|
Испытай и направь меня, БожеРассказы для детей и взрослыхОглавлениеПредисловиеКНИГА IВсе случайно?Великий Бог Встреча Порядочные люди Тверд и верен! Мама, здесь написано! Новое сердце Твое призвание Богу виднее! Слишком поздно! Мартин Рикке Лучшая история о любви Истинное благо Гири на часах Орлиное гнездо Это же про тебя, Иосиф! И он умер Власть над смертью Сойди с креста! "Малые" грехи Лишь мгновение отделяет жизнь от смерти! Всего лишь сон? Главный вопрос КНИГА IIТвой СпасительСила крови и сила пара Чудодейственный рецепт Чего не понимаю - тому не поверю Убедился на собственном опыте Спасительная правда Пропусти через три сита! Записано на небесах Голос Божий Молитвенный поезд Ожидая ответа Глоток живительной воды Горящие угли Своровал, обманул Искренность Скромность Испытание молодого приказчика Блаженны милосердные Про Эдика и его чудесное открытие Тот, на кресте, был мучим жаждой! Конец насмешек Сомнения молодого голландца Иисус жив! А с Ним и я! Скрытый клад Воспоминание Случай с колесом Заноза в совести Картина тайной вечери Непоправимое опоздание Решающий шаг Учение Христа ПредисловиеМы от всего сердца благодарны нашему Господу Иисусу Христу за предоставленную возможность издать эти рассказы на русском языке. Вера в Него и служение Ему приносит нам истинное и непреходящее счастье, которое намного лучше временного удовлетворения, получаемого от исполнения всех наших земных пожеланий.
Мы молим Бога, чтобы еще многие нашли своего доброго Спасителя, как его нашли мальчик Пат, юноша Иосиф и больной еврей, и, таким образом, приобрели мир с Богом.
Мы выражаем также искреннюю благодарность издательству "Christliche Schriftverbreitung", Huckeswagen, за разрешение перевести с немецкого многие из напечатанных в данной книжке рассказов.
От редакции КНИГА I"Испытай меня, Боже, и узнай сердце мое; испытай меня, и узнай помышления мои, и зри, не на опасном ли я пути, и направь меня на путь вечный"
(Пс. 138:23).
Все случайно?Один знатный и богатый француз по имени Черни попал при Наполеоне I в тюрьму по обвинению в государственной измене. К камере, в которой находился под арестом Черни, примыкал маленький тюремный дворик, обнесенный высокой стеной. В нем узнику разрешалось ежедневно проводить по несколько часов на свежем воздухе. Ночью он мог через маленькое окошечко в камере восхищаться усыпанным звездами небом.
Однако, Черни был убежденным атеистом. Он не верил, что все создано Богом и не задумывался над тем, что этот Бог проявляется в Своем творении. Напротив, с горечью в душе он нацарапал на стене дворика следующие слова: "Все произошло случайно!" Это было кратким изложением его вероисповедания.
Однажды, когда Черни вновь гулял взад-вперед по тюремному дворику, он, к своему удивлению, обнаружил под этими словами, у самого основания стены, маленький цветок, пробившийся из щели между камнями. Созерцание этого цветка привело к удивительным переменам во внутренней и внешней жизни узника. С интересом он день за днем наблюдал за его ростом. При этом в его сердце появлялись многие мысли. На первый вопрос: "Каким образом это растение попало в такой голый и каменистый двор?" можно было еще довольно легко ответить. Возможно, семя было занесено какой-либо птицей или ветром и нашло достаточно почвы для своего развития. Но тут возникали и другие вопросы. Почему этот скромный цветок, названия которого он даже не знал, так прекрасно и искусно устроен?
- Совершенно случайно!
- Случайно? Невозможно, совершенно невозможно! - говорил ему внутренний голос.
Таким образом этот цветок стал серьезной проповедью для своего ежедневного наблюдателя и возбудил в его сердце сильную борьбу. Разве не были нацарапанные им на стене слова большой глупостью и ложью? Может ли быть на деле все случайным? Каким образом на листочках цветка образуются маленькие нежные прожилки? Как образуется такая изящная и закономерная сеть, подобная паутине? И как объяснить, что каждый стебелек находится на своем определенном месте, так что все в целом образует удивительную гармонию?
Когда цветок наконец распустился и показал всю свою красу, радости Черни не было конца. С восторгом рассматривал он нежные пурпурные лепестки с серебрянной окантовкой. Каким удивительным произведением искусства был все же этот цветок! Узник огородил цветок щепками, чтобы защитить его от ветра и дождя, и ежедневно разглядывал его с неослабевающим восхищением. И каждый раз, когда он возился с ним, ему казалось, что цветок беседует с ним:
- Как ты можешь терпеть эту ложь на стене надо мной? Невозможно, чтобы она оставалась твоим убеждением! Как ты не можешь понять, что существует Некто, который создал все и который всему дает жизнь? Он и меня создал таким нежным и искусным!
Черни не мог больше противостоять этой тихой и настойчивой проповеди. Он поверил ей и убрал лживую надпись над цветком.
- Каким же я был глупцом! - сказал он сам себе, - но Бог все же покорил меня и восторжествовал над моей гордыней.
Теперь он от всего сердца мог вместе с псалмопевцем сказать: "Словом Господа сотворены небеса, и духом уст Его - все воинство их... Ибо Он сказал, - и сделалось; Он повелел, - и явилось" (Пс. 32:6.9).
Бог послал через цветок этому однажды заблудшему человеку еще и другое благословение. Заключенного в соседней камере время от времени посещала его дочка. Ребенку понравилось, что Черни так заботился о цветке у стены. Она рассказала об этом супруге начальника тюрьмы. Затем эта история пошла гулять из уст в уста и вскоре дошла до императрицы Жозефины. Последняя рассказала императору об этом необычайном узнике, который так дорожил цветком и, пожалуй, должен был иметь и доброе сердце. Она склонила Наполеона к аудиенции с заключенным, и, после разговора с ним, император даровал ему свободу.
Черни опять вернулся к своей привычной жизни. Но прежде всего он выкопал цветок и принес его домой. Там он посадил его в свою оранжерею и продолжал ухаживать за ним с прежней любовью. В дни одиночества это маленькое растение привело его к вере в Бога и явилось также поводом к его освобождению. Таким образом, Бог освободил его от двойного заключения. Остаток своей жизни он провел в искреннем служении Богу, который таким чудным образом открылся ему в Своих творениях и в Своем Слове.
Великий БогВеликий Бог, когда на мир смотрю я, ВстречаОднажды одной дорогой шли трое: одноглазый сапожник из Рура и кузнец цепей из Лимпургии со своим сынишкой. Кузнец возвращался домой из города, где на приеме у врача он узнал печальное заключение, что глаза у мальчика, считай, потеряны. Сапожник сострадающе останавливается и бросает благодарный взгляд на небо - он потерял лишь один глаз, и то уж в пожилом возрасте, а тут перед ним шестилетний мальчишка, который скоро должен потерять оба глаза, после чего его ожидает пожизненная темнота.
В разговоре с кузнецом он становится все печальнее. Собственно, слеп и сам отец - слеп духовно и ничего не знает о своем Господе и Спасителе. Он рассказывает ему также кое-что о добром Пастыре, которому для получения ответа на протянутую руку приходится иногда дотрагиваться и до сердца. Кузнецу это не нравится, и он со злости бросает сапожнику, чтобы тот следовал своей дорогой, а не проповедовал здесь. Он достаточно стар, так что сам знает, что ему надлежит делать.
- Весьма охотно, дорогой друг, - отвечает ему сапожник, -желаю счастливого пути и скорейшего выздоровления вашему дитяти.
Кузнец поспешно идет дальше. Отошедши же шагов на двадцать вперед, он слышит оклик сапожника.
- Погодите немного, я хотел сказать вам еще кое-что. Дорогой друг, постарайтесь попасть в ад!
- В ад?
- Да, в ад, ибо в небесах вам действительно будет невыносимо. Вы даже не в состоянии вынести получасового общения с христианином, чья благочестивость к тому же несовершенна. Как же вы хотите тогда выдержать целую вечность среди совершенных праведников на небесах? Кто не принесет с собой небо на небеса, тому и небеса будут адом!
Порядочные людиКороль Пруссии Фридрих Второй (1712-1786) еще при жизни был прозван "Великим", так как в действительности был выдающимся государственным деятелем. К тому же, он был любим народом, который более всего ценил справедливость короля. В более поздние годы его жизни народ с почтением называл короля просто "Старый Фриц" (сокр. от Фридрих). Он часто ходил в народ, чтобы лучше познать его нужды и заботы. С другой стороны, каждый мог без стеснения обратиться со своими просьбами лично к самому королю.
Однажды старый король посетил тюрьму. Он долго беседовал с заключенными, в первую очередь осведомляясь о совершенном ими преступлении и о вынесенном приговоре. Лично беседуя с каждым заключенным, облаченный в свой скромный голубой мундир король, к своему удивлению, узнал, что все обитатели тюрьмы сидят здесь невинно. Один был оклеветан, другой полагал, что попал сюда по ошибке, следующий объяснял свое здесь присутствие несправедливостью судьи. Король терпеливо выслушивал всех. Наконец очередь дошла и до мужчины с глубоко поникшей головой. На вопрос, что его так гнетет, тот ответил:
~ Ваше величество, я мошенник. Началось все с того, что я стал пропускать занятия в школе. Позже я стал уклоняться от повседневной работы. Моих старых родителей это очень огорчало. Но я был шалопаем. Из-за лени я вскоре влез в долги. Затем стал и воровать. Теперь вся моя жизнь испорчена. Ах, как бы мне все это исправить!
Тогда король распорядился насчет этого раскаявшегося грешника следующим образом:
- Этот человек - единственный негодяй среди всех этих порядочных людей. Выгоните его вон, чтобы через него не испортились и другие!
Бывший преступник обещал начать новую жизнь. О других осужденных старый король распорядился так:
- Эти молодцы могут спокойно оставаться здесь и дальше. Они не имеют ни стыда, ни совести, но лгут и уверены в своей правоте.
В назидание уверенным в своей собственной праведности и унижающим других, Иисус рассказал такую притчу:
Два человека вошли в храм помолиться. Один из них был фарисей, а другой - мытарь (сборщик налогов). Фарисей встал и молился сам про себя так:
- Боже, благодарю Тебя, что я не такой, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи, или как этот мытарь. Я пощусь два раза в неделю и даю десятину со всего, что получаю.
Мытарь же, стоя вдали, не смел даже глаз к небу поднять, но бил себя в грудь и говорил:
- Боже, будь милостив ко мне, грешнику!
Говорю вам, что этот пошел домой оправданным, а не тот. Потому что каждый возвышающий себя будет унижен, а каждый унижающий себя будет возвышен" (Лк. 18:9-14).
"Скрывающий свои преступления не будет иметь успеха, а кто сознается и оставляет их, тот будет помилован" (Прит. 28:13).
Тверд и верен!С большим интересом ученики воскресной школы слушали историю о Данииле. Было видно, что некоторые из них тоже решили стать такими же преданными и неустрашимыми.
Наступил понедельник.
- Мама, я спешу, иначе опоздаю в школу. До свидания! - крикнул Минг Рен, отодвинул от себя чашу с рисом и палочки, и был таков. Он со своими школьными друзьями гуськом пустились вскач по узкой тропинке вдоль рисовых полей. Большой дом, ранее служивший храмом многих истуканов, теперь был переоборудован под деревенскую школу. Раньше Минг Рен верил рассказам жрецов, что злые духи могут выйти из храма и унести детей куда угодно. Но с тех пор, как он узнал своего Спасителя и принял Его в свое сердце, он твердо знал, что это - ложь.
В этот день были уроки письма. Посреди одного урока учитель неожиданно пристально посмотрел на весь класс и спросил:
- Кто из вас ходит в воскресную школу?
Двадцать пять мальчиков подняли свои руки. Учитель сделал злое лицо, взял мел и написал на доске большими буквами:
- Бог, которого проповедуют христиане, не существует! Верить в Иисуса - это суеверие.
Затем он спросил:
- Кто из вас верит в этого иноверного Иисуса?
Двадцать четыре мальчика из числа тех, что подняли руки на первый вопрос, смутились и сделали вид, что не расслышали вопроса.
- Кто из вас верит в этого Иисуса? Поднимите руку! Я хочу сообщить ваши имена ректору.
Теперь поднял руку один Минг Рен. Да, он даже встал и сказал:
- Господин учитель, я верю в Иисуса Христа.
- Выйди к доске и встань перед классом, - повелел учитель. Мальчик послушался. Так он простоял у доски все уроки, в то время как ученики и сам учитель насмехались над ним.
- Мы запрем его сегодня вечером в классе и посмотрим, принесет ли Иисус ему что-нибудь покушать, - предложил один из них.
Когда уроки закончились, ученики поспешили домой к ужину, чтобы рассказать дома, что произошло с Минг Реном. Ушел и учитель. Наконец в классе появился ректор.
- Ну, Минг Рен, - спросил он, - помогла тебе сегодня твоя вера в Иисуса? Ты можешь идти. Но я велел твоим друзьям доложить мне, если ты будешь продолжать ходить в эту воскресную школу. Тогда мы выставим тебя из школы, а я уж позабочусь о том, чтобы ты не смог учиться и в других местах. А теперь марш домой!
Минг Рен смертельно устал от долгого стояния, и уже больше не мог сдержать свои слезы. Ведь, в конце концов, ему было всего лишь одиннадцать лет.
- Дома он смог наконец выложить свое горе матери. Он рассказал ей, как скверно обошлись с ним его товарищи и учитель. Как было хорошо сейчас поговорить и помолиться с ней! Минг Рен все же был очень счастлив оттого, что смог остаться твердым и верным последователем Господа.
В следующее воскресенье он, как обычно, пошел в воскресную школу. Но двадцать четыре мальчика, бывшие с ним в прошлый раз, не показывались. Минг Рен знал, что они тайно наблюдают за ним.
В понедельник ректор был вне себя, и он тут же отослал Минг Рена домой, как и обещал. Минг Рену это было больно, так как он очень любил ходить в школу. Отец утешал его, как только мог; ему как раз требовалась подмога на полях. Мальчик же не мог смотреть, как направляются в школу его товарищи. А каждый раз, когда те дразнили его, ему становилось особенно больно.
Пять дней спустя к родителям пришел ректор школы.
- И что ему еще нужно от меня, - подумал мальчик. Знаете, - сказал посетитель отцу, - я пришел сказать вам, что у вас очень отважный сын. Я сам не верю в этого Иисуса, и не хотел бы, чтобы в него верили мои ученики. Но я подумал, что будет слишком досадно, если школу не будет посещать мальчик, который так отважно отстаивает свои убеждения. И теперь я пришел сказать вам, что мы хотим снова принять Минг Рена. Завтра он может опять прийти в школу.
Можете себе представить, каким вкусным был для всей семьи ужин в этот вечер!
Минг Рен остался тверд и верен!
Мама, здесь написано!Однажды утром маленький Карл поспешил в кухню к матери.
- Мама, здесь написано! - крикнул он громко, указывая пальцем на открытую страницу книги, которую держал в своих руках.
- Ну, и что же там написано? - спросила мать, немного испуганная неожиданным вторжением своего сына.
- Ты только послушай, мама, - продолжал Карл, - Иисус Христос сам сказал: "Ведь в сердце зарождаются злые мысли, убийства, неверность в браке, разврат, воровство, ложь, клевета". Я ведь уже говорил тебе об этом, а теперь нам прочитал это учитель воскресной школы. Ты можешь сама прочесть. Я попросил его одолжить мне его Библию, так как своей у нас нет. Это написано в Евангелии от Матфея 15:19.
За неделю до этого Карл в слезах вернулся домой из воскресной школы. На вопрос матери, нездоровится ему или его обидели друзья, он лишь отрицательно покачал головой.
- Чего же тебе не хватает, мальчик? - озабоченно допытывалась мать. Наконец, часто всхлипывая, он произнес:
- Мама, я плохой мальчик!
- Плохой мальчик? И что же ты натворил? Солгал?
- Нет.
- Украл?
- Тоже нет, но у меня злое сердце!
Мать от удивления только всплеснула руками. Нет, вы только послушайте этого юнца!
- У тебя злое сердце?! Между прочим, во всей округе нет прилежней ребенка, чем ты! Перестань хныкать и не говори мне больше таких глупостей!
- Но это не глупости, мама, - возразил Карл. - Наш учитель сам сказал нам, что у всех нас испорченные, плохие сердца, из которых исходит всевозможное зло, и что все мы попадем в ад, если не обратимся к Иисусу Христу. И еще учитель сказал, что это относится ко всем людям без исключения.
- Ну, еще лучше! - раздраженно воскликнула мама. - Тогда, должно быть, и у меня злое сердце? Нет, мой мальчик, это глупости, настоящий абсурд!
- Нет, нет, мама, не говори так! Ведь это сказал сам Господь, а что Он говорит - это правда!
- Ну, - несколько смущенно произнесла мать, - я поверю этому лишь тогда, когда своими глазами увижу написанное черным по белому.
На этот раз Карл промолчал, но весь день оставался тихим и замкнутым.
- Что же мне делать? Как мне быть? - спрашивал он себя все снова и снова. - Если я умру в таком состоянии, в каком нахожусь, то навечно погибну, а умереть я могу и в эту ночь. Сосед Вильгельм ведь тоже умер так внезапно.
Неожиданно ему в голову пришла хорошая мысль. Разве не сказал учитель, что Иисус пришел на эту землю, чтобы спасти грешников, и что Он прежде всего приглашает прийти к Нему детей? Он ведь недавно сам учил наизусть стих: "Все, что дает Мне Отец, ко Мне придет, и приходящего ко Мне не изгоню вон" (Ин. 6:37).
Этот стих придал ему мужества. Он ушел в свою спальню, преклонил колени перед кроватью и исповедал перед Господом все свои грехи. Слова матери - будто бы во всей округе не было лучшего ребенка, чем он - просто не соответствовали действительности. Теперь, когда преклонив колени, он признавался в своей вине, ему вспоминались все новые и новые грехи. Однажды он солгал, в другой раз - украдкой съел сладости, потом был непослушен и т.д. Чем дольше он признавался, тем больше становилась его вина. Давно забытые дела силой всплывали в его памяти. И опять он плакал. От всего сердца молил он Иисуса простить ему все его многочисленные грехи. Когда он наконец поднялся с колен, он почувствовал облегчение на сердце, но по-настоящему счастлив все-же не был. Лишь вечером, когда он снова преклонился перед кроватью и помолился, в его сердце воцарился полнейший мир. Господь дал ему веру в Его совершенное дело. Исчезла тяготившая его ноша, печаль преобразилась в радость, а страх - в мир и покой.
Когда на следующее утро Карл вошел в гостиную, лицо его сияло от радости. Смеясь и со слезами на глазах, он обнял мать и воскликнул:
- Господь услышал мою молитву. Он простил мне все мои грехи и подарил мне новое сердце!
Мать ничего не ответила - она не понимала свое дитя. Еще никогда она не задумывалась серьезно о спасении своей бессмертной души. Она поступала так же, как и многие другие люди: вела порядочную жизнь, добросовестно исполняла свои обязанности домохозяйки и матери, была щедра и мягкосердечна, время от времени посещала церковь - чего ей еще не хватало? Но когда же Карл таким удивительным образом заговорил с ней, а затем и с Библией в руках пришел и показал написанное черным по белому, что, по Божьим словам, человеческое сердце - зло, ей стало заметно неспокойнее на душе. Да, там действительно было написано, как много плохого еще скрыто в человеческом сердце. Раздумывая над этим, ей стало ясно, что со своей "праведной" жизнью она не сможет устоять перед святым Богом. Это стоило ей еще долгой душевной борьбы. Сатана приложил все усилия, чтобы воспрепятствовать победе Господа, но в конце концов ему пришлось ретироваться. У ног Иисуса нашла прощение своих грехов и мать Карла. Она получила и мир в сердце от Того, кто "безгрешного сделал за нас грехом, чтобы в Нем мы могли стать праведными в Боге" (2 Кор. 5:21).
Какая преображенная жизнь началась теперь в домике вдовы! И мать и сын испытали на себе правдивость слов живого Бога: "Ибо так говорит Высокий и Превознесенный, вечно Живущий, - Святой имя Его: Я живу на высоте небес и во святилище, и также с сокрушенными и смиренными духом, чтобы оживлять дух смиренных и сердца сокрушенных" (Ис. 57:15).
Новое сердцеПатрик, или короче - Пат, был пастухом овец в одной убогой болотистой местности Ирландии. Отец пас у помещика стадо коров. Едва ли стоит упоминать, что отец и сын были бедны. Они жили в бедной лачуге, скудный свет в которую проникал через единственное окно. Для них же она была любимым кровом.
Отец и сын имели книгу, которую они любили больше всего. И по праву, ибо только благодаря этой книге они имели все необходимое для своего счастья. В ней говорилось, что несмотря на бедность, они являются царями и священниками.
Однажды вечером Пат, сидя перед домиком с большой Библией на коленях, ожидал возвращения своего отца. Вдруг у его уха раздался громкий, жизнерадостный голос благосклонного и доброжелательного помещика, выросшего перед ним словно из-под земли.
- Мой мальчик, что ты только находишь в этой старой толстой книге? Сколько я ни читал в ней - я и половины не мог понять.
- С позволения вашей милости, не являются ли ваши собственные слова подтверждением правдивости этой книги? Разве вы не читали в ней: "Ты утаил сие от мудрых и разумных и открыл младенцам" (Лк. 10:21)? Вы, сударь, богаты как царь и мудры как архиерей, но даже не уверены в том, что Библия является Божьим Словом. Мы же бедны, как наши овцы, и не намного умнее их, но понимаем это. Для наших сердец Библия -это и пища, и питье. Мы богаты, обладая этим славным даром. Извините, ваша милость, но мы богаче вас.
- Спокойнее, мой мальчик, спокойнее, - с усмешкой возразил помещик, - разве ты не веришь, что твой отец во всех отношениях согласился бы поменяться со мной?
- Ни за что и никогда, почтенный сударь! - возбужденно воскликнул мальчик. - Чтобы мой отец променял и продал небо, где уже находятся моя мать и младший брат? Он должен оставить Христа? Нет, ваша милость. У вас не хватит денег, чтобы купить новое сердце, которое дал ему Иисус Христос! - При этом он обеими руками крепко прижал Библию к своей груди.
- Новое сердце, которое дал ему Иисус? - переспросил его дворянин. - Как это может быть?
- Ваша милость напоминает мне начальника иудеев, пришедшего к Иисусу ночью. Он задал такой же вопрос, когда Иисус сказал: "Вы должны родиться свыше".
- История эта мне знакома, - перебил его помещик, - но чем человек может доказать, что он родился свыше? Как другие могут узнать, что твой отец родился свыше, что у него новое сердце, как утверждаешь ты?
- Иисус тоже не пытался переубедить начальника доказательствами. И я не хочу этого делать. Ваша милость, но позвольте мне задать один вопрос: Если вам повстречается по дороге мужчина, вы же не попросите его остановиться и доказать, что он действительно родился. Факт ведь налицо, иначе он не оказался бы живым перед вами. Если кто видит моего отца, который раньше жил во грехах, а теперь живет помышлениями Христа и следует небесным путем, тому уже без доказательств ясно, что мой отец родился свыше.
Дворянин больше не смеялся. Серьезно смотрел он в глаза бедному мальчику, имевшему такую неизвестную ему убежденность, которой он уже был готов позавидовать.
- Пат, - сказал он, - в моей жизни было уже время, когда я желал и просил такой веры. Мне не о чем было больше просить в этом мире, и я знал также, что свои сокровища я не смогу взять с собой в вечность. И тогда я пожелал чего-то большего. В то время я просил у Бога новое сердце, но Он не услышал мою молитву, хотя твой отец считал, что Он должен это сделать.
- О, милостивый сударь, тогда вы неверно просили. Вы пришли к Богу как богатый помещик, которым и пожелали остаться. Перед Богом все, даже самый богатый и самый хороший - беден и грешен. Но таковым вы не хотели быть. А так Бог не мог услышать вашу молитву. Если бы ваша милость захотели встретиться с Богом лишь как ничтожный и бедный человек! Но это, по вашему мнению, было бы для вас унижением. Нет, ваша милость, таким путем вы никогда не найдете Господа для своего спасения.
- Как же пришел к Нему ты, Пат? - поинтересовался помещик.
- Как жалкое, полное вины и греха дитя, кем я и был. Я молил о прощении и признал, что я очень плохой. Я знал также, что не могу претендовать на Божью милость, так как довольно часто грешил, несмотря на мою юность.
- Пат, мой мальчик, - живо возразил ему помещик, будучи поражен таким ясным признанием, - ты говоришь словно архиерей, хотя ты всего лишь пастушок. Но не заблуждаешься ли ты?
- Никак нет, милостивый сударь! - воскликнул Пат. - На моей стороне Слово Божье, которое никогда не вводит в заблуждение.
- Однако, ты можешь ошибиться в толковании Слова, на котором основана твоя вера, - сказал помещик.
- Ах, ваша милость, Слово же настолько ясно, что понять его может каждый. Оно же само говорит - Пат полистал в своей Библии, пока не нашел нужное место: "И будет там большая дорога, и путь по ней назовется путем святым; нечистый не будет ходить по нему: но он будет для них одних; идущие этим путем, даже и неопытные, не заблудятся" (Ис. 35:8).
- И что ты сделал, чтобы прийти к вере?
- Я не терзался своими глупыми мыслями. Я прочитал слова Иисуса Христа и поверил им. Он сказал: "Я пришел призывать к покаянию не праведников, а грешников" (Мф. 9:13). И я пришел к Нему, потому что был грешником.
- И теперь ты уверен, что имеешь новое сердце?
- Я чувствую, что в моей груди бьется не прежнее старое сердце. Имея еще старое сердце, я ненавидел каждого, чье положение было лучше моего. Таскаясь по болоту в холоде и голоде, я часто взирал на ваших хорошо одетых сыновей, особенно на наследника вашей милости, проезжавших мимо меня на своих гордых конях. Тогда мое старое сердце кричало во мне: "Хоть бы раз этим воображающим юным щеголям пришлось плохо! Почему я не родился дворянином, вместо того, чтобы стоять по щиколотку в болоте и пасти скотину?"
- Однако, Пат, никогда бы не подумал, что в твоем сердце могло быть столько зла, - качая головой, возразил помещик.
- О, ваша милость, вы далеко еще не все знаете, какие злые мысли были в моем сердце. Но я лучше промолчу. Все это будет вам слишком неприятно.
Мальчик глубоко вздохнул.
- А что ты думаешь теперь о моих славных сыновьях, Пат?
- Когда я вижу их сегодня, ваша милость, - при этих словах бедный пастушонок радостно и смело посмотрел своему господину в глаза - я радуюсь! И молюсь: "Господи, окажи им Твою любовь! Благослови их тем, что Ты приготовил живущим здесь на земле, но не дай им сверх меры напрасных земных богатств! Одари их Твоей благодатью и отчизной, лучшей, нежели господский дом - отчизной на небесах!" В самом деле, ваша милость, сегодня я могу сказать: я люблю всех людей, потому что любим Богом и имею новое сердце.
Если ваша милость последуют моему примеру и придут к Иисусу не богатым помещиком, но нуждающимся в спасении грешником, тогда и вы вскоре станете таким же счастливым, как я теперь, и сами испытаете, куда влечет новое сердце.
Этим заканчивается история Пата, бедного ирландского пастушка. Ее прислал мне в виде правдивого рассказа один мой старый друг. Что стало с этим необычайно одаренным мальчиком - об этом свидетельствуют его умные ответы и рассуждения - этого я не знаю. Не знаю также, последовал ли его господин - знатный помещик - его хорошему совету и позволил ли он Иисусу Христу подарить ему "новое сердце". Хотелось бы положительно ответить на последний вопрос, ибо полагаю, что рассказ записан со слов самого помещика. Но все это не столь существенно. Гораздо важнее, чтобы читатель принял к сердцу полученный урок и, подобно бедному пастушку Пату, научился от своего Господа, как стать для других путеводителем к истинному счастью в жизни.
Твое призваниеЕсли дубом могучим на склоне холма Богу виднее!- Мне нужно масло, - сказал будто бы в далеком прошлом один монах, и посадил оливковое дерево.
- Господи, ему необходим дождь, чтобы его корни могли окрепнуть и наполниться соком. Пошли умеренный дождь, - молил он. И Господь дал дождь.
- Господи, - просил он затем, - моему дереву необходимо и солнце. Пошли солнечный свет, я прощу тебя. Вскоре засияло солнце и появилась разноцветная радуга.
- Теперь же, Господи, пошли мороз, чтобы закалить его, -озабоченно молил монах, и вскоре дерево стояло в зимнем убранстве, сияя снежным серебром. Но - к вечеру дерево погибло.
Печальный монах пошел в келью своего брата и рассказал ему о своих приключениях.
- Я тоже посадил маленькое деревце, - ответил ему тот, - но, смотри, оно растет превосходно. Я доверил его попечению Бога. Тот, кто создал его, намного лучше знает, что ему необходимо. Поэтому я не ставил Ему никаких условий, не устанавливал ни средств, ни путей. "Господи, пошли ему необходимое, - молился я, - солнце, дождь и мороз. От Тебя я получил его, Ты один мудрый Бог, Тебе виднее".
Я часто думал, что хорошо разбираюсь кое в чем, и потому осмеливался советовать Богу и уговаривать Его, а иногда настолько был уверен в верности своего мнения, что даже счел бы возможным подать его в письменном виде. Но Бог не обращал на меня никакого внимания, а наоборот, как мне казалось, поступал совершенно бессмысленно, но все же великолепно заканчивал дело. В конце концов я убедился, что мой совет и мое мнение ничего не значат и предрекают лишь неудачу, если будут совершены по-моему. Поэтому, я привык к образу действий моего Бога, позволяю Ему принимать все решения, не пререкаю Ему, но молчу и постоянно убеждаюсь в том, что Он ничего не губит, но все делает наилучшим образом.
(Мартин Лютер) Слишком поздно!Через лес прошел ураган. Было уже далеко за полночь, когда лесник на горе лег в постель. Неожиданно он вскочил:
- Жена, я кажется кого-то слышал.
Он открыл окно и прислушался. Все было тихо.
- Жена, я почти уверен, что слышал призыв о помощи; я должен пойти и посмотреть.
Жена начала отговаривать его:
- Ты наверняка ослышался. Это было всего лишь завывание ветра. Да и кто бы это мог быть? Тут и днем редко кто проходит лесом, а тем более ночью.
А когда лесник все же начал одеваться, она сказала:
- Ты наверняка опять простудишься и получишь воспаление легких, как в прошлом году! Подумай же о мне и своих детях!
Тут лесник сдался и опять лег в постель.
Когда на следующий день он вышел из дома, то обнаружил невдалеке от него труп своего сына, который неожиданно для всех вернулся с воинской службы. Истосковавшись по дому, он еще ночью отважился пойти к родителям. Недалеко от дома он упал и сломал себе ногу, и, так как никто не пришел ему на помощь, замерз в снегу.
Несчастному можно было помочь, если бы только родители потрудились и пожертвовали своим уютом. Однако, несчастному пришлось погибнуть, притом таким плачевным образом.
Разве и мы часто не поступаем подобным же образом, когда речь идет о спасении бессмертных душ? Готовы ли мы пожертвовать необходимым? Апостол Павел мог сказать о себе и своих сотрудниках: "Любовь Христа обязывает нас", и опять же он пишет Тимофею: "Я готов перетерпеть все ради избранных Богом, чтобы и им получить спасение и вечную славу, которую даст им Иисус Христос" (2 Тим. 2:10). Кто хочет приводить души к Господу и быть благословением для нашедших спасение и мир, тот должен жертвовать своим уютом и быть готовым взять на себя труд, лишения, печали и бесчестие, иначе окажется неспособным к этому славному служению. Сколь многие ежедневно томятся вокруг нас и взывают о спасении и мире, но мы остаемся глухи к их призывам, не обращаем на них никакого внимания и предаемся мечтам и снам, вместо того, чтобы свидетельствовать. Грешники же тем временем нераскаявшимися уходят в вечность, навстречу суду и проклятию. Так давайте же исполнимся все любовью Христа и понесем помощь погибающим!
Мартин Рикке"Блажен, кто помышляет о бедном! В день бедствия избавит его Господь. Господь сохранит его, и сбережет ему жизнь; блажен будет он на земле. И Ты не отдашь его на волю врагов его"
(Пс. 40:2-3).
Вдова Рикке была удивительной мастерицей. Она искусно шила платья и прочие предметы женского туалета, и потому деревенские модницы охотно заказывали ей свои наряды. Знавшие ее любили эту тихую и добрую женщину. Вдова Рикке старалась также всем угодить и услужить своей работой. На окраине города у нее был свой домик, который она редко покидала, так как имела двоих детей и не любила оставлять их одних.
Только иногда, при необходимости, она после работы отлучалась из дома. Мартин был уже шестилетним мальчиком, но Елене было всего лишь три годика, и ей тяжело было разлучаться с матерью, да и мать не любила оставлять их одних. Раньше было иначе: когда был жив отец, он зарабатывал все необходимое. После его смерти мать стала носить черное платье и черный чепчик - в знак траура по нему, и теперь прилежно работала, чтобы прокормить своих детишек и себя. Было видно, как трудно приходилось бедной женщине. Бледная и слабая, она отправлялась с готовой работой к своим заказчикам, часто останавливаясь и отдыхая по дороге.
Невдалеке от их дома стоял окруженный густым кустарником памятник: к нему Мартин и Елена приходили каждый раз встречать мать - дальше идти им не позволялось. Здесь, в зелени и прохладе растительности, они могли играть в ожидании матери.
Сегодня было воскресенье, и мать нарядила их в праздничную одежду: Мартин был в зеленой куртке с блестящими пуговицами и двумя настоящими карманами.
Как счастлив был мальчик! Он беспрестанно осматривал себя, и с нетерпением ожидал выхода на улицу.
- Мама, что скажут мне собаки, когда увидят мою зеленую курточку? - радовался Мартин, и тут же выглянул в окно - не заглядывают ли его четвероногие друзья, полные зависти и удивления.
Наконец мать была готова, и все отправились гулять. Но идти с ними далеко она не могла, так как была слаба, и потому присела на скамеечку у памятника Доброму Мартину.
- Мы остановимся здесь ненадолго, поиграйте немного, - сказала мать, тяжело переводя дыхание.
Строя сады и огороды из ветвей и песка, дети настолько увлеклись игрой среди кустов, что Мартин даже забыл про свою новую курточку. Играя так, они не заметили наступления вечера.
- Смотри, мама, - обратился Мартин к матери, - ангелы зажигают свет в доме Божьем.
Мама подняла голову. Можно было уже идти домой, но маленькая Елена уснула на ее руках, положив голову на плечо матери. Мать позволила уснуть девочке, чтобы, отдохнув, она могла бодро вернуться домой. Нести малютку на руках она была не в силах. Да и вечер был так хорош, а бедной матери не часто выпадала возможность посидеть с детьми.
- Мама, эта светлая звездочка моя или на ней папа живет?
- Отец у Господа, мое дитя, и ему там хорошо.
Мальчик нежно обнял мать, еще раз взглянул на небо, затем его взгляд остановился на памятнике Доброму Мартину.
- Мама, расскажи мне сегодня историю о Добром Мартине, -попросил он, - а то у тебя редко бывает свободное время.
Он хорошо видел перед собой статую Доброго Мартина - рыцаря на коне, мечом рассекающего свой плащ на две части. Что он хотел сделать со своим плащом, можно было понять, взглянув на статую человека, стоявшего рядом на коленях и простиравшего свои руки к рыцарю.
- Неподалеку отсюда жил когда-то один человек по имени Мартин. Он имел очень сострадательное сердце и все, что имел, отдавал бедным. Однажды зимой, когда было так холодно, что трудно было встретить человека на улице, и ни один воробей не смел показаться во дворе, Мартин возвращался от одного больного, которого ездил навестить. Путь был далек, так что всадник и его лошадь дрожали от холода. Мартин потеплей закутался в свой зимний плащ, радуясь скорому возвращению домой. Уже темнело, когда он вдруг услышал крик: "Смилуйтесь, сударь, я замерзаю!"
Мартин остановился и увидел перед собой человека в дырявых лохмотьях, едва прикрывавших его тело, босого и с непокрытой головой. Тот стоял перед ним на коленях и умолял о помощи, протягивая к нему свои окоченевшие руки. Мартин осмотрелся. Он не увидел ни человека, ни жилья, где бы мог приютить несчастного. Не раздумывая, он снял свой широкий плащ и острым мечом разрезал его на две равные части. Одну из них он подал нищему, а в другую закутался сам, и, сопровождаемый благословениями бедного человека, поспешил домой, радуясь, что смог сделать что-то доброе.
С большим вниманием маленький Мартин выслушал историю о большом Мартине. На его ясных глазах показались слезы. Рассказ был для него очень интересным. Ему было жаль бедного человека, замерзавшего на улице. Мальчик задумался. Но всегда ли нужно так делать?
- Хочет ли этого Господь? - спросил Мартин у матери.
- Конечно, хочет, - ответила мать. - Кто может помочь другим, тот должен это сделать, даже если ему придется немного померзнуть или поголодать. Но послушай, что было с Мартином дальше. Возвратившись домой, он устало лег в постель и вскоре заснул. Вдруг перед ним предстал нищий, которому он отдал половину своего плаща, и вся комната осветилась чудесным светом. Только теперь нищий не казался уже таким жалким и усталым, больным и замерзшим. Напротив, его лицо сияло, как солнце, а глаза светились чудной любовью. А на его плечах была половина плаща Мартина. Он радостным голосом сказал ему:
- Добрый Мартин, я не нищий, я - твой Господь. Я хотел испытать тебя, отдашь ли ты что-то из своего или оставишь все себе. То, что ты сделал несчастному нищему, то ты сделал Мне.
Сказав это, он скрылся. Но еще долго оставались чудный свет в комнате Мартина и великая радость в его сердце. Мартин сделал еще много добрых дел, помог многим, и всегда охотнее давал другим, чем брал сам.
Мать смолкла. Маленький Мартин внимательно посмотрел на своего большого тезку и спросил:
- Мама, это правда, что к нему приходил сам Господь?
- Конечно, правда, дитя мое, - ответила мать. - Кто любит Бога и поступает так, как хочет Он, к такому человеку Господь приходит сам и живет в его сердце. Все, что мы делаем людям во имя Иисуса Христа, то мы делаем Ему самому. Вот и Елена проснулась, пойдем теперь домой. Дома я покажу тебе большую Библию с картинками и прочитаю слова самого Господа, который говорит: "Кто напоит одного из малых сих только чашей холодной воды, потому что он - Мой ученик, истинно говорю вам, тот не потеряет награды своей" (Мф. 10:42).
- А кто эти малые, которым мы должны помогать? - спросил Мартин.
- Это бедный и больной мальчик Ваня, - ответила мать, -это слепая Мария, это подмастерье с больными и израненными ногами - это все бедные, больные и слабые люди. Всем им мы должны помогать чем можем и что в наших силах. Все они - наши ближние.
- Могу ли и я что-то сделать для этих бедных?
- Начни с малого. Ступай завтра к больному Ване, поиграй с ним и подари ему что-нибудь.
- Мой барабан! - живо воскликнул Мартин.
- Ну да. Ты можешь ходить везде, все видеть и играть чем-нибудь другим, а Ваня должен постоянно лежать в постели.
- А разве Ваня - Господь?
- Нет, но ты будь с ним добр, как с Господом, потому что и там, у Вани, Господь видит тебя и знает, что ты делаешь и как ты себя ведешь.
- А если Ваня рассердится и побьет меня?
- Ну нет, Ваня уже большой мальчик. Но ты должен уступать ему во всем. Делай так, как ему нравиться и как он хочет. Помни лишь, что Господь любит тебя, и делай все ради Него и для Него.
- Ради Господа - как это понять? - снова спросил Мартин.
- Это значит, - ответила мать, - что, если ты делаешь добро, то делай его лишь потому, что этого хочет Господь, а не для того, чтобы понравиться людям. Теперь не задавай больше вопросов, а делай то, что я тебе скажу - возьми Елену за руку и пойдем домой.
- Доброй ночи, Мартин, - сказал мальчик своему каменному тезке, махая ему на прощание рукой, - завтра я снова приду к тебе.
На следующее утро оба Мартина были опять вместе. Мальчуган теперь с большим интересом рассматривал каменного Мартина, зная историю его жизни. Вдруг его внимание привлекло еще что-то.
На скамейке, где вчера сидела вдова Рикке со своими детьми, теперь лежал незнакомый человек и, по-видимому, спал. Это был, наверное, странствующий подмастерье, так как был одет в рваную грязную рубаху и с босыми ногами. Пиджака мальчик не увидел - скорее всего, подмастерье положил его себе под голову. Несчастный спящий выглядел жалким, особенно в глазах Мартина, приученного матерью к безукоризненной чистоте и порядку. Он вспомнил слова матери:
- Сначала найди, а затем помогай.
Он взглянул на несчастного, потом на статую. Да, это был такой же бедный, только тут он стоял не на коленях, а лежал, и не просил, но его изорванная рубаха говорила сама за себя. Мартин взглянул на памятник: у того борода, и у этого тоже - да, они похожи, очень похожи. Как молния блеснула вдруг у Мартина мысль:
- Это Господь, Он хочет испытать меня, буду ли и я добр и сострадателен.
О, если бы он имел такой же широкий плащ и такой же острый меч, как там наверху, у большого Мартина, он не задумываясь разрубил бы его. Но зато у него есть курточка. Нет, не эта, в которой он сейчас. Он отдаст свою чудесную зеленую курточку, которой Господь будет очень рад. Как ветер примчался он домой. Матери не было дома, а Елена еще спала. Курточка висела в шкафу, в самом низу, куда он должен был повесить ее сегодня утром. На рабочем столе лежали мамины большие ножницы. Одно мгновение он медлил - ему было очень жаль своей курточки, уж больно она была хороша, а новой он так быстро не получит. Но мама сказала вчера, что дарить следует то, что дорого самому, а не то, что похуже. Однако, как все же красиво блестят пуговицы! Но Мартин храбрый мальчик, чик, чик - и зеленая курточка разрезана ровно пополам. Теперь быстрей туда, пока Господь еще там! Бедняк еще спал, и мальчик тихо положил половину своей курточки на его обнаженную грудь. Теперь он прекрасно укрыт. Как он будет радоваться, когда проснется и увидит курточку.
Над спящим зажужжала муха. Мартин взял зеленую веточку и осторожно отогнал ее от лица, как он привык это делать у Елены. Да, Елена проснется и будет плакать, он не должен так долго оставлять ее одну. Он должен поскорее вернуться домой. Еще один взгляд на спящего. Когда он проснется, он наверняка придет к нему.
Елена еще спала, а матери еще не было дома. Мартин привел все в надлежащий порядок, повесил вторую половину своей курточки в шкаф и сел смотреть Библию с картинками. Перелистывая страницы, он время от времени посматривал в окно, не идет ли к нему Господь. Он все ждал, что комната вот-вот озарится чудным светом, но ни Господь, ни чудный свет не появлялись. Между тем проснулась Елена, Мартин напоил ее молоком и начал играть с нею. Вдруг отворилась дверь: это была мать.
Очень уставшая от далекой ходьбы, но всегда ласковая и приветливая, она тут же села к шитью. Мартин все ждал, что его внезапно окружит чудный свет, но вместо этого становилось все темнее. Вскоре грянул гром и сверкнула молния - началась гроза. Дети боязливо прижались к матери. Она закрыла окно и зажгла свет.
- Мама, это Бог гневается, когда гремит гром?
- Да что вы, детки мои, - возразила мать, - Бог гневается только тогда, когда вы не добры или непослушны.
- А это Он посылает гром? - задумался Мартин.
- Все в Его руках. Он посылает грозу, Он же и усмиряет ее. Мартин замолчал. Он никак не мог понять, как при такой страшной грозе тот бедняк мог оставаться на улице.
- А все-таки это должен был быть сам Господь, - подумал мальчик.
Он был так беспокоен, что мать заметила это и спросила:
- Что с тобой, мой мальчик, ты ожидаешь кого-то?
- О, мама, ~ ответил Мартин, - ты сказала, что если я сделаю что-то доброе, то не должен об этом рассказывать другим.
- Если у тебя есть что-то такое на сердце, то сохрани это лучше у себя.
Со вздохом отправился Мартин в свою кроватку. Он решил не спать всю ночь, но сон был сильнее его, веки его сомкнулись и он заснул сладким и крепким сном.
На другое утро вдова отворила свой платяной шкаф и взор ее тут же упал на зеленую курточку. Она взяла ее в руки. Что это такое? Она позвала Мартина. Тот пришел к ней переполненный счастьем, радостный, что наконец-то сможет рассказать ей о том, что сделал доброе дело, о котором умолчал вчера. Он рассказал ей все: как увидел у памятника бедняка, который был, наверное, сам Господь; как тот лежал на скамейке без пиджака, босой, в одной рваной и грязной рубахе. Тогда он разрезал свою лучшую курточку и отдал половину ему.
- Знаешь, мама, - заключил он. - Теперь я, как большой Мартин, ожидаю, что Господь придет ко мне. Но вчера Он не пришел, и сегодня Его до сих пор еще нет. Мама, - воскликнул Мартин и залился слезами, - Он не приходит, потому что курточка для Него мала!
Вдова Рикке была настолько поражена, что не смогла даже сразу успокоить ребенка. Когда же пришла в себя от изумления, то вытерла ему слезы и сказала:
- Перестань плакать, мой милый и глупый мальчик. Бог знает и видит все. Он, без сомнения, рад тому, что ты захотел Ему что-то подарить. А тот, кого ты видел вчера, был не Господь, а какой-нибудь бедняк, но Господь был возле тебя, и Он все видел, и Он непременно благословит тебя за то, что ты от всего сердца сделал для Него.
Мать прижала его к себе и нежно поцеловала.
- Однако, Он не приходит ко мне, как к большому Мартину. Почему так, мама?
- Он никогда не обещал, что придет к тебе зримо, невидимый же Он всегда с нами. На земле никто не видел Бога, да и не может Его видеть. Когда мы будем на небе, то увидим Его, как Он есть. Добрый Мартин, о котором я рассказала тебе, видел Его только во сне. Бедняк, которому Мартин отдал половину своего плаща, тоже был не сам Господь. Это мог быть ангел Божий в образе бедняка, которого Бог посылает людям, когда хочет поговорить с ними. Но послушай: тот Мартин мог дарить все, что хотел - он был взрослый и все, что имел, было его. Ты же еще дитя и не имеешь права что-либо разрезать и дарить, не спросив сначала матери.
- Так это же была моя курточка - возразил Мартин.
- Нет, дитя мое, все твои вещи делала я, и без моего согласия ты не должен отдавать их кому бы то ни было. Вот видишь, то, что ты сделал, было не совсем хорошо.
- Мама, а Бог теперь тоже не совсем доволен мной?
- Может быть. Ты же знаешь, Господь любит послушных и хочет, чтобы и ты был послушным. Тогда Он всегда будет с тобой. А теперь ступай и поиграй с Еленой.
Но Мартин продолжал топтаться возле матери и наконец прошептал ей на ухо:
- Милая мамочка, ты же сошьешь мне еще одну курточку?
- Нет, - ответила мать смеясь. - Это не было бы похвальным поступком - сначала подарить, а потом получить то же самое обратно. Нет, мой мальчик, ты должен с удовольствием носить свою коричневую курточку и по праздникам.
Мартин прекрасно знал, что теперь не помогут никакие доводы и, немного опечаленный, отправился к сестре. Играя с ней, он настолько развеселился, что вскоре забыл про свою зеленую курточку и каменного Мартина. Вдова Рикке же была счастлива. На ее лице отражалась тихая радость. Глаза ее были устремлены на небо, губы не шевелились, но сердце горело надеждой и верой. Она молилась:
- Добрый Господь, благослови моего милого сердечного мальчика. Он любит Тебя, и лишь из любви к Тебе он сделал эту глупость. Ему самому было жаль резать и отдавать свою новую курточку, но Ты, Боже, не забудешь ее, и Тебе она не мала. И когда он останется сиротой, тогда Ты приди к нему. Ты, Господи, богат и не нуждаешься в наших вещах, но когда мы из любви к Тебе и в сердечной простоте даем Тебе все, что имеем, тогда Ты возвращаешь нам это тысячекратно.
Прошло шесть лет с тех пор, как маленький Мартин в простоте любящего детского сердца отдал половину своей лучшей курточки. Теперь он уже большой и понимает, что Господь не странствует по земле, хотя и присутствует невидимо с каждым из нас. Но уста, научившие его этому и еще многому другому, смолкли навсегда. Мартин и его маленькая сестра остались круглыми сиротами. Мать в последнее время работала еще усерднее, и никто из соседей не знал, что ей приходится так тяжело, так как она никому никогда не жаловалась. Ее отец был учителем, и она получила от него порядочное образование и хорошее духовное воспитание, которых никто не подозревал в этой бедной вдове. Только ее дети сполна почерпнули из сокровищниц ее душевных богатств. Беседуя с ними, она передавала им все, что могла. Она знала, что не сможет оставить им земных богатств, и что вера и упование на Бога и трудолюбие являются сокровищами, лучшими, чем золото и серебро. Ей очень трудно было зарабатывать на пропитание себе и своим детям. Некоторые добрые люди, узнав о ее бедности, помогали ей. Но большинство полагали, что вдове Рикке живется неплохо, потому что одевалась она всегда аккуратно, а ее дети тоже были чисты и опрятны. Когда она была здоровой и могла много работать, все было хорошо. Но ее здоровье с каждым месяцем ухудшалось, и ей становилось все хуже и хуже, пока наконец у нее не выпала игла из рук. Она уже через силу кое-как управлялась с домашними делами и была вынуждена продавать одну вещь за другой из своего скудного имущества.
Так прошла зима. С наступлением весны она слегла в постель, хотя все еще не верила, что приближается конец. Наконец она все-таки решила обратиться к знакомой крестьянке, на которую много поработала и которая всегда была к ней так добра. Она решила послать к ней Мартина, как только улучшится погода. Но первый же теплый день после зимней бури принес ей вечную весну. Почувствовав свой скорый конец, она позвала Мартина и Елену и благословила их:
- Любите Бога и будьте добрыми людьми. Он же будет заботиться о вас и помогать вам. Мартин, ты смотри за Еленой и не оставляй ее. Держись подальше от греха, будь добр и люби Бога - обещай мне это ради Господа Бога!
Затем все кончилось. Пришли соседи и забрали плачущих детей. Мать похоронили. Детей должны были отдать в сиротский приют. Мартин всем казался довольным, только все время спрашивал, останется ли с ним Елена. Когда же узнал, что в приюте девочки и мальчики живут в разных домах и что с Еленой он остаться не сможет, то наотрез отказался.
- Что же ты будешь делать? - спрашивали его.
- Работать для Елены и для себя.
- Какую работу ты будешь выполнять?
Этого он не знал. Шить как мама он не мог, да и не хотел. Сначала он думал работать посыльным мальчиком, но тогда Елене пришлось бы целый день оставаться одной. Затем он надумал заняться продажей спичек или деревянных игрушек, но где их взять? От дум и забот бедный мальчик сильно побледнел и ослабел, но придумать так и не смог ничего. Попечитель сирот доказывал ему, что в приюте они многому научатся, с чем Мартин не мог не согласиться, но, опечаленный, продолжал твердить:
- Но мама хотела, чтобы я остался с Еленой.
- В таком случае ваша мать должна была оставить вам деньги. Но будь же благоразумным мальчиком и радуйся, что город так заботится о вас. Вы должны пойти в приют, иначе никто не сможет вам помочь.
Был однако Один, который мог им помочь, и Мартин это хорошо знал. Он упал на колени и воззвал:
- Добрый Господь! Ты же все можешь, сделай же и это! Мама ведь поручила мне Елену, так сделай же, чтобы она осталась со мной. Услышь мою молитву, прошу Тебя, Господи, и я вечно буду благодарить Тебя!
Так мальчик просил Небесного Отца, в помощи которого не сомневался. Он не знал, как и откуда придет эта помощь, но не сомневался в ней. Он уселся с Еленой под окном и стал ожидать Божьей помощи с таким же упованием, с каким шесть лет тому назад ожидал Господа. Было ли тогдашнее его ожидание напрасным?
- И да, и нет, - ответим мы.
Должен ли он и на этот раз надеяться напрасно?
- Уповающий на Бога не постыдится - сказал псалмопевец, и тысячи испытавших это скажут на это: Аминь.
- Завтра в десять утра Мартин и Елена должны быть отданы в приют, - было сказано им.
- В десять часов? Следовательно, Ты должен помочь нам раньше десяти.
И если это покажется нам всего лишь наивной детской молитвой, но Бог все же услышал ее.
На следующее утро Елена из-за слез не могла скушать свой завтрак.
- Перестань, Елена, мы останемся вместе, - Мартин был тверд и уверен, что Господь поможет им. Он повторял лишь в своей молитве:
- Я не хочу в приют - это было бы непослушанием, так как мама наказала мне оставаться с Еленой. Ты ведь знаешь это, Боже.
Утром пришел попечитель с незнакомым мужчиной. Они о чем-то разговаривали.
- Вот этот мальчик, - обратился попечитель к мужчине, - я думаю, он такой, какого вы ищете.
Мартин не мог слышать их разговора, так как пришедшие говорили очень тихо. Наконец попечитель обратился к Мартину:
- Господин Винтер работает садовником и берет тебя с собой, чему мы очень рады. Он живет в небольшом городке недалеко отсюда. Мы всегда охотно отдаем наших сирот на руки хорошим гражданам. Господин Винтер пошлет тебя в школу, будет одевать, ты же должен быть всегда верным и послушным ему, хорошо вести себя и исполнять всю работу, которую тебе укажут. Впоследствии ты будешь обучаться у него садоводству.
- Если будешь иметь к тому желание, - добавил незнакомец.
- Впрочем, - продолжал попечитель, - мы тоже будем следить за тобой. Надеемся слышать о тебе лишь хорошее. А теперь собирайся, попрощайся со своей сестрой - через полчаса ты должен отправляться.
Мартин выслушал все это, как во сне. Он никак не мог понять своей будущей судьбы. С какой радостью он пошел бы к этому человеку, который, без сомнения, послан самим Богом. И вдруг он слышит, что должен попрощаться со своей сестрой и расстаться с ней.
- О нет, дорогой господин, нет! - воскликнул он в отчаянии.
- Почему же нет? - спросил господин Винтер.
- Пустяки, - ответил попечитель, - упрямый мальчик вбил себе в голову не разлучаться со своей сестрой.
- Это не упрямство, - Мартин с мольбой протянул руки. -Умирая, мама приказала мне не разлучаться с Еленой и я обещал... - из его глаз покатились слезы. - Добрый господин, возьмите к себе и Елену. Она такая хорошая! Я буду и за нее работать и никогда не буду упрямиться.
Было что-то глубоко трогательное в словах этого мальчика, отчего попечитель смутился, а господин Винтер в раздумье молчал. Со страхом глядя ему в глаза, Мартин продолжал:
- Добрый господин, сделайте же это ради Господа Бога!
- Ради этого имени не надо просить, - сказал Винтер в волнении и отвернулся. - Господин попечитель, если вы не против, то я заберу обоих к себе и буду воспитывать их как своих собственных детей.
- Но в такое время... - возразил весьма тронутый этим попечитель.
- Если они так любят друг друга, то полюбят и меня, - ответил господин Винтер. - Вы хотите оба ко мне? - обратился он к детям.
Мартин плакал от радости, держа в объятьях Елену, и в его сердце была лишь одна мысль:
- Мой Господь, благослови его!
Бог услышал его молитву, и как тут не возблагодарить Его за это!
Несколько часов спустя дети были уже возле своего нового дома. Их встретила молодая женщина с ребенком на руках, двое других малюток следовали за ней. Она удивилась, увидев Елену, однако приветливо поздоровалась с ней. Садовник ввел детей в свой дом и зашел с женой в другую комнату. Возвратившись к боязливо ожидавшим их детям, она сказала:
- Во имя Господа, мы рады вам!
Она хотела привлечь Елену к себе, но та отвернулась. Но немного спустя, взглянув в глаза молодой женщине, девочка вдруг обвила ручонками ее шею и тесно прижалась к ней, как будто луч безграничной материнской любви проник и в ее маленькое сердечко. Мартин не мог опомниться от радости.
- О, - подумал он, - если они так будут любить Елену, тогда все будет хорошо. Я же буду стараться доставлять им лишь радости.
Со дня смерти матери они чувствовали себя как путники, которые заблудились в дремучем лесу. Кому приходилось быть в положении такого странника, тот знает, что значит убогая хижина, в которой тебя встречают с любовью и приветливостью. Тогда хижина кажется ему дворцом, а люди - ангелами. Так было и с нашими детьми, особенно с Мартином. Елена не так переживала одиночество, так как постоянно находилась возле брата, в котором находила поддержку и защиту. Мартин же прекрасно сознавал всю силу постигшей их радости, сменившей скорбь, и его сердце было переполнено благодарностью к Богу, отеческая рука которого привела их сюда.
- Мартин, возьми мой тулуп и закутайся в него хорошенько, не то ветер продует тебя в такой холод, ведь сегодня сочельник, а ехать надо непременно сегодня, - говорил садовник Винтер высокому, молодому человеку лет восемнадцати, в котором мы узнаем нашего старого приятеля - Мартина Рикке.
- Отец, я поеду с превеликим удовольствием. Я ведь целый год ждал этого момента.
- Ну ладно, ты заслужил это. Итак, смотри и слушай, кому что отвезти: эти семьдесят кочанов капусты и мешок картофеля получит сиротский дом, те две корзины с яблоками и вишнями, что стоят отдельно, получит больница - больные очень любят яблочный сок и ягодный кисель. Горох, фасоль и чечевица пойдут в девичий приют, туда же можешь отдать немного зеленой капусты и сумку орехов. Мешок муки и корзину слив - в богадельню для стариков. Ты же знаешь вдову Мюллер - у нее шестеро детей, так вот, отдашь ей картофель, орехи, яблоки, пакет с печеньем, на котором мать написала ее имя, и вот эту маленькую елочку. Затем зайдешь в женскую богадельню на Мариинской улице, которая была основана в этом году. Передай старушкам мешок картофеля, полсотни кочанов капусты, репу и яблоки, да скажи им, чтобы все хорошенько поделили между собой и не ссорились. Все, что у тебя останется, мой сын, отвези жене пастора, госпоже Гофман - у нее на попечении всегда много бедных людей, так что все пригодится. Всем скажи, что все это посылает им младенец Иисус и желает им радостного праздника. Когда фура опорожнится, постарайся купить все, что я тебе записал. Раньше четырех часов ты не успеешь вернуться домой.
Затем Винтер заботливо укутал своего приемного сына в теплый тулуп и с радостью наблюдал, как тот съезжал со двора на тяжело груженной фуре, весело похлопывая кнутом. Потом он еще долго сидел в раздумьях у окна, так как любил возобновлять в памяти некоторые детали своего прошлого и размышлять о самом себе.
Как и сказал отец, было уже около четырех часов, когда Мартин возвратился из города. Мороз и ветер не устрашили молодого человека - он в точности исполнил все, и отовсюду привез сердечные благодарности и множество благих пожеланий.
- Обрадовались люди? - спросил отец.
- Весьма! Даже невозможно пересказать. Все очень обрадовались твоим рождественским подаркам.
Наступили ранние сумерки. Мартин закончил всю работу по хозяйству и спокойно сел возле отца.
- Мы так редко бываем с тобой одни, - начал Мартин.
- Да, это правда, - ответил отец. Подумав немного, Мартин продолжал:
- Куда бы я ни приезжал сегодня, везде о тебе отзываются очень хорошо и говорят, как было бы прекрасно, если бы на свете было побольше таких людей, как ты. Нет, отец, ты не качай головой! Я не забыл того, что ты сделал для нас с Еленой. Скажи же отец, как ты стал таким хорошим человеком, или ты всегда был таким?
- Ты говоришь глупости, - ответил отец после некоторого молчания. - Никто не добр и не благ, кроме Бога. Ты бы очень удивился, увидев меня лет двенадцать тому назад, и не поверил бы, что это был я. Я был бесцельным и пустым человеком. А то, что я тебе расскажу сейчас, пусть будет тебе уроком. Родителей своих я потерял очень рано. Выучился садоводству, но копать землю и сажать деревья мне не хотелось, и вскоре от этого занятия у меня стали болеть голова и спина, а скорее всего это была лень. Кроме того, я полагал, что разбираюсь в садоводстве лучше хозяина, и не позволял учить себя. Захотелось также посмотреть на садоводство в чужих краях, и я отправился путешествовать.
От родителей мне осталась порядочная сумма денег, вследствие чего у меня не было недостатка в так называемых добрых друзьях. Сохрани тебя Бог, Мартин, от таких добрых друзей. Они заглушили во мне все оставшиеся чувства веры и страх перед Богом. Ко всему этому, я был еще высокомерен и горд, и вид каждого порядочного человека злил меня. Да, Мартин, я был тогда несчастен и жалок, хотя в моей груди еще теплилось стремление к другой, лучшей жизни. Сегодня святой вечер, и я не хочу омрачать его рассказом о той грязи, в которой я тогда оказался.
Однажды я, почти без денег в кармане, без друзей и без всякой надежды, а главное - без упования на Бога, пришел в один город. Был жаркий летний день, и я расположился под тенью большого кустарника, где и уснул. Меня разбудили веселые детские голоса. Проснувшись, я увидел женщину, сидевшую со своими детьми на скамейке неподалеку от меня. Она меня не видела, а не то ушла бы, увидев такого молодца, каким я был. При виде этой семьи мне сделалось теплее на душе: мне тоже хотелось иметь мать, которая говорила бы со мной так, как эта мать со своими детьми. Я тоже хотел быть любимым, но в целом мире не было ни одного человека, который любил бы меня. На том месте стояла каменная статуя, которая и послужила поводом к рассказу. Мать рассказала мальчику про Мартина, поделившегося своим плащом с бедняком. Ты же знаешь эту историю, не так ли? - спросил он Мартина.
- Знаю, - пробормотал Мартин.
- Прекрасно. Значит, мне незачем пересказывать ее тебе. Все равно мне не пересказать ее так, как рассказывала ее тогда та мать. Но мне запало в душу, как она говорила о Спасителе, на которого я никогда не уповал. Она учила дитя во имя Его оказывать любовь всем людям. Все, что мы делаем другим ради Его имени, то мы делаем Ему самому. Я же хотел тогда только брать, но не давать.
Мартин слушал с напряженным вниманием. В комнате стало уже темно, и Винтер не мог видеть, как взволнован был юноша, как его лицо то бледнело, то краснело.
- После беседы женщина пошла домой, но я не решился следовать за ней, боясь напугать ее и детей. Вечером я отправился в трактир, где оставил последний пфенниг. Я не хотел внимать голосу совести, который заговорил во мне. Платить за ночлег мне было уже нечем, и я расположился спать на скамейке в саду у памятника Мартину. Я думал, что лучшего места мне не найти.
Меня разбудил луч солнца. Возле меня стоял вчерашний мальчик. Я поскорее закрыл глаза, чтобы он не ушел, но мальчик вдруг быстро убежал. Это меня озлобило.
- Смотри, - думал я, - ты сделался страшным даже для маленьких детей.
С этими мыслями я снова уснул. Когда я проснулся несколько позже, то почувствовал на себе что-то постороннее и, что же ты думаешь, я увидел на своей груди?
- О, продолжай! - воскликнул Мартин.
- Мартин, то была половина зеленой курточки, совершенно новой, с блестящими пуговицами, в которой днем раньше был тот мальчик. Я ее хорошо приметил, так как мальчик сильно восхищался ею. И вот она лежала передо мной - разрезанная пополам. Если бы я не слышал того рассказа, то не понял бы, что все это значило, но теперь я знал: это мальчик в сердечной детской простоте, из любви к Господу и ради Него пожертвовал своим любимым нарядом. О, Мартин, держа в руках этот кусок зеленой курточки, мои глаза открылись и я снова поверил, что Бог любит меня. Через этого мальчика Господь сказал мне: "Я люблю тебя!"
Так как в комнате было темно, Винтер не мог видеть, как Мартин стал смотреть на него широко раскрытыми глазами, полными от изумления.
- Я долго разыскивал того мальчика, но в большом городе потерял всякий его след. Тогда я пообещал самому себе, что, если мне не удастся найти и отблагодарить этого мальчика лично, то я должен отблагодарить моего Спасителя - моего Христа. Вечером того же дня, сидя на скамейке на одной из улиц, я был сильно недоволен и огорчен самим собой. Размышления о Боге и Его любви изменили мое сердце. Вскоре я пришел сюда, к своему будущему тестю, который и дал мне работу. Этому доброму человеку я обязан многим. Он посеял добрые семена не только в своем саду, но и в моем сердце. Потом он дал мне в жены свою дочь, а после его смерти я унаследовал этот дом и сад. Так было угодно Богу, что я поселился здесь и хоть понемногу стал отдавать Ему то, что сам получил от Него. Из-за того, что первое побуждение к возвращению к богоугодной жизни я получил от мальчика, я особенно расположен к мальчикам.
- Отец, были ли олени на светлых пуговицах зеленой курточки? - спросил Мартин, весь дрожа от волнения. Винтер вскочил с места.
- Что это ты говоришь? Разве ты видел ее у меня? - воскликнул он.
- Это была моя курточка, - проговорил тихо Мартин.
- Твоя курточка? Великий Боже, так это ты, мой мальчик?
- Да, это я!
Они радостно обнялись.
- Мартин, принеси сюда свечу, я хочу видеть тебя.
Вдруг позвонили. В то же мгновение распахнулась дверь, и ослепительные лучи света проникли в темную комнату. Вошли дети и прислуга. Жена подошла к мужу и сказала:
- Разве вы не хотите прийти к нам? Я уже два раза звонила. Ну, давайте же петь! Все, окружив Мартина и отца, запели рождественский гимн:
Богу слава и хвала, Мир дарит земле Господь. Людям всем благословенье!
Когда все умолкли, Винтер произнес молитву. Жена изумленно глядела на него, не понимая, от чего он так взволнован. Тогда Винтер подвел к ней Мартина и произнес:
- Смотри, Господь даровал нам сегодня того мальчика, который мне, несчастному, указал истинный путь. Это Мартин подарил мне тогда свою курточку.
Изумленная, она глядела то на мужа, то на Мартина. Она все поняла и, прижав Мартина к своему сердцу, сказала:
- Дорогой мой сын! Ты мне и так был дорог, но теперь ты стал для меня еще дороже.
В тихом безмолвии стояли они вместе среди радостно ликующих детей. Затем Винтер вышел, и через минуту вернулся с зеленой курточкой в руках. Он обратился к присутствующим:
- Наш Господь не принимает ничего, чего Он не вознаградил бы вдвое или втрое. Ах, что я говорю - в сто и в тысячу раз!
- Да, отец, - горячо поддержал Мартин, - и я испытал это в своей жизни. Так воздал мой Господь и мне с Еленой. Он дал нам отца с матерью, небесную обитель и все остальное. Как мне отблагодарить Его за это?
- Любить Его и ради Него любить всех людей, - ответил отец.
- Аминь, - подтвердила мать.
Лучшая история о любвиВ больнице на ближайшей ко мне кровати лежал еврей лет тридцати. Он был вынужден бежать из России и уже многое успел пережить. С туберкулезом в последней стадии, он оказался наконец в больнице, где к нему была проявлена христианская любовь и милосердие. Хотя он знал и чувствовал, что жить ему осталось совсем немного, тем не менее, он не верил ни в Бога, ни в загробную жизнь, полагая, что с наступлением смерти всему приходит конец. От набожности своих предков он не наследовал и малой искорки, чего я никак не ожидал встретить у еврея.
Когда мне первый раз позволили встать и выйти из палаты, он обратился ко мне с просьбой:
- Не могли бы вы сходить в библиотеку и принести мне книгу?
Я обещал выполнить его просьбу, если мне позволят это сделать мои больные ноги, и спросил его:
- Какую книгу вы желаете?
- Принесите мне хорошую старинную любовную историю. Но она должна быть непременно занимательной и увлекательной, -был его ответ.
Я вышел, упрекая себя за излишний вопрос. Если бы я не спросил его, то мог бы выбрать книгу по своему вкусу. Теперь же я должен был выполнить его пожелание. По пути в библиотеку я просил Бога показать мне верную книгу, которая могла бы принести пользу смертельно больному бедному человеку. После долгого хождения по коридорам и этажам, мне удалось, наконец, добраться до больничной библиотеки. Когда я открыл книжный шкаф, мой взгляд сразу упал на Библию, и я вспомнил слова: "Бог так полюбил этот мир, что отдал своего единственного Сына, чтобы каждый верующий в Него не погиб, но получил вечную жизнь".
Я взял Библию. Возвратившись в палату, я открыл Евангелие от Иоанна 3:16, положил еврею на кровать и указал пальцем на выделенные жирным шрифтом слова. Прочитав эти слова, он молча посмотрел на меня, потом в течение некоторого времени -на Библию. Затем задумчиво и с улыбкой произнес: "Ну, вы и хитрец!" Я же набрался мужества и сказал, что это - самая лучшая и увлекательная история любви, которая когда-либо была писана или вообще может быть написана.
Казалось, что этот неверующий человек был глубоко потрясен вестью о божественной любви. С этого дня он ежедневно читал Библию. Разговора о прочитанном он не начинал, к тому же у него уже и не было сил для этого. Часто, когда слабость брала верх, Библия оставалась лежать раскрытой на его груди или закрытой - в его руках. Эта картина до глубины души потрясала меня! Однажды, когда больной уснул, ухаживающая за ним медсестра попыталась осторожно убрать Библию. Он тут же проснулся и не успокоился до тех пор, пока она снова не оказалась у него в руках.
Когда через несколько недель мне было разрешено покинуть больницу, мой сосед пожелал пойти со мной и остаться у меня, что, к сожалению, было абсолютно невозможно. О своих же внутренних чувствах и о прочитанном - я видел, что он читал уже в самом конце Нового Завета - больной не высказывался. Здоровье его с каждым днем ухудшалось.
Меня на некоторое время направили на поправку здоровья в деревню, после чего я окрепшим вернулся к себе домой. На следующий день я поспешил в больницу. На кровати моего друга лежал уже другой пациент. Мне сообщили, что он скончался за несколько дней до моего прихода. Старшая сестра, находившаяся около него в последние часы его жизни, рассказала мне, что его смерть была одной из самых прекрасных и счастливых, когда-либо виданных ею. Он скончался, примиренный с Богом и с верой в Его всеобъемлющую любовь, не переставая восторженно повторять имя Иисуса. Мое сердце ликовало от радости и блаженства. Как я был благодарен Богу, что в своей доброжелательности Он использовал меня для вручения этой бедной и ныне такой обогащенной человеческой душе лучшей любовной истории.
Дорогой читатель, возможно ты прочитал уже множество воспевающих человеческую любовь книг. Какие чувства они пробудили в тебе? Может быть, возвышенные? Или, может быть, неудовлетворенное стремление и желание испытать нечто подобное? А может быть и недовольство своей собственной жизнью, в которой все намного проще и которая протекает далеко не так романтично и удачно, как это так заманчиво и прекрасно описывается в книгах с пестрыми обложками?
Такие повествования чаще всего являются лишь плодом богатого воображения, и не более, и весьма опасно, если они оказывают на тебя такое влияние. Будет намного лучше, если ты вообще расстанешься с ними и последуешь примеру этого бедного и смертельно больного человека. Он жаждал лишь истории о любви. Действительную и настоящую любовь он нашел в Священном Писании, повествующем о том, как Бог пожертвовал Своего единственного Сына. Эта святая, чистая и бескорыстная Божья любовь привела больного от смерти к вечной жизни. Пусть же Господь откроет и твое сердце для понимания Его священного Слова, для познания безграничной любви Христа, превосходящей все познания мира.
Истинное благоЖизнь человека так кратка, мгновенна (М. Намиль) Гири на часахБольной крестьянин уже многие месяцы был прикован к кровати. За время болезни он много читал в Слове Божьем и пришел к убеждению, что несчастье это послужило ему благословением. Но, когда при очередном посещении врач объяснил ему, что болезнь будет прогрессировать дальше и принесет с собой еще много страданий, больной притих и задумался. Вид часов на стене навел его на мысль: бой часов и правильный показ времени возможен на часах лить при наличии гирь, которые и приводят в действие весь механизм.
- Твои страдания, - сказал он сам себе, - и являются теми тяжестями, что привели в движение твою духовную жизнь. Лишь Господь знает, каковыми должны быть тяжести для механизма твоей души, чтобы поддержать его движение и в то же время не разрушить его от перегрузки.
Теперь каждый раз, взирая на часы, набожный крестьянин видел на них не только текущее время, но и мог оставаться спокойным и преданным - пока не пробил и его последний час. Он ушел туда, где уже нет времени - в счастливую небесную обитель.
Орлиное гнездо- Привет, Вилли! У меня интересная новость для тебя, но о ней никто не должен знать, - сияя от радости, приветствовал Роберт своего школьного друга.
- Что за новость? - спросил Вилли.
- Я обнаружил место, где находится гнездо орла, - ответил Роберт. При этом глаза его блестели так, словно он нашел клад.
- Что ты говоришь? - Вилли становилось все интереснее.
- Да, я тебе сейчас все объясню, как все получилось, только пойдем сюда, под этот утес, - продолжал Роберт, увлекая Вилли за собой. - Ты, наверное, знаешь, что помещик позавчера застрелил старого орла и пообещал заплатить двадцать марок тому, кто достанет его гнездо, потому что орлы уносят маленьких ягнят. Вот я и наблюдал за ними, из-за чего и не был вчера в школе.
- А что сказала твоя мама? - спросил Вилли.
- Чего уж там, кто же сразу заметит все? - продолжал Роберт свой рассказ. - Вчера вечером, при заходе солнца, я заметил прилетающую туда орлицу-мать: там должно быть гнездо. - При этих словах он указал на одну точку отвесной скалы.
- Ничего не вижу, кроме маленького кустика.
- Это и есть то место, где должно быть гнездо, потому что именно там вчера вечером скрылась птица, а сегодня - появилась снова. Как ты думаешь, не смогли бы мы вскарабкаться туда и взять из гнезда, что в нем есть, когда там не будет старой орлицы?
- Надо попробовать, - ответил Вилли.
- Во всяком случае, это нелегко - размышлял Роберт, - птицы были не глупы, выбрав это место для своего гнезда.
- Ну тогда подожди немного, - предложил Вилли, - пока я сбегаю в город и куплю все, что наказала мне мама, и если она разрешит мне, тогда мы вместе начнем взбираться к гнезду.
- Нет, начнем сейчас же, пока нет орлицы, - настаивал Роберт, - а твои многочисленные заботы ты сможешь выполнить потом, когда мы опустошим гнездо.
- Так нельзя, - возразил Вилли, - мама попросила меня идти быстро и нигде не задерживаться.
- Такого мальчика, как ты, я еще не видел, - сказал нетерпеливо Роберт. - Если твоя мама что говорит тебе, то ты сразу все делаешь. Моя мама мне строго запрещает карабкаться на скалы, но я, однако, все равно пойду!
- Если бы моя мама мне это запретила, я бы не пошел, - ответил решительно Вилли.
- Тогда ты жалкий мальчик, - заключил Роберт, насмехаясь. Вилли покраснел при этих словах глумления и сказал:
- Ты же знаешь, что в Библии написано: "Дети, повинуйтесь в Господе родителям вашим, ибо это справедливо", - и с этими словами он пошел своей дорогой, чтобы не заставлять долго ждать свою мать.
- Его слова и пример нисколько не трогают меня, - пробормотал Роберт, - хотя его помощь и необходима мне в этом деле, тем не менее, я не остановлюсь лишь ради послушания родителям. Этот глупый Вилли целый день думает лишь о том, что можно, и что нельзя делать. Он настоящий раб у своей матери, которая далеко не такая хорошая, как моя. О, моя мама всегда старается дать мне самое лучшее. Она целый день ела бы сухой хлеб, лишь бы дать мне мясо.
Быть непослушным своей матери не казалось Роберту большим преступлением, и вскоре мысли об орлином гнезде заглушили все его детские волнения. Роберт, который был сильным и ловким мальчиком, начал карабкаться на скалистый утес, держась за каждый кустик и ветку, вставляя ноги в щели и трещины скалы.
Карабкаться прямо к гнезду было невозможно - ему приходилось брать то влево, то вправо от выступа скалы. Поэтому, вскоре он совсем потерял из виду маленький куст.
- Если бы Вилли был здесь, он мог бы снизу указать мне направление, - думал Роберт, часто останавливаясь, чтобы перевести дыхание. - Я боюсь, что забрался уж слишком высоко. - Он даже не имел представления, куда ему двигаться дальше.
- Кажется, нет иного выхода, как только взобраться на этот выступ скалы, хотя у меня и болит все тело, очень устали руки, учащенно бьется сердце и горит лицо, но кто не рискует, тот и не побеждает. Поэтому вперед, и еще раз вперед! Встать бы только на этот выступ, - который был намного ближе, чем он ожидал, причем скала метра на два нависала теперь над ним отвесной стеной. Не нашлось ни одной расселины, куда бы он мог поставить хотя бы одну ногу, а отойти в сторону мешал кусок скалы. К большой усталости добавился еще и страх.
- Дальше вверх я не могу, это точно, но каким образом я спущусь вниз? - думал в страхе Роберт.
В первый раз он посмотрел вниз и ужасно испугался. Он стоял теперь на узком выступе скалы, на котором не было и кустика, за который можно было удержаться. Казалось, что сам выступ едва держится за скалу, и на нем теперь держалась его молодая жизнь. Роберту так хотелось сесть, но ему нельзя было менять своего положения. Он решил звать на помощь и стал кричать все громче и громче, но в ответ раздавалось лишь эхо. Так как место было малопосещаемым, то, прежде чем кто-нибудь появиться, мог пройти не один час, в то время, как он мог продержаться, быть может, всего лишь несколько минут. Роберт обращался к людям за помощью, но напрасно. Тогда он стал молить Бога, о котором думал так мало. Мог ли он надеяться на утешение Бога, которого он совсем забыл в хорошие дни?
Одна мысль была самой страшной для него: быть на пороге смерти и знать, что последний путь был грешен.
- Дети, повинуйтесь в Господе родителям вашим, ибо это справедливо. - Это были единственные слова, которые он снова и снова повторял в своем сердце. Уже тысячу раз он был непослушен матери, но еще никогда не ощущал так сильно тяжесть своих грехов.
Горько было вспоминать, как мало ценил он любовь матери. Чего бы только не дал он сейчас за то, чтобы сделать ее счастливой! Это заставило его просить Бога, чтобы Он продлил ему жизнь, чтобы он смог стать послушным сыном. Вдруг его напугал звук одного голоса, который вселил в него надежду.
- Роберт, Роберт! Ты там, наверху? - послышался хорошо знакомый голос Вилли.
- О, Вилли! - откликнулся он громко. - Быстро позови кого-нибудь, я не могу ни вверх, ни вниз. Камень сильно шатается и силы слабеют. Если ты не поспешишь, тогда я разобьюсь.
- Держись крепче, а я побегу за помощью! - прокричал Вилли. Последовала долгая тишина, каждый миг которой казался
Роберту целым часом. Он не мог понять, почему так долго нет Вилли. Кроме того, он опасался, что ему не смогут помочь, так как ни одна лестница не достанет до него. Наконец он снова услышал голос Вилли, только в этот раз не снизу, а сверху.
- Отзовись, чтобы нам знать, где ты находишься, так как нам не видно тебя.
Бедный Роберт сразу же подал голос.
- Слушай, Роберт! Мы достигли вершины скалы другим путем и принесли с собой веревку, на конце с петлей, которую ты должен обвязать вокруг себя, и таким образом мы спасем тебя
- Если вы не поспешите, то я умру, - сказал Роберт. Петля спускалась через карниз, так что Роберт видел ее перед собой, но достать не мог. Карниз выступал над ним на некотором расстоянии впереди, так что веревка была удалена от него на несколько метров.
- Я не могу достать ее, что мне делать? - кричал Роберт.
Веревка быстро поднялась наверх. Последовала страшная пауза, затем появилось что-то большое. Это был Вилли, сам привязанный веревкой: в руке он держал петлю.
- Если я кину ее тебе, ты сможешь достать ее? - крикнул Вилли так ободряюще и сердечно, что Роберт приободрился.
- Кидай скорей, - попросил он.
Вилли кинул веревку. Роберт поймал ее, чуть не потеряв при этом равновесие. Дрожащими руками он обвязал веревку вокруг корпуса, ибо не был уверен в силе своих рук. Мужчины на вершине скалы по знаку Вилли начали тянуть веревку вверх. В это время Роберт потерял сознание. Вилли не видел этого, но знал, что Роберт под ним и поднимается вместе с ним на веревке.
При спуске Вилли так спешил на спасение своего друга, что не заметил маленького кустика. Теперь же он радостно воскликнул. Услыхав это, мужчины перестали тянуть.
- Ура, Роберт! - закричал Вилли и поднялся к гнезду. - Вот они, у меня. Больше они не будут воровать ягнят. - Так как обе руки у него были свободны, он без труда смог взять гнездо с орлятами. - Готово! - крикнул он. - Тяните теперь дальше!
Через несколько мгновений оба мальчика были на вершине. Вилли восторженно радовался, но восторг его вскоре утих, когда он увидел смертельно бледного Роберта неподвижно лежащим на земле.
- Будь спокоен, - сказал один из мужчин, - скоро ему станет лучше. Побрызгай ему немного водой в лицо, и мы поведем его домой, к маме.
Эти слова Роберт услыхал, приходя медленно в себя.
- Да, к моей маме! - повторял он, не сознавая, что говорит. Вскоре он сам мог ходить, и все направились в деревню. Вилли побежал вперед, чтобы подготовить мать к радостной встрече. С выражением лица, полным страха, она поспешила навстречу Роберту, и вскоре они встретились. Он был бледен и серьезен, но спокоен.
Мужчины отправились по своим делам, и лишь Вилли присутствовал при встрече матери с сыном.
- Роберт, почему ты осмелился влезть на скалу, когда я тебя столько раз предупреждала не делать этого? - спросила женщина строго и с упреком, обнимая своего спасенного сына. Бледные щеки Роберта покрылись румянцем, когда он сказал:
- Можешь ли ты простить меня, мама?
Женщина была удивлена этим вопросом, так как в первый раз слышала такое из уст своего сына.
- Тебя простить, дитя мое?! - воскликнула она. - Да, я хочу! Как я счастлива, что ты невредим.
- Кроме Бога, я должен поблагодарить и Вилли, - сказал Роберт. Теперь он обратился к Вилли и поблагодарил его, который ни одним словом не обмолвился о том, что сделал для друга.
- Я рад за тебя, что ты получишь теперь от помещика обещанное вознаграждение за гнездо, - сказал Роберт другу.
- Я не имею на него никакого права, - ответил Вилли. - Ты, Роберт, нашел орлиное гнездо, тебе и принадлежит вознаграждение.
- Я не возьму ни пфеннига, - возразил Роберт.
- Нет, Вилли, ты заслужил это вознаграждение.
- Ну, тогда хоть поделим, - предложил Вилли.
- Да, поделить мы можем, - ответил Роберт. - Тебе, Вилли, принадлежит вознаграждение, а мне - серьезный урок. Он, думаю, дороже всяких денег. Сколько буду жить, буду помнить, как нарушил эту заповедь и чуть не лишился жизни. Дети, повинуйтесь в Господе родителям вашим, ибо это справедливо, - заключил он.
А Вилли добавил следующие стихи:
- Почитай отца и мать - это есть первая заповедь с обещанием, - чтобы тебе было хорошо и ты был долголетен на земле (Еф. 6:1-3).
Это же про тебя, Иосиф!Один купец, любивший Иисуса Христа и старавшийся служить Ему где и как только мог, заполнил некоторые полки своей лавки Библиями и Новыми Заветами. Сверху он сделал крупным шрифтом видимую на всю лавку надпись:
Здесь продаются мечи христиан!
Одним из таких мечей этот солдат небесного Царя одержал однажды блестящую победу.
Как-то утром по улице шла группа распущенных парней, сопровождаемая большой толпой любопытных зевак. Разодеты они были весьма пестро, так что их можно было принять за странствующих шутов. В руках они несли различные музыкальные инструменты. Остановившись как раз напротив лавки купца, они начали петь и показывать на потеху публике разные фокусы. После того, как они пропели несколько веселеньких песенок, из их рядов вышел молодой парень с выразительными чертами лица и начал собирать в жестяную банку пожертвования с собравшихся. По его поведению можно было заметить, что он знал и лучшие времена. После обхода по кругу, он зашел и в лавку, из которой купец наблюдал за интересным зрелищем. На его просьбу о пожертвовании купец взял с полки Библию и предложил:
- Послушайте, мой дорогой, я подарю вам десять марок и еще Библию сверх того, если пообещаете мне прочитать вашим друзьям указанный мною отрывок текста, но так громко, чтобы могли услышать и все окружающие.
Смеясь, молодой человек взял Библию, вышел из лавки и крикнул своим товарищам на улице:
- Послушайте, друзья! Здесь можно кое-что заработать! Этот господин обещает мне десять марок, если я прочитаю вам небольшой отрывок из этой книги!
В то время, как все в ожидании смотрели на говорившего, купец открыл пятнадцатую главу Евангелия от Луки и попросил юношу приступить к чтению с одиннадцатого стиха.
- Ну, тогда давай за работу, Иосиф! - смеясь крикнул один из группы, - заработай свои деньги как человек.
Иосиф взял книгу из рук купца, встал среди своих товарищей и начал читать:
- Иисус продолжал: У одного человека было два сына. Младший сын сказал своему отцу: "Отец, дай мне мою часть имения". И отец разделил имение между сыновьями.
Необычность обстоятельств и непроизвольная дрожь в голосе читавшего воздействовали так, что стало совсем тихо. Лицо самого юноши вдруг приняло серьезное выражение. Смолкнув на мгновение, он тут же продолжил чтение:
Вскоре младший сын собрал все, что у него было и отправился в далекую страну. Там он растратил все свое богатство на распутную жизнь.
- Это же про тебя, Иосиф! - раздался голос из группы. - Все точно так, как ты рассказывал мне про себя и своего отца!
Иосиф продолжал:
- Когда у него уже ничего не осталось, в той стране начался сильный голод, и он оказался в нужде.
- Это же опять про тебя, Иосиф! - раздался тот же голос.
- И он пошел и нанялся к одному из жителей страны пасти свиней. Он так голодал, что был бы рад набить желудок хоть помоями, которыми кормили свиней, но и тех ему не давали.
- Так нам всем живется, - опять вмешался говоривший ранее, - все мы попрошайки, а могли бы жить гораздо лучше. Читай же дальше!
Юноша последовал просьбе, но его голос стал заметно дрожать:
- И опомнившись, он сказал: "Сколько слуг в доме моего отца, и у них достаточно пищи, а я здесь умираю от голода! Пойду и возвращусь к моему отцу".
Дальше читать он уже не мог. Он смолк. Никто не смел нарушить наступившей тишины. Сам юноша стоял, словно пригвожденный. Его лицо подергивалось, в то время как глаза оставались устремленными на книгу, которую он держал в своих дрожащих руках. Только что прочитанная история почти полностью соответствовала тому, что совершил и он сам. И он своевольно покинул дом своих состоятельных родителей и прокутил в дикой жизни все свое состояние. И теперь, как тому блудному сыну в притче, и ему вспомнился опечаленный отец, любовь, которой он был окружен на родине, работники дома, у которых не было недостатка в пище и питье, в то время как он, сын такого богатого отца, хотя и не пас свиней на чужбине, но влачил такое жалкое существование.
Этот день стал поворотным пунктом в жизни этого блудного сына. Он посоветовался с купцом, который стал виновником его возвращения. Купец написал письмо его родителям, и впоследствии, после долгих скитаний, этот молодой человек с глубоким раскаянием вернулся в родительский дом. История блудного сына прекраснейшим образом олицетворилась в нем. Он вернулся навсегда. Иисус Христос стал его Господом и Спасителем, а Бог на деле стал его Отцом.
И он умерВ Лондоне жил однажды купец, который не верил в божественное происхождение Библии, никогда не читал Слова Божьего и не слушал проповедей.
Как-то одной из его племянниц удалось все-таки уговорить его послушать одну проповедь. В этот вечер проповедник читал из пятой главы Бытия, в которой восемь раз встречаются слова: "И он умер". Сама племянница была разочарована.
- Почему Бог допустил, - думала она, - что именно сегодня проповедник избрал такой монотонный текст про родословную?
По дороге домой дядя не обронил ни слова. С каждым пройденным шагом в его ушах звучали слова: "И он умер".
Вечером в комнате с каждым ударом настенных часов в его ушах звучало: "И он умер". На следующее утро, сидя за письменным столом, он опять слышал только эти слова: "И он умер". Он был не в состоянии сконцентрировать свои мысли и даже в простых подсчетах стал делать грубые ошибки.
- Нет, - воскликнул он, - я должен сам еще раз прочитать эту главу!
Он раскрыл годами нечитанную Библию и прочитал главу с настойчиво повторяющимися словами "И он умер", напоминавшими ему так настойчиво о неизбежности смерти.
Бог употребил эти слова, чтобы разбудить его давно уснувшую совесть.
- Сейчас я еще среди живущих, - думал купец, - но и обо мне когда-то тоже будет сказано: "И он умер". А что потом?
Сознавая гибельное состояние своей души, он не нашел покоя, пока не познал Иисуса Христа как своего Спасителя, сказавшего:
"Я - воскресение и жизнь; верующий в Меня, если и умрет, оживет; и всякий живущий и верующий в Меня не умрет вовек" (Ин. 11:25-26).
Власть над смертьюПеред римским императором стоял мужчина, единственная вина которого заключалась в том, что он являлся учеником и последователем Иисуса. Разными обещаниями Диоклетиан пытался склонить его к отказу от своего вероисповедания. Но христианин лишь улыбался в ответ. Наконец тиран разгневался и в ярости закричал:
- Знаешь ли ты, что я властен казнить тебя? И что ответил христианин?
- Ты, император, властен казнить меня, но я властен принять смерть.
Император хорошо понимал, что этот подданный вправе гордиться большей силой, чем обладал он, властелин. И силу эту могли терпеть лишь немногие монархи. Поэтому, Диоклетиан приказал пытать, а затем казнить этого, по его мнению, нахального человека. Но именно этим решением он, сам того не ведая, дал христианину возможность доказать свою власть над смертью: тот во всех пытках оставался тихим и спокойным. С его уст сходили лишь слова: "Иисус, мой Иисус, мой Спаситель", - пока не испустил дух.
Быть властным убить - это, конечно, сильная и страшная власть, но ее имеет и тигр в дремучем лесу. Властен умереть лишь тот, кто имеет Христа и в Нем - жизнь вечную, которая намного ценнее нашей временной жизни, и никакой враг не сможет одолеть ее, даже телесная смерть.
Родившись, ты плакал, а стоявшие рядом - радовались. Живи теперь так, чтобы умирая, ты радовался, а окружающие - плакали.
С Ним распяли двух разбойников, одного по правую, а другого по левую сторону Его. И сбылось слово Писания: "и к злодеям причтен". Проходящие злословили Его, кивая головами своими и говоря: "Эй, разрушающий храм и в три дня созидающий! Спаси себя самого и сойди с креста". Подобно и первосвященники с книжниками, насмехаясь, говорили друг другу: других спасал, а себя не может спасти! Христос, Царь Израилев, пусть сойдет теперь с креста, чтобы мы видели, и уверуем. И распятые с Ним поносили Его. (Мк. 15:27-32).
Сойди с креста!Минуты предсмертные медленно шли, "Малые" грехиЛовите нам лисиц, лисят, которые портят виноградники, а виноградники наши в цвете (Песн. 2:15).
Фонарь имел лишь одно маленькое отверстие, но ветер подул в это отверстие и погасил фонарь.
Горькие последствия могут быть следствием одной единственной слабости нашего характера, на которую мы даже не обращаем внимания.
Одна искра может воспламенить кустарник, а опустошена будет целая область.
Малая пробоина может потопить корабль, и тогда в пучине погибнут все пассажиры.
Единственная рана может стать причиной смерти человека. Единственный неосужденный грех может превратить христианскую жизнь в руины. Не поможет даже то, что все остальные части фонаря будут находиться в безукоризненном состоянии: фонарь погаснет из-за одного единственного отверстия, через которое сможет проникнуть ветер.
Когда проверяют цепь, то испытывают не самое сильное звено, но самое слабое; как цепь вообще может устоять, если не устоит ее слабейшее звено?
Сатана является первоклассным наблюдателем, и он очень умело использует все наши слабости. Наша речь, наши мысли и наши привычки сами по себе являются теми дверьми, которые он постепенно открывает, чтобы посредством "малых лисят" погубить наши сердца.
Разве любовь к недуховной музыке не является одним из его обольстительнейших средств проникновения? Он склоняет нас к дальнейшему вторжению в искусство: один лишний шаг - и наше свидетельство, тщательно оберегаемое нами во всех отношениях, оказывается загубленым мирскими формальностями.
А как обстоят дела со склонностью к чтению мирской литературы? Одна единственная страница с нездравыми описаниями отравляет ход наших мыслей в святейшие мгновения, отвлекая наш дух от Божьих дел и пробуждая в нас греховные страсти.
Лишь мгновение отделяет жизнь от смерти!- Мария всегда была такой серьезной? - спросил я однажды свою знакомую.
- Нет, - ответила та, - она стала такой лишь после смерти мужа. Они очень любили друг друга. Но время от времени у них доходило до словесной перепалки. Так было и однажды утром. Когда муж: прошел уже часть пути к месту своей работы, он пожалел об этом и вернулся домой. Жену он застал на кухне.
- Мария, расстанемся же друзьями. Поцелуй меня, и пусть опять все будет хорошо. Я думаю, что иначе мне не видать удачи на работе.
Но она отвернулась от него и не подала ему даже руки. Она полагала, что таким образом сможет воспитать и отучить его от излишней щепетильности, так как действительно любила его.
Он же не вернулся живым. Вечером того же дня его бездыханное тело принесли домой на носилках.
- С тех пор я никогда не видела Марию смеющейся, - продолжала моя знакомая. - Она охотно отдала бы годы своей жизни за то, чтобы сделать несостоявшимися все нанесенные мужу обиды. Да и мы все, видя, как она исходит в тоске, пришли к выводу, что нужно всегда спешить прощать!
Всего лишь сон?Народная мудрость гласит: "Сны призрачны". В большинстве случаев это так, но не всегда.
Недавно на одном из собраний я услышал историю про сновидение, которая заслуживает быть переданной далее. Я разузнал, соответствует ли рассказанное действительности, и меня заверили в правдивости случившегося.
Не так давно в одном из городов средней Германии - как и во многих других местах - образовался так называемый "Адский клуб". Президентом этого клуба стал преуспевающий собственник, живший на окраине города. В "Адском клубе" частенько бывало по-настоящему весело. И на одной из годовщин клуба это было особенно заметно. Президент отлично понимал, как задавать тон публике, и разгульная компания праздновала до воскресного утра.
Как всегда, президент отправился домой верхом, и лишь на рассвете лег в постель, чтобы основательно выспаться. Заснул он быстро, но уже через пару часов проснулся весь в поту от ужасного сна.
Как он затем рассказывал, во сне он увидел себя едущим на своем Фуксе по короткой аллее, ведущей к его резиденции. На полпути перед ним внезапно появилось страшное существо, от которого лошадь понесла и сбросила седока. Он отчетливо помнил тот момент во сне, когда во время падения подумал: "ну, сейчас же ты крепко ударишься об землю!" Однако, он не ударился, но стал проваливаться все глубже и глубже в бесконечную бездну. Через некоторое время он с ужасом обнаружил, что существо, напугавшее лошадь, летит вместе с ним вниз. Потом стало немного светлее и он увидел, что очутился в очень большом пещерообразном помещении. Необычные звуки доносились до его слуха, и он толком не мог понять, были это человеческие или звериные голоса.
В пещере он увидел сцену, на которой кружились в танце множество пар. Он подошел поближе, чтобы разглядеть людей. Что ему сразу бросилось в глаза, так это лица, выглядевшие нерадостно. Смеха было не слыхать. Каждое лицо отображало неудовлетворенную жажду, и, самое страшное, - танец никогда не прекращался.
Неожиданно он заметил среди дико кружившихся пар хорошо знакомую женщину. Знакомую? Нет, бывшую знакомую, ибо он точно помнил, что эта женщина умерла два года тому назад. Он резко повернулся к своему зловещему спутнику и спросил:
- Где мы, собственно, находимся?
- В царстве мертвых, в преддверии ада, - ответил тот. Тут мужчина пал на колени и стал умолять:
- Выпусти меня отсюда, я не могу здесь оставаться! Если еще существует помилование, то выпусти меня отсюда!
Голосом, пробиравшим сновидца до мозга костей, существо ответило:
- Да, ты можешь еще раз выйти отсюда. Но запомни: сегодня, через год, ты навсегда придешь сюда!
Тут мужчина проснулся. Живо предстали перед ним картины, которые он увидел во сне, и ему все еще слышался голос: "Но запомни, сегодня, через год, ты будешь здесь!"
Он сделал единственно верный шаг: пошел к проповеднику, рассказал ему свой сон, выслушал его наставления и начал новую жизнь. Он вышел из "Адского клуба", стал избегать трактиры и вообще всего того, что напоминало ему его прежнюю греховную жизнь. Вместо этого он стал, вопреки многим насмешкам, придерживаться набожных людей, постоянно посещать собрания и открыто свидетельствовать, что отныне посвящает свою жизнь Господу Иисусу Христу.
Месяцы проходили один за другим, и со временем впечатление от того сна стали понемногу рассеиваться. И так стало возможным то, что далее и произошло. Однажды к нему явились многие из его прежних друзей. Свой разговор они начали с поистине сатанинской хитростью. Они хвалили его за то, что он так твердо следует новым путем, что за это его следует уважать и т.д. В конце концов они все же выложили ему свою просьбу: приближается годовщина клуба, и они просто не могут представить себе это торжество без него. Они сразу же заверили его, что ему не надо будет пить спиртное, оставаться на танцы, лишь бы он только присутствовал на первом акте торжества.
На таких условиях нашему другу показалось возможным оказать такую любезность своим прежним друзьям. Их похвала пришлась ему по душе, и он согласился прийти, но подчеркнул, что останется лишь на первой части торжества.
Наступил вечер, и торжество обещало стать знаменательным событием. Множество людей сердечно приветствовали нашего друга, так что его первоначальное стеснение вскоре исчезло. Когда же новый президент взошел на трибуну и начал свою речь со слов: "Сегодня, год тому назад...", он побледнел. Внезапно ему показалось, что он опять слышит голос: "Сегодня, через год..."
Бледный, как мертвец, и весь дрожа, он хотел тут же пойти домой, но был окружен некоторыми своими старыми друзьями.
- Ты же не можешь оставить нас теперь и уйти! - сказал один.
- Это было бы позором для клуба и для тебя, если бы ты ушел сейчас домой, - добавил другой.
- Выпей глоток вина, и тебе опять полегчает, - предложил третий.
Он выпил глоток вина, чтобы успокоиться, позволил себя усадить и - остался. К одному глотку вина прибавился другой, за первым стаканом последовал второй, и вскоре весь страх был забыт, и со временем радостное настроение перешло даже в буйное веселие.
На рассвете он одним из последних покинул ресторан, чтобы вернуться домой. Посреди аллеи, которая вела к его дому, лошадь чего-то испугалась и понесла, скинув седока. Коня без всадника работники обнаружили час спустя стоящим у дверей конюшни, а хозяина нашли мертвым на аллее, с переломанной шеей.
"Сегодня, через год...!"
Этот сон был милостивым Божьим предупреждением. Если бы этот мужчина внял предупреждению и полностью отдал свое сердце Господу, тогда сон не исполнился бы. Но он обратился к Богу лишь из страха перед адом, и, к сожалению, не выдержал пробы. Хвала и лесть старых друзей привели его к падению.
Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? Или какой выкуп даст человек за душу свою? Ибо придет Сын Человеческий во славе Отца Своего с ангелами Своими, и тогда воздаст каждому по делам его (Мф. 16:26-27).
Главный вопросСреди тревог житейских, испытаний, КНИГА II"Укажи мне, Господи, пути Твои, и научи меня стезям Твоим. Направь меня на истину Твою, и научи меня; ибо Ты Бог спасения моего; на Тебя надеюсь всякий день"
(Пс. 24:4-5).
Твой СпасительСпаситель мой! - так больно слышать мне, Анна Бель Сила крови и сила параНа одном из собраний в Лондоне, которые в свое время проводил известный евангелист Торрей, случилось, что неизвестный прервал его проповедь о воскресение Христа словами:
- Откуда вы знаете, что Христос действительно воскрес из мертвых?
- На этот вопрос надо ответить! - сказал Торрей, -ибо Библия сама говорит: "Если же Христос не воскрес, то и проповедь наша тщетна, тщетна и вера ваша. Притом и мы оказались бы лжесвидетелями о Боге..." (l.Kop. 15:14-15), - и хотел было продолжить доказательство.
Но тут вышел вперед мужчина и сказал:
- Я работаю машинистом и могу наблюдать силу пара. Но как я могу узнать, какое давление у пара? Сам пар я не вижу, но силу пара узнаю по маленькой стрелочке на манометре, которая в зависимости от давления передвигается по шкале. Прежде я был алкоголиком, безнадежным рабом пьянства, но сила Христа оказалась достаточной, чтобы вызволить меня из этого болота греха, поставить на твердое основание и изменить всю мою жизнь. Так я из собственного опыта твердо знаю, что Христос воскрес из мертвых.
Чудодейственный рецептОднажды один врач, не веривший ни в Бога, ни в Спасителя, ни в Его Евангелие, обратился к проповеднику с вопросом:
- Я никак не могу понять, как вы, такой интеллигентный и образованный человек, можете верить такой старой легенде, как Евангелие.
На это проповедник ответил:
- Господин доктор, предположим, что годы назад вам прописали рецепт, благодаря точному исполнению которого вы излечились от страшной болезни; ныне же вы прописали этот рецепт больному, который, однако, отказывается даже опробовать его. Что бы вы подумали о таком больном?
- Я бы посчитал его глупцом, - последовал ответ.
- Итак, - продолжил проповедник, - двадцать пять лет тому назад я испытал на себе силу Божьей благодати. Она сделала из меня нового человека. Все эти годы я проповедовал об этом спасении, и кто принимал его, тот на себе мог испытать его целебную силу. Так что нет ничего удивительного в том, что я верю в Христа и Его дорогое Евангелие.
Чего не понимаю - тому не поверю- Я никогда не поверю тому, чего не понимаю, - сказал однажды в гостинице молодой самодовольный человек.
- Я тоже, - отозвался другой.
- Я, безусловно, тоже никогда не поверю такому! - подтвердил третий.
- Господа, - взял слово один из сидевших рядом мужчин, -если я вас правильно понял, то вы не хотите верить в то, чего не понимаете?
- Само собой разумеется!
- Конечно!
- Естественно! - один за другим ответили неверующие.
- Хорошо, - сказал неизвестный. - Так вот, сегодня утром, во время моей поездки, я видел гусей на зеленой лужайке, щипавших свежую травку. Верите ли вы этому?
- Конечно, - был ответ молодых людей.
- И свиней видел - они также паслись на траве. Верите ли вы этому?
- Разумеется, - ответили все трое.
- Также я видел пасущихся овец и коров - эти животные тоже щипали траву. И этому верите?
- Естественно, - прозвучало в ответ.
- Ну хорошо. Но трава, которую пожирали эти животные, через пищеварение превращалась в перья на спине гусей, в щетину на спине свиней, в волоса у коров и в шерсть у овец; верите ли вы и этому, мои господа?
- Разумеется, - отвечали они.
Тут незнакомец задал еще один вопрос:
- Да, вы верите всему этому, но понимаете ли?
Ответа на это не последовало: молодые люди оказались в растерянности и пристыженно молчали.
Убедился на собственном опытеСтарик, в молодые годы сомневавшийся в истинности Библии, рассказал о своем покаянии следующее:
- Я не верил ни в Библию, ни в праведность веры в Бога; так называемое христианское покаяние я считал самовнушением и даже умопомрачением, христиан же считал за обманутых и фанатиков. Я изучал атеистическую литературу и все больше убеждался в том, что смерть - это вечный сон, и что нет ни рая, ни ада, но все уходит в небытие. Тем не менее, сомнения не переставали одолевать меня.
После долгих безуспешных попыток заглушить эти неприятные мысли, я решился применить средство, которое, по моему мнению, должно было избавить меня от всех этих мыслей. Я решил втайне последовать совету христиан, а именно: молиться и читать Библию. Уж если эта попытка не произведет на меня никакого впечатления, тогда наверняка исчезнут все сомнения. И когда в ближайшее воскресенье все домашние пошли на собрание верующих, я заперся в комнате, преклонил колени и стал просить:
- Боже, если Ты существуешь, тогда услышь меня! Если нужно достичь рая и избежать ада, тогда научи меня этому! Я не верю в Библию, но если в ней - истина, тогда открой ее мне и просвети меня в ней!
Я открыл Библию, которую так часто высмеивал. Читать я начал в Новом Завете, и так внимательно читал главу за главой, прося Бога открыть мне истину. Чем больше я читал, тем больше возрастал мой интерес, и вскоре я уже не мог противостоять убеждению, что книга, которую держу в руках, действительно есть Слово Божье.
- Всю свою жизнь я верил лжи! - воскликнул я в страхе. -Я - погибший грешник!
Так я прочитал всю Библию. Создание Вселенной, грехопадение человека, явление Христа сильно потрясли меня. Я ясно увидел свою собственную испорченность; мой страх стал таким, что его невозможно было скрыть. Целую неделю я исследовал Слово Божье и взывал к Богу о помиловании моей души.
Утром, в ближайшее воскресенье, я пошел на проповедь и нашел там в Иисусе своего личного Спасителя. Путь спасения открылся мне так ясно и во всей своей простоте, что я от глубины души мог радоваться и ликовать: "Я знаю, мой Спаситель жив!"
Моя душа славила Господа, мое неверие было побеждено! Я лично убедился в силе и истине веры в Иисуса Христа, и теперь мог исповедовать Спасителя, которого нашел.
Спасительная правдаВо времена Великой Французской революции многие христиане вынуждены были поплатиться жизнью за свою веру или бежать за границу. Среди беженцев находился и один школьный учитель со своим другом. По рекомендации единоверцев, они пришли в одно маленькое село к хозяину гостиницы, который из любви ко Христу помогал беженцам.
Он приготовил им сытный ужин и позаботился о теплой комнате. Не успели беглецы поужинать, как объявились их преследователи. Им едва хватило времени, чтобы спрятаться под широкой кроватью, стоявшей за занавесью в нише гостиничной комнаты. Недоеденный ужин так и остался на столе. Хозяин успел лишь шепнуть им, что если о них спросят, то он скажет, что они были здесь, но уже ушли. На это учитель поспешно возразил:
- Говори только правду, иначе я сам выйду из укрытия.
В то же мгновение солдаты вломились в комнату и спросили об учителе, по следам которого они до сих пор шли.
- Если не скажешь нам, где беглецы, мы тебя тут же расстреляем!
Хозяин побледнел и, весь дрожа от страха, пролепетал:
- Под кроватью. |