являлись свидетельством этой благодати.
Гнев исполняет сердца отринувших благодать. Не уверовавшие и неспособные распознать благословение, посетившее их, они не дадут ей ступить куда бы то ни было еще. Гордыня, приведшая их к неспособности оценить благодать, не слышит общения последней с другими. Они жаждут погубить Иисуса, но Он идет Своим путем. В этом явлена вся история Иисуса среди людей, прослеженных заранее. Он шел своим путем; и Дух хранит для нас деяния и исцеления, которые характеризуют Его служение в плане действенности Его благодати и ее распространения на других за пределами Израиля. В Нем, благодать Которого отвергнута, была сила. Признанный если не Израилем, то бесами, Он изгоняет их словами. Он исцеляет больных. Вся сила дьявола, все печальные внешние последствия греховности улетучиваются пред Ним. Он исцеляет, Он удаляется; и когда Его умоляют остаться (последствия Его дел, что снискали Ему славу среди людей, которых Он не искал), Он уходит прочь, дабы ревностно служить в других местах во имя свидетельства, что возложено на Него. Он стремится исполнить Свое дело, а не быть почитаемым. Он проповедует повсюду среди людей. Он изгоняет дьявола, Он снимает страдания и провозглашает благость Бога к бедным.

Лука 5

Он - Человек, и Он пришел для людей. В этом славном деле Он присоединит к Себе других (гл. 5). Он имеет право делать это. Если Он в благодати, то Он таков в соответствии с полновластием Святого Духа. Он сотворяет чудо, действительно способное поразить тех, кого он позовет и которое заставило их почувствовать, что все было подвластно Ему, что все зависело от Него, что там, где человек ничего не мог поделать, Он мог делать все. Петр, пораженный присутствием Господа, в откровении признается, что он не достоин, но, увлеченный благодатью, идет ко Христу. Благодать возвышает его и дает ему говорить о себе - ловить человеков. Это уже не проповедник праведности среди народа Божиего, а тот, кто увлекает в Его сети тех, что остались отстраненными. Он влечет к Себе как проявление на земле власти и ипостаси Божией. Это благодать, которая пребывает здесь.
Он был здесь с желанием и могуществом исцелять то, что являло собой образ греха, и было излечимым только при вмешательстве Бога. Но Бог вмешался; и в благодати Он может сказать и говорит тому, кто призывает Его силу, но сомневается в Его воле: "Хочу, очистись" {Если человек прикасался к прокаженному, то он был нечист. Но здесь действует благодать, и Иисус, не оскверняясь, касается прокаженного (Бог в благодати, чистый, человек, прикасающийся к скверне, дабы очистить ее)}. Все же Он подчинялся иудейским укладам, будучи законопослушен. Иисус молился как человек, зависимый от Бога. Это было Его совершенствованием как человека, рожденного под сенью закона. Более того, Ему необходимо признание установлений Бога, не отмененных пока оттого, что Он отвергнут.
Но это послушание как человека стала свидетельством; ибо только властью Господней могла врачеваться проказа, и Он излечил от нее, и священникам надлежало признать то, что имело место.
Однако он дает милость, равно как и очищение. Он предоставляет доказательство этому, снимая всякую немощь и наделяя силой того, кто ею не обладал. Это не было учением о том, что Бог мог миловать. Они верили в это. Но Бог вмешался, и было прощение. Им не нужно было долее ждать ни последнего, ни судного дня, чтобы осознать свое положение. Никакому Нафану не требовалось приходить и возвещать это от имени Бога, Который был на небе, в то время как Его народ был на земле. Прощение пришло в Лице Сына Человеческого, сошедшего на землю. Всем этим Иисус дает доказательства власти и прав Господних. В этом случае это было исполнение Псалма 102,3, однако в то же время Он представляет эти доказательства, как исполненные силою Святого Духа, что есть без меры в человеке, в Его собственной Личности истинного Сына Божиего. Сын Человеческий обладает властью прощать грехи: воистину явился Господь Бог, человек на земле. Сын Человеческий предстал перед ними воочию, в благодати, дабы употребить эту власть - доказательство того, что Бог их посетил.
В обоих этих случаях {Призыв к Петру является более общим в том отношении, что он связан с Личностью Христа. Тем не менее, хотя он был ловцом человеков (слово, по-видимому, употребленное по контрасту в сравнении с рыбой, которую он ловил), он нес свое служение несколько более особенно по отношению к Израилю. Но именно сила в Личности Христа повелевала его сердцем; так что было что-то в корне новое, но еще в своей связи с Израилем, в то же время распространяющееся за пределы его. Именно в конце главы 7 и в главе 8 мы выходим за узкие рамки Израиля} Господь, являя власть, готовую к распространению и предназначенную к распространению за пределы этой сферы, показывает ее в связи с Израилем. Очищение было доказательством власти Иеговы посреди Израиля, а прощение было связано с Его правлением в Израиле, и поэтому доказало себя совершенным исцелением больного в согласии с уже приведенным псалмом {Сравните Иов 33,36 и Иаков 5,14.15 - первые зримые рассеяния и Иаков в христианстве. В Израиле это Сам Господь в высшей благодати}. Несомненно, эти права не ограничивались Израилем, но в тот момент они были использованы в связи с этим народом. Он очистил в благодати то, что мог очистить лишь Иегова. Он простил то, что лишь Иегова мог отпустить, удаляя все последствия их греха. В этом смысле это было прощение управления; могущество явившегося Иеговы, способное полностью восстановить или переустроить Израиль - где бы то ни было, по крайней мере это могло принести пользу. Впоследствии мы встретим прощение для умиротворения души.
Призыв к Левию и то, что за ним следует, показывают не только то, что этой силе благодати суждено выйти за пределы Израиля, но и то, что старый сосуд не способен выдержать ее. Она должна построить сосуд для себя. С другой стороны, мы можем здесь также заметить, что верх характеризуется стойкостью. В осознанности несчастья, несчастья без средства избавления от него, и в уверенности, что Тот, Кто способен исцелить, находится здесь, она, сила, не дает себя поколебать - не откладывает облегчение на потом. Теперь могущество Бога было здесь, чтобы удовлетворить этому. Это ставит точку в той части повествования, которая положительным образом раскрывает божественную силу, посетившую землю в благодати в Лице Сына Человеческого и примененную в Израиле в том его положении, в котором она нашла его.
То, что следует за этим, характеризует ее применение в противопоставлении с иудаизмом. Но то, что мы уже исследовали, разделено на две части с четко различимыми действующими лицами, заслуживающими упоминания. Вначале, от главы 4,31-41, это могущество Господа, проявляющее себя от Его имени в виде триумфа (вне какой-нибудь особой связи с разумом личности) над всеми силами дьявола в недуге ли или же в одержимости. Власть дьявола - здесь: Иисус изгоняет ее и исцеляет тех, кто от нее страдал. Но с другой стороны, Его дело - противодействовать. И царствованием было не только проявление власти, изгоняющей всю силу дьявола, но и силы, которая приводила души к общению с Богом. Мы видим это в главе 5,1-26. Здесь идет речь об их положении пред Богом, грехом и верой - всем тем, что касается их отношений с Богом. Таким образом, здесь мы зрим власть слова Христова над сердцами, проявление Его славы (Он признан Господом), осуждение греха, попросту завидующего Его славе в плане Его святости, которой надлежит удерживаться нерушимой; душу, принимающую сторону Бога вопреки самой себя, поскольку она любит святость и чтит славу Бога, даже чувствуя притягательность Его благодати; так что благодаря этому все забыто - рыба, сети, лодка, опасность: "одно" возобладало над душой. Ответ Господа затем разгоняет все страхи, и Он приобщает освобожденную душу к Себе в благодати, которую Он употребил по отношению к ней и в делах, кои Он вершил для людей. Она уже претерпела моральное избавление от всего того, что окружало ее; теперь, во всей отраде, даруемой благодатью, она раскрепощается силой благодати и целиком предается Иисусу. Господь - совершенное проявление Бога - в создании новых привязанностей через это Божие откровение разъединяет душу со всем тем, что связывало ее с этим миром, с укладом необновленного человека, с тем чтобы отделить ее для Себя - для Бога. Он окружает себя всеми теми, кто имел избавление, становясь в их центре; и разумеется, дает избавление, будучи там.
Затем Он очищает прокаженного, что не мог сделать никто, кроме Иеговы. Он по-прежнему поступает сообразно Своему подзаконному положению; и, как бы ни была велика Его слава, Он продолжает придерживаться полной зависимости как человек пред Богом. Нечистый прокаженный может повернуться к Богу.
Он также прощает. Виновный больше не виновен пред Богом; он прощен. Вместе с этим он обретает крепость. Тем не менее, это по-прежнему деяния Сына Человеческого. В обоих случаях вера ищет Господа, принося свои нужды к Нему.
Здесь Господь показывает особенности Своей благодати по отношению к объектам ее. Будучи верховной, будучи Божией, она действует в силу своих прав. Человеческие обстоятельства ей не препятствуют. Она по своей природе соотносится с человеческой нуждой, а не с человеческими привилегиями. Она не подвержена уставам {Христос, рожденный в законе, должен был им подчиняться; но это другой вопрос. В данном случае это божественная сила, действующая во благодати} и не идет через них. Власть Бога чрез Дух сказалась здесь, и действовала для самое себя, и оказала свое собственное воздействие, отстраняя то, что было старо - то, чем был закрепощен человек и пределами чего сила Духа не могла быть ограничена.
Книжники и фарисеи не желают общения Господа с нечестивыми и падшими. Бог ищет тех, кому Он нужен - грешников - в благодати. Когда они спрашивают, почему Его ученики не соблюдают обычаев и установлений Иоанна и фарисеев, посредством которых они направляли законное благочестие своих учеников, то ответ в том, что новое не может подчиняться форме, принадлежавшей тому, что было старо и что не могло выдерживать силы действенности того, что исходило от Бога. Старыми были человеческие формы по плоти; новой была действенность Бога, согласно Святому Духу. Более того, тогда было не время для благочестия, которое приняло форму самоуничижения. Что еще мог поделать человек? Но Жених был здесь. Тем не менее, он был человеком, а не действенность Бога {Но здесь также Господь, излагая причину того, что ученики не следуют обрядам и установлениям Иоанна и фарисеев, объединяет их по двум уже упомянутым принципам - Его положение посреди Израиля и сила благодати, вышедшая за его пределы. Мессия, Сам Иегова, был среди этой благодати (несмотря на их подчиненность язычникам), в согласии с которой Иегова назвал Себя "Я Господь, целитель твой". Так или иначе, Он был здесь в превосходстве благодати ради веры. Следовательно, те, кто признали Его Мессией, мужем Израиля, - могли поститься пока Он был с ними? Он покинет их: несомненно, это будет временем поста для них. Во-вторых, более того, это было невозможно. Он не мог подогнать новые одежды христианства к ветхому рубищу иудаизма, по природе своей неспособного воспринять его энергию или приспособиться к благодати, к тому же изнуренного грехопадением, в результате чего, по суду, Израиль поступил в зависимость от язычников. Кроме того, могущество Духа Бога во благодати не могло быть ограничено установлениями закона. Оно бы их смело само по себе. Призыв Левия наиболее явно конфронтировал с предубеждениями Иудеев. Их же земляки являлись орудием вымогательства у их же хозяев и чрезвычайно болезненно напоминали им об их зависимости от язычников. Но Господь был там в благодати, отыскивая грешников.
Святой Дух раскрывает перед нами присутствие Господа и права, неотъемлемо принадлежащие его Личности и Его высшей благодати, что явились в Израиль с тем, чтобы непременно выйти за его пределы (оставив, таким образом, в стороне правовую систему, неспособную к восприятию нового). Это есть ключ ко всем этим повествованиям. Так в том, что следует дальше в отношении субботы, один случай показывает то превосходство, которое Его славная Личность придала Ему над тем, что было предметом самого завета; второй случай - то, что благость Бога не может отречься от своих прав и своего естества. Он будет творить добро даже в субботний день}.

Лука 6

То, о чем повествуется в главе 6,1-10 имеет отношение к той же истине и в значительной степени. Суббота была знанием завета между Израилем и Богом - отдых после завершенных работ. Фарисеи обвинили учеников Христа в том, что те растирали в руках зерновые колосья. На этот раз отверженный Давид преодолел правовой барьер, когда его нужда потребовала этого. Ибо когда Помазанник Бога был отвергнут и изгнан, все происходило подобным образом. Сын Человеческий (Сын Давидов, отвергнутый как сын Иеcсеев, избранный и помазанный царь) был Господином субботы; Бог, Который установил этот устав, был выше уставов, им установленных и представил в благодати долг человека, покорившегося верховности Бога; и Сын Человеческий был здесь с правами и властью Бога. Прекрасный факт! Более того, власть Бога, представленная в благодати, не допускала существование страданий, ибо то был день благодати. Но это отодвигало в сторону иудаизм. Это было долгом человека Богу, Христос был проявлением Бога в благодати для людей {Я могу здесь отметить, что если проследить хронологическую последовательность у Луки, то она такая же, как и у Марка, и что из событий, собранных вместе не так, как у Матфея, можно составить предмет Евангелия; только он время от времени вводит деталь, которая могла иметь место в другое время и быть иллюстративной к предмету, исторически соотнесенному. Но в главе 9 Лука приступает к последнему походу в Иерусалим (стих 51), и, начиная отсюда, ряд нормальных наставлений следует до главы 18,31 главным образом, если не постоянно, в течение времени этого пути, которые большей частью мало что говорят в отношении дат. Это важно. Удел в покое Бога является особой привилегией святых - людей Божиих. У человека при падении не было этого, посему покой Божий остается особым уделом Его людей. Он не помещает его под закон. Однако всякое определенное установление при законе сопровождается через субботу, формальное выражение страха первого Адама, и это будет у Израиля в конце всемирной истории. До тех пор, как благословенно сказал Господь, Отец Его делает, и Он делает. Для нас днем отдыха не является седьмой день, конец недели для мира; но первый день, день после субботы, начало новой недели, нового творения, день воскресения Христа, начало нового состояния человека, исполнение чего вся тварь, что вокруг нас, ожидает, мы же пребываем пред Богом в Духе, как и Христос. Посему Суббота, седьмой день, отдых первого творения на человеческой и законной основе, всегда рассматривается в Новом Завете с отвержением, хотя и до суда, однако устав, она умерла со Христом в могиле, куда Он поместил ее - она была соделана для человека как милость. День Господен - это наш день и драгоценное внешнее получаемое от небесного покоя}. Пользуясь правами высшей благодати и являя власть, уполномочившую Его притязание на обладание этими правами, Он исцеляет в переполненной синагоге сухорукого. Они исполнились бешенства при этом проявлении могущества, что преодолевает и уносит прочь плотину их гордыни и убежденности в своей праведности. Мы можем наблюдать, что все эти обстоятельства собраны в единое целое в таком порядке и такой взаимосвязи, которые совершенны.
Господь явил, что эта благодать - которая посетила Израиль в соответствии со всем тем, что могло ожидаться от Господа Всемогущего, верного Своим обетованиям - не могла, тем не менее, ограничиться узкими рамками этого народа или же приспособиться к установлениям закона; что люди желали старого, но что власть Бога поступила в согласии со своим собственным естеством. Он показал, что наиболее священный, наиболее обязательный предмет старого завета должен быть подчинен Его званию, что превыше всяких установлений, и уступить место правам Его божественной любви, которая действует. Но старое было таким образом приговорено и удалялось прочь. Он показал Себя во всем - в призыве Петра особенно - чтобы быть новым центром, вокруг которого должны собраться все, кто искал Бога и благословения; ибо Он был живым проявлением Бога и благословением в людях. Так Бог был явлен, старый порядок вещей был дряхлым и неспособным вместить эту благодать, и остаток был отделен - вокруг Господа - от мира, не нашедшего в Нем вида, который бы привлекал их к Нему. Теперь Он поступал, исходя из этого; и если вера искала Его в Израиле, то эта сила благодати проявляла Бога по-новому. Бог окружает Себя людьми, а центр благословения - во Христе как человеке. Но Он есть любовь и в деятельной этой любви Он ищет гибнущих. Никто, кроме одного - того, который был Богом и открыл Себя, не мог окружить Себя Своими последователями. Ни один пророк никогда не сделал этого (см. Иоанн 1). Никто не мог послать, наделив властью и силой божественного благовествования, кроме как Бог. Христос был послан; теперь посылает Он. Слово "апостол" (посланный), ибо так Он называет их, содержит эту глубокую и чудную истину - Бог действует в благодати. Он окружает Себя благословенными. Он ищет несчастных грешников. Если Христос, истинное средоточие благодати и блаженства, окружает Себя последователями, то Он еще посылает Своих избранных нести свидетельство любви, которую Он пришел явить. Бог явил Себя в человеке. В человеке Он ищет заблудших. Участие человека в самом непосредственном проявлении божественного естества двояко. Он с Христом как человек; и он послан Христом. Христос Сам делает это, как человек. Это человек, преисполненный Святого Духа. Так мы видим Его вновь явленным в зависимости от Его Отца перед выбором апостолов; Он удаляется для молитвы. Он проводит ночь в молитвах. И теперь Он идет дальше явления Самого Себя как лично исполненного Святого Духа, с тем чтобы нести знание о Боге среди людей. Он становится центром, вокруг которого должны проходить все, кто искал Бога, и началом миссии по исполнению устремлений Своей любви - центром проявления божественной силы в благодати. И, таким образом, Он призвал вокруг себя тот остаток, который должен быть спаян. Его положение во всех отношениях характеризуется тем, что было сказано после того, как Он сошел с горы. Он нисходит с апостолами после Своего общения с Богом. На ровном месте {Ровное место на горе} его окружила группа его учеников, затем множество людей, привлеченных всех вместе его словом и делом. Слово Божие было притягательным, и Он исцелял людские недуги и низвергал власть сатаны. Эта сила обреталась в Его Личности; добродетель, исходившая от Него, давала зримые свидетельства власти Бога сущего в благодати. Эти моменты привлекали внимание людей к Нему. Мы видим, однако, как старое, за которое держались очень многие, уходило прочь. Он окружил Себя сердцами, преданными Богу, призванными Его благодатью. Здесь Он, однако, не говорит, как у Матфея, о конкурентной сути Царствия, с тем чтобы показать суть божественного промысла, бывшего на данный момент, словами "блаженны нищие духом" и т.д.; но Он отличает остаток их приближенностью к Нему. Он вещает ученикам, что следовали Ему, что это они блаженны. Они были бедны и презренны, но они были блаженны. Они обретут Царствие. Это имеет большое значение, ибо это ставит остаток отдельно и вовлекает его в связь с Ним для получения благословения. Замечательным способом Он описывает суть тех, кто были таким образом благословенны Богом.
Проповедь Господа подразделена на три части.
Стихи 10-26. Противопоставление остатка, объявленных Его учениками, большинству, удовлетворенному существующим порядком вещей в мире, а также предсказание в адрес тех, кто был на месте учеников и в этом снискал благоволение мира. Горе таким! Заметьте также, что это является вопросом гонений не во имя праведности, но во имя Его. Все носило печать причастности к Его Личности.
Стихи 27-36. Образ Бога, их Отца в явлении благодати во Христе, которую им надлежало воспроизвести. Он открывает, заметьте, имя Бога и уподобляет их детям.
Стихи 37, 38. Этот образ особенно развит в положении Христа, ибо Он был на земле в то время, Христос, несущий Свое служение на земле. Это подразумевало правление и воздаяние со стороны Бога, как это и было в отношении Христа.
Стих 39. Положение вождей в Израиле и связь между ними и народом.
Стих 40. Положение учеников в отношении со Христом.
Стихи 41, 42. Путь постижения и ясного видения о средине зла - отторгнуть зло от самого себя.
В конце концов, о каждом древе вещают его собственные плоды. Речь идет не о том, чтобы прийти ко Христу и слышать Его, а в том, чтобы Он был так дорог их сердцам, что они устранили бы любые препоны и воистину были Ему покорны.
Давайте подведем итог тому, о чем мы вели речь. Он действует, облеченный силою изгонять зло, ибо Он обнаруживает здесь его, и Он добрый; и Бог Сам по Себе добрый. Он проникает в их совесть и призывает души к себе. Его деяния обусловлены надеждой Израиля и властью Бога очищать, прощать и укреплять. Но благодать, потребная всем нам: и благоволение Божие, и сила Его любви не ограничивались этим народом. Ее исполнение было совместимо с теми нормами, согласно которым жили (или, скорее, не могли жить) Иудеи; и новое вино должны разливать в новые мехи. Вопрос субботы разрешил и вопрос установления этой власти; предмет завета уступил ей: Тот, Который ее употребил, был Господом субботы. Милосердие Бога субботы не было приостановлено, как если бы Его руки были повязаны тем, что Он учредил в связи с заветом. Иисус вслед за этим собирает вокруг Себя, по воле Бога, сосуды Его благодати и могущества. Они были благословенными наследниками Царствия. Господь повествует о них. Это не было безразличием и гордыней, произросшими от незнания Бога, справедливо отошедшего от Израиля, согрешившего против Него и не принявшего славного явления Его благодати во Христе. Они разделяют ту печаль и боль, которую должно было вызвать таковое положение народа Божиего в тех, кто познал разум Божий. Ненавидимой, гонимой и хулимой во имя Сына Человеческого, пришедшего воспринять их беды, такова была их слава. Им надлежало разделить Его славу, когда природа Бога была прославлена в деяниях, свершенных по собственной Его воле. Они не будут преданы хуле на небесах; они будут вознаграждены там, не в Израиле. "Так наступали с пророками отцы их".
Горе беспечным на Сионе во времена грехопадения Израиля и отвержения ими и помыкания их Мессией! В этом состоит противопоставление истинного остатка и возгордившихся среди людей.
Далее мы видим образ действий, подобающий первым - образ действий, который, если выразить это одним словом, включает в основные свои элементы образ Бога в благодати как явленного во Христе на земле. Но у Христа есть Свой собственный образ служения Сына Человеческого; применительно к их необычным обстоятельствам об этом сказано в стихах 37,38. В 39 нам представлены вожди Израиля, а в стихе 40 - удел учеников. Отверженным, как и Он Сам, им надлежит возыметь и его удел; но при условии, что они будут следовать Ему безукоризненно, они обретут его в благословении, в благодати, в образе, а равно и в положении. Какое благоволение! {Это, тем не менее, не говорит, по сути, о естестве, ибо Христос был непорочен. Равно как и не имеет этого смысла употребленное слово "безукоризненно". Это суть кто-то совершенно и всесторонне наставленный, полностью сформировавшийся в результате наставлений своего господина. Он будет подобен ему, своему наставнику, во всем, в чем он им наставлялся. Христос являлся совершенством; мы взрастаем до Него во всем в меру полного возраста Христова (см. Кол. 1,28)} Более того, суждение о себе, а не о своем брате, являлось средством обретения чистого морального облика. У доброго дерева и плод добрый. Суд над самим собой был соотнесен с древом. Это есть вечная истина. В суде над самим собой речь идет не только о плоде, который есть наказуем, но о себе самом. И о древе можно судить по его плоду - не только по доброму плоду, а именно по его собственному. Христианин несет плод естества Христова. Рассматривается само сердце и реальное практическое послушание.
Здесь также нам представлены принципы новой жизни в ее действительной эволюции во Христе. Это ново в моральном плане, вкус, аромат и суть нового вина - остаток, уподобленный Христу, за которым они следовали, Христу, новому центру обращения Духа Божиего и зова благодати его. Иисус вышел из стен суда иудейского во всесилии новой жизни в согласии с властью Всевышнего, принесшего благословение в этот замкнутый мир, оказавшийся неспособным воспринять его. Он вышел в согласии с принципами жизни, которые Он объявил; в историческом плане Он пребывал в ней.

Лука 7

Далее вслед за этим мы видим, как Дух действует в сердце язычника (глава 7). Это сердце проявило больше веры, нежели любой из сынов Израилевых. Смиренный сердцем и испытывающий любовь к народу Божиему, как таковому, во имя Бога, чьим народом они и были и таким образом вознесенный в своей любви над их, по сути, бедственным положением, он может видеть во Христе Того, Кто преобладал надо всем, точно так же, как он сам - над его воинами и слугами. Он ничего не знал о Мессии, но он признал в Иисусе {Как мы видели, это как раз было предметом Святого Духа в нашем Евангелии} власть Бога. Это было не просто разумением; это было верою. В Израиле не было такой веры.
Далее Господь вершит Свои деяния посредством могущества, которому надлежало быть источником человеческого обновления. Он воскрешает мертвого. Это, несомненно, выходило за пределы законоустановлений. Он сострадал притесненности и страданию человека. Смерть была его тяжким бременем; Иисус избавляет его от этого, и это не только очищение прокаженного израильтянина, и не прощение и исцеление верующих среди Его народа. Он возвращает жизнь тому, кто потерял ее. Израиль, без сомнения, выиграет от этого, но власть, необходимая для исполнения такой работы, является той, что обновляет все, где бы ни было.
Изменение, о котором мы говорим и которое так ярко представляют нам эти два примера, вынесено при оценке связи между Христом и Иоанном Крестителем, которой посылает узнать из уст Господа кто есть Он. Иоанн слышал о Его чудесах и посылает своих учеников узнать, кто их творил. Естественно, Мессия, употребив Свою власть, мог бы вызволить его из темницы. Мессия Он? Или же Иоанну необходимо ждать другого?
Он обладал достаточной верой для того, чтобы положиться на ответ Того, Кто сотворял эти чудеса; но, замкнутый в темнице, его разум желал чего-либо более определенного. Это обстоятельство, привнесенное Богом, помогает объяснить соотносительность положений Иоанна и Иисуса. Господь здесь не получает свидетельства от Иоанна. Иоанну надлежало восприять Христа по свидетельству, которое Он дал о Себе; это подразумевало и принятие позиции, оскорблявшей тех, чьи суждения были в согласии с иудейскими и плотскими помыслами - позиции, требовавшей веры в божественное свидетельство, окружавшей себя теми, кого моральное обновление сделало способными оценить свидетельство по достоинству. В ответ на вопросы посланников Иоанна Господь творит чудеса, подтверждающие власть Бога в благодати и служении бедным; и заявляет, что благословен он, не оскорбившийся тем униженным положением, которое Он принял, дабы свершить это. Но Он дает свидетельство Иоанну, если никакого от него не получите. Он привлек внимание людей, и это имело смысл; он был более пророк - он подготовил путь Самому Господу. Тем не менее, если он подготовил путь, то сама по себе великая и полная перемена, которой надлежало произойти, совершена не была. Миссия Иоанна по самой своей сути, поставила его вне воздействия этой перемены. Он шел впереди нее с тем, чтоб объявить о Том, Кто свершит ее, Чье присутствие учредит власть ее на земле. Меньший в Царствие Божием был, таким образом, больше его.
Люди, принявшие смиренно слово, посланное Иоанном Крестителем, несли свидетельство в своем сердце о путях и премудростях Бога. Уверовавшие в себя отвергали советы Бога, явленные во Христе. По этому поводу Господь ясно говорит о том, каково их положение. Они точно так же отвергли предостережения и благодать Бога. Чада премудрости (те, в которых действовала мудрость Божия) признали ее и восславили ее на путях ее. Такова история принятия Иоанна и Иисуса. Разум человеческий осудил пути Божии. Праведная суровость Его свидетельства в отношении зла, в отношении положения Его народа, явила глазам человеков силу воздействия дьявола. Становление Его благодати, снисходящей к бедным грешникам и являющей себя там, где были они, было погружением в зло и созданием себе имени через посредство своих сообщников. Возгордившиеся и уверенные в своей праведности не могли подъять ни того, ни другого. Премудрость Божия могла быть признана теми, кто был ею наставляем, и только теми.
Далее в истории с грешной женщиной в доме фарисея показаны пути Господни в отношении самых несчастных грешников и действие их в противоположность духу фарисейства; и явлено прощение, не соотнесенное с воцарением Бога на земле ради Его народа (воцарением, с которым было связано исцеление израильтянина, несшего кару Божию), но прощение полное, сулящее мир душе, даруется самым жалким грешникам. Здесь не идет речь просто о пророке. Убежденность фарисея в своей праведности не дала ему постичь даже это. Здесь - любящая Бога душа, и любящая сильно, ибо Бог есть любовь - душа, постигшая это в отношении своих собственных грехов и через них, хотя еще и не познавшая прощения, созерцая Христа. Сие есть благодать. Нет ничего более трогательнее того, как Господь показывает наличие тех качеств, которые отныне делают эту женщину воистину прекрасной - качеств, порожденных познанием Его Личности чрез веру. В ней отыскалось божественное восприятие Личности Христа, постигнутой, разумеется, не через разум согласно учению, но восчувствованной в силе ее воздействия в ее сердце, в глубоком прочувствовании ее собственного греха, в смирении, любви к добру, преданности Ему, Который был милосерден. Все говорило о сердце, в котором царили чувства, соответствующие общению с Богом - чувства, нахлынувшие от Его присутствия, открылись в сердце, ибо Он сделал так, чтобы оно признало Его. Не будем подробно останавливаться на этом; но необходимо отметить то, что являет собою огромную моральную ценность, когда предпосылается настолько истинное всепрощение, что проявление благодати со стороны Бога пробуждает (при проникновении в сердце) чувства, ей подобающие, и которые ничто больше возбудить не может; и эти чувства неразрывно связаны с этой благодатью; и с ощущением греховности, которое она дает. Она дает глубокое осознание греха, но она неразрывно связано с прочувствованием милости Божией; и эти два чувства в своем росте дополняют друг друга. Новое, верховная благодать, одна она может породить эти чувства, которые отвечают природе Самого Бога, чей истинный образ оценило сердце, и с Кем оно пребывает в общении; соделается же это при осуждении греха, который заслуживает этого пред Лицом такого Бога.
Можно проследить, как это связано с познанием Самого Христа, являющегося проявлением этого образа; подлинного источника возродившегося от благодати чувства этого разбитого сердца, а также как вслед за этим приходит познание ее прощения {Для пояснения выражения "Прощаются грехи ее многие за то, что она возлюбила много", не следует смешивать благодать, открывшуюся в Личности Иисуса, и прощение, объявленное тем, кого постигла благодать; Господь властен сделать это прощение познанным. Он являет его бедной женщине. Но это было то, что она узрела во Христе самом, Который, чрез благодать, согрел ее сердце и вызвал ту любовь, коя у нее была к Нему - она увидела то, чем был Он для грешников, подобных ей. Она думает лишь о Нем: Он настолько завладел ее сердцем, что вытеснил все прочее. Прослышав, что Он идет в дом этого возгордившегося человека, думая о том, что Иисус находится здесь. Его присутствие давало ответы на все вопросы или даже предупреждало их. Он видел, кем Он был для грешника, что самые жалкие и падшие могли почерпнуть от Него жизненных сил; она чувствует свою греховность таким образом, как эта совершенная благодать, открывшая сердце и завоевывающая доверие, заставляет ее чувствовать, а она возлюбила иного. Благодать во Христе возымела свое действо. Она любила по причине его любви. Вот почему Господь говорит: "Прощаются грехи ее многие за то, что она возлюбила иного". Если Бог являет себя в этот мир с такой любовью, то Ему надлежит устранить в сердце любые другие помыслы. И так, сама того не сознавая, она бедная женщина была единственной, кто поступал надлежащим образом в тех обстоятельствах; ибо она воздала должное всезначимости Того, Кто был там. Какое значение мог иметь Симон и его дом пред ликом Бога-Спасителя? Иисус явился причиной забвения всего остального. Давайте помнить об этом.
Началом человеческого падения была потеря доступа к Богу в результате внушения сатаной-совратителем мысли о том, что Бог утаил то, что могло бы сделать человека подобным Богу. Лишенный доступа к Богу, человек ищет, полагаясь на собственную волю, как осчастливить себя: в итоге - вожделение, порок и грехопадение. Христос есть Бог в беспредельной любви, возвращающей дерзновение сердца человеческого к Богу. Очищение от вины и способность жить для Бога - это другое, что обретается чрез Христа по мере того, как прощение занимает здесь свое место. Но бедная женщина чрез благодать почувствовала, что есть одно сердце, которому он могла довериться, если больше некому; но это было сердце Божие.
Бог есть свет и Бог есть любовь. Вот два основные именования Бога, и в каждом подлинном случае трансформирования встречаются и то и другое. Они встречаются на кресте; грех полностью выведен на свет, но на свет, чрез который полностью известна любовь. Посему в сердце свет открывает грех, то есть Бог содеет как свет, но свет пребывает там чрез совершенную любовь. Бог в совершенной любви являет, что есть грех. И в этом мире таковым светом был Христос. Открывая Себя, Он должен быть и тем, и другим; таким образом, Христос был любовь в мире, но и свет ее. Так же и в сердце. Любовь чрез благодать дает дерзновение, и, таким образом, свету радостью открывается путь, и в дерзновении, в любви, в созерцании себя в свете сердце отыскало сердце Бога: так и было с бедной женщиной. Вот где всегда и вот только где встречается сердце человеческое с Богом. У фарисея не было ни света ни любви. Тьма кромешная, ни любви, ни света не было здесь. В его доме был Бог, явленный во плоти, и он ничего не увидел, - лишь решил, что Тот не был пророком. Замечательно понаблюдать эти три сердца. Человеческое как таковое, покоящееся на неистинной человеческой праведности, сердце Бога и сердце грешницы, полностью обретшее сердце Бога, равно как и Бог, встретивший ее сердце. Кто явился чадом премудрости? Ибо еще есть толкование к этому выражению. И, заметьте, что хотя Христос ничего об этом не говорил, но, покорный пренебрежению, Он, тем не менее, не пребыл безразличен к пренебрегшему, не встретившему его с общепринятой учтивостью. Для Симона Он был бедный проповедник, о Чьих притязаниях он мог судить, и конечно же - не пророк; для бедной женщины же - Бог в любви, заставляющий стучать ее сердце в такт Его сердцу в отношении ее греховности и в отношении ее самой, ибо на любовь уповали. Отметьте только, что это привержение Христу есть там, где находим свет: здесь дано плодоносное откровение Евангелия; для Марии Магдалины, как наивысшая привилегия святых}.
Именно благодать - именно Сам Иисус - Его Личность - влечет эту женщину и оказывает моральное действие. Она уходит с миром, поняв величие благодати в прощении, произнесенным Им. И само прощение возымело свою силу в ее разуме, в котором Иисус был всем для нее. Когда Он простил, она была умиротворена. Безотчетно для нее самой Бог открыл ее сердце; это не было самоуспокоением, как не было это и суждением, которое прочие могли составить о перемене, произошедшей в ней. Благодать так возобладала над ее сердцем -благодать, персонифицированная Христом - Бог так явился ей, что Его одобрение в благодати, Его прощение принесли с этим и все прочее. Если Он был покоен, то и она тоже. Воздав должное Христу, она возымела все. Благодать благословляет радостью, и душа, воздавшая должное Христу, умиротворена благословением, ею даруемым. Как поразительна непоколебимость, с которой благодать утверждает себя без боязни выдержать суждения человека, ею пренебрегающего! Без колебаний она приемлет сторону бедной грешницы, которой она коснулась. Суд человека лишь подтверждает, что он не знает и не воздает должное Богу в самом совершенном проявлении Его естества. Для человека, при всем его разумении, это всего лишь нищий проповедник, обманывающий самого себя, с тем чтобы сойти за пророка и недостойный ковша воды для омовения его ног. Для уверовавшей же сие есть безупречная и божественная любовь, сие есть совершенное успокоение, если она обладает верой во Христа. Ее плоды еще не предстали пред человеком; они пред Богом, если воздано должное Христу. И воздающий Ему должное не думает ни о себе, ни о плодах своих (кроме, как о плохих), но о Том, Кто был свидетельством благодати его сердцу в то время, когда он был не более, чем грешник. Это новое - благодать, даже ее плоды в их совершенстве: сердце Бога явилось в благодати, а сердце человека - грешника - отвечает на это чрез благодать, оценив, скорее, будучи оцененным совершенным явлением этой благодати во Христе.

Лука 8

В главе 8 Господь разъясняет суть и смысл своего служения; и особенно, я в этом не сомневаюсь, его смысл в отношении Иудеев. Как ни велико было неверие, Иисус исполняет свой долг до конца, и плоды его служения прорастают. Он идет проповедовать благую весть о Царствии Божием. его ученики (плод и свидетели посредством благодати по мере своего могущественного слова) идут с Ним; и прочие плоды того же слова, также свидетельствуют через свое собственное очищение от власти дьявола и через любовь и преданность, проистекающие отсюда от благодати, что также вершила в них свои деяния в согласии с любовью и преданностью к Иисусу. Здесь доброе место отведено женщинам {Чрезвычайно интересно видеть, как отделены ученики и женщины. Как уже сказано выше, женщинам не было отведено плохое место. Мы вновь встречаем их у креста и у гробницы, когда ученики - во всяком случае, кроме Иоанна - бежали или, будучи призванными женщинами ко гробу, отправились домой, когда увидели, что Он был вознесен}. Служение обретало силу и твердость и говорит само за себя своим действием.
Господь изъясняет ее подлинную суть. Он не располагал Царством Божиим, Он не домогался плода; Он сеял свидетельство Божие с тем, чтобы получить плод. Это поразительно и совершенно новое. Слово есть семя этого. Более того, именно только ученикам - последовавшим и приобщившимся к Его Личности чрез благодать и проявление власти и благодати Божией в Его Личности - было дано разуметь тайны, помыслы Бога, явленные во Христе, в отношении этого Царствия Божия, которое не устанавливалось явно посредством всевластия. В данном случае остаток весьма явно отделен от народа. Для "прочих" о нем повествовалось в притчах, с тем, чтобы они не могли уразуметь. Для этого Сам Господь должен быть воспринят в моральном плане. Здесь этой притче не сопутствуют другие. Она сама по себе обрисовывает ситуацию. Добавлено предостережение, которое мы рассматривали у Марка. В конце концов, свет Божий не был явлен с тем, чтобы утаить его. Более того, все должно быть явлено. Поэтому им надлежит наблюдать, как они слушают, ибо если они обладали тем, о чем они слышали, то им дано будет более; в противном случае у них отнимается и это.
Господь удостоверяет это свидетельство, т.е. речь идет о слове Божием, которое влекло к Нему и к Богу тех, кому суждено было снискать благословение; слово Божие суть основа общения с Ним, и когда Ему сказали о Матери и братьях Его, которым Он был родственен по плоти в Израиле, то Он сказал, что признает таковыми тех, и только тех, кто слышит и исполняет слово Божие.
Помимо очевидной силы, явленной Им в Его чудесных деяниях, последующее повествование - до конца главы 8 - представляет различные аспекты труда Христа, Его приятия и последствия ее. Вначале Господь, хотя, как видится, он не обеспокоен тем, что происходит вокруг, представлен вместе со Своими учениками посреди трудностей и бурь, что окружали их, коль скоро они примкнули к Его служению. Мы увидели, что Он сплотил вокруг Себя учеников: они преданы Его служению. Пока дело касалось человеческой способности предотвратить бедствие, они были на краю гибели. Волны были готовы поглотить их. Иисус же, на их взгляд, об этом не тревожился; но Бог дал вере проявить себя. Они здесь во имя Христа и с Ним вместе. Христос находится с ними; и могущество Христа, ради которого они оказались посреди бури - здесь, чтобы защитить их. Они вместе с Ним, в одной лодке. Если сами по себе они могли погибнуть, то соединенные же с Иисусом волею Бога и, пребывая с Ним рядом, они были в безопасности. Он допускает бурю, но Он Сам находится в лодке. Когда Он проснется и явит Себя, все станет спокойным.
В исцелении одержимого бесами, в стране Гадаринской, мы зрим живописную картину происходившего. Что касается Израиля, то остаток - как ни велика была власть дьявола - получил избавление. Мир просит Иисуса удалиться, желая себе покоя, который более тревожит присутствие и власть Божия, нежели легион бесов. Он уходит прочь. Исцеленный же - остаток - был бы рад быть с Ним; но Господь отправил его обратно (в мир, который Он Сам покинул) с тем, чтобы тот свидетельствовал о благодати и власти, объектом которых он был.
Стадо свиней, несомненно, является иллюстрацией к движению Израиля в сторону его упадка после отвержения Господа. Мир принимает господство сатаны - как ни было порой больно это видеть - но не силу Бога.
Следующие два повествования иллюстрируют действенность веры и истинную потребность, чему отвечает благодать. Вера остатка подвигает Иисуса сохранить жизнь тому, кто близок к гибели. Господь ответствует ей и приходит сам ей ответствовать. По пути (именно там Он был, и, говоря об окончательном избавлении, Он все еще там), в толпе людей, окружавших Его, к Нему прикасается вера. Бедная женщина имела недуг, который не могло излечить никакое средство, доступное человеку. Но мы обнаруживаем силу в Человеке, Христе, которая исходит из Него, дабы исцелять человека повсюду, где есть вера , пока окончательно не свершится Его земная миссия. Она исцелена, и она исповедуется перед Христом в своем состоянии и в том, что случилось с нею; таким образом, в результате уверования, свидетельство воздается Христу.
Явлен остаток, вера отличает их от большинства; состояние их суть плод божественной силы во Христе.
Этот принцип применим в исцелении каждого уверовавшего и, таким образом, в исцелении язычников, как утверждает апостол. Исцеляющая сила заключена в Личности Христа; вера - через благодать и влечение ко Христу - обращает ее себе на пользу. Она не зависит от отношения Иудея, хотя, если говорить о его положении, то он был первым, чтобы быть ею вознагражденным. Речь идет о том, что заключено в Личности Христа, и о вере в человеке. Если в человеке есть вера, то эта сила действенна; он уходит в благодати, исцеленный властью Самого Бога. Но если мы полностью рассматриваем положение человека, то отметим, что вопрос заключается не просто в недуге, но в смерти Христа, до полного явления состояния человека, отвечает ей как, скажем так, надо; но, как и в случае с Лазарем, есть явление; и это явление имело место в смерти Иисуса. Так здесь допущено, чтобы дочь Иаира умерла до прихода Христа; но благодать явилась, чтобы воскресить из мертвых посредством божественной силы, которая сама свершит это; и Иисус, успокаивая бедного отца, просит его не бояться, а только верить, и его дочь будет спасена. Сие есть вера в Его Личность, в божественную силу в Нем, в благодать, что идет явить ее, и эта вера снискает радость и избавление. Но здесь Христу не нужна толпа; проявление этой силы служит лишь для утешения тех, кто чувствовал свою потребность в нем и для веры тех, кто действительно стал приобщен к Нему. Толпа, конечно же, знает, что девочка мертва; они ее оплакивают и не разумеют силы Божией, способной воскресить ее. Иисус возвращает родителям дитя, которое Он вернул к жизни. Так и случится с евреями в конце, среди неверия многих. Тем временем мы ожидаем этой радости через веру, убежденные, что сие есть наше состояние чрез благодать; мы живем: лишь для нас она связана с Христом на небесах, первые плоды нового творения.
Что касается Его служения, то Иисус о нем умалчивает. Он должен быть воспринят в согласии со свидетельством, которое Он подъял к совести и к сердцу. На стезе это свидетельство не было полностью законченным. Мы увидим его последние воздействия на сердце человеческое в последующих главах.