Совокупность совершенства
Добросовестный сервис покупок с кэшбеком до 10% в 900+ магазинах используют уже более 1.200.000 человек. Присоединяйся!
Христианская страничка
Лента последних событий
(мини-блог)
Видеобиблия online

Русская Аудиобиблия online
Писание (обзоры)
Хроники последнего времени
Українська Аудіобіблія
Украинская Аудиобиблия
Ukrainian
Audio-Bible
Видео-книги
Музыкальные
видео-альбомы
Книги (А-Г)
Книги (Д-Л)
Книги (М-О)
Книги (П-Р)
Книги (С-С)
Книги (Т-Я)
Фонограммы-аранжировки
(*.mid и *.mp3),
Караоке
(*.kar и *.divx)
Юность Иисусу
Песнь Благовестника
старый раздел
Интернет-магазин
Медиатека Blagovestnik.Org
на DVD от 70 руб.
или HDD от 7.500 руб.
Бесплатно скачать mp3
Нотный архив
Модули
для "Цитаты"
Брошюры для ищущих Бога
Воскресная школа,
материалы
для малышей,
занимательные материалы
Бюро услуг
и предложений от христиан
Наши друзья
во Христе
Обзор дружественных сайтов
Наше желание
Архивы:
Рассылки (1)
Рассылки (2)
Проповеди (1)
Проповеди (2)
Сперджен (1)
Сперджен (2)
Сперджен (3)
Сперджен (4)
Карта сайта:
Чтения
Толкование
Литература
Стихотворения
Скачать mp3
Видео-онлайн
Архивы
Все остальное
Контактная информация
Подписка
на рассылки
Поддержать сайт
или PayPal
FAQ


Информация
с сайтов, помогающих создавать видеокниги:

Подписаться на канал Улучшенный Вариант: доработанная видео-Библия, хороший крупный шрифт.
Подписаться на наш видео-канал на YouTube: "Blagovestnikorg".
Наша группа ВКонтакте: "Христианское видео".

П. И. Рогозин

Совокупность совершенства

"Более же всего облекитесь в ЛЮБОВЬ, которая есть совокупность совершенства ..."
(Кол. 3,14).

Оглавление

1. Что такое любовь вообще?
2. Любовь Божия
3. Любовь Бога к человеку
4. Любовь человека к Богу
5. Любовь к ближнему
6. Любовь к братьям
7. Любовь к врагам
8. Любовь к самому себе
9. Жизнь любви
10. Путь любви
11. Школа любви
12. Сила любви
13. Совершенства любви
14. Любовь и терпение
15. Любовь и милосердие
16. Любовь и зависть
17. Любовь и гордость
18. Любовь и бесчинство
19. Любовь и поиски своего
20. Любовь и раздражение
21. Любовь и мышление
22. Любовь и худая молва
23. Победа любви
24. Бессмертие любви
25. Превосходство любви
26. Наша главная нужда

1. Что такое любовь вообще?

Что солние - для мира материального, то любовь - для мира духовного.
Что такое любовь? - Каждый человек уверен в том, что он знает, что такое любовь до тех пор, пока не потребуют от него точного определения этого понятия.
Слово любовь является возвышенным и самым драгоценным словом в человеческой речи. Но, к сожалению, словом этим так легкомысленно пользовались и так превратно понимали его, что в наше время оно почти не отражает уже своего подлинного значения.
Весьма часто, словом любовь мы не задумываясь определяем то или иное наше отношение к разным лицам, вещам, идеям и понятиям. Все тем же привычным глаголом люблю мы пользуемся, говоря о друзьях, квартире, картинах, кошке, вкусном блюде, струнном оркестре Бетховена, быстрой езде в открытом автомобиле и шоколаде с орехами.
И, как это ни странно, даже любовь свою к Богу мы выражаем, пользуясь все тем же всем знакомым термином. Люди настолько свыклись с этим словом, что их уже не шокирует превратное пользование или злоупотребление этим словом.
Такое широкое употребление слова любовь доходит иногда до смешного. Вот вам пример:
Какой-то счастливец выиграл в рекламной лотерее завидную сумму денег. Журналист поинтересовался: что счастливец думает делать и на что именно намерен он израсходовать выигрыш?
"Будьте спокойны! - ответил тот. - Без любви я не израсходую ни одного гроша, - все будет израсходовано мною с любовью!"
Полагая, что счастливец говорит о благотворительности, журналист обратился к стоявшей рядом жене: "Разделяете ли вы полностью такое благое намерение вашего мужа?"
"Еще бы! с радостью и безоговорочно!" - ответила счастливая и, сделав лукавую улыбку, добавила, - ведь он у меня - любящий муж, а я у него -преданная жена и зовут меня Любовь Гавриловна!"
Любовь, в данном случае, оказалась только именем.
Вы спросите: где причина такому бесконтрольному пользованию словом любовь?
Причина в том, что у нас нет нужных слов для определения разных нюансов любви.
Древние греки были людьми более требовательными. В своем языке они имели три слова, раскрывающие разные виды и проявления любви.
Греческое слово "эрос" (erwV) определяет любовь как страсть, любовь плотскую, животную, инстинктивную, биологическую, любовь, продиктованную гландами.
В наш век, век так называемой "свободной любви", "половой революции", "новой морали", любовь понимается и проповедуется как бесконтрольное удовлетворение разнузданных страстей, узаконение всяких половых извращений и всякого "растления похотью" (Быт. 6,11-12; 2 Петр. 2,12-14).
Другое греческое слово - "филия" (filia) -характеризует любовь как душевное влечение, наблюдаемое между преданными друзьями. Это не что иное, как искреннее, чистое проявление душевных чувств человека к человеку.
Примером этого вида любви могут служить взаимоотношения Руфи и Ноемини, Давида и Ионафана, как написано: "Душа Ионафана прилепилась к душе Давидами полюбил его Ионафан, как свою душу" (1 Цар. 18 г.). Этот же вид любви мы наблюдаем между Спасителем, Марфой, Марией и Лазарем.
Истинная дружба, какую мы наблюдаем во всех этих случаях, - один из возвышенных видов человеческой любви.
Что приводит к дружбе? - это внутренняя душевная симпатия, чувство благорасположенности и доверия к человеку; чувство, которое передается от одного человека к другому и взаимно воспринимается. Дружба рождается там, где два разума, два чувства и два решения совпадают.
Третье греческое слово - "агапи" (agaph). Оно выражает высшую степень привязанности, -любовь духовную, а не душевную и плотскую, - любовь святую, любовь Божию.
Слово Божие учит, что человек троичен; он состоит из тела, души и духа. Отсюда мы наблюдаем три вида любви: плотскую, душевную и духовную. Этот третий вид любви ("агапи") знаком только возрожденному свыше человеку. Духовная любовь немыслима без нашего обращения ко Христу, покаяния и примирения с Богом.
Подлинная духовная любовь весьма редкостная вещь; но в то же время вполне реальная и легко распознаваемая. "И нет такого притворства, которое могло бы скрыть любовь там, где любовь есть, или проявить ее там, где любви нет", - говорит Ф. Лярошфуко.
Истинная любовь заслуживает своего святого имени "агапи", если она является плодом Святого Духа и приходит к нам как дар Божий, если она "излилась в сердца наши Духом Его Святым, данным нам"... (Рим. 5 гл.).

2. Любовь Божия

Любовь Божия - тайна; из всех тайн -величайшая и единственный ключ ко всем тайнам.
За четыреста лет до Рождества Христова греческий философ Платон так рассуждал: "Если во всей вселенной есть только единый Бог, то о чем этот Бог думает? Ибо если этот Бог - существо разумное, то он должен непременно думать о чем-то.
И если есть только единый Бог, то кого этот Бог любит?
Ибо для того, чтобы быть счастливым Богом, Он должен кого-то любить...
Эти логические рассуждения Платона привели его к правильным умозаключениям и вопросам, на которые у него не было правильного ответа.
Но, увы! Платон не был исключением из общего правила. На вопросы: кто Бог? о чем Бог думает? кого Бог любит? - нет ответа ни у мудрецов глубокой древности, ни у современных философов. "Ибо кто познал ум Господень?" "Мир своею мудростью не познал Бога в премудрости Божией..." "Ибо, если бы познали, то не распяли бы Господа славы!" (Рим. 11 гл.; 1 Кор. 1 и 2 гл.).
Авторитетные ответы на все наши вопросы пришли к нам как "откровение свыше"; пришли вместе с явлением в мир Сына Божьего, Иисуса Христа, воплощенного Бога любви. "Ибо Сын Божий пришел и дал нам свет и разум, да познаем Бога истинного" (1 Иоан. 5 гл.).
Чрез Иисуса Христа мы узнали, что Бог "един, но в трех лицах", что Бог любит единородного Сына Своего и Сын любит Своего Небесного Отца; что эта их божественная совершенная любовь настолько едина и сильна, что ее постоянное проявление между ними выразилось в Третьей ипостаси, в Духе Святом, - третьем лице Святой Троицы.
Однако, касаясь здесь вопроса Троичности Божией, мы смиренно сознаем, что тайна Божественной Троичности навсегда пребудет тайной. Мы можем благоговейно высказывать свои мысли, но не превращать свои предположения в христианские догматы.
Число три - состоящее из начала, средины и конца - символ законченности и совершенства. В нем мы усматриваем полноту любви Божией: ее безначальное бытие, ее непрерывное течение, ее бесконечное и абсолютное завершение в беспредельном круге вечности.
Мировая литература всех веков и народов содержит в себе множество поразительных изречений мудрости и глубоких истин, но из всех этих истин самые великие находятся в Божественном откровении - в Библии. Скажем больше: из всех великих истин Библии самой величайшей, изумительной и прекрасной является истина, выраженная тремя словами: "БОГ ЕСТЬ ЛЮБОВЬ!"
Лучшие умы человечества, посвятившие жизнь свою богоисканию и богопознанию, не пришли к такому бесподобному определению. У Сократа, Платона, Аристотеля, Сенеки, Марка Аврелия, Будды, Магомета и др. нет и малейшего намека на то, что Бог есть Бог любви.
Не приходится оспаривать того, что некоторые из перечисленных лиц немало упоминают о любви, но не как о любви, называемой в откровении Божием - "агапи", а только как. об "эросе" или "филии".
Вот почему на вопрос: "Кто Бог?" - только христианство дает ясный, прямой, исчерпывающий ответ: "БОГ ЕСТЬ ЛЮБОВЬ..."
На вопрос: "Почему Бог любит?" - есть только один правильный ответ: потому, что любовь является Его Божественной Сущностью. Бог не может не любить, - любовь в Его Божественной натуре.
"БОГ ЕСТЬ ЛЮБОВЬ". Эти три слова Св. Писания - самые драгоценные, какие когда-либо вышли из уст людей, включая даже тех, которые были "движимы Духом Святым".
Можно с уверенностью сказать, что когда все другие истины и глубочайшие изречения людской мудрости исчезнут с мирового горизонта, эти три слова, как солнце Божественного откровения, будут сиять вечно.
Эти чудесные слова являются одним из мощных доказательств богодухновенности Св. Писания.
На вопрос: "Кого Бог любит?" - Слово Божие ответит нам в следующей главе.

3. Любовь Бога к человеку

"Любовь широкую, как море, вместить не могут жизни берега".
Любовь легла в основу мироздания. Библия говорит, что вселенная произошла не в результате какого-то физического закона, но появилась как следствие любви Божией. Любовь не живет для себя, а для других. Она не ищет блага себе, а ищет блага другому. В силу этого духовного закона появление мира видимого было продиктовано бесподобной любовью Божией к Своему единородному Сыну: "Ибо Им создано все, что на небесах и что на земле, видимое и невидимое... все Им и для Него создано; и Он есть прежде всего, и все Им стоит" (Кол. 1 гл.).
Но Он, Бог любви, "когда еще не было ни земли, ни полей, ни начальных пылинок (атомов) вселенной. ... "сказал и сделалось, повелел и явилось"... "В начале Ты, Господи, основал землю, и небеса - дело рук Твоих; они погибнут, а Ты пребудешь; и обветшают как риза, и как одежду свернешь их, и изменятся, но Ты тот же и лета Твои не кончатся" (Прит. 8 гл.; Пс. 32; Евр. 1 гл.).
Эта же любовь Божия легла и в основу сотворения человека. Бог создал нас по Своей инициативе, самостоятельно, без нашего на то волеизъявления или участия. Он "создал нас из праха земного", но тут же дал нам то, что отличает нас от всех бессловесных тварей земных, - голос и членораздельную речь.
Бесценный дар речи - одно из средств выявления личности, выражения любви. Нам достаточно побеседовать с человеком, как мы уже можем судить о его характере. Мы определяем человека по его речи: кроткий, гордый, добрый, злой, искренний, замкнутый, любящий и т.п.
Великие люди, жившие тысячелетия тому назад, познаются нами по их речам, отдельным фразам и деяниям, которые сохранила нам Библия и беспристрастная история. По ним мы судим о вере Авраама, сердце Давида, мышлении Сократа, воле Юлия Цезаря, красноречии Цицерона, жестокости Иоанна Грозного и т.п.
Но самой главной отличительной чертой человека служит то, что Бог создал его "по образу и подобию Своему".
Если бы Бог не был Богом любви, мы не имели бы представления ни о Его "образе" (характере), ни о Его "подобии" (вечном бытии). Грехопадение лишило человека "образа Божия", - человек перестал быть невинным, святым, но он не лишился "подобия", - не перестал быть вечным.
Если бы Бог пожелал открыть нам Свою любовь и сказать нам, что Он нас любит, Он должен был бы воспользоваться человеческой речью, сердцем и разумом. И, действительно, Он так и сделал, - Бог сказал!
То, что Бог нам, людям, сказал, записано на обветшалых страницах Библии. В ней Бог открыл нам,в чем Его Божественная сущность и насколько Он нас любит.
Мы не знаем более глубокой и драгоценной истины на земле, которая более импонировала бы нам и сильнее располагала бы нас к себе, как эта именно истина: - Бог, будучи Богом любви, возлюбил нас, - "до крестной смерти возлюбил".
Тут необходимы некоторые оговорки. Когда мы говорим о том, что Бог любит нас, то ясно, что мы имеем в виду не то, каким очаровательным и прекрасным является человек, "заслуживающий" Божьего благорасположения к себе, но о том, какой чудесный и любвеобильный Бог.
Ни один смертный никогда не сможет "заслужить" к себе любви Божией. Напротив, мы как порочные, оскверненные грехом существа, способны вызвать у Бога только гнев и омерзение, которое достойно всякого порицания и вечного осуждения.
Однако, непостижимая для нас любовь Божия проявилась к нам, грешникам, не во гневе и вечном осуждении, а в Божьей милости и вечном спасении, как написано: "Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего единородного, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную. Ибо не послал Бог Сына Своего в мир, чтобы судить мир, но чтобы мир спасен был чрез Него. Верующий в Него не судится, а не верующий уже осужден, потому что не уверовал во имя единородного Сына Божия" (Иоан. 3 гл.).
"Мы знаем ... что весь мир лежит во зле. Знаем также, что Сын Божий пришел и дал нам свет и разум, да познаем Бога истинного и да будем в истинном Сыне Его Иисусе Христе: Сей есть истинный Бог и жизнь вечная" (1 Иоан. 5 гл.).
Сущность любви Божией, как говорит ап. Иоанн, "не в том, что мы возлюбили Бога, но Он возлюбил нас и послал Сына Своего в умилостивление за грехи наши"... "Бог Свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками" (1 Иоан. 4 гл.; Рим. 5 гл.).
Часто неверующие люди заявляют: "В Библии есть много невероятных вещей"... В приведенных выше стихах Библии - одна из этих "невероятностей", - ответим мы. Все то, что Бог совершает, - невероятно, чрезвычайно, неправдоподобно, но истинно.
Мнимая невероятность объясняется тем, что любовь Христова, любовь Божия не вмещается в узкие рамки нашего человеческого разума. Поэтому не удивительно, если ап. Павел молится, чтобы Бог помог нам "уразуметь превосходящую разумение любовь Христову" и научил нас доверяться слову Божию полностью (Еф. 3 гл.)-
На протяжении многих веков сатана внушает легковерным людям, что Бог жесток, недоступен и несправедлив; что Он исполнен постоянного гнева и беспощадно карает грешников. И, если Бог кого-то любит (добавляет сатана), то Он любит только святых угодников, подвижников, схимников, затворников, аскетов, спасающихся изнурительными постами, поклонами, молитвами, суровым бесчеловечным образом жизни, физическими истязаниями, бегством от нормальной, здравой, разумной и плодотворной жизни.
Такое превратное понятие о Боге убило в людях всякую надежду на спасение вообще, а искупление Христово сделало неимеющим практического применения, бессильным и бесцельным.
Мы совершаем грубую ошибку, когда измеряем любовь Божию к падшему человеку нашими земными мерками и подходим к ней с человеческой точки зрения.
Обычно, мы любим человека до тех пор, пока он "заслуживает" нашей любви, но достаточно ему однажды провиниться пред нами, как наши отношения к нему резко меняются. Не это ли самое понятие о любви люди относят и к любви Божией?
Уже с ранних лет родители учат детей, что когда они делают что-то неугодное Богу, то Бог ненавидит их и непременно накажет; тогда как Слово Божие учит совершенно обратное. Оно говорит, что Бог ненавидит грех, который Трешник совершает, но, при этом, любит грешника и желает, чтобы он избавился от греха. Так что между нашей и Божьей любовью - великая разница.
Говоря о любви Божией, мы должны смиренно сознаться в том, что в познании ее мы далеко не ушли. Божья любовь к человеку - это безбрежный океан, сокрытые духовные сокровища которого не поддаются нашему воображению.
Возьмем такой исторический случай. В свое время Ермак Тимофеевич завоевал Сибирь и "преподнес ее царю-батюшке", но что знал сам Ермак, о Сибири, о ее размерах, реках, озерах, лесах, серебряных и золотых залежах и о других ее богатствах и возможностях?
Если мы, хотя бы отчасти, желали уразуметь любовь Божию, нам надлежало бы взглянуть на Голгофу и спросить себя: что заставило Бога Отца "отдать Сына Своего единородного" на позор, бесчеловечные страдания, агонию и смерть?
- Только любовь Божия, которая "не желает, чтобы кто погиб, но чтобы все пришли к покаянию" (2 Пет. 3 гл.).
Что заставило Сына Божия быть "к злодеям причтенным?"
- Ничто иное, как Его любовь, возжелавшая, чтобы "ранами Его мы исцелились" (Ис. 53 гл.).
Три года Христос проповедовал любовь Божию Своим ученикам, раскрывая ее в Своих словах, поступках и характере. Завершая Свое земное служение, в памятную ночь, в горнице, на Тайной Вечери Он "встал с вечери, снял с Себя верхнюю одежду и, взяв полотенце, препоясался... и явил делом, что возлюбил Своих сущих в мире, до конца возлюбил их" (Иоан 13 гл.).
Взгляните, какой Божественной, непонятной для нас любовью Он любит их:
Там, за столом, Христос знает, что Иуда предаст Его, но Он не перестает любить Иуду. Он знает, что Петр трижды отречется от Него, но Он продолжает любить Петра Своей прежней любовью. Он уверен, что в эту ночь все ученики разбегутся, каждый в свою сторону, но это не воспрепятствовало Ему омыть им ноги.
Такова любовь Бога к людям Многие не допускают мысли о возможности Божьей любви, проявленной Богом к ним лично. Когда они читают о том, что "весь мир лежит во зле", они понимают и верят, но когда они читают, что "Бог возлюбил ВЕСЬ мир", они не понимают и решительно отказываются верить этому. Они, зная себя, не допускают, чтобы Бог не сделал, в данном случае, исключения. Им было бы легче верить, если бы текст Св. Писания звучал так: Бог возлюбил весь мир, за исключением - такого-то.
И не удивительно, потому что мы способны любить весьма ограниченный круг лиц, заслуживающих нашей любви; для всех же остальных мы отводим место за гранью нашего сердца.
Божье сердце открыто для всех. В очах Божиих "все согрешили", "все до одного негодны", "все лишены славы Божией" и все одинаково нуждаются в Спасителе и в спасении. Люди могут быть разными, а проблема греха у всех одна и та же. Грех, как проказа, может быть видимой для всех и может быть незаметной, но одинаково смертельной.
Взгляните на богачей! Сколько среди них зла, несправедливости, гордости, самонадеянности и высокомерия.
Взгляните на бедноту! Сколько там зависти, осуждения, злобы, ропота и недовольства.
Кто-то удачно сравнил: Бедные и богатые -это две стаи хищников, - одна стая сытых хищников, а другая стая хищников голодных. - Чем ближе мы знакомимся с окружающим нас миром, тем яснее мы видим всеобщую испорченность, порочность и растление.
Часто люди задают вопрос: "Если все человечество настолько прогнило, то почему Бог не истребит его?"
Ответ простой: потому что Бог любит человечество и желает "спасти хотя бы некоторых"... Бог знает, что самый жуткий грешник, обратившись ко Христу и став на Его путь, может стать великим святым. В исцеляющих и возрождающих перстах Божественного Горшечника самая поврежденная, изуродованная и падшая душа может вновь стать носительницей образа Божия. Закхей - начальник мытарей, блудница из Магдалы, гонитель Савл, разнузданный юноша Августин и миллионы других неукротимых грешников по сей день лично убеждаются в этом.
Никто из грешников, кто духовно побывал на Голгофе и там, у подножия креста Христова, плакал и сокрушался о грехах своих, не уходил оттуда таким, каким пришел туда.
На Голгофе Бог открыл нам полноту Своей любви. Голгофа свидетельствует о двух вещах: -о степени человеческой греховности и о той беспредельной любви Божией, которая не пощадила Сына Своего ради нашего спасения.
На вопрос: "любит ли меня Бог?" - Голгофа являет собою исчерпывающий ответ. Никто еще не любил и не любит нас так горячо и жертвенно, как любит нас Бог. Любовь человеческая - "по заслугам, а любовь Божия "по благодати", даром, без всяких на то данных, без всяких заслуг.
Уже одно то, что Бог создал нас, доказывает, что Он любит нас и создал нас на добро, для нашего благоденствия и счастья.
Создавая человека, Бог вложил в душу его жажду любви и предлагает ему неиссякаемый родник любви, удовлетворяющий эту природную жажду.
Читатель не мог не заметить той основной разницы, которую мы полагаем между любовью вообще и любовью, олицетворяющей Бога любви - "Бог есть любовь".
К большому сожалению, эта истина Писания сокрыта от глаз современных, модернистических богословов. Для них, как для Л. Н. Толстого, "любовь Божия" - только возвышенное чувство, разлитое в природе, а не как Сущность Божия, проявление Бога, как личности.
Так долго, как Бог только "высший разум", энергия, сила, идея, чувство или символ - истинный Бог, как личность, остается "неведомым Богом".
У Толстого любовь Божия - любовь Нагорной проповеди, любовь "Сына Человеческого", а не любовь Голгофы и смертной агонии "Сына Божия".
Мы верим в Бога любви не как чувство, а как личность. Иначе не было бы сказано: "Ибо так возлюбил Бог мир..." Любить ведь может только личность, а ни какое-то абстрактное понятие.
Лучшей иллюстрацией этой истины служит нам притча Спасителя о блудном сыне.
Нигде так ярко и так картинно не открыто сердце нашего Небесного Отца и глубина Его любви к нам, кающимся грешникам, как в этой именно притче. Мы не намерены разбирать здесь всю притчу. Остановимся вкратце только на картине приближения бродяги-сына к родительскому дому и патетической встречи отца с сыном.
"И когда сын был еще далеко, увидел его отец его и сжалился; и побежал, пал ему на шею и целовал его" (Лук. 15 гл.).
Отец увидел сына издали; увидел не только его внешний облик, вид бродяги: грязного, полунагого, полубольного, усталого, изнемогшего, худого и голодного, - но отец проник в его душу, в его внутреннее состояние сердца, разочарованного, подавленного, неуверенного, обуреваемого чувствами вины, стыда и страха.
Но, "отец сжалился и побежав пал ему на шею..." И сын не слышит ни гневного отцовского крика, ни справедливых слов укора, ни горьких напоминаний прошлого, ни насмешек и осуждения, ни строгих ограничений, угроз и требований на будущее.
Все, что устрашало провинившегося сына, оказалось для отца несущественным. "Отец пал ему на шею и целовал его"...
Некоторые богословы придают этому отцовскому поцелую большое значение. Они говорят, что греческий глагол "целовал" означает: целовал его вновь и вновь, целовал его не отрываясь, часто. Когда уста сына открылись для слов покаяния и сын едва успел произнести: "отче, я согрешил", -как отец закрыл его уста своим отцовским поцелуем, - поцелуем беззаветной любви и абсолютного примирения.
Так Христос иллюстрировал нам любовь Бога к человеку.
Слова любви Божией, сказанные к Израилю, могут быть отнесены к каждому из Его искупленных: "Любовью вечною Я возлюбил тебя и потому простер к тебе благоволение" (Иер. 31 гл.).
Нередко слышишь странные рассуждения: "Бог проявил Свою Отцовскую любовь к падшему человечеству только в Евангелиях, а в Ветхом Завете ничего не сказано о Боге любви".
Так способны думать только те, кто не читали серьезно Библии. Те же, кто благоговейно исследуют Писание, видят Бога любви на каждой ее странице. С первого стиха книги Бытия и до последней фразы книги Откровения, во всей Библии, звучит один и тот же несмолкаемый гимн Богу любви.
Что иное, как не любовь Божия к падшему человеку, было причиной изгнания прародителей из Едема и получения надежды грядущего искупления?
Что иное, как не любовь Божия, призвала Авраама, сказав ему: "В семени твоем благословятся все народы"?
Что иное, как не любовь Божия, когда Израиль созрел для получения Синайского законодательства, вывело этот народ из рабства египетского?
Что иное, как не любовь Божия, ввела Израиля В землю, "текущую молоком и медом", и посылала им патриархов, царей, судей и пророков?
Любовь Божия рассеяла Израиля по всем народам, и та же любовь Божия в свое время соберет его.
Любовь Божия избрала Иерусалим местом величайшей жертвы искупления человечества и центром проповеди Евангелия Христова по всем странам тогдашнего мира, - мира языческого.
Фридрих Ницше (немецкий писатель) сказал: "Ничто иное, как новое христианское понятие о любви, выраженное словом "агапи", заставило тогдашний языческий мир произвести переоценку древних ценностей и принять христианство".
Воспитывая Израиль и человечество, Бог пользовался разными методами воспитания и, в процессе этого воспитания, менял Свои требования к воспитаннику, в зависимости от его уровня развития; но Сам Бог не менялся и не мог меняться, пребывая вечно Богом любви.
Вот что Бог говорит не в Евангелии, а в Ветхом Завете: "Забудет ли женщина грудное дитя свое, чтобы не пожалеть сына чрева своего, но если бы и она забыла, то Я не забуду тебя. Вот Я начертал тебя на дланях Моих" (Ис. 49 гл.).
Итак, Бог любит все человечество, любит каждого человека, любит тебя и меня. Рубцы от ран на ступнях и ладонях Христовых - верная порука этому.
Вот что пишет человек, уразумевший к себе любовь Божию: "Я блуждал бесцельно по улицам Парижа, как потерянный пес без ошейника. В один из безотрадных для меня дней, когда на душе было невыразимо тяжело, я перешагнул порог какой-то маленькой церковки, которой я никогда раньше не видел, потому что я впервые оказался в этом районе. Войдя внутрь и присев в полумраке на самую заднюю скамейку, я невольно склонил голову и стал молиться. Как долго длилась моя молитва, я не помню, ибо я потерял сознание времени; но то, что я пережил в общении с невидимым, но реальным для души моей Богом, не поддается никакому описанию.
Несколько дней спустя в другой случайной каплице я ощутил еще большую ко мне близость Божию, еще глубже осознал любовь Божию, проявленную ко мне падшему, погибшему грешнику и еще реальнее пережил доселе неведомое мне душевное блаженство. Я плакал горькими слезами сокрушения, а позже - неудержимыми слезами радости.
Это был момент, когда Нёбо спустилось на землю и заверило меня, что я, лично, искуплен Христом и прощен Богом любви. С тех пор Господь со мною и я с Ним и, во всех обстоятельствах жизни, голос любви Божией нежно шепчет мне на ухо: "Вот путь! Иди по нему!"
В конце моего земного пути я познаю, что нет большего счастья для меня, как знать Христа и сознательно служить Ему"...
В окружающем нас мире суеты человек может незаметно прожить свою жизнь без Бога в разуме и без любви Божией в душе; он даже может достичь значительного успеха в разных отраслях науки, искусства, политики и религии и быть вправе гордиться своими достижениями, но, заканчивая жизнь, чувствовать и в глубине своей бессмертной души сознавать, что он прожил свою драгоценную жизнь впустую, прожил ее напрасно, бесцельно и бессмысленно. Ибо наша земная жизнь оправдывается и осмысливается верой в загробную жизнь, верой, основанной на вечной любви Божией, связующей временное с вечным и материальное с духовным. Ибо любовь Божия была прежде чем "все начало быть", и она пребудет после того, как "все с шумом прейдет" (2 Пет. 3 гл.).
"Бесподобная, живая Божья вечная любовь, снизойди и пребывай в насты, главнейший из даров. О Христос! любви источник, обнови нас, утверди, дай нам мир и непорочность, в сердце каждое войди".

4. Любовь человека к Богу

"Любовь Божия нисходит с неба на землю. Любовь человеческая устремляется с земли на небо".
Бог - любовь, Христос - воплощение любви, Дух Святой - сила любви, Церковь - колыбель, храм, сокровищница и хранительница любви, христианство - религия любви, христианин - образец, пример любви, - "письмо Христово..., узнаваемое и читаемое всеми человеками. Вы показываете собою, что вы - письмо Христово, написанное не чернилами, но Духом Бога живого, не на скрижалях каменных, но на плотяных скрижалях сердца" (2 Кор. 3).
Любовь Божия - главная тема Евангелия, основа нашей веры в Бога и первоисточник нашей любви к Богу. Наша любовь к Богу рождается от глубокого сознания Божьей любви к нам. Ничто так не привлекает нашего сердца к Богу, как наша уверенность в Его бесподобной любви к каждому из нас и ко всему страдающему человечеству.
Непреложный, вечный документ, удостоверяющий любовь Божию, направленную к нам, Священное Писание, говорит ясно, что Бог создал нас из любви к нам, искупил нас любовью, привлек нас к Себе и возродил к новой жизни Своей любовью.
Когда мы говорим, что Бог создал нас из любви к нам, эта мысль кажется нам ясной и понятной. Однако, многие люди не понимают: для чего Бог это сделал? В чем Бог был заинтересован, создавая человека?
Бог ничего не делает бесцельно или бессмысленно. Божья воля всегда совершенна и всегда содействует нашему благу. И по сей-то воле Бог сотворил все, и все по Его воле существует (Отк. 4 гл.).
Мы уже говорили, что, создавая человека, Бог дал ему душу разумную и бессмертную, дар речи и другие свойства, качества и способности, делающие человека существом способным общаться с Богом. Короче говоря: Бог создал человека для общения с Собою. Бог поместил человека в Едеме, посещал его "во время прохлады дня" и беседовал с ним (Быт. 3 гл.).
Но это блаженное общение между Богом и человеком прервалось грехопадением. С тех пор человек ушел от Бога и живет без общения со своим Небесным Отцом.
Библия свидетельствует о том, что на протяжении всей истории человечества Бог все же находил в каждом поколении тех людей, с которыми Он мог общаться, ибо "с праведными у Него общение" (Прит. 3 гл.).
Библия также говорит и о том, что Бог искупил человека для восстановления прерванного общения с ним. Христиане древнеапостольской Церкви понимали это, радовались этому и говорили: "Мы призваны в общение Сына Его Иисуса Христа, Господа нашего". "О том, что мы видели и слышали, возвещаем вам, чтобы и вы имели общение с нами;
а наше общение - с Отцом и Сыном Его Иисусом Христом" (1 Кор. 1 гл.; 1 Иоан. 1 гл.).
Бог искупил нас не для того только, чтобы мы наследовали жизнь вечную, но также и для того, чтобы мы имели с Ним тесное общение еще на земле. Если мы не пришли еще к этому общению, мы живем не для того, ради чего мы были созданы и искуплены.
По мнению некоторых христиан, Бог искупил их для того, чтобы они "приводили души ко Христу". Едва ли можно сомневаться в том, что Бог ожидает от нас и такого с Ним сотрудничества, но если наша активность в деле спасения погибающих урезывает или вовсе вытесняет наше общение с Богом, она не угодна в очах Божиих.
Мы должны понять, что подлинное общение с Богом возможно только при взаимной любви и взаимном наслаждении этим общением; что не только человек нуждается в общении с Богом, но и Бог желает общения с человеком. Отсюда, пренебреженное общение с Богом безошибочно указывает на отсутствие в сердце человека должной любви к Богу. Там, где нет ни любви к Богу, ни жажды общения с Ним, там сотрудничество теряет свой главный смысл.
Для пояснения этой мысли возьмем следующий случай:
Прежде чем избрать двенадцать апостолов, Христос, как мы читаем, "провел всю ночь в молитве к Отцу", а на утро "позвал к Себе, кого Сам хотел; и пришли к Нему. И поставил двенадцать, ЧТОБЫ С НИМ БЫЛИ и чтобы посылать их на проповедь" (Map. 3 гл.).
Нельзя не подчеркнуть здесь того очевидного факта, что для Бога наше "пребывание с Ним" всегда стояло и всегда будет стоять на первом месте, превыше всего остального.
Так смотрит на общение Бог. Так ли мы смотрим? Как глубока наша жажда осознать и почувствовать Его присутствие везде, где мы находимся? Как долго мы должны стоять на коленях и безмолвно ожидать, пока мы, наконец, ощутим Его близость к нам, хотя Бог всегда ближе к нам, чем наша душа, чем наше собственное дыхание?
Длительность времени, проведенного для осознания Божьего присутствия на всяком месте, часто является безошибочным мерилом нашей любви к Нему.
Давид настолько был захвачен и проникнут Божьим присутствием в своей жизни, что он ощущал Его близость день и ночь: "Когда я пробуждаюсь, я все еще с Тобою"... "Даже и ночью учит меня внутренность моя"... "Всегда видел я пред собою Господа, ибо Он одесную меня; не поколеблюсь!" (Пс. 138 и 15).
Давид остро переживал отсутствие такого общения и говорил: "Как лань желает к потокам воды, так желает душа моя к Тебе, Боже". "Душа моя, как жаждущая земля..." (Пс. 142). "Тебя жаждет душа моя, по Тебе томится плоть моя" (Пс. 62). "Полнота радостей пред лицем Твоим..." (Пс. 15). Теоретически мы знаем Бога больше, чем знал Его Давид. Невидимый Бог возжелал, чтобы мы Его видели и открылся нам в лице Сына Своего Иисуса Христа. Бог хотел, чтобы мы, увидев Его, полюбили Его и, достойно оценив Его Голгофскую жертву, прониклись к Нему чувством горячей благодарности.
Нельзя заставить человека любить Бога, вызвать любовь принудительными мерами. Подлинная любовь человека к Богу должна исходить из сердца и быть основана на свободной воле человека.
Живший в шестом веке Григорий Великий писал: "... Своей смертью Он захотел открыть нам, насколько Он нас любит".
Бог ожидал, что такая Его бесподобная любовь к нам тронет, смягчит, сокрушит сердце грешника, приведет его к покаянию и зажжет сердце его взаимной любовью к Богу.
Поэтому ап. Павел пишет: "Ибо Христос, когда еще мы были немощны, в определенное время умер за нечестивых. Ибо едва кто умрет за праведника; разве за благодетеля, может быть, кто и решится умереть. Но Бог Свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками" (Рим. 5 гл.).
Любовь Божия к человеку - любовь из чувства сострадания; любовь человека к Богу - любовь из чувства благодарности.
Наша любовь к Богу - акт внутренней, сердечной привязанности к Нему. "Любить" - по Евангелию - значит жить для Того, Кого любишь; жить жизнью Того, Кого любишь.
Подлинная любовь всегда выразится в полном подчинении своей воли, воле того, кого любишь. Поэтому Христос сказал: "Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди... Нелюбящий Меня не соблюдает слов Моих" (Иоан. 14).
Любовь и послушание - неразрывны.
Любовь не чувство, хотя и должна выразиться в чувстве. Любовь - принцип, претворяющийся в действие. Христос сказал Своим ученикам, что Его любовь к ним выразится в том, что Он добровольно положит за них жизнь Свою. Наша любовь должна быть способна полагать жизнь свою за Господа, полагать жизнь свою за братьев. Таковы свойства истинной любви. Когда любовь перестает проявлять себя в действии, она перестает быть любовью.
Подлинная любовь человека к Богу подтверждается его жертвенностью. Все апостолы, за исключением ап. Иоанна, закончили жизнью свою мученической смертью.
Известный духовный деятель и писатель Николай Цинцендорф (1700-1760) обратился ко Христу, увидев в ателье художника картину распятия, с надписью внизу: "Это Я сделал для тебя, а что ты сделал для Меня?"
Он основал колонию богемских братьев, а потом широко распространившуюся Моравскую миссию и провел всю свою жизнь в кипучей духовной деятельности.
Ап. Павел иначе и не понимал следования за Христом и служения Ему, как отказаться от личной жизни и быть в полном распоряжении искупившего его Господа. Он писал уверовавшим: "Не знаете ли, что тела ваши суть храм (обиталище) живущего в вас Святого Духа, Которого вы имеете от Бога, и вы не свои? Ибо вы куплены дорогою ценою. Посему прославляйте Бога и в телах ваших и в душах ваших, которые суть Божий" (1 Кор: 6 гл.).
Наша любовь к Богу и служение Ему означает не только высокую честь "быть рабом Христовым", но и великую пред Ним ответственность. Оно подразумевает принесение в жертву самого себя. "Итак умоляю вас, братия, милосердием Божиим, представьте тела ваши в жертву живую, святую, благоугодную Богу, для разумного служения вашего; и не сообразуйтесь с веком сим, но преобразуйтесь обновлением ума вашего, чтобы вам познавать, что есть воля Божия, благая, угодная и совершенная" (Рим. 12 гл.).
Бог так, как видно, сделал, что мы не можем достигнуть таких вершин любви к Богу, когда бы мы почувствовали себя свободными от постоянного желания любить Его сильнее и служить Ему лучше.
Мы любим Бога нормально, когда вся жизнь наша протекает в любви, когда мы находимся во власти закона любви, выражающегося в Духе Святом, в Духе любви Божией. Другими словами: мера нашей любви к Богу - любить Его безмерно, любить Его больше всего на свете, любить Его прежде всего и выше всего.
Высшая степень земной любви - предвкушение любви небесной. Любовь - предвкушение рая.
Некто спросил: "Что такое ад?" Ему ответили: "Ад - это место, где нет никакого представления о любви".
Рай - царство вечной любви, - величайшая и возвышеннейшая надежда человечества.
Любовь - вот то единственное, что роднит нас с Богом и объединяет друг с другом, навеки.
Свидетельствует ли наша любовь к Богу об этом и отвечает ли она тем Божьим требованиям и ожиданиям, какие мы находим в Слове Божием? Прислушаемся к словам молитвы древнего мужа Божия: "О любящий Отец мой небесный! Научи меня любить Тебя всем сердцем моим, дабы любовь к Тебе и ни к чему временному наполняла мое сердце.
Научи меня, Боже, любить Тебя всею волею моею. Умертви во мне всякое своеволие. Помоги мне всегда делать только то, что Тебе угодно и что Ты желаешь.
Научи меня любить Тебя всею душою, бороться и умерщвлять в себе недобрые чувства, собственные аппетиты, дурные привычки и привязанности.
Научи меня любить Тебя всем разумом моим, отвергая всякий иной разум, иные суждения и понимания, не имеющие ничего общего с Твоим Божественным разумом и откровением.
Научи меня любить Тебя всею силою моею; помоги напрячь и сосредоточить всю мою энергию только для того, чтобы любить так, как Ты желал бы, чтобы я Тебя любил.
О, Бог Любви! Зажги во мне Твою неугасимую, вечно любящую любовь Христову, чтобы я был тем, чем Ты хотел бы меня видеть и делал то, что Ты желал бы, чтобы я делал.
О вечный, неиссякаемый Источник Любви! Если бы только люди познали Тебя и уразумели Твою любовь! Если бы они постигли, насколько Ты достоин нашей абсолютной любви! Как чудесен Ты для всякого, кто уже любит Тебя, как силен Ты для всякого уповающего на Тебя, как невыразимо сладок Ты для всех тех, кто наслаждается непрерывным общением с Тобою; ибо Ты - бездна всех сокровищ и океан всех благ!"

Верь в великую силу Любви!
Свято верь в Ее крест побеждающий,
В Ее свет лучезарно сияющий.
Мир, погрязший в грязи и крови! -
Верь в великую Силу Любви!

С. Я. Надсон

5. Любовь к ближнему

"Человек человеку - волк".
Бог создал человека из любви, создал его любовью и - для любви. Создавая человека, Бог наметил три цели: открыть Свою Отцовскую любовь ко всему человечеству, указать каждому человеку на возможность проявления его любви к Богу и, наконец, сделать известной вопиющую нужду во взаимной любви человека к человеку.
В этих целях Бог установил семью - преддверие рая. В ней впервые должна была проявиться чистая супружеская любовь. Позже супружеская любовь должна была перейти в любовь родительскую к детям, детскую любовь к родителям и во взаимную любовь между братьями и сестрами дружной семьи, объединенной и устремленной в едином, общем порыве любви к Богу.
Эту мысль ап. Павел проводит в своей аналогии между Христом и Церковью, говоря: "Мужья, любите своих жен, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее... Так должны мужья любить своих жен, как свои тела: любящий свою жену любит самого себя" (Еф. 5 гл.).
Поразительно то, что Бог любви, Творец всего, снабдил чувством родственной привязанности не только человека, но и животных. Хотя у животных инстинкт этот ограничен сроками, нужными для того, чтобы их детеныши окрепли физически. Иногда эта родственная привязанность исчезает чуть ли не через ночь или с первым вылетом из гнезда. И только человек, оставаясь загадкой для самого себя, сохраняет эту детскую и родительскую привязанность до дня смерти и даже после.
Мы созданы для любви к Богу, семье и ближнему. Так же как птицы созданы для того, чтобы летать, рыбы - чтобы плавать, звезды - чтобы сиять на небосводе, так наши сердца созданы для того, чтобы всех любить.
Главные требования Синайского законодательства выгравированы Богом на двух каменных скрижалях. На левой скрижали - четыре заповеди, регулирующие наши отношения с Богом; на правой - шесть заповедей, управляющие нашими отношениями с ближним. Обе скрижали говорят об одном и том же: о любви к Богу и о любви к ближнему. Это то, что легло в основу всех законодательств мира. Этими двумя принципами должен был управляться весь род человеческий. Эти два принципа лежат в основе подлинного христианства. Это то, что имел в виду ап. Иоанн, когда писал: "Возлюбленные! пишу вам не новую заповедь, но заповедь древнюю, которую вы имели от начала: заповедь древняя есть слово, которое вы слышали от начала. Но при том и новую заповедь пишу вам, что есть истинно ив Нем и в вас: потому что тьма проходит, и истинный свет уже светит. Кто говорит, что он во свете, а ненавидит брата своего, тот еще во тьме. Кто любит брата своего, тот пребывает во свете, и нет в нем соблазна; а кто ненавидит брата своего, тот находится во тьме, и во тьме ходит, и не знает, куда идет, потому что тьма ослепила ему глаза... Ибо таково благовествование, которое вы слышали от начала, чтобы мы любили друг друга, не так, как Каин, который был от лукавого и убил брата своего. А за что убил его? За то что дела его были злы, а дела брата его праведны" (1 Иоан. 2 и 3 гл.). "Ибо таково благовествование, которое вы слышали от начала". Еще в Едеме Бог дал людям две заповеди: любить Бога и любить ближнего. Но Адам нарушил первую заповедь, оставив Бога, а Каин - вторую, убив брата. "А за что убил его?... убил его из зависти!" Убил потому что не имел любви, ибо "любовь не завидует".
Сатана поссорил нас с Богом и посеял вражду между нами и ближним. Мы забыли, что есть одна лишь людская семья, - одно человечество на земле, и все оно произошло от одного отца и матери, Адама и Евы. Ибо "от одной крови Бог произвел весь род человеческий для обитания по всему лицу земли, назначив предопределенные времена и пределы их обитанию, дабы они искали Бога" (Деян. 17 гл.). Иначе говоря: по крови Адама все люди - родственники, братья и сестры. Существующие расовые подразделения человечества весьма поверхностны и несущественны. Чем ближе и глубже мы знакомимся с природой человека, тем яснее видим, что все расы, от самой черной до самой белой, имеют те же самые духовные и физические особенности.
Естественное единство всех рас человечества, как учит Библия, подтверждено также наукой: кровь европейца и кровь негра не имеют химического различия; тогда как обнаружена фатальная разница между составом крови человека и крови любой твари.
Все расы имеют тот же самый процесс рождения, возрастания, развития, болезни, страданий, смерти и тления.
Человек, вне всякого расового отличия, -единственное существо на земле, обладающее членораздельной речью, юмором, смехом...
Человек любой расы имеет ум, который рассуждает, сердце, которое чувствует, волю, которая избирает, и душу, которая не умирает.
Все расы имеют, чувства сожаления, сострадания, ту же совесть, те же надежды и устремления, тот же религиозный инстинкт и универсальную склонность к молитве, ту же самую восприимчивость к оказанной им любви, дружбе, доброте, нежности и т.п.
Бог "не взирает на лица" и не смотрит на цвет кожи, Бог смотрит на сердце человека... "Бог нелицеприятен, но во всяком народе, боящийся Его и поступающий по правде приятен Ему" (Деян. 10 гл.). Бог не только "от одной Крови произвел весь род человеческий, но одной кровью, Кровью Сына Своего, искупил его, создав, таким образом, новый вид родства, - другую духовную семью детей Божиих. Все вышесказанное - не ново. "Отцовство Бога", "братство народов", "любовь к Боту, к ближнему, ко всем людям", - кто этого не слышал и не знает? Но, к сожалению, все это остается в сфере громких фраз и красивых слов, не имеющих практического применения.
В действительности же люди атомного века замкнулись сами в себе, ко всему и ко всем безразличны, часто беспринципны и даже бессовестны. Многие из них стали отвратительны внешне и весьма жалки внутренне. Веру они назвали безумием, любовь - эгоизмом, святость - гордостью; в сердце своем они похоронили правду, отшатнулись от Бога любви, попрали Его Божественное откровение, порвали с бесценными идеалами прошлого, отреклись от свободы внутренней и равнодушны к свободе внешней.
Астронавты, наблюдавшие нашу планету, будучи на луне, видели ее красивым шаром, и трудно было им согласиться с тем грустным фактом, что в это же время на ней происходят кровопролитные войны, расовая вражда, восстания и революции, что вся земля обречена на ужасы и живет под страхом ставшего вполне возможным всеобщего самоистребления.
Проникая за ширму всемирной истории и современного международного хаоса, мы начинаем понимать, почему человечество никогда еще не могло выйти из того тупика, в котором оказалось сразу же за вратами Едема; почему оно все еще устраивается и не может устроиться.
Человечество отвергло тот единственно верный фундамент, на котором можно строить нечто, заслуживающее строительства. Оно все время устраивается без Бога и упорно пытается достичь благополучия и долгоденствия без любви к Богу и ближнему.
Мы были свидетелями исторического случая, подтверждающего эту истину. После Второй мировой войны, когда представители от всех государств земли собрались в Сан Франциско для того, чтобы "положить конец войнам" и организовать под эгидой "Объединенных Наций" универсальный мир на земле, ни одно заседание этих представителей не было начато или закончено молитвой и ни на одном заседании имя Божие не было упомянуто.
Сегодня мы убеждаемся в правдивости слов Господних: "Без Меня не можете делать ничего" (Иоан. 15 гл.). После 25-летнего юбилея этой организации человечество находится еще дальше от желанного мира на земле, чем когда бы то ни было раньше.
Людям мира сего кажется, что причин для такой аномалии великое множество, на самом же деле есть только одна причина, из которой все остальные причины вытекают. Эта единственная причина - в нарушении главной заповеди Творца, заповеди выраженной одним лишь словом: "ВОЗЛЮБИ!" - "Возлюби Бога, возлюби ближнего!"
"А кто мой ближний?" - все еще спрашивают люди.
Этот вопрос был впервые задан Христу молодым еврейским правоведом, "законником". Он знал, что для древних греков все люди, не говорившие по-гречески, были - варварами; для римлян, не имевшие римского гражданства, - плебеями и смердами; для иудеев все необрезанные - язычниками. По убеждению законников ближним всякого иудея мог быть только иудей, близко к нему живущий, - его сосед справа или слева.
В ответ на вопрос молодого законника Христос привел притчу и ею положил конец всем другим взглядам, ответам и толкованиям.
Христос открыл, что любовь Божия не знает никаких ограничений и не признает никаких подразделений; она любит весь род человеческий одинаковой нераздельной любовью.
Древняя заповедь о любви к ближему была дана израильскому народу, ибо язычники не имели еще откровения Божия; Новая заповедь - всей твари поднебесной: для иудея и еллина, варвара и скифа, раба и свободного, мужского пола и женского.
Нашим ближним может быть член нашей семьи или человек, которого мы впервые видим. Но, кто бы он ни был, наше отношение к нему должно соответствовать принципу, которого держался известный Билл Роджерс и какой был выгравирован на его памятнике: "Я не встретил в жизни своей ни одного человека, который мне не нравился бы и которого я не любил".
В притче о милосердном самарянине разбойники не проявили любви к человеку, попавшемуся им в руки. "Они сняли с него одежду, изранили его и ушли, оставивши его едва живым".
"По случаю один священник шел тою дорогою", но и у него любовь к ближнему отсутствовала: "увидев лежавшего, он прошел мимо".
"Так же и левит, быв на том месте, подошел, посмотрел и прошел мимо".
Если священник видел избитого человека издали, то левит видел едва живого совсем близко, подошел, посмотрел, слышал стоны несчастного и "прошел мимо"...
Но вот "некто самарянин... (иностранец и иноверец), проезжая, нашел на него и, увидев его, сжалился.
Надо сказать, что во дни Христа не было большей вражды и взаимной неприязни как та, которая наблюдалась между иудеямг и самарянами. Евангелие повествует, что "иудеи с самарянами не сообщались".
И вот этот инородец "подошел, перевязал ему раны, возливая масло и вино; и посадившего на своего осла, привез его в гостиницу и позаботился о нем"... Самарянин, оставивший все свои дела ради пострадавшего, провел с ним остаток того дня. Он даже переночевал в гостинице, "а на другой день, отъезжая, вынул два динария, дал содержателю гостиницы и сказал ему: позаботься о нем; и если издержишь что более, я, когда возвращусь, отдам тебе".
Возможно, что рассказанная Христом история не была притчей, а - живой случай, который вызвал удивление у Спасителя, как это было с женщиной хананеянкой или римским сотником.
Притча о милосердном самарянине содержит в себе три основных идеологии или мировоззрения:
Разбойники - идеология эгоизма, где собственные интересы выше всего.
Священник и левит - идеология компромисса: быть нейтральным, не вмешиваться в чужую драку.
Самарянин - идеология любви. Сущность любви в том и заключается, что она не способна быть пассивной, безучастной, безразличной к судьбе окружающей ее среды.
У разбойников, законников, священников и левитов было головное знание о любви к ближнему, но не было сердечной любви.
У самарянина оказалось и то и другое.
Заканчивая притчу, Христос призывает законника и каждого из нас к подражанию: "Иди, и ты поступай так же"... Иди и проявляй твою любовь, не заключая ее в рамки семьи, национальности, расы или религии. Иди и служи твоей любовью всем, не думая о похвале, о собственных выгодах и удобствах.
Иди и делай добро ближнему; но делай его не "чужими руками", как это у некоторых принято, а делай своими собственными руками, - делай то, что в твоих силах.
Иди и не бойся ответственности, не передавай твоего доброделания другому, не взваливай твоего израненного ближнего на чужого осла, не расходуй чужого вина и елея, не расплачивайся с содержателем гостиницы чужими деньгами, когда ты в состоянии сам покрыть расходы.
Иди и делай это сразу, не откладывая на потом, делай сейчас и делай от всего твоего любящего сердца.
Поступок самарянина учит нас двум вещам: во-первых, он отвечает нам на вопрос: "кто мой ближний?" а во-вторых, показывает нам, как мы должны любить нашего ближнего.
"И БЛИЖНЕГО ТВОЕГО, КАК САМОГО СЕБЯ!" - говорит Господь.
Тот, кто был очевидцем того, как самарянин, склонясь над пострадавшим, чужим для него человеком, нежно перевязывает раны, мог подумать, что это не кто иной, как его школьный товарищ, друг детства. А когда самарянин внес "едва живого" в гостиницу и говорил с ее хозяином, тот был уверен, что пострадавший - родной брат незнакомца. Самарянин любил своего ближнего, как самого себя.
Любовь к ближнему располагает всеми лучшими чувствами: состраданием, добротой, жертвенностью, нежностью, мудростью, кротостью, смирением и т.п. Ощущая в сердце своем такие чувства, нам не трудно "любить ближнего, как самого себя".
Самарянин вряд ли был человеком большого ума, обширных сведений, великих идей и высоких достоинств, но он знал, как видно, иную, весьма сложную науку, науку понимать людей, входить в их проблемы и нужды. Он не мог не войти в положение избитого до полусмерти и не проявить к нему сожаления, сострадания и жертвенности.
Поступок самарянина так же, как и поведение священника и левита, были отражением их внутреннего духовного содержания, их сущности.
Человек познается не по тому, что он о себе лично думает или говорит, а по делам, которые он совершает. Как сказано: "Жизнь доброго человека есть добро, совершаемое им в жизни других людей".
Возможность любить ближнего - это самый благодатный дар, каким Творец наделил душу человека, и жалок тот человек, который не желает обратиться ко Христу и этим божественным даром воспользоваться.
Все, что было сделано в мире доброго, полезного, великого, было сделано из любви и любовью, а то, что было упущено и не сделано, было не сделано из-за отсутствия любви.
Любовь не может ограничиться торжественными богослужениями и блаженными настроениями души. Она ищет своего проявления в жизни и служении людям. Истинный христианин не ждет любви от людей; он получает ее от Бога; а получив, излучает ее на всех окружающих.
Современный мир полон страдальцев, нуждающихся в нашей личной помощи, полон жертв несправедливости, беспомощности, безнадежности и отчаяния.
Подлинный христианин, переживший в своей жизни опыт возрождения свыше, не станет спрашивать у людей, что ему делать. Любовь, которая стала движущей силой его жизни, непременно укажет ему что делать. Для него чужая Гефсимания не покажется случайной ночной прогулкой и чужая Голгофа - обыкновенным холмом. Он проявит глубокий интерес к людям. Любовь научит его, как лучше подойти к самому мохнатому человеческому сердцу, часто замкнутому и холодному, во всем разубедившемуся и во всех людях разочарованному; познакомиться с их неудачами, бедами и горестями и оказать им понимание, участие и любовь, помочь молитвами, советом, духовно, физически и материально.
Истинный христианин смотрит на ближнего, как на своею двойника. Он желает привести ближнего к тому же источнику истины, любви и радости, из которого сам черпает.
Пользуясь тем счастьем, какое он имеет во Христе, он естественно хочет, чтобы и его ближний наслаждался ним же счастьем Христианин убедился в том, что, приводя ближнею ко Христу, он не уменьшает своей любви, - он только увеличивает ее.

"Любовь свою тогда когда лишь сберегаем,
когда другим ее дарим".

Христианство без любви к ближнему, без подвига - ложное христианство. Самозванец Дмитрий, заняв на короткое время Московский престол, сказал собравшимся боярам: "Вы считаете себя самыми праведными людьми на земле, а вы развратны, злобны, мало любите ближнего и не расположены к тому, чтобы творить добро".
Психология учит, что "любовь есть чувство, вытекающее из желания блага другому, без ожидания какой-либо выгоды для себя".
Такова ли наша любовь к ближнему?
Обычно мы любим тех ближних, которые нам приятны и дорожим людьми, которые нам выгодны, кого мы можем использовать для достижения своих мелких земных целей. Мы не так желаем, любить ближнего, как ожидаем, чтобы ближний любил нас, ,- не любить, а быть любимыми.
Однако, по мотивам не вполне для нас понятным, Божья заповедь о любви к ближнему не повелевает ближнему любить нас, а повелевает нам любить ближнего.
Отсутствие у нас любви к ближнему способно огорчить нашего ближнего только на короткое время, тогда как мы сами обречены пребывать в таком жалком духовном состоянии постоянно. Ужасно то, что без любви к ближнему мы не люди, а бездушные изваяния: наши слова о любви - "медь звенящая", наши чувства - засохший гипс.
О древне-апостольском христианстве можно было сказать: они "хвалили Бога и находились в любви у всего народа" (Деян. 2 гл.). От современного, бездушного христианства - ни хвалы Богу, ни людям толку.
Вспоминается герой Максима Горького, который любил всю тварь земную, кроме человека. "Людей я не люблю, - говорил он, - какие это люди, если они друг другу помочь не могут?"
О людях, не имеющих истинной любви ни к Богу, ни к ближнему, Пушкин сказал: "Они любить умеют только мертвых" (Борис Годунов). Эта же мысль у Горького звучит так: "У нас кроме покойников никого жалеть не умеют"...
Всякий, кто побывал на погребениях и слышал надгробные речи, убедился в правдивости этих слов. Почему-то так бывает, что при жизни своей покойник не слышал ни единого доброго слова от всех тех, кто теперь у открытого гроба поет соловьем о "великих заслугах и бесчисленных достоинствах почившего"...
Истинная любовь зорка и проницательна. Она не привлекает к себе всеобщего внимания. Она не много говорит о себе, но много совершает; и чем глубже она, тем молчаливее.
Истинная любовь - это солнце, которое не только светит, но и греет.
Слава Богу за то, что Солнце вечной любви взошло в сердцах наших, в день нашего сознательного покаяния и примирения с Богом и с ближним и никогда уже не зайдет, но будет озарять нас Своей Истинной и согревать нас Своей Любовью вечно.

Смерть и время царят на земле,
Ты владыками их не зови!
Все, кружась, исчезает во мгле,
Неподвижно лишь Солнце Любви...

Владимир Соловьев

6. Любовь к братьям

"О братолюбии же нет нужды писать к вам, ибо вы сами научены Богом любить друг друга".
(1 Фес. 4 гл.)
Священное Писание различает несколько видов братства:
Первый вид - "дети рода Адамова", братья по происхождению. "От одной крови произошел весь род человеческий", а поэтому все люди братья.
Второй вид - единоутробные братья, члены одной семьи, дети одного отца и матери: Каин и Авель, Исаак и Иаков и т.п.
Третий - "дети рода Авраамова", потомки Авраамовы, - братья по обрезанию, по обетованию.
Четвертый - "братья по духу", по Крови Христовой, по рождению свыше, - дети одной духовной семьи, "дети Божий", члены живой Церкви Христовой.
Из всех вышеупомянутых видов родства, духовное родство - самое возвышенное, какое только доступно человеку в его земных условиях.
Мы чувствуем вполне естественную любовь к нашим родственникам, и она угодна в очах Божиих: "от единокровного твоего не укрывайся" (Ис. 58 гл.). Бог не лишает нас родственных чувств и отношений, но усиливает и расширяет их, напоминая нам, что кроме родственников есть ближние, которые также нуждаются в нашей любви и заботе.
Но мы должны однако подчеркнуть здесь, что "любовь к братьям во Христе" или братолюбие -особая любовь, превышающая нашу любовь к родственникам и ближним.
Некоторых, вероятно, удивит, если мы напомним, что "заповедь любви к ближнему" дана Богом всему человечеству, а заповедь "любви к братьям во Христе" дана весьма ограниченному кругу людей, - возрожденным от Духа Святого, ученикам и последователям Христа, истинным христианам.
И если древняя заповедь повелевает "любить ближнего, как самого себя", то новая заповедь повелевает братьям любить друг друга не так, "как самого себя", а как Христос возлюбил нас: "Заповедь новую даю вам... Как Я возлюбил вас, так и вы да любите друг друга"... (Иоан. 13 гл.).
Новая заповедь основана на новых взаимоотношениях Бога к человеку и человека к Богу. Она дана "тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, которые не от крови, ни от хотения мужа, но от Бога родились"... "возрожденным не от тленного семени, но от нетленного, от Слова Божия, живого и пребывающего вовек"... "Ибо, восхотев, родил Он нас словом истины, чтобы нам быть некоторым начатком Его созданий.., чтобы нам быть причастниками Божесткого естества"... Короче говоря: "Новая заповедь" о братолюбии дана "новому человеку", "новой твари во Христе Иисусе".
На вопрос: как нам любить братьев? как нам любить друг друга? - Христос отвечает: "как Я возлюбил вас, так и вы любите друг друга".
Только возрожденное чадо Божие способно судить, насколько Христос возлюбил нас. Он возлюбил нас особой, непостижимой любовью. В очах Божиих мы были недостойны даже думать, желать, просить или ожидать Его любви к нам, обреченным грешникам.
Христос возлюбил нас незаслуженно. Любовь Христа была проявлена по Его инициативе, исходила от Него, "по Его благодати". "Ибо вы знаете благодать Господа нашего Иисуса Христа, что Он. будучи богат, обнищал ради нас, дабы мы обогатились Его нищетою" (2 Кор. 8 гл.).
Христос возлюбил нас непревзойденной любовью. Он сказал: "Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих". Но любовь Его к нам была несравненно больше любви к друзьям, ибо Он положил душу Свою за нас, когда мы были еще врагами Его "по расположению к злым делам" своим (Иоан. 15; Кол. 1 гл.).
Слово Божие дает нам несколько оснований, почему мы должны иметь такую именно любовь к нашим братьям.
Уже одно то, что Христос дал нам такую заповедь, Он расчитывает на нашу любовь к Нему и безусловное послушание. Он даже определяет степень нашей любви к Нему, по нашей любви к братьям: "Кто имеет заповеди Мои и соблюдает их, тот любит Меня".
Христос возлюбил нас и ожидает, что мы в нашей любви к братьям будем полностью подражать Ему в Его любви к Своему Небесному Отцу: "Пребудьте в любви Моей... Как возлюбил Меня Отец и Я возлюбил вас; пребудьте в любви Моей, как и Я соблюл заповеди Отца Моего и пребываю в Его любви".
Заповедь Небесного Отца к Сыну заключалась в искуплении рода человеческого, и Сын сказал: "Вот, иду, как в начале книги написано о Мне, исполнить волю Твою, Боже" (Евр. 10 гл.).
Христос выполнил желание Отца добровольно, с любовью, без ропота, страха и сомнения. "Потому любит Меня Отец, что Я отдаю жизнь Мою... никто не отнимает ее у Меня, но Я Сам отдаю ее: имею власть отдать ее и власть имею опять принять ее; сию заповедь получил Я от Отца Моего" (Иоан. 10 гл.).
Вот почему мы читаем о Нем: "Я не воспротивился и не отступил назад. Я предал хребет Мой биющим и ланиты Мои поражающим; лица Моего не закрывал от поруганий и оплевания" (Ис. 50 гл.).
Вот почему, пройдя путем Гефсимании, Гавафы и Голгофы, Христос мог сказать: "Я соблюл заповеди Отца и пребываю в Его любви".
Любовь к братьям - одно из главных доказательств нашего возрождения свыше: "Мы знаем, что мы перешли из смерти в жизнь, потому что любим братьев; не любящий брата пребывает в смерти" (1 Иоан. 3 гл.). "Будем любить Его, потому что Он прежде возлюбил нас. Кто говорит: "я люблю Бога", а брата своего ненавидит, тот лжец; ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит? И мы имеем от Него такую заповедь, чтобы любящий Бога любил и брата своего"... (1 Иоан. 4 гл.).
Наконец, любовь к братьям является неоспоримым доказательством нашего ученичества.
Во дни Христа каждое религиозное течение имело свою особенность и свой знак, по которому люди узнавали их принадлежность к той или иной организации. Их узнавали по форме их одежды, по длине волос, головному убору, молитвам и раздаче милостыни на углах улиц. Но Христос не установил никакого внешнего признака, по которому узнавали бы Его учеников. Христос указал на их признак духовный: "По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою". Ибо "рожденный от Бога любит и рожденного от Него" (Иоан. 13 гл.; 1 Иоан. 5 гл.). По этому именно признаку и "узнавали их, что они были с Иисусом" (Деян. 4 гл.).
Надо сказать, что этот знак - единственный, которого сатана не способен подделать. Сатана на все способен, но он не способен любить.
Истинная любовь к братьям занимает центральное место в жизни христианина и подлинного христианства. Любовь - это единственный закон, которым управляется Церковь: "Знамя Его надо мною - ЛЮБОВЬ!" (Песн. Сол. 2,4)
До сих пор мы говорили о том, какую любовь мы должны иметь между собою? Перейдем к другому вопросу: в чем должна наша любовь к братьям практически выразиться?
Прежде всего и чаще всего, братская любовь, если она есть, выразится во взаимном прощении, сострадании, снисхождении и понимании. "Будьте друг ко другу добры, сострадательны, прощайте друг друга, как и Бог во Христе простил вас". "Снисходя друг другу и прощая взаимно, если кто на кого имеет жалобу: как Христос простил вас, так и вы" (Еф. 4 гл.; Кол. 3 гл.).
Без взаимного прощения, "покрытия любовью" провин брата, христианство немыслимо. В этом факте убеждались на протяжении многих веков отдельные лица, группы и церкви, придавая своему христианству самые уродливые формы.
Любовь к братьям может выразиться в усердной и постоянной молитве друг за друга и в искании добра один другому. "Не о себе только каждый заботься, но каждый и о другом", - говорит Св. Писание. "Ищите добра и друг другу и всем" (Фил. 2 гл.; 1 Фес. 5 гл.).
Наша любовь к братьям должна выражаться в приветливости, услужливости, в постоянной кротсти, смирении, в предупредительном и осторожном отношении к брату, в нашем старании не огорчать брата, не задевать и не ущемлять его чувства. Ибо сказано: "Ничего не делайте по любопрению или по тщеславию, но по смиренномудрию почитайте один другого выше себя". "Всех почитайте, братство любите"... "Будьте братолюбивы друг ко другу с нежностью"... (Фил. 2 гл.; 1 Петр. 2 гл.; Рим. 12 гл.). Любой ценой стремитесь к миру и, как огня, избегайте малейших трений и конфликтов. Наконец, любовь к брату может проявиться в материальной помощи нуждающемуся брату. "Если брат или сестра наги и не имеют дневного пропитания, а кто-нибудь из вас скажет им: "Идите с миром, грейтесь и питайтесь", но не даст им потребного для тела: что пользы?"... "Кто имеет достаток в мире, но, видя брата своего в нужде, затворяет от него сердце свое, - как пребывает в том любовь Божия? Станем любить не словом и языком, но делом и истиною" (Иак. 2 гл.; 1 Иоан. 3 гл.).
Христиане первых веков рассуждали так: если Христос возлюбил нас больше, чем самого Себя, то и мы должны любить братьев больше, чем мы любим самих себя. Если "любовь Христову мы познали в том что Он положил за нас душу Свою, то и мы должны полагать души свои за братьев" (1 Иоан. 3 гл.).
В первые века христианства язычники, наблюдая за жизнью последователей Христовых, говорили: "Смотрите, как они любят друг друга!"
Вот в чем суть подлинного христианства!
Только такая любовь способна расплавить сердца всех учеников и превратить их в одну любящую семью, в одно Тело Христово.
Только такая Церковь способна быть солью земли и светом миру. Только такое братолюбие способно благотворно влиять на ход мировой истории.
В Ветхом Завете люди знали, что надо любить Бога и ближнего, но без возрождения свыше не имели в себе должной духовной силы, чтобы эту заповедь выполнить. Эта заповедь, как и многое в ветхозаветных Писаниях, была только "тенью будущих благ", которые пришли к нам вместе с Искупителем Христом.
В Новом Завете Бог выполнил Свое ветхозаветное обетование: "Вложу закон Мой во внутренность их, и на сердцах их напишу его". Ветхозаветная заповедь о любви стала легко выполнима для тех, кто может сказать вместе с ап. Павлом: "Любовь Божия излилась в сердца наши Духом Святым, данным нам" (Рим. 5 гл.).
Вот почему братолюбие среди верующих древне-апостольской Церкви было настолько обычным явлением, что ап. Павел, посвятивший два послания к Фессалоникийской церкви, мог добавить: "О братолюбии же нет нужды писать к вам братия, ибо вы сами научены Богом любить друг друга". "Всегда по справедливости мы должны благодарить Бога за вас, братия, потому что возрастает вера ваша и умножается любовь каждого друг ко другу между всеми вами" (1 Фес. 4 гл.; 2 Фес. 2 гл.).
Наблюдая за такими проявлениями любви между верующими, ап. Павел был далек от мысли приписать их себе или другим людям. Поясняя причину такого братолюбия, он пишет: "Ибо любовь Христова объемлет нас"... (2 Кор. 5 гл.) Она, как водный поток, как мощная духовная стихия, объем-лет и увлекает нас к новой святой жизни, к жертвенной любви к братьям, к самоотверженному спасению погибающих.
"Любовь Христова объемлет нас", - свидетельствует не только о ее захватывающих и увлекающих свойствах, но и о чудодейственной силе -связующей и объединяющей. Она связует нас со Христом и объединяет друг с другом.
"Любовь Христова"... повторяем мы часто, но как мало задумываемся над этим. Для Христа любовь не была простым словом. Она означала: капли пота и крови, крестные страдания, агонию и смерть.
Христианин, который знает, что заповедь о любви между "детьми Божиими" изошла не из "грома и молнии на Синае", но на Тайной Вечери из предсмертных уст Спасителя, не может быть религиозным сентименталистом, который чувствует много, а на деле проявляет очень мало; говорит о братстве всех народов, о единстве всех христиан, а сам не принадлежит ни к одной церкви и не способен жить в мире среди своего окружения.
Древне-апостольское христианство было научено Богом любить друг друга. К этому Учителю любви оно приводило всех уверовавших и меньшим не довольствовалось.
Вот почему оно могло произвести в мире величайший из всех известных нам нравственных переворотов.
Вот почему христианские идеалы легли в основу новой культуры и на протяжении 20-ти столетий были той ИСТИНОЙ, которая одухотворяла и преображала народы.
Христианское братолюбие - вот то, что во все века отличало истинное христианство от ложного; что также безошибочно определяет степень и нашего современного христианства.
Какой толк от солнца, если оно не светит? Что за огонь, если он не согревает? Что за братство, если оно не любит?
"Вы - соль земли!" "Соль - добрая вещь; но если соль потеряет силу, чем исправить ее? ни в землю, ни в навоз не годится; вон выбрасывают ее" (Лук. 14 гл.).
Вы - свет мира... Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославили Отца вашего Небесного"...
"Итак смотри: свет, который в тебе, не есть ли тьма?" (Мат. 5 гл.; Лук. 11 гл.).

7. Любовь к врагам

"Вы слышали, что сказано: люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего, а Я говорю вам: любите врагов ваших"...
(Мат. 5 гл.).
Это был незабвенный в истории человечества день и час, когда Христос "взошел на гору,.. сел,... отверз уста Свои... и учил учеников Своих", когда из уст Его излилась заповедь о любви к врагам. Ничего более возвышенного человечество не слыхало до того момента и ничего подобного никто не изрек позже.
Христос учил учеников своих, потому что они следовали за Ним не из любопытства, не ради исцеления или насыщения хлебом телесным, но из горячего желания учиться, внимая Его "глаголам вечной жизни". Он учил их, потому что они были способны учиться и желали учиться у Него.
Христос учил их, потому что Он избрал их для проповеди Евангелия: Ученикам и никому другому предстояло вскоре учить других тем же истинам Евангелия, которые они слышали непосредственно уз уст Небесного Учителя.
В Нагорной проповеди Христос изложил основные законы и принципы, которыми должно было управляться возглавляемое им Царство Божие.
Христос сказал, что Царство это "не прийдет приметным образом", что оно будет духовным, не имеющим ничего общего с "царствами мира сего". Оно будет заключаться в царствовании Бога в сердцах тех, в ком вселился и обитает Дух Святой. В силу этого, совершают грубую ошибку те, кто относят заповедь о, любви к врагам, заповеди блаженства и другие истины Нагорной проповеди не к последователям Христа, а ко всем людям. Эту ошибку допустил Л. Н. Толстой, когда, порицая принципы управления государством, предлагал положить в основу христианской государственности принципы Нагорной проповеди.
При всей своей гениальности Л. Н. Толстой не видел той резкой грани, которую Христос провел между "сынами века сего" и "сынами Божьими", между людьми возрожденными и невозрожденными, между Церковью и миром сим.
По словам Св. Писания "весь мир лежит во зле"... Спрашивается: какой же любви к врагам можно ожидать от "людей мира сего"? Кто-то правдиво заметил: Любить доброго человека можно и обыкновенной мирской любовью, но для того чтобы любить врага, надо иметь любовь свыше, "любовь Христову".
Мир живет и управляется своими законами. Кстати, под словом "мир" Слово Божие разумеет людей невозрожденных, лишенных Духа Святого. Путь "мира сего" - "широкий путь", и все, что создается людьми мира сего, создается их падшей, плотской натурой.
У мира сего - свои собственные взгляды на сущность вещей, свое представление о мудрости и смысле жизни, свое собственное мерило нравственности, греховности и праведности.
Можно с уверенностью сказать, что об истинном прощении своих врагов мир не имеет никакого решительно понятия. Средневековые рыцари смывали нанесенные им оскорбления кровью противника. Не ответить на обиду местью, не вызвать противника на дуэль, уклониться от поединка у "мира" связано с потерей чести, с отсутствием человеческого достоинства, с трусостью и позором.
Единственное снисхождение, на которое враг может расчитывать, это пожалуй то, на что мог бы расчитывать Борис Годунов, попав в руки самозванца Дмитрия:

Как враг великодушный,
Борису я желаю смерти скорой:
Не то - беда злодею...

(А. С. Пушкин)

Христос принес нам другое понятие о мужестве, позоре и чести (Ис. 50 гл.). Христос сказал Своему защитнику Петру: "Вложи меч твой в ножны свои!"
Люди "мира сего" привыкли безжалостно анатомировать не только поступки, но самые затаенные глубины чужой души и находить темные стороны даже в самых светлых и возвышенных устремлениях человека. Таковы нравы, устои, традиции и неписанные законы "мира сего".
Говорят, что ад - это место, где никто никого не любит, где никто никому больше не верит, никто ничего доброго ни от кого не ожидает, где потеряна последняя надежда на какое бы то ни было улучшение, перемену или пощаду.
Если определение это верно, тогда многие из людей "мира сего" уже живут в таком именно аду.
Многие люди попали в этот ад только потому, что ошибки и несовершенства других людей настолько закрыли им глаза, что они лишены возможности видеть свои собственные. Они возмущаются утратой справедливости в мире, отсутствием честности в людях, верности в друзьях, уважения в детях и т.п. Но если бы они взглянули на самих себя, то конечно увидели бы, что ни одна из всех тех добродетелей, каких они требуют от других, никогда еще не свила себе гнезда в их собственной душе.
Эти взаимоотношения людей "мира сего" удачно охарактеризовал немецкий философ Шопенгауэр, сказав: "Каждый человек имеет в другом человеке зеркало, в котором он может ясно разглядеть свои собственные недостатки, пороки и другие дурные стороны, однако, он негодует и недовольствует другим. Поступая так, человек напоминает собою собаку, которая лает на зеркало, не зная, что видит в зеркале себя, а не другую собаку".
Не так ли говорит нам Слово Божие? "Итак неизвинителен ты, всякий человек, судящий другого; ибо тем же судом, каким судишь другого, осуждаешь себя, потому что судя другого, далаешь то же... Неужели думаешь ты, человек, что избежишь суда, осуждая делающих такие дела и сам делая то же?" (Рим. 2 гл.)
Издавать закон: "любите врагов ваших" и направлять к людям "мира сего" было бы нелогично. Это означало бы - забыть, что каждый человек свободен в своем выборе и волен в своих чувствах и нельзя заставить его любить кого-либо насильно.
Заповедь любви к врагам не простое добавочное изречение или правило морали, но пробный камень для всякого, кто носит высокое имя христианина.
Евангельская заповедь о любви к врагам и образ Христа, прощающего распинавших Его людей, - высочайшие и непревзойденные идеалы незлобия. Воскресший из мертвых Сын Божий не разыскивает Своих недавних врагов, чтобы покарать их, а являет Себя ученикам и беседует с ними о Царствии Божием.
Как все это не вяжется с чувством мести, которое не знает где остановиться. Тебя ударили? выбили один зуб? - бей в зубы, ухо, глаза, бей, куда попало, бей до тех пор; пока не удовлетворишь вспыхнувшего в твоей больной душе чувства бесконтрольной, бесовской злобы! В очах невозрожденного человека только такое отношение к врагу кажется логичным, понятным, справедливым и приемлемым.
Совершенно иначе реагируем на это мы, христиане. Мы призваны во всем уподобляться Христу: "носить в себе образ Небесного".
Пребывающая в нас любовь Христова рождает в нашей душе небывалую раньше готовность переносить все, выпадающие на нашу долю, людские нападки, поношения и несправедливость с Христовой кротостью. "Ибо мы к тому призваны; потому что и Христос пострадал за нас, оставив нам пример, дабы мы шли по следам Его... Будучи злословим, Он не злословил взаимно; страдая, не угрожал, но предавал то Судии Праведному" (1 Петр. 2 гл.).
Христос строго порицал иерусалимлян за то, что они побивали пророков, плакал об их духовной слепоте и ожесточенности сердца, но, до последнего дня Своего пребывания на земле, Он любил их, ища их спасения. Таков Дух Христов! Таковыми чувствованиями должна управляться и наша жизнь.
Однажды, двое из учеников Христовых, направлявшихся из Галилеи в Иерусалим, зашли в самарянское селение и пытались найти там своему Учителю и остальным место для ночлега. Но видя, что самаряне отказывают им в ночлеге, воспылали гневом и готовы были наказать врагов, испепелив все селение "огнем с неба? Они спросили пришедшего позже Христа: "Господи! хочешь ли, мы скажем, чтобы огонь сошел с неба и истребил их? Но Он, обратившись к ним, запретил им и сказал: не знаете, какого вы духа; ибо Сын Человеческий пришел не губить души человеческие, а спасать. И пошли в другое селение" (Лук. 9 гл.).
К сожалению, многие христиане в наши дни не знают, какому духу они подвластны. Нередко угрожая врагу, они в запальчивости говорят: "Вы замолчите... не то я за себя не ручаюсь!" Он может выйти из себя и оказаться зверем или невменяемым убийцей. Это ли Дух Христов? Знает ли он: какого он духа?
Дух Христов - Дух терпения, смирения, кротости, любви.
Таков ли наш дух? Проверим себя! Ибо Писание говорит: "Кто Духа Христова не имеет, тот не Его".
Самой отрицательной стороной исторического христианства было то, что слишком многие носили внешние христианские вывески и знаки, но в жизни своей не проявляли Духа Христова. Это не безбожники, не враги Христа, а плохие христиане все время заслоняли собою Христа. Это они извращали, позорили и разрушали главные основы подлинного христианства.
В Евангелии мы легко находим призыв к перемене сердца, духа и жизни, призыв к любви и служению ближнему, к святости и всепрощению; но мы не найдем в Евангелии призыва к мести, злобе, ненависти и насилию.
Говоря, в той же Нагорной проповеди, о наших врагах, Христос поясняет, в чем их вражда к нам может выявиться и чем мы должны отражать проявления этой вражды.
Господь упоминает несколько видов возможных врагов:
Есть враги тайные, со скрытой к нам неприязнью. Они проникнуты чувством недружелюбия, но по разным мотивам, до поры до времени не высказывают и не проявляют его к нам видимым образом.
Как нам, христианам, поступать с ними?
"Любите врагов ваших!" - повелевает Господь.
Есть враги, которые обнаруживают свое недоброе к нам чувство. Они "ненавидят нас", не желают видеть нас, избегают встречи с нами. Как поступать с такими?
"Благотворите ненавидящим вас!" - отвечает Господь. Благотворите, творите благо им, ищите удобного случая сделать им какое-нибудь добро, быть им полезными.
Есть враги, которые проявляют себя в действии: в рукоприкладстве, в физических побоях, в причинении ущерба и явного зла.
Что мы должны делать с подобными обидчиками и гонителями?
"Молитесь за обижающих вас и гонящих вас!" - говорит Господь. Вас обижают? - Не ищите сочувствия у людей, не жалуйтесь другим людям; они мало чем помогут вам, но обратитесь к более верному средству: молитесь о них. Вас гонят, как Павла? - молитесь как Павел! Вас побивают, как Стефана? - молитесь как Стефан!
Изложив в Нагорной проповеди указания, как ученики должны любить своих врагов, Христос открывает им основание, почему они так должны поступать: "Да будете сынами Отца вашего Небесного; ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных".
В борьбе с врагами у христианина не должно быть другого оружия, способа или средства, кроме истинной любви.
Конечно, трудно любить всех, включая врагов. Легче любить тех, кто нам нравится, кто заслуживает нашей любви, кто нас любит. И, вполне логично, уклоняться от тех, кто нас ненавидит, обижает, гонит, кто позорит наше доброе имя, причиняает нам страдания и готов лишить нас жизни. Таковы наши рассуждения и предпочтения, но у Бога - другая логика. Христос говорит: "Ибо если вы будете любить любящих вас, какая вам награда? Не то же делают и мытари? И если вы приветствуете только братьев ваших, что особенного делаете? Не так же ли поступают и язычники? Итак будьте совершенны, как совершен Отец Небесный".
В наших взаимоотношениях с врагами любовь убедительнее всякой логики. Наша человеческая логика может быть убедительной для разума, но не всегда - для сердца. Обычно любовь покоряет сердце брата, и тогда разум охотно соглашается с небесной логикой, которая казалась нелогичной.
В силу этого, любовь достигает несравненно больше благих результатов, чем логика. Самые веские наши доказательства и аргументы, если они не облечены в любовь Христову, окажутся не достигающими цели. Отсюда крайне необходимо, чтобы логика Божия и нелицемерная любовь шли рука об руку вместе. В противном случае, все наши самые громкие фразы и мощные потоки слов не приведут нас к желанным результатам.
Знаменитый древнегреческий философ, суровый проповедник строгой морали, ведший аскетическую жизнь, Диоген, был убежден, что человек нуждается в течение жизни не только в преданных друзьях, но и в злейших врагах. И надо сознаться, что Диоген был прав. Часто наши враги оказывают нам лучшую услугу, чем наши друзья. Сами того не замечая, наши друзья не ставят нам на вид наших недостатков и говорят о нас "только одно доброе". Зато враги, не стесняясь и не щадя, преподносят нам зеркало, в котором мы видим себя в истинном свете и в ужасе отворачиваемся от него. Подобно зоркоглазному унтер-офицеру, который замечает издали, если сапоги и пуговицы не имеют должного блеска, наши враги не упустят ни единого случая, чтобы не перечислить нам всех наших несовершенств. Это ли не ценная услуга, в которой мы нуждаемся? Конечно, все зависит от того, как мы смотрим на оказываемую нам неприятную услугу. Глупый и ленивый солдат останется врагом "унтера", а мудрый, принимая его придирки, научится дисциплине, аккуратности и порядку, -необходимым в жизни.
Враги нужны нам также и для того, чтобы сокрушать нашу замаскированную гордость, бить по чувству собственного превосходства, самовлюбленности и т. п.
Мы готовы иногда рассматривать своими врагами тех, кто говорят нам правду и стремятся удержать нас от принятого нами ложного направления. Вспомним ап. Павла, который вынужден был написать галатам: "Неужели я сделался врагом вашим, говоря вам истину?"
Было бы неразумно считать своими врагами тех наших духовных работников, которые в действительности являются нашими законными соревнователями, конкурентами. Подобная ошибка порождает между способными братьями зависть и разные недоразумения.
Наконец, весьма важно для нас соблюдать строгое различие между нашими личными врагами, возникающими вследствие наших личных ошибок и промахов, и теми врагами, которым не нравятся наши христианские убеждения.
Ап. Петр пишет к верующим: "И кто сделает вам зло, если вы будете ревнителями доброго? Но если и страдаете за правду, то вы блаженны... Ибо, если угодно воле Божией, лучше пострадать за добрые дела, нежели за злые..." (1 Петр. 3 гл.). Лучше пострадать за Христа, чем за наше поведение, не соответствующее Духу Христову.
Мы должны согласиться с тем, что существует изначальный конфликт между Богом и сатаною, учениками Христа и людьми мира сего. Христос сказал: "Если мир вас ненавидит, знайте, что Меня прежде возненавидел. Если бы вы были от мира, то мир любил бы свое; а как вы не от мира, но Я избрал вас от мира, потому ненавидит вас мир. Помните слово, которое Я сказал вам: раб не больше господина своего. Если Меня гнали, будут гнать и вас. Но все то сделают вам за имя Мое, потому что не знают Пославшего Меня" (Иоан. 15 гл.).
Всякий последователь Христа - Божий посланник на земле. Он в "мире сем", но "не от мира сего". "Вы - свидетели Мои"... Каждый член истинной Христовой Церкви свидетельствует окружающему его миру о новой возрожденной жизни во Христе. Он глубоко почувствовал и осознал ложность и гибельность того пути, по какому он шел и по какому весь мир скользит в бездну и, уразумев это, он повернул обратно к Богу, свернул с "пути широкого", на "путь узкий", с путей мира сего на путь Христов. Здесь причина той постоянной неприязни, какая наблюдается между учениками Христа и остальным миром, и главная причина гонений.
В этой же самой плоскости происходит борьба между духовно возрожденными людьми и духовно мертвыми, между "плотью и духом".
"Они друг другу не покоряются, да и не могут". Мир не может быть христианским, и Церковь не должна быть мирской.
Поэтому "рожденный по плоти" гонит "рожленного по духу". Как написано: "И враги человеку домашние его" (Рим. 8 гл.; Мат. 10 гл.).
Истинный христианин может быть гонимым и мучимым, но, ни в коем случае, - не гонителем; ибо подлинное христианство утверждается на вере в Истину распятую, а ложное - на силе распинающей. Насилие в делах веры применяется там, где самой веры уже нет.
Если возрожденные свыше верующие будут отвечать местью на мщение, гонением на гонение, инквизицией на инквизицию, зверством на озверение, то чем они будут отличаться от "обижающих и гонящих?" Таким нехристианским отношением к врагам они будут увеличивать зло, углублять вражду, сгущать тьму.
Только любовь способна полагать предел вражде.
Основатель научного христианского богословия и учитель церкви Ориген (185-254) писал: "Мы, христиане, должны больше жалеть наших врагов, чем ненавидеть их, потому что "мы призваны не проклинать их, а благословлять".
Церковная история изобилует поразительными случаями, когда самые лютые враги Христа и христианства превращались в ревностных свидетелей и мучеников Христовых. Апостол Павел -один из множества.
Да, любовь Христова - единственная сила. которая способна превращать врага в друга. История сохранила такой случай:
В небольшом городке, находящемся в 60 милях от Вашингтона, жил старик Миллер. Он был пастором небольшой баптистской церкви. Рядом с церковным помещением жил коварный безбожник, который отравлял жизнь пастору и пастве своей неукротимой злотворностью.
Но Бог не без милости. Безбожник был призван в армию, и церковь успокоилась. Не прошло, однако, много времени, как бесконтрольный хулиган натворил и там разных дел и попал под суд. Разобрав дело, которое оказалось весьма серьезным, суд вынес преступнику смертный приговор.
Узнав об этом, церковь стала еще более усердно молиться о нем Богу, а сам Миллер, проникнутый божьей любовью к врагу Евангелия Христова, пошел пешком в столицу, добился встречи с президентом и слезно просил его о пощаде молодого человека.
Выслушав внимательно пастора Миллера, президент категорически ответил: "Как это не печально, но я не могу помиловать вашего друга!"
"Моего друга? - взволнованно переспросил Миллер и добавил, - во всей моей долгой жизни я не имел более злобного и коварного врага, чем этот юноша. И это же самое, пожалуй, может сказать о нем каждый член моей церкви".
"Что? - воскликнул президент, - вы, в вашем возрасте, прошли пешком 60 миль в надежде спасти жизнь своего злейшего врага? Я начинаю видеть это дело совершенно в другом свете. Это небывалый, потрясающий случай! Я прощаю вашего врага!"
Смертника должны были повесить в тот же самый день, после обеда, и Миллер поспешил с полученной амнистией к месту казни. Смертник стоял уже на подмостках виселицы, когда Миллер показался вдруг из-за угла. Завидев Миллера, безбожник крикнул: "Вот он, мой старый Миллер! он не пощадил ног своих, чтобы прийти сюда и воочию убедиться, как Бог карает нечестивцев"... При этом он громко и глупо рассмеялся. Но едва смех его утих, как Миллер стоял уже возле коменданта, вручая ему амнистию президента. Смертник был отпущен на свободу. Бог открыл гонителю новую страницу жизни.
Не удивляйтесь, встречаясь с людьми, которые вас не любят за то, что вы живете христианской жизнью и призываете людей ко Христу. Напротив, "блаженны вы, когда возненавидят вас люди и когда отлучат вас и будут поносить, и пронесут имя ваше, как бесчестное, за Сына Человеческого. Возрадуйтесь в тот день и возвеселитесь, ибо велика вам награда, на небесах" (Лук. 6 гл.).
Резюмируя все сказанное о разных причинах людской вражды к христианину, мы должны безоговорочно согласиться с тем, что у христианина не должно и не может быть личных врагов.
Христианин и его вражда с людьми так же не совместимы, как жизнь и смерть. Любовь Божия, обитающая в сердце истинного чада Божьего, всегда окажется тем чудодейственным средством, которое способно обезоруживать любого противника.
Так было в жизни нашего Спасителя. "И когда говорил Он это, все противившиеся Ему стыдились; и весь народ радовался о всех делах Его" (Лук. 13 гл.).
Характер и поведение христианина должны быть такими безупречными, чтобы, наблюдая за ним, "противник был посрамлен, не имея ничего сказать о нем худого" (Тит. 2 гл.).
"Чтобы Противник был посрамлен"... Посрамление в данном случае нужно понимать не как позор или унижение, вызывающие обычно чувство злобы, но как некую неловкость, как стыд за самого себя, располагающий к искреннему извинению. Человеку становится неприятно, досадно за проявленную им невнимательность или враждебность к христианину. Он невольно задает себе вопрос: как могло возникнуть в моей душе такое недоброе отношение к этому человеку, который питает ко мне такое очевидное доверие, дружбу и любовь?
Александра Македонского спросили, что способствовало успеху его завоеваний. Он ответил: "Я обращал еще недавних врагов в близких друзей и сотрудников. Я поступал с ними так миролюбиво, искренно и сердечно, что они привязывались ко мне". Конечно, мы понимаем, что побежденные враги, "привязывавшиеся" к Александру, имели кроме дружбы и другие для этого мотивы.
В чем же я должен усматривать тайну и успех всепобеждающей любви христианина?
Только - в глубоком сознании того, что я -"раб Господень", а "рабу Господа не должно ссориться, но быть приветливым ко всем, учительным, незлобивым, с кротостью наставлять противников, не даст ли им Бог покаяния к познанию истины" (2 Тим. 2.гл.).
Тайна духовной победы христианина над враждебно относящимися к нему людьми заключается еще и в том, что в его личной жизни, так же как и в жизни Спасителя, может быть и должен быть только один единственный враг - сатана.
Христианин знает, что сатана пользовался и продолжает пользоваться людьми как своим орудием, людьми, которые часто сами "не знают, что творят", потому что "сатана уловил их в свою волю."
Обольщенные лукавым, они уверены в своей правоте настолько, что только Дух Святой и никто больше не может открыть им глаза и показать все в истинном его свете. Вот почему Писание повелевает нам молиться о них, дабы "они освободились от сети лукавого" (2 Тим. 2 гл.).
Христу приходилось, не раз, иметь дело с такими именно "уловленными" душами, но Он никогда и никого из них не рассматривал Своим врагом. Прекословившему Петру Христос ответил. "Отойди от Меня, сатана", - но сам Петр не переставай пользоваться Его благорасположением и любовью. Христос враждовал только с сатаной, но всегда был на стороне несчастной жертвы, - человека. Апостолы твердо усвоили эту истину. Обращаясь к верующим, ап. Петр пишет: "Трезвитесь, бодрствуйте, потому что противник ваш диавол ходит как рыкающий лев, ища кого поглотить; противостойте ему твердою верою". Ап. Иаков указывает даже, к чему приведет такая стойкость христианина. Он говорит: "Противостаньте диаволу и убежит от вас" (1 Петр. 5 гл.; Иак. 4 гл.).
Главная цель всех сатанинских умыслов и провокационных нападок сводится всегда к тому, чтобы мы снизошли на уровень нашего случайного врага, находящегося под руководством диавола.
Возьмем для пояснения содержание одного немого фильма, который мне пришлось видеть еще в детстве.
Какой-то франт во фраке, белых перчатках и цилиндре спешил на важное свидание. На углу улицы он повстречался с грязным, заросшим оборванцем-бродягой, просившим подаяния. Франт сунул второпях какую-то монету, которая показалась бродяге ничтожно жалкой и оскорбительной, и он громко выразил свое недовольство. Вспыливший франт толкнул бродягу, бродяга толкнул франта, и через минуту оба они барахтались в пыли, сцепившись в смертной схватке. История заканчивается взаимным извинением и примирением. Но, увы! Во внешнем виде бродяги не произошло никакой заметной перемены. Он был оборванцем, заросшим и грязным, и таковым остался. Зато от модного фрака, белых перчаток, приплюснутого цилиндра и порваной манишки ничего не осталось.
Становится понятным совет ап. Павла: "Для чего бы вам лучше не остаться обиженным? для чего бы нам лучше не терпеть лишения?" (1 Кор. 6 гл.). Кому, как не нам сказано: "Не противься злому... ударившему тебя в левую щеку, подставь правую... желающему снять с тебя верхнюю одежду, отдай и нижнюю". - Господь знал, что лучше же для нас претерпеть оскорбление, снести обиду, чем, отстаивая свои личные права, вступать с врагом в пререкания и драку. Нельзя бороться с сатаной сатанинскими средствами.
Научимся же говорить с врагами мягко, переносить все спокойно, претерпевать все безмолвно, смотреть в глаза врагам кротко.
"Благородство обязывает" ("Noblesse oblige") - говорят французы. Не менее обязывает нас и звание христианина. Римский император Адриан (117 - 138), до восшествия своего на престол, был страшно оскорблен одним придворным советником. Восседая на троне и принимая придворную знать, имратор сказал трепетавшему сановнику-оскорбителю: "Подходи смелее, не бойся! Я теперь император!"
Не так ли и мы должны отнестись к нашим вчерашним врагам? Наши враги прошлого, чинившие, быть может, не мало нам зла, до нашего обращения ко Христу, должны знать, что теперь мы не способны на месть и злопамятство. Каждому из них мы должны сказать с любовью: "Подходи смелее, - мы теперь дети Божии... Отныне у нас нет и не может быть врагов. Отныне мы имеем дело только с одним врагом, - врагом душ человеческих".
Готовы ли мы нести свечу нашей жизни так, чтобы она давала больше Божьего света и меньше человеческой копоти? - Закроем "жалобную книгу" нашей души, перестанем думать о том, любят ли нас наши враги, а спросим лучше самих себя: любим ли мы наших врагов настоящей Христовой любовью?
К нам относятся плохо? - станем относиться к ним с особым вниманием и любовью.
О нас говорят худое? - Будем говорить о них самое лучшее.
Задевают наши интересы? Ущемляют наше самолюбие? Портят нашу репутацию? - Будем защищать их интересы: на порицания отвечать похвалой, на грубости - приветливостью и смирением.
Нельзя победить тьму тьмою, гнев гневом и зло злом.
Будем сострадательны особенно к тем, которые враждуют с нами, исполняя чужую волю. Сердце таких людей тоже может побеждено, но ничем другим, как любовью и великодушием.
Поэтому, "больше всего хранимого храни сердце твое, потому что из него источники жизни... (Прит 4 гл.). Как говорит поэт:

"Храни любовь в твоей груди,
С ней сердце горести не знает".

Во всех самих сложных хитросплетениях сатанинской к тебе враждебности не теряй близкого контакта с Богом. Не смотри на людей, а смотри "на Начальника и Совершителя веры... Исход конфликта часто зависит от этого: как мы смотрим и что мы думаем.
Два человека смотрели ночью чрез одну и ту же тюремную решетку; один из них видел грязь, блестевшую в темноте тюремного двора, а другой - мириады звезд на небосводе.
Никогда не отчаивайся! Вместо того, чтобы смотреть вниз со страхом, смотри вверх с верой. "Уповающий на Него не постыдится!"

8. Любовь к самому себе

"Познай самого себя"...
(Сократ)
Желаете ли вы встретиться с человеком, который на протяжении всей вашей жизни вредил вам на каждом шагу и был всегда вашим злейшим врагом и противником?
- Подойдите к ближайшему зеркалу и вы увидите этого врага, вредителя и деспота.
Большинство наших несчастий приходит к нам от того, что мы живем не по воле Божией, а по воле своего не в меру себялюбивого, высокомерного и неуживчивого "я".
Себялюбие, эгоизм, обожествление своего "я" - наша неисцелимая проказа, покрывающая нас от темени головы до подошвы ног. Это тот смрадный, удушливый газ, который отравляет все прелести нашей земной жизни. Если наше самолюбие не имеет границ, и мы обвиты им, как повивальными пеленами, оно непременно попытается ввергнуть нас туда, куда вряд ли решились бы толкнуть нас самые злейшие враги.
Себялюбие - печать Каина, обнажающая пред всеми людьми нашу настоящую духовную сущность, - наше истинное лицо.
Едва ли вы сможете назвать такой вид зла, который не имел бы своими корнями себялюбия, самомнения, самообольщения и самообмана.
Что портит и калечит пылкую, увлекающуюся юность? - Себялюбие!
Что превращает самое нежное, чуткое, отзывчивое сердце в кусок холодного, бездушного гранита? - Себялюбие!
Кто этот жестокий тиран, безрассудно бросающий яблоко раздора в мирную семью? - Себялюбие!
Что разрушает христианские общества, общины и церкви и кощунственно делит "ризы Христовы?" Кто поднимает народные смуты, производит государственные перевороты? Кто поджигает пожары всемирных войн, обрекая миллионы человеческих жизней на смерть, голод, страдания и слезы?
- Все тот же бесчеловечный, ненасытный и ничем не укротимый эгоизм.
Себялюбец заботится о своем личном благополучии. Он никого, кроме себя, не видит и не признает, никого не любит, никем не интересуется и ни за кого Не ответствен.
Вас, например, постигло неутешное горе, "матушка беда" заглянула к вам в дом... Какое же самолюбцу до вас дело? - "Не беспокой меня, двери уже заперты, и дети мои со мною на постели, не могу встать и дать тебе" - отвечает самолюбец (Лук. 11 гл.). "Сочувствую, брат, но помочь не могу!" "Пусть каждый научится выкарабкиваться из своей ямы без чужой помощи"... "Моя хата с краю, я никого не знаю". - Таковы ответы самолюбца тем, кого нужда привела к его окну, кто стоит и вопит о помощи у его дверей, кто отважился искать человечности у бесчеловечного и сострадания у бессердечного.
Себялюбец целеустремлен к тому, чтобы накопить побольше земных благ и не думать о кратковременности жизни, смерти и вечности. Уж слишком плотно прирос он к земле и ко всему земному, чтобы поднять свой взор к небу.
Себялюбие, если хотите, - краеугольный камень безбожия, источник воинствующего атеиста. Себялюбие и атеизм не что иное, как причина и следствие. Учитель Церкви, Афанасий (296-373), говорит: "Люди впали в самовожделение, в созерцание самих себя, а не Бога".
Заметили ли вы, что в Библии есть заповеди: "люби Бога", "люби ближнего", "люби братьев", "люби врагов", но нет заповеди, повелевающей нам любить самих себя.
Блаженный Августин объясняет это тем, что себялюбие настолько естественно для нас, настолько вошло в нашу плоть и кровь, что мы не имеем никакой нужды в заповедях и напоминаниях об этом.
Несомненно, что любить себя вовсе не грешно. Но как любить? Св. Писание повелевает нам любить ближнего, как самого себя", но оно строго предупреждает нас против такого себялюбия, где "я" превращается в жестокого молоха, который восседает вместо Бога на троне нашего сердца и требует себе самых жутких жертвоприношений. Отсюда мы должны резко разграничивать истинное себялюбие от ложного.
В истинном самолюбии, самоуважении, сознании своего человеческого достоинства нет ничего преступного, плохого.
Напротив, наша любовь к Богу может быть отчасти продиктована любовью к самому себе. Нередко из любви к самому себе люди обращаются ко Христу, стремятся избежать гнева Божьего и вечного мучения, начинают искать истины и читать Библию.
Кроме того, как может человек любить ближнего своего, "как самого себя", когда у него отсутствует любовь даже к самому себе?
Если я не люблю Бога, это значит, что я не люблю и самого себя, ибо поступая так, действую в ущерб своим интересам.
Бог так устроил, что нет ни одного естественного закона в природе, которому не был бы подвержен, подчинен человек. Любовь к самому себе -один из этих Богом установленных законов. Истинное себялюбие - не что иное, как искание добра самому себе, жажда счастья. "Ибо никто никогда не имел ненависти к своей плоти, но питает и греет ее" (Еф. 5 гл.). Такие же чувствования и отношения, какие мы имеем к своей собственной плоти, мы должны были бы питать и к своему ближнему, но в действительности мы наблюдаем нечто совершенно обратное. Вместо того, чтобы питать и греть попавшего в беду ближнего, мы поступаем по принципу Каина: "Разве я сторож брату моему?" Мы говорим: "иди с миром, грейся и питайся", - не дав ему ничего потребного для тела.
Истинное себялюбие ведет нас к Богу и ближнему; ложное - уводит нас от Бога и удаляет, изолирует от ближнего.
Истинное себялюбие ищет счастья и находит его в Боге; ложное самолюбие ищет счастья вне Бога, пытаясь обрести его в вещах материальных.
Изначальная Божья идея заключалась в том, чтобы верховным управителем жизни человека был Творец, но человек уклонился от этого плана. Ложное себялюбие свергло Бога с Его трона и заняло Его место.
Бог создал человека и хочет, чтобы человек был человеком, а человек все время силится стать Богом. Об антихристе сказано: "в храме Божием воссядет он, как Бог, выдавая себя за Бога". Не так ли и не к этому ли напрявляет свои потуги наше слепое и безумное "я"?
Отсюда мы вправе заключить, что извращенное себялюбие - не просто отдельный грех, а совокупность грехов.
Представив себялюбию трон своего сердца, человек желал найти счастье в самом себе, но не нашел его. Зияющая пустота души человека побуждает его выйти из себя и, подобно блудному сыну, искать счастья вне себя,искать его вдали от Отцовского крова, в окружающей мишуре, в знойной пустыне этого мира.
Но и здесь человека ожидают разочарования и голод, "не голод хлеба, не жажда годы, но жажда слышания слов Господних" (Ам. 8 гл.).
Человек, как блудный сын, вышедший из себя должен опять прийти в себя, ясно осознать свою ошибку и в глубоком покаянии возвратиться к своему Небесному Отцу.
Создавая человека, Бог любви заложил жажду любви в натуру человека. Как глубоко заложена эта жажда видно из того, что Сам Бог должен был сказать: "нехорошо человеку быть одному".
В словах "нехорошо человеку быть одному" подразумевается не только отсутствие довольства, но и наличие известной опасности. Ученые психологи и психиатры говорят нам насколько опасно для человека "уйти в себя", "замкнуться в самом себе". Такое ненормальное душевное состояние часто заканчивается нервным потрясением, психическим расстройством, помешательством и самоубийством. И все это потому, что человек не создан для одиночества, для жизни обособленной, вне общения с Богом и людьми.
Что душа для тела, то любовь для души. Душа без любви - мертва. Когда мы заняты только сами собою, мы духовно умираем. Когда же мы любим до самозабвения других, мы духовно живем, расцветаем. Любовь не только путь к нашему возрождению свыше, но и путь к нашему духовному развитию.
До тех пор, пока человек уходит от своего первоначального предназначения, уклоняется от истинного смысла и цели жизни, он всегда будет существом самым одиноким и самым несчастным на земле.
К сожалению, человек не имеет основания для того, чтобы кого-то винить в своей покинутости. Его одиночество - результат своего собственного самолюбия и гордости. Чем горделивее человек, тем меньше он знает самого себя и еще меньше стремится знать других или познавать Бога. Он никого не любит и, ясно, ни в ком и никогда любви не встретит. Эгоизм и себялюбие никогда не были привлекательны.
На одной могильной плите можно было прочесть такой эпитаф: "Здесь лежит богатый эгоист и гордец, который в жизни своей ни о ком и ни о чем, кроме себя и денег, не думал. И теперь мало кому интересно знать: где он и что с ним?"
Человек, который все время твердит, что никто его не любит, оказывается нелюдимом, избегающим общения с людьми, предпочитающим одиночество и, возможно даже, человеконенавистничество. Никто не виноват в том что он такой, - он сам таким себя сделал. Себялюбец может порвать с Богом и людьми, но порвать с самим собою он не может.
Некто писал своему другу: "Это не то, чтобы только я был одинок; мне кажется, что все люди одиноки. Куда бы человек не уехал, на какую бы точку земного шара не попал, он везде одинок и несчастен, потому что место не меняет человека и нет такого сказочного коня, на котором от самого себя ускакать можно б было"...
Любовь только к самому себе, без должной любви к* Богу, ближнему, брату и врагу, - вот что обрекает человека на вечную изоляцию.
Ложное себялюбие ничего общего с подлинной любовью Божией, именуемой "агапи", не имеет. Этот факт обнаруживается пред нами только тогда, когда мы начинаем читать внимательно и благоговейно Слово Божие. Ничто другое не может вскрыть пред нами нашего духовного невежества.
Мы способны только тогда любить самого себя нормально и правильно расценивать нашу личность,судить о ее качествах, роли и способностях, когда мы способны анализировать себя в свете Св. Писания и видеть себя такими, какими нас Бог видит.
Предусматривая эту важную нужду человека, Слово Божие повелевает нам познавать самих себя. Оно говорит: "Испытывайте самих себя... самих себя исследывайте. Или вы не знаете самих себя?" (2 Кор. 13 гл.). Другими словами: "ПОЗНАЙ САМОГО СЕБЯ!"
Коринфяне, принявшие христианство, к которым были направлены слова Писания, прослыли знатоками людей. Они быстро дали оценку даже ап. Павлу, как духовному писателю и проповеднику, сказав: "В посланиях он силен, а в личном присутствии слаб и речь его незначительна" (2 Кор. 10 гл.). Будучи греками, коринфяне гордились своими национальными философами, ораторами и мыслителями, но их личная жизнь мало чем отличалась от жизни всех других духовных слепцов. В ответ на их оценку, ап. Павел говорит: знать других людей не плохо, но знать самого себя несравненно важнее. При этом он напоминает им крылатое изречение Сократа: "Познай самого себя!" Он спрашивает: "Или вы не знаете самих себя, что Иисус Христос в вас? Разве только вы не то, чем должны быть".
Почему познание себя так важно? - Потому что оно тесно связано с познанием Бога, с познанием Христа. Только познавая Его, мы способны познавать: кто я? чей я? кому я принадлежу? чью волю исполняю?
Уж слишком мы привыкли к себе, чтобы ставить себе такие вопросы. И не удивительно, потому что каждый из нас самого лучшего о себе мнения. Ежедневно мы возлагаем на себя воображаемую царскую корону и бываем возмущены, когда другие игнорируют ее и позволяют себе иметь иное о нас мнение. Наполеон Бонапарт провозгласил себя императором и никак не мог понять, почему другие народы не величают его этим титулом.
Приступая к самопознанию, мы поражаемся, как мало мы знаем самих себя даже физически.
"Зачем знать географию, когда есть извозчики?" - рассуждал герой Д. И. Фонвизина. Зачем знать свой организм, когда есть врачи? - рассуждают современные духовные "недоросли".
Мы знаем самих себя весьма мало интеллектуально.
Часто бывает так, что по вопросам, неимеющим никакого применения в жизни, мы знаем много, а по тем вопросам, от знания которых зависит наша жизнь и успех в жизни - ничего не знаем, как должно знать.

"Мы все учились понемногу,
Чему-нибудь и как-нибудь"...

"Отрядом книг уставив полку,
Читал, читал, а все без толку.
Там скука, там обман и бред
В том совести, в том смысла нет"...

Еще меньше мы знаем себя морально.
Наши чувства, настроения, воображение, мышление, страсти, привычки, пороки, совесть, воля и пр. можно уподобить иногда заброшенному полю или заросшему сорняками саду.
И, наконец, если мы что-то знаем о самих себе во всех других отношениях, то надо с грустью сознаться, что мы ничего не знаем о себе духовно. Как ни странно, миллионы людей твердо и непоколебимо уверены в том, что они - христиане потому лишь, что родились и выросли в семье, именуемой себя "христианской". Но спросите этих христиан, что знают они о личном обращении ко Христу, возрождении свыше, молитвенной и святой жизни? Христос сказал: "Я пришел, чтобы имели жизнь и имели с избытком" (Иоан. 10 гл.). Знакомы ли они с этим духовным избытком? Христос сказал: "Познайте истину, и истина сделает вас свободными". "Кто последует за Мною, тот не будет ходить во тьме, но будет иметь свет жизни". Проверим себя: познали ли мы истину? последовали ли мы за Ним? освобождены ли? Знаем ли мы, что значит ходить во свете Господнем?
Познай самого себя! Это твоя первая, самая важная и прямая обязанность и никто другой, кроме тебя, не сможет этого сделать.
Второе повеление Слова Божия: "ОТВЕРГНИСЬ САМОГО СЕБЯ!"
По мере того, как мы познаем самих себя, мы приходим к печальным открытиям. Мы убеждаемся в том, что "не живет в нас ничто доброе", а мы этого и не знали, и всю жизнь имели о самих себе ложное представление.
Один из мужей Божиих сказал: "Когда я присматриваюсь к жизни окружающих меня людей, я не могу не возмущаться их порочностью; когда же я вникаю глубже в порочность моей собственной души, я прихожу в отчаяние".
Исходя из всего этого, мы нуждаемся не только в спасении от власти греха, сатаны и окружающего мира, но мы нуждаемся также в избавлении от самого себя, от своего ложного себялюбия.
Вот почему Христос ставит главным условием следования за Ним самоотречение. Он говорит: "Если кто хочет идти за Мною, отеергнись себя" (Лук. 9 гл.).
К сожалению, многие из современных последователей Христа следуют за Ним без выполнения этого главного условия; следуют без самоотвержения, следуют без "несения креста своего", налегке, недостойно, впустую.
Отвержение себя всегда связано с принятием Христа в наше сердце, с началом новой жизни, "новой твари", "нового человека". Этот живущий в нас новый человек отвергает нашего прежнего, плотского, "ветхого человека". "Новый человек" вступает в свои права и не позволяет проявлять себя нашему ветхому человеку.
Ап. Павел предлагает уверовавшим во Христа: "Отложить прежний образ жизни ветхого человека, истлевающего в обольстительных похотях, и обновиться духом ума вашего и облечься в нового человека, созданного по Богу, в праведности и святости истины" (Еф. 4 гл.). Новый человек решительно отклоняет, отказывается, игнорирует и ни в коем случае не соглашается с требованиями и притязаниями ветхого человека. "Кто во Христе, гот новая тварь; древнее прошло, теперь - все новое".
Третье повеление Слова Божия: испытывайте самих себя!"
Если вы познали себя, "отвертись самих себя" и решительно отмежевались от собственного "я", - пребывайте постоянно в таком именно духовном состоянии. "Как вы приняли Иисуса Христа Господом, так и ходите в Нем". Никогда не забывайте, в каком духе сокрушения и покорности вы Его приняли, с какими сердечными намерениями и решениями, с какой радостью и благодарностью вы приняли Его Господом, - Владыкой своего сердца, Начальником вашей обновленной жизни; пребывайте постоянно в Нем, и будьте абсолютно уверенны в том, что и Он пребывает в вас. Поэтому, "испытывайте самих себя, самих себя исследывайте!" Если у вас есть в этом вопросе малейшая неуверенность, молитесь: "Испытай меня, Боже, и узнай сердце мое; испытай меня и узнай помышления мои; и зри, не на опасном ли я пути, и направь меня на Путь вечный (Пс. 138).
Четвертое повеление Слова Божия: "обуздывай самого себя".
Ап. Павел убедился в том, что самоотвержение - не отдельный шаг или решение человека, а постоянный духовный процесс. Однажды став на путь отвержения себя, он должен постоянно пребывать на этом пути. Павел пишет: "Я усмиряю и порабощаю тело мое, дабы проповедуя другим, самому не остаться недостойным". "Я каждый день умираю" для себя, для греха, для окружающего мира (1 Кор. 9 гл.; 1 Кор. 15 гл.).
Ап. Павел не был узким сектантом. У него был весьма широкий христианский принцип: "Все испытьвайте, хорошего держитесь. Все мне позволительно, но не все полезно. Все мне позволительно, но ничто не должно обладать мною" (1 Кор. 6 гл.).
Слово Божие отводит много места обузданию нашего языка. Оно говорит: "Кто не согрешает в слове, тот человек совершенный, могущий обуздать и все тело"... "Буду обуздывать уста мои доколе нечестивый предо мною"... "Если кто из вас думает, что он благочестив, и не обуздывает своего языка, у того пустое благочестие" (Пс. 38; Иак. 1 и 3 гл.).
"Обуздывай самого себя"... Обуздывай свои аппетиты, алчность, жадность, ненасытимость, лень, плотские амбиции, искания и намерения. Не забывай, что разнузданность нашего "ветхого человека" и распущенность "старого Адама" не знают предела. Они подобно жерновному камню, привешенному к шее, могут увлечь тебя до преисподнего ада.
Тут необходимо снова подчеркнуть, что бороться с разнузданностью собственными силами и победить ее, не будучи возрожденным от Духа Святого, чадом Божиим, - невозможно. Миллионы людей убеждались и все еще убеждаются в этом сегодня.
Петр Великий издал закон, запрещающий помещикам избивать крепостных. Всякого, кто нарушал этот закон, надлежало рассматривать человеком ненормальным, нуждающимся в опекуне, который был бы ответствен за него лично, за имущество и вел его дела. Но спустя некоторое время, сам Петр, рассердившись на садовника, так ударил его, что тот вскоре умер. Узнав о смерти садовника, Петр не мог простить себе и говорил: "Я приказываю своим подданным обуздывать себя, а себя обузлагь бессилен".
Самообуздывание - не дело рассудка, не следствие наших логических выводов, а результат духовного прозрения, которое посещает душу человека в минуты самопознания и духовного прозрения.
Суммируя все сказанное о ложном себялюбии, полезно вспомнить о том, что сперва Бог повелевает нам обуздывать самих себя, но если мы пренебрегаем Его требованием, Бог вскоре Сам берется за это дело. Св. Писание полно случаев подобного обуздания. "Страшно впасть в руки Бога живого!"
Мы говорили о себялюбии, которое переоценивает само себя.
Но есть другая опасность: опасность недооценивать себя. Часто мы думаем о себе гораздо хуже, чем есть на самом деле. Это ложное, негативное представление о себе, как самогипноз, стесняет и ограничивает развитие нашей личности. Нужно соблюдать строгое равновесие между недооценкой и переоценкой самого себя. В этом сложном вопросе никто не может помочь нам, кроме Духа Святого. Только Он способен научить нас ценить себя, быть самим собою; не подражать и не выдавать себя за кого-то другого, - худшего или лучшего. Думать о себе больше чем должно или меньше чем должно, - одинаково пагубно. Знать и любить самого себя так, как Бог знает и любит нас, - какое это духовное достижение! Какая радость сознавать, что "по благодати Божией я есмь то, что есмь"... Не то, чем был до своего обращения ко Христу и не то, чем буду, когда встречу Его лицом к лицу, но то, кем Христос рассматривает меня сегодня, сейчас.
Поэтому, нашей постоянной заботой и молитвой должно быть:
Только бы мне быть тем, кем Он создал меня!
Только бы быть мне там, где Он поставил меня!
Только бы во всем исполнять волю Его! Только бы всегда делать угодное пред Его очами!
Только бы во всем прославлялось имя Господне!

9. Жизнь любви

Когда Бог дает прощенному грешнику "новое сердце", Он дает ему и "новую жизнь", - жизнь любви.
Блажен человек, который, будучи наедине с собой в лесу ли, пустыне или на море, может воздеть руки свои к небу и благодарить Бога за то, что Он создал его разумным и свободным существом и наградил его способностью любить.
Любовь - источник жизни. Тот кто не любит, тот и не живет.
"Имеющий Сына Божия (Любовь) имеет жизнь; не имеющий Сына Божия (Любви) не имеет жизни" (1 Иоан. 5 гл.).
Любить себя - закон природы; любить других - закон Божий.
Новая заповедь Христа: не только веровать, но и любить.
Вера - внутреннее единение души с Богом; любовь - внешнее проявление этого единения. Жизнь любви - это служение любви.
Любовь и ее служение - практическая сторона христианства.
Истинная, живая вера любит; истинная, пламенная любовь служит. По словам ап. Павла: "вера, действующая любовью" {Гал. 5 гл.).
Пребывание в вере, "действующей любовью", не только общение с Богом, но и служение людям, - жизнь для людей ради Бога. Ибо служение, в данном случае, мы понимаем не как отдельные поступки или добрые дела, а как дыхание любви, труд всей жизни.
Вера приводит нас к Богу; любовь ведет нас к людям. Любовь не может быть безучастной к окружающей ее реальной жизни. Она не может не плакать с плачущими и не радоваться с радующимися. Она "идет в народ"и не страшится жизненного круговорота, ибо любовь изгоняет всякий страх.
Бежавший от жизненного водоворота аскетизм понял христианство превратно. Аскетизм вышел из мира и перестал свидетельствовать миру о Спасителе Христе. Монашество ограничилось верою, заменив "служение любви" молитвами, постами, богослужениями и обрядами. Оно предпочло жизнь затвора, замкнулось в себе, удовлетворилось христианством созерцательным, подвижничеством, направленным не к служению ближнему, а к тому, чтобы заслужить себе спасение у Бога. В то время как Слово Божие ясно говорит о том, что "человекам это невозможно", что спасение дается Богом всякому кающемуся грешнику и не как заслуга, а как незаслуженный, благодатный дар Божий: "Ибо благодатию вы спасены чрез веру, и сие не от вас, Божий дар: не от дел, чтобы никто не хвалился", "потому что делами закона не оправдается пред Богом никакая плоть... получая оправдание даром, по благодати Его, искуплением во Христе Иисусе, Которого Бог предложил в жертву умилостивления в Крови Его чрез веру". "В Котором мы имеем искупление Кровию Его и прощение грехов" (Рим. 3 гл.; Еф. 1 и 2 гл.).
Слова Христа к ученикам: "вы не от мира сего," - монашество истолковало и применило к себе буквально. Но Христос дал нам другое пояснение; Он сказал: "Вы не от мира, КАК И Я не от мира..." Христос не боялся жить в мире, "быть другом мытарям и фарисеям" и быть духовно "не от мира сего". Он был светом во тьме и "тьма не объяла Его",
Христос не оправдывал монашества. Он молится об учениках Своих и говорит: "Не молю, чтобы Ты взял их из мира, но чтобы сохранил их от зла" (Иоан. 1 и 17 гл.).
О Христе сказано: Он "ходил благотворя". Он также сказал: "Кто Мне служит, Мне да последует". Читая апостольские послания, мы убеждаемся в том, что ученики так именно и понимали свое назначение в мире и призывали других к жизни, насыщенной любовью к нуждающимся и духовно погибающим.
Некто молился: "Отче Небесный! Я прохожу путем земной жизни только один единственный раз, и поэтому всякую возможность, какую Ты даешь мне проявлять к кому-либо любовь или сделать что-либо полезное людям, помоги мне использовать эту возможность безотлагательно, не уклоняясь от нее и не пренебрегая ею, ибо этим путем я прохожу только один лишь раз!"
Истинный христианин стремится не к тому, чтобы иметь, а к тому, чтобы быть; не к тому, чтобы что-то от кого-то получить, а кому-то что-то дать; не чтобы от кого-то что-то унести, а чтобы что-то разумное, доброе, вечное оставить.
Эгоизм всегда получает и никогда не говорит: довольно, а любовь дает и дает, и ей кажется, что она дала недостаточно.
Эгоизм, приобретая весь мир, не имеет в том никакой пользы (Map. 8,36), а любовь, щедро раздавая и теряя себя, обогащается.
Слово Божие повелевает: "Любовью служите друг другу!" (Гал. 5 гл.).
И любовь служит, но в своем служении она реальна и тиха, как свет, и, как свет, она не спешит и не утомляется.
"Все у вас да будет с любовью", - повелевает Слово Божие (1 Кор. 16 гл.). И любовь, служа, облекает самые обычные дела в дела святые, в деяния, содеянные причастниками Божеского естества.
Служение любви - сущность христианской жизни и сумма следования и служения Христу.
Но, занимаясь христианским творением блага, опекая бедных, нищих, больных и несчастных, мы ни в коем случае не должны пренебречь своей кровной семьей, даже если она неверующая. Хотя Слово Божие повелевает нам отводить первое место заботам о своих по вере, т. е. своей духовной семье. Апостол Павел пишет: "Итак, доколе есть время, будем делать добро всем, а наипаче своим по вере" (Гал. 6 гл.).
"Делая добро, да не унываем".
Делание добра, или жизнь любви всегда склонна к разочарованиям и унынию. Ап. Павел предостерегает нас против такого тлетворного унылого духа: "...да не унываем!"
Уныние - излюбленное орудие сатаны. "Унылый дух сушит кости!" (Прит. 17 гл.)- Уныние опасно. Оно способно парализовать служение любви. Унылый дух расхолаживает и расслабляет нас духовно. Еще так недавно пламеневшая ревность гаснет, первая любовь остывает, сильные, щедрые, золотые руки опускаются.
Наша духовная ревность по делу Божию особенно там ослабевает, где служение любви встречается с черной неблагодарностью, где люди сознательно пренебрегают или злоупотребляют нашей добротой и любовью.
В таких случаях мы должны всегда вспомнить, что истинная любовь, если она у нас есть, вытекает из желания блага другому, без ожидания какой-либо благодарности или выгоды для самого себя. Народная мудрость гласит: "Живи для людей, поживут люди и для тебя". Но если бы и не так; если бы люди ответили нам злом на добро и ненавистью на любовь, то и тогда - добро помни, а зло забывай. Самое же главное: Своего спасибо не жалей, а чужого не жди!
Неблагодарность и злоупотребление нашей добротой, ложное истолкование нашей любви и приписывание нашему служению низких мотивов, насмешки и поношения, - все это мы должны принимать как должное. Ибо, если мы, как дети Божий, не являемся "юродивыми Христа ради", "позорищем для мира", "прахом всеми попираемым даже до ныне", - мы вправе усомниться в подлинности того христианства, которое мы приняли от Христа и которое исповедуем (1 Кор. 4 гл.).
В подобных случаях Слово Божие предлагает нам перевести наш взор с проблем земных и временных на предстоящую нам награду, на "великое воздаяние от Господа", которое "в свое время пожнем, если не ослабеем". Взор нашей веры, устремленный за грани земного кругозора, почерпнет для нас новые силы и покончит с нашей слабостью. На небосводе нашей жизни для Христа снова взойдет солнце и рассеет временно сгустившиеся над нами тучи уныния.
Но, уныние может посетить нас и по другим причинам. Мы склонны к унынию не тогда, когда взираем на совершенства Христа, а когда смотрим на наши личные несовершенства. Это горькое сознание своего собственного ничтожества особенно дает себя знать, когда мы, желая привлечь людей ко Христу и новой жизни, вдруг слышим: "Где же те возрожденные дети Божий, о которых вы говорите? Укажите нам хотя бы на одного из них? Христианство устарело, нереально, неосуществимо, не созвучно требованиям века" и.т.д.
Но, не то ли самое говорили во все века христианства? Не те же самые беспокойства и удивление толпы времен Христа слышим мы сегодня? "Господи! неужели мало спасающихся?" (Лук. 13 гл.). На все это Христос ответил: "Подвизайтесь войти сквозь тесные врата, ибо, сказываю вам, многие поищут войти и не возмогут". Иными словами: не беспокойся об успехе или неудаче Евангелия, поспеши решить судьбу твоей собственной души.
Мы не имеем основания унывать и сомневаться в торжестве Церкви, о которой Христос сказал: "Не бойся малое стадо!" Поэтому, мы не боимся за банкротство христианства в этом мире; мы боимся за банкротство мира сего без христианства.
Главное же, что надо помнить и не забывать, это то, что мы с вами живем и трудимся в несовершенном мире, принадлежим к несовершенной земной церкви, имеем общение с несовершенными верующими, слушаем несовершенные проповеди, совершаем несовершенное служение, да и сами мы далеко несовершенны. У каждого чада Божия могут проявиться те или другие отрицательные слабости, видя которые братья, - если они братья, -снисходительно улыбнутся и "покроют любовью", а враги так беспощадно осудят, преувеличат и заклеймят, как если бы у них самих были только один положительные стороны.
Но, слава нашему Господу! Он по-прежнему пользуется несовершенными людьми, осуществляя Свои совершеннейшие планы и достигая Своих совершеннейших целей.
До нашей христианской эры на земле было 27 других цивилизаций, и все они пришли и ушли, возникли и одна за другой "канули в лету", исчезли. Царство Божие, церковь Христова названа "Царством непоколебимым", "Царство, которое вовеки не разрушится, и Царство это не будет передано другому; оно сокрушит и разрушит все царства, а само будет стоять вечно" (Дан. 2 гл.). И "врата ада не одолеют его".
По благодати Божией, мы с вами - граждане этого вскоре грядущего Царства Христова. В ожидании Его пришествия, будем "духом пламенеть, Господу служить!" Пусть остаток нашей жизни будет жизнью любви!
Если мы дышим любовью и служим любовью, жизнь наша будет интересной, динамичной, захватывающей.
Часто человек верующий хочет быть духовным, вместо того, чтобы возжелать всем сердцем быть полезным.
Вы ищете для себя особых благословений? -Вы можете их получить. Взгляните вокруг и с первым попавшимся человеком заговорите о Христе, о душе и вечности. Протяните ему не только вашу руку, но откройте ему всю вашу душу, и вы увидете, как его душа откроется вам и потянется к Богу. Ваше благословение вы обретете в служении любви.
К сожалению, некоторые верующие настолько "духовны" и "небесны", что они оказываются непригодными к земному служению. Они настолько заняты собою, что потеряли контакт с окружающими их людьми и вопиющими нуждами.
Рука истинной Христовой любви всегда к кому-то протянута, всегда желает кому-то помочь. Такова ли наша рука?
Психология доказала с полнейшей очевидностью, что всякое усилие в интересах добра сопровождается внутренней удовлетворенностью и не пропадает даром. Однако, человек невозрожденный преодолевает все преграды, чтобы сделать кому-то зло, но деланию добра способно воспрепятствовать самое ничтожнейшее затруднение.
Это же самое искушение знакомо и человеку возрожденному, но он имеет ключ к победе. "Сия победа, победившая мир, есть вера наша" (Иоан. 5 гл.). Он знает, что без сражения не бывает победы и не боится вступать в борьбу с искушениями и соблазнами земной жизни.
Будем же непрестанно молиться о благодати Божией, преображающей нового человека, о силе, преодолевающей все затруднения на пути ко всем, нуждающимся в нашей помощи, о любви, которая делает нашу жизнь нужной и полезной, о вере, превращающей Бога невидимого в Бога реального, зримого нашими духовными очами и осязаемого руками любви (1 Иоан. 1 гл.).
Пусть молитва эта станет целью нашей жизни; ибо:
Нельзя без цели в мире жить.
Нельзя достигнуть без стремленья.
Нельзя не веруя молить.
Нельзя не чувствуя любить.
Нельзя творить без вдохновенья.

10. Путь любви

"Не гонись за шумом быстрого успеха,
Не меняй на лавр сурового креста".

С. Я Надсон
Путь христианина - путь любви. Эта истина всем знакома; но о том, что путь любви означает - путь креста, путь тесного следования за Христом, - об этом мало кто знает.
Дверь к следованию за Христом широко открыта пред каждым грешником. Сам Христос сказал: "Если кто хочет следовать за Мною"... может следовать!
Мы одарены Богом способностью подражать, следовать, имитировать, воспринимать, познавать, запоминать, учиться. Люди следовали от создания мира; следовали за патриархами, пророками, вождями, философами, основателями разных религий; следовали и продолжают следовать поныне. Каждый за кем-то следует, и нигде нет недостатка в последователях.
Но среди всего этого неисчислимого сонма вождей и последователей какая высокая честь, какое несравненное преимущество и какая серьезная ответственность - следовать за Тем, Кто сказал: "Я свет миру; кто последует за Мною, тот не будет ходить во тьме, но будет иметь свет жизни" (Иоан. 8 гл.).
Взгляните, какое великое множество последователей у Христа даже в наш безбожный век!
Сотни миллионов душ с гордостью называются Его именем и следуют за Ним, но, к сожалению, следуют за Ним не на Его условиях, а на своих собственных; следуют так, как им нравится, как им выгоднее, как они находят правильным.
Лука повествует о том, как Христос, сшедший с горы Елеонской "стал на ровном месте, и множество учеников Его, и много народа" Но такое обилие последователей мало радовало Христа. В один прекрасный день Христос остановил эту толпу и сказал: вы желаете следовать за Мною? - Вот Мои условия: вы должны от чего-то отказаться, отречься и что-то взять и нести. "Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя и возьми крест свой и следуй за Мною..."
Разбирая вопрос о себялюбии, мы уже касались с вами первого условия: "Отвергнись себя". В этой главе мы коснемся другого, не менее важного условия: "Возьми крест свой".
Что такое крест?
Слово крест имеет несколько значений: как символ Христовых страданий, смерти, победы; как эмблема христианства; как знамение, совершаемое движением правой руки; как военный знак отличия; как название той или иной организации: "Красный крест", "Белый крест", "Голубой крест" и т. п.
Среди этого разнообразия крестов, подлинное христианство различает только три креста: крест искупления, крест следования и крест сораспятия.
О каком же из этих грех крестов Христос говорит здесь?
- О кресте следования, о нашем личном кресте: "возьми крест свой..."
Каждый из трех крестов имеет свое значение: О кресте искупления ап. Павел говорит: "А я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа".
О кресте сораспятия: "Я сораспялся Христу, и уже не я живу, но живет во мне Христос!"
О кресте следования: "Для Него я от всего отказался, и все почитаю за сор... забывая заднее и простираясь вперед, стремлюсь к цели" (Гал. 2 и 6 гл.; Фил. 3 гл.).
В чем же заключается наш личный крест?
- Нашим крестом может быть все то, что расходится с нашими земными планами и целями; все, что не допускает, тормозит осуществление наших желаний, решений нашей воли; все, чего мы не любим, что желали бы устранить да не в наших силах; что обычно вызывает у человека неверующего возмущение, гнев и проклятия, а у человека верующего - покорность и смирение.
Таким крестом может оказаться наше здоровье, гонения за веру, нищета, неудачный брак, неверующие родственники и сослуживцы, испорченные дети или внуки, чрезмерно требовательные хозяева или придирчивые и скандальные соседи, свое личное увечье, уродство, неизлечимая, хроническая болезнь, разные испытания и горести жизни.
Крест может прийти к нам в лице жены или муж:а. Всемирная история и мировая литература богата такими печальными случаями.
Случаи, наблюдаемые нами в жизни нашего окружения, подтверждают эту истину.

"Тяжелый крест достался ей на долю:
Страдай, молчи, притворствуй и не плачь".

(Некрасов)

Прежде чем нести крест, необходимо взять крест свой... Во времена средневековых Крестовых походов рыцари крестоносцы имели большую красную нашивку креста на груди и спине, другие изготовляли крест из дерева и несли его на плечах. Это были материальные кресты, на подобие тех металлических, какие теперь носят на шее.
Крест, о котором Слово Божие говорит, -не материальный, а духовный.
"Взять крест свой" значит принять его как крест, посланный нам Самим Богом, посланный нам лично. Бог допускает в нашу земную, кратковременную жизнь этот крест, и мы не должны уклоняться от него, тяготиться им, - "ибо такова воля Божия", таков путь любви, путь креста, путь Голгофы.
Во всех случаях, когда тот или иной крест выпадает на нашу долю, мы всегда имеем пред собою два пути: путь плотской и путь духовный, путь наш собственный, продиктованный нашими человеческими соображениями и расчетами, и путь Божий.
Мы ищем в подобных случаях более легкого выхода, и если мы люди плотские, плотской выход из создавшегося положения кажется нам более легким, правильным и приемлемым, чем путь Божий.
Возникло ли недоразумение между мужем и женой? - Развод!
Пастор церкви не по душе? - Изжить, избавиться от него, во что бы то ни стало!
Церковь не нравится? - Перейти в другую или даже организовать свою собственную...
Всякий плотской выход кажется плотскому человеку вполне логичным, справедливым и быстрым; но он всегда приходит к весьма горьким, тяжелым и долговечным последствиям.
И, надо сказать, христиане, которые поддаются подобному соблазну, не имеют никакого решительно понятия о кресте, о взятии креста и о несении креста.
"Взять крест свой и нести" - значит заранее согласиться на то, чтобы иметь в сердце своем твердую и непоколебимую готовность претерпевать, переносить постигшее нас горе или страдание; страдать, но страдать без гнева, ропота и сомнения; страдать покорно, оставаясь верными Ему до смерти. "Будь верен до смерти, и дам тебе венец жизни" (Отк. 2 гл.).
Многие пытались и пытаются нести покорно свой крест без обращения ко Христу, без возрождения свыше, но быстро разочаровывались, убеждаясь в своем полном бессилии. Читая о требовании Христа к последователям Его, они не заметили той божественной логики и последовательности, какую премудрость Божия вложила в него. Христос не начал своего требования словами: "возьми крест и следуй"... Он сказал сперва: "Отвергнись себя", а потом возьми крест и следуй за Мною.
Христос знал, что несение малейшего креста без отвержения самого себя невозможно.
Путь любви - путь не только "путь несения креста" своего, но и "путь сораспятия"... "Я каждый день умираю"... умираю для себя, чтобы жить для Бога. "Я ни на что не взираю и не дорожу своею жизнью, только бы с радостью совершить поприще мое и служение, которое я принял от Господа Иисуса" (Деян. 2о гл.).
Крест искупления свидетельствует о нашем вечном спасении, которое Бог дает, как дар, всякому кающемуся грешнику.
Крест следования и несения креста - о степени нашего самоотречения, покорности и подчинения во всех случаях жизни только воле Божией.
Крест сораспятия - об уровне нашего уподобления и верности Христу.
Отсутствие в жизни христианина этих трех видов креста является показательным признаком "плотского" христианина, у которого Бог не на первом месте; и может быть даже признаком не-возрожденности.
Отсутствие трех крестов помогает распознавать истинных учеников Христа от множества ложных. Многие христиане находятся в числе тех, о ком Христос сказал: "И кто не берет креста своего и следует за Мною, тот недостоин Меня"; Они находятся в числе "недостойных" (Мат. 1о гл.). Многие христиане находят крест необязательным для себя и предпочитают следовать за Христом налегке, без креста. К сожалению, в конце пути их ждет непоправимое разочарование! Они разделят участь всех "недостойных"...
Крест нам нужен уже потому, что он помогает нам видеть во всем руку Божию. Только неся покорно крест свой, мы убеждаемся в том, что и на самом деле "все содействует ко благу любящим Его" (Рим. 8 гл.).
Крест нам нужен, потому что несение креста, как ничто другое, уподобляет нас Христу, "Который, вместо предлежавшей Ему радости, претерпел крест, пренебрегши посрамление" (Евр. 12 гл.). Христос прошел впереди нас, неся покорно Свой крест. Живя на земле, Он тоже не ушел от клеветы, бесправья, насилья и людского зверства. И если это так, то смеем ли мы с вами претендовать на нечто лучшее?
Будем помнить, что крест, возложенный на нас Господом,- наш крест. Бог знает, в чем каждый из нас духовно нуждается и какое лекарство необходимо для наших духовных недугов. У каждого чада Божия свой крест, совершенно отличный от всех остальных крестов. Поэтому как нельзя обмениваться лекарствами, так нельзя поменяться и крестами.
Полезно также помнить, что крест, возложенный на нас Богом, возложен на известный Ему одному период времени. Этот срок может быть очень непродолжительным, как это было в случае с Иосифом Киринеянином; но он может тянуться дни, недели, месяцы и годы. Он может продолжаться всю жизнь, до самой смерти.
Люди мира сего обычно спрашивают: "Если следование за Христом обусловленно такими требованиями и трудностями, то кто способен следовать? Покажите нам этих христиан, "несущих крест"! Где они? Мы не видим их!"
Вы не видите их, - ответим мы, - потому что вы не сердцеведцы. Дух Святой производит Свое действие в сердцах искупленных, а это - закрытая для людских глаз духовная сфера.
Второй причиной, почему вы не видите их, служит то, что Церковь Христова, собрание возрожденных чад Божиих только небольшая горсточка людей, только "малое стадо", по сравнению со всем человечеством.
Третья причина, - если вы, лично, не являетесь членом этой "горсточки", этой вселенской духовной семьи, то как можете вы судить о ее размерах? И что можете видеть или знать о ее качествах, свойствах или характере?
Если вы не видите подлинных христиан, Бог их видит. Описывая конец мира и завершение человеческой истории, Слово Божие устами ап. Иоанна говорит: "После сего взглянул я, и вот, великое множество людей, которого никто не мог перечесть, из всех племен и колен, и народов и языков стояло пред престолом и пред Агнцем в белых одеждах и с пальмовыми ветвями в руках своих. И восклицали громким голосом, говоря: спасение Богу нашему, сидящему на престоле и Агнцу!" (Отк. 7 гл.).
Апостол Павел, имевший духовные очи, также говорит о сонмах истинных свидетелей Христовых: "Посему и мы, имея вокруг себя облако свидетелей, свергнем с себя всякое бремя и запинающий наг грех, и с терпением будем проходить предлежащее нам поприще, взирая на Начальника и Совершителя веры Иисуса" (Евр. 12 г.).
Слава Богу! Приближается тот день и час, когда, по благодати Божией, и мы примкнем к этому не всеми видимому сонму искупленных, оправданных, спасенных свидетелей Христовых. "Еще немного, очень немного, и Грядущий прийдет и не умедлит"...
"Там мой крест будет снят, И мне скажут: ты Богом принят!" Бог, возложивший на каждого из нас крест, снимет его. Вместо креста Он обещал возложить на наше чело "венец жизни", "венец правды", "золотой венец", "неувядаемый венец славы".
"Се, гряду скоро! Держи, что имеешь, дабы кто не восхитил венца твоего... Побеждающий облечется в белую одежду; и не изглажу имени его из книги жизни, и исповедаю имя его пред Отцом Моим и пред ангелами Его" (Отк. 3 гл.).
Таков путь любви и таково завершение этого пути.

11. Школа любви

"Приидите ко Мне... и научитесь от Меня..."
(Мф. 11 гл.)
Земной путь человека начинается и завершается в школе жизни. Уже в младенчестве мы познаем мать, знакомимся с окружающей нас обстановкой, вещами, звуками, голосами и лицами. Позже мы заняты грамотой, образованием, а также познанием себя, земли, вселенной и ее Творца. Есть школа теоретических познаний, и есть школа практического опыта. Есть школа религиозных познаний, связанных с основными догматами вероучения, содержанием и порядком богослужений, и есть школа духовных познаний: школа воплощения этих познаний, проведения их в жизнь, школа духовного опыта, школа благодати Христовой.
Остановимся на некоторых особенностях этой духовной школы.
В школе благодати Христовой один учитель - Христос. "А вы не называйтесь учителями, ибо один у вас Учитель - Христос, все же вы - братья" (Мф. 23 гл.).
В школе благодати Христовой могут быть только духовно возрожденные люди. Каждый человек является носителем двух природ: плотской и духовной. Плотской человек не любит учиться у других; напротив, он претендует на знание "духовных вещей" и уверен, что он знает больше всех других людей. Но Слово Божие говорит: "Кто думает, что он знает что-нибудь, тот ничего еще не знает так, как должно знать; но кто любит Бога, тому дано знание от Него" (Кор. 8 гл.).
Только чадо Божие способно чувствовать и сознавать свое полное невежество и нуждаться в том, чтобы учиться, "сидеть у ног Учителя". Только обращенный ко Христу грешник способен молиться: "Чего я не знаю, Ты научи меня!" (Иов. 34 гл.).
Как же Христос учит Своих учеников?
Он учит их, пользуясь Словом благодати, Духом благодати и примером благодати (Иоан. 1 г. 14 ст.).
Чему Христос учит Своих последователей? Он неподражаемый, единственный в мире Учитель. Он учит их таким урокам, каким никто другой не может их научить. Он учит их "страху Господню", вере, молитве, мудрости и др. (Пс. 33).
Главное же чему Христос учит Своих учеников, - Он учит их, как жить в Духе Его любви, как жить истинной христианской жизнью. "Ибо явилась благодать Божия, спасительная для всех человеков, научающая нас, чтобы мы, отвергнувши нечестие и мирские похоти, целомудренно, праведно и благочестиво жили в нынешнем веке, ожидая блаженного упования и явления славы великого Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа, Который отдал Себя за нас, чтобы избавить нас от всякого беззакония и очистить Себе народ особенный, ревностный к добрым делам" (Тит. 2 гл.).
В школе Христовой мы научаемся кротости и смирению. Господь приглашает: "Приидите ко Мне... и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим" (Мф. 11 гл.).
В Его школе мы научаемся благоговеть пред Словом Божиим, ощущать святой трепет пред откровением Его воли, страшась нарушить ее нашим своеволием.
"Воля Божия" - нет слов, которые чаще всего произносились бы в житейском обиходе, в беседах, молитвах, гимнах и проповедях, и нет ничего другого, что пренебрегалось бы людьми, как воля Божия.
Наша земная жизнь и наша вечная участь зависит от того, чью волю мы исполняем, по чьей воле живем.
Цель и назначение нашей земной жизни в том, чтобы убедиться в гибельности избранного нами "широкого пути" и, познав волю Божию, стать на "узкий путь". Ибо, что значит покаяться во грехах, допущенных нами в прошлом, как не то, чтобы в будущем "остальное время жить уже не по человеческим похотям, а по воле Божией" (1 Петр. 4 гл.)?
В школе Христовой мы учимся, как "исполняться познанием воли Божией, во всякой премудрости и разумении духовном... чтобы поступать достойно Бога, во всем угождая Ему" (Кол. 1 гл.).
Христос - не только воплощение воли Божией, но и высочайший пример послушания этой воле. Повинуясь воле Отца, Христос "уничижил Себя Самого, приняв образ раба... смирил Себя, быв послушным даже до смерти и смерти крестной (Фил. 2 гл.).
Кульминационным моментом Его послушания была Гефсимания. Там Он должен был решить вопрос Голгофы, сказав: "Не как Я хочу, но как Ты". Там Он "с сильным воплем и со слезами принес молитвы и моления... и услышан был за Свое благоговение" (Мат. 26 гл.; Евр. 5 гл.). Там Он достиг "полного возраста Христова"...
Но, как ни странно, высшая степень послушания привела Христа к предельной мере земных страданий, к самому жуткому виду смерти.
Слово Божие говорит: "Хотя Он и Сын, однако страданиями навык послушанию, и совершившись сделался для всех послушных Ему виновником спасения вечного..." (Евр. 5 гл.).
Наконец, школа любви - школа Отцовской дисциплины. Всякое неповиновение Богу и противление Его воле наказывается, и всякая разнузданность обуздывается. С этим законом возмездия мы знакомы с раннего детства. Нарушение дисциплины взыскивается в школе, не допускается на работе и карается в армии.
Бог многократно и многообразно предостерегает об этом непокорных, говоря: "Не будьте, как конь, как лошак несмысленный, челюсти которых нужно обуздывать уздою и удилами, чтобы они покорялись тебе"... "Смотрите не отвратитесь и вы от говорящего... Если те, не послушавши глаголавшего на земле, не избегли наказания, то тем более не избежим мы, если отвратимся от Глаголющего с небес"... "Ибо непокорность есть такой же грех, что и волшебство, и противление то же, что идолопоклонство" (Пс. 3; Евр.12 гл.; 1Цар. 15 гл.)
Величие мужей Божиих измерялось их покорностью воле Божьей. Некто подсчитал, что фраза: "и сказал Господь Моисею: сделай", повторяется в Писании около пятидесяти раз, и что столько же раз повторяется фраза: "И сделал Моисей, как повелел ему Господь". Часто Бог ищет Себе человека для того или иного важного дела, но не находит его; хочет на кого-то положиться и не может; возложить на кого-то важное поручение, но некому доверить, потому что "все ищут своего, а не того, что угодно Христу" (Фил. 2 гл.).
Богословы, изучавшие жизнь Павла Тарсянина, нашли, что послушание, повиновение и покорность суть три ключа к биографии великого апостола язычников.
При обращении Павла ко Христу он "не воспротивился небесному видению". В ответ на свой вопрос: "Господи, что повелишь мне делать?" - Павел должен был покорно идти в Дамаск, ибо так повелел ему Господь "там будет сказано тебе, что нужно делать". В своем решении вести освященный образ жизни, пользуясь благодатью Христовой, Павел "не стал советоваться с плотью и кровью". В своем служении Господу и смерти, Павел "ни на что не взирал и не дорожил жизнью, лишь бы совершить служение, которое он принял от Господа Иисуса".
Попутно вспомним Ноя, строителя ковчега; Авраама, положившего Исаака на жертвенник, по слову Господню; Илию пророка; Петра апостола, бесстрашно заявившего пред всем синедрионом: "рассудите сами, справедливо ли пред Богом -слушать вас более нежели Бога?"
У Бога не может быть непокорного раба или своевольного сына. Людям заведомо непокорным Ему, но считающим самих себя покорными, Он предлагает прямой вопрос: "Что вы говорите Мне Господи, Господи, а не делаете того, что Я сказал?" Истинный раб Божий повинуется своему Господу и выполняет Его волю в точности.
Без послушания, так же как и без веры угодить Богу невозможно. Если вера наша не привела еще нас к послушанию "Начальнику и Совершителю веры", вера наша - мертва.
Было бы странно, если бы Отец наш Небесный, "родивший нас благовествованием", оставил помилованного грешника без должного духовного воспитания. Бог воспитывает нас, и метод Божьего воспитания до чрезвычайности простой и действующий. Он мало чем отличается от родительского метода.
Воспитывая Своих духовных детей, Бог, как ' и земные родители, "обличает", "бьет", "наказывает", "утешает", "прощает"...
Слово Божие говорит: "Вы забыли утешение, которое предлагается вам, как сынам: "сын мой! не пренебрегай наказания Господня и не унывай, когда Он обличает тебя. Ибо Господь, кого любит, того наказывает; бьет же всякого сына, которого принимает". Если вы терпите наказание, то Бог поступает с вами, как с сынами. Ибо есть ли какой сын, которого бы не наказывал отец? Если же остаетесь без наказания, которое всем обще, то вы - незаконные дети, а не сыны" (Евр. 12,5-8), Итак, наказание Божие является Его родительской обязанностью, доказательством Его Отцовской любви к нам и подтверждением нашего сыновства.
Дальше Бог открывает нам цель наказаний и Его духовной дисциплины: "При том, если мы, будучи наказываемы плотскими родителями нашими, боялись их, то не гораздо ли более должны покориться Отцу духов, чтобы жить? Те наказывали нас по своему произволу для немногих дней, а Сей - для пользы, чтобы нам иметь участие в святости Его. Всякое наказание в настоящее время кажется не радостью, а печалью; но после наученным чрез него доставляет мирный плод праведности" (Евр. 12 гл.).
Плотские родители наказывали нас по своему произволу, не всегда руководились правильными мотивами, допуская гнев и разные свои капризы, а "Сей - для пользы"...
В чем же эта польза? - "Чтобы нам иметь участие в святости Его". Чтобы нам вести жизнь богоуподобления, подражать Ему во всем, быть святыми, как Он свят, зная, что "все содействует любящим Его".
Если мы подумаем о том, что человек рождается на страдания и что лучшая пора его жизни - труд и болезнь, то как мы должны ценить все то, что Бог посылает к нашему благу!
Рассуждая по-человечески, нам трудно верить, чтобы труд и болезнь могли бы служить нам на пользу, но это так.
Труд говорит о суетности нашей кратковременной жизни, а болезнь - о неизбежности приближающейся смерти и вечности. Суетность жизни и неизбежность смерти побуждают нас помышлять о Боге и душе "искать горнего", искать пользы не материальной, а духовной; "ибо какая польза человеку, если он весь мир приобретет, а душе своей повредит, или какой выкуп даст человек за душу свою?"
Бог наказывает нас для нашей же пользы. Но печально, если Божьи обличения, наказания и удары не достигают Богом поставленной цели; если они не пробуждают нашей совести, ума и души и не приводят нас ближе к Богу; если они без пользы, напрасны; если мы вместо покаяния продолжаем возрастать в непокорности, непослушании и неповиновении.
Любовь Божия и Отцовская дисциплина -это та школа, в которую вступает возрожденное чадо Божие в момент своего покаяния и обращения ко Христу и остается в ней до конца своей земной жизни.
Чтобы не постигло верующего человека, он всегда помнит, что без воли Отца своего Небесного, волос с головы не выпадает...
Все, что постигает нас, приходит к нам по воле Его, а Его воля несравненно выше и совершеннее всякой человеческой логики, рассуждений и объяснений. Воля Отца святая, благая и совершенная, а такой воле мы можем полностью подчиниться, покориться и довериться.
Бог никому не дает отчета в Своих действиях и не всем объясняет, почему Он так поступает. Господь сказал на Тайной вечери смущенному Петру: "Что Я делаю, теперь ты не знаешь, а уразумеешь после..." (Иоан. 13 гл.).
Поэтому, что бы не постигло тебя, читатель, если ты чадо божие, "наблюдай и будь спокоен, не страшись и да не унывает сердце твое"... "И узнаешь, что я не напрасно сделал то, что сделал, говорит Господь (Ис. 7 гл.; Ис. 14 гл.).

Прочь все сомненья, колебанья!
Хочу я славить и в страданьи, -
Страданья тоже от Тебя.
Сама Любовь ведь поневоле
Ты наказуешь нас до боли,
О нас заботясь и любя...

12. Сила любви

"Любовь покрывает все грехи".
(Прит. 10 гл.)
Слово сила имеет множество значений: сила душевная (сила воли, ума, характера), сила правовая, законная, сила природы, сила гнева, горя, таланта, влияния и т. п.
Сила, о которой мы будем говорить в этой главе, имеет в себе три элемента:
Озарение ума. Слово Божие говорит о том, что по природе мы "помрачены в разуме, отчуждены от жизни Божией, по причине нашего невежества и ожесточения сердца" и нуждаемся в духовном озарении. "Кто не любит, тот еще во тьме... кто не любит, тот не познал Бога... во тьме ходит, и не знает, куда идет, потому что тьма ослепила ему глаза" (1 Иоан. 2 гл.). Сознание такого нашего духовного состояния выражено словами пророка Исайи: "Ждем света, и вот тьма, - озарения, и ходим во мраке" (59 гл.).
Озарение помраченного грехом ума производит только возрождающая сила Святого Духа, сила любви, и никакая другая сила не может этого сделать.
Подчинение воли - является вторым элементом. По природе мы своевольны, угождаем самим себе, угождаем людям, но Богу угодить не можем (Рим. 8,8). И нет такой энергии, власти и силы в мире, которая направила бы нашу волю к угождению Богу, кроме силы любви Божией. Только эта сила меняет наше сердце, подчиняет себе нашу волю и "пленяет всякое помышление в послушание Христу" (2 Кор. 10 гл.).
Наши душевные влечения, чувства, мысли, воображение - учат психологи - возникают в душе помимо нашего сознания и воли; иногда - наперекор нашему разуму, который хочет и не может устранить их.
Наше влечение угождать Христу, делать только то, что Христу угодно, превращается в силу любви, доминирующую во всех проявлениях жизни всякого верующего человека. Этот фактор и подобные ему явления мы приписываем действию Духа Святого, Духа любви.
Такое подчинение своей воли воле Божией создает гениев, героев, мучеников, святых.
Вот вам пример, показывающий на что способен человек даже при его романтическом увлечении и жертвенности. Бельгийский художник из Антверпена, Квинтин Матсис (Qentin Matsys), был в молодости кузнецом, но из любви к девушке стал художником. В ответ на его предложение девушка откровенно сказала: "Я очень люблю тебя, Квинтин, но кому интересно быть женой кузнеца? Вот, если бы ты был художником, рисовал картины, тогда можно было бы говорить о замужестве".
Не сказав никому ни слова, Квинтин весь отдался изучению этого искусства. Спустя шесть месяцев, Квинтин сел и написал картину "скупцы", которая стала в последствии музейной редкостью. У кузнеца-юноши оказался недюжинный талант. Он сделался знаменитостью. На своем автопортрете Квинтин сделал надпись: "Любовь сделала меня художником".
Такова сила подчиненной и устремленной воли. Такова сила любви!
Третьим элементом слова сила, является авторитет, власть. О Христе сказано, что "Он учил, как власть имеющий". Но в этой Его власти всегда чувствовалась горячая любовь к людям.
Таковы свойства слова сила. Сила любви озаряет наш разум, подчиняет себе нашу волю, захватывает наше сердце и авторитетно управляет всей нашей жизнью.
Сила любви проявляется в нашей молитве, служении, подвигах, испытаниях, страданиях и смерти. Но нет более актуальной жизненной проблемы, которая может быть разрешена только силою любви, как проблема взаимного прощения между людьми.
В ботанике есть сорная трава, имеющая настолько длинный корень, что трудно и почти невозможно искоренить его. Имя этого сорняка, отравляющего жизнь огородникам, дьявольская трава".
Если нашу человеческую вражду сравнить с дьявольской травой, то длинным корнем этого сорняка надо считать злопамятство. Бывают случаи, и таких много, когда человек носит в сердце своем затаенную обиду всю свою жизнь. Кто-то причинил ему неприятность, зло, нанес рану, унизил, распустил о нем худую молву, обесславил, способствовал его нравственному падению или финансовому провалу и, - все кончено на вечные времена! Однажды безрассудно поспорили, поссорились и остаются смертными врагами "до гробовой доски".
"Пути мира они не знают", не хотят знать и не стремятся к нему (Рим. 1 гл.). Некоторые люди напоминают собою гетмана Мазепу, о котором Пушкин сказал: "И ни единой он обиды с тех пор, как жил, не забывал".
В глубокой старости, когда человек теряет уже свою память и часто забывает то, что произошло вчера, он может поразить вас точностью передачи той обиды или скандала, которые имели место полвека тому назад. G изумительными деталями он будет рисовать пред вами картину за картиной, цитируя фразу за фразой,вопросы и ответы, сопровождая их жестами, интонацией голоса, мимикой и прочее.
Какой ужас! жить горькими воспоминаниями безотрадного прошлого! дышать изо дня в день иссушающим душу чувством мести, задыхаясь в беспомощной злобе и не имея духовной силы для того, чтобы раз навсегда все простить и выбросить из архивов своей памяти.
"Лежала на мне гора обид. Дышать не мог. А как простил, - нет горы, от обид ничего не не осталось", - рассказывает один из героев Максима Горького.
Кто не знает, что христианство - религия любви, радости и всепрощения? Все это знают; знают, что надо любить, надо прощать и многое покрывать любовью. Но оказывается, одного знания в этом вопросе не достаточно. Знание должно сопровождаться любовью, силою любви, а сила любви отсутствует. Человек вошел в обиды, как в темный лес; не ищет и не желает выхода, не прощает и продолжает называться "христианином". О таких сказано, что они "имеют вид благочестия, силы же его отрекшиеся" (2 Тим. 2 гл.).
Со скорбию надо сказать, что многие христиане не знают: что значит прощать? как надо прощать? сколько раз надо прощать? почему они должны прощать?
Ап. Петр слышал, вероятно, разноречивые мнения по этим вопросам и хотел услышать из уст Христа авторитетный ответ, хотя бы на один смущавший его вопрос. Петр спросил: "Господи! сколько раз прощать брату моему, согрешающему против меня? до семи ли раз?" (Мат. 18 гл.).
Отвечая ап. Петру, Христос сказал притчу и ею ответил на все вопросы, связанные с предметом прощения.
"Царство Небесное подобно царю, который захотел сосчитаться с рабами своими. Когда начал он считаться, приведен был к нему некто, который должен был ему десять тысяч талантов; и как он не имел, чем заплатить, то государь его приказал продать его, и жену его, и детей, и все, что он имел, и заплатить. Тогда раб тот пал и, кланяясь ему, говорил: "государь! потерпи на мне, и все тебе заплачу". Государь, умилосердившись над рабом тем, отпустил его и долг простил ему.
Раб же тот вышед нашел одного из товарищей своих, который должен был ему сто динариев, и, схватив его, душил, говоря: "отдай мне, что должен!" Тогда товарищ его пал к ногам его, умоляя его и говорил: "потерпи на мне, и все отдам тебе". Но тот не захотел, а пошел и посадил его в темницу, пока не отдаст долга.
Товарищи его, видевши происшедшее, очень огорчились и пришедши рассказали государю своему все бывшее. Тогда государь его призывает его и говорит: "злой раб! весь долг тот я простил тебе, потому что ты упросил меня; не надлежало ли и тебе помиловать товарища твоего, как и я помиловал тебя?" И разгневавшись, государь его отдал его истязателям, рока не отдаст ему всего долга. Так и Отец Мой Небесный поступит с вами, если не простит каждый из вас от сердца своего брату своему согрешений его" (Мат 18 гл.).
Так Христос иллюстрировал, как Бог относится к людям, согрешающим против Него и как мы должны относиться к людям, согрешающим против нас.
Притча говорит, что все люди без исключения в большой задолженности пред Богом, независимо от того, измеряется ли их задолженность "десятью тысячами талантов" (равных; 10 миллионам долларов) или сотней динариев (динарий равен дневной плате работника - Мат. 20,13) - те и другие оказываются пред Богом несостоятельными должниками. В духовном отношении бедному и богатому, отъявленному грешнику и высоконравственному человеку одинаково нечем платить и оба одинаково нуждаются в Божьем милосердии и прощении.
Второй урок: Бог имеет полное право отдать нас под суд, - но готов и помиловать, если мы сознаём свою вину пред Богом и просим у Него прощения. Бог любит прощать и миловать кающихся. Прощение Христово - прощение даровое, благодатное, незаслуженное, полное и вечное.
Третий урок: Мы нуждаемся в постоянном помиловании Божьем и в ходатайстве за нас Иисуса Христа. "Ибо все мы много согрешаем, особенно языком своим"... "Дети мои! сие пишу вам, чтобы вы не согрешали; а если бы кто согрешил, то мы имеем Ходатая пред Отцом, Иисуса Христа Праведника"... "Если исповедуем грехи наши, то Он, будучи верен и праведен, простит нам грехи наши и очистит нас от всякой неправды". Если мы каемся в грехах своих пред Богом - наши грехи прощаются нам, а если упорно пребываем во грехах - грехи вменяются нам в вину и мы наказываемся.
Четвертый урок: Божье милосердие, проявленное к нам, должно располагать нас к проявлению нашего милосердия к людям. "Не надлежало ли и тебе помиловать товарища твоего, как я помиловал тебя?" Будучи сами людьми далеко не совершенными, мы тем не менее ожидаем и даже требуем совершенства от всех других людей. Не видя ничего доброго в окружающих нас, мы тем свидетельствуем; что и в нас самих нет ничего доброго. "Ибо чем человек умнее и добрее, - сказал Паскаль, - тем больше он замечает добра в людях". Не прощая других, мы не не заслуживаем прощения сами; вынося строгий и безоговорочный приговор другим, мы одновременно выносим такой же приговор самим себе.
Человек любящий - это человек способный понимать других людей, знающий, как ладить с людьми и жить со всеми в любви и мире. У каждого человека есть в сердце своя маленькая "небесная империя", и мы никогда не должны нарушать суверенитет этой свободной и независимой империи. Доказано, что нет на земле двух человек абсолютно одинаковых, и только любовь Божия способна научить нас, как мы должны относиться к каждому из них. Без любви мы никогда других не понимаем и ничего не знаем о себе. Наше мнение о людях и наше отношение к ним зависит главным образом от того, что собственно мы ищем в людях: доброе или худое, положительное или отрицательное. Из одного и того же цветка пчела собирает мед, а тарантул - яд. Любовь собирает только то, "что истинно, что честно, что достойно славы, похвалы..." Только любовь, встречаясь с отрицательными сторонами человека, способна прощать и покрывать их любовью. Житейский опыт говорит, что тот, кто больше любит, тот легче всех понимает и кто способен все понять, тот способен и все простить.
Ричард Львиное Сердце, прощая брата, который покушался свергнуть его с престола, сказал: "Я прощаю его и надеюсь, что забуду о всех его злодеяниях так же быстро, как быстро он забудет об этом моем помиловании, которое получил". Ричард понимал испорченность своего брата, но не переставал любить его.
Пятый урок: Божье прощение и милосердие к нам зависит от нашего прощения и милосердия к людям. В этом вся суть и главное нравоучение притчи: "Разгневавшись государь его отдал его истязателям, пока не отдаст ему всего долга. Так и Отец Мой Небесный поступит с вами, если не простит каждый из вас от сердца своего брату своему согрешений его".
В молитве Господней "Отче наш" мы выражаем нашу ежедневную нужду в "хлебе насущном" и такую же нужду в ежедневном Божьем помиловании, говоря: "И прости нам долги наши" на том основании, что и мы все простили уже "должникам нашим".
Если мы не выполняем этого Божьего порядка, - все наши молитвы о нашем собственном прощении напрасны. Не прощая других, мы сами остаемся непрощенными Богом. Своим непрощением мы разрушаем мост, чрез который нам самим приходится переходить ежедневно. Не прощая брата, мы выносим смертный приговор брату, а Бог выносит смертный приговор нам.
Был такой случай. Крупный государственный деятель, имевший доступ к правителю страны, добился помилования для своего школьного товарища. С неописуемой радостью он поспешил с амнистией в камеру смертника. Но прежде чем объяснить другу причину своего посещения, он задал ему такой вопрос: "А что если бы я поговорил с правителем и он помиловал бы тебя, чем бы ты занялся? что сделал бы ты прежде всего?"
К изумлению высокопоставленного друга смертник, не задумываясь, злобно ответил: "Еще сегодня, до захода солнца, я убил бы свою злосчастную жену, как я убил ее любовника; я расправился бы потом со лжесвидетелями и судьей, который вынес мне смертный приговор". Смертник, не давая другу вставить слово, еще долго и яростно доказывал свою полную невиновность в убийстве любовника.
С глубокой скорбью в душе друг детства покинул смертника и, сообщив правителю о результате посещения, порвал полученную амнистию. Несчастный погиб только потому, что искал гибели других.
Вы спросите: почему Бог так не умолим в этом вопросе? Потому что дух непростительности - не Божий Дух. Наше непрощение обнажает нашу же душу и показывает всем: кто мы?
Человек непрощающий обычно тот, кто не имеет сознания и чувства своей собственной греховности и виновности пред Богом. Он не представляет себе, насколько ничтожна задолженность его ближнего пред ним, по сравнению с собственной своей задолженностью пред Богом. Наш ближний вряд ли способен нагрешить пред нами столько за всю свою жизнь, сколько мы можем задолжать Богу за один короткий день.
Непрощающий тем самым показывает, что он сам никогда еще не пережил в своей собственной душе осуждения и оправдания Божия; ибо только "рожденный от Бога" получил от Него новую способность, способность любить и прощать.
Наша любовь к Богу измеряется нашим прощением ближнего. Если мы не прощаем, значит мы и не любим.
Предлагая простить нашего ближнего, Бог обращается к нашему разуму и логике: Тот кто согрешил против тебя - плохой? В твоих очах - он презренный человек? А какой ты в очах Божиих, если сердце твое захвачено таким злым чувством? Те раны, которые брат нанес тебе, - ноют и кровоточат? А раны, которые ты причиняешь ежедневно Богу своим непрощением, неужели почитаешь ничтожными и не заслуживающими твоего внимания?
Да, - говоришь ты, - это не в первый раз он так: поступает со мною, и я не могу дольше терпеть. - А в который раз ты погрешаешь перед Богом? Ты говоришь: он может, чего доброго, позволить себе то же самое в будущем! - А ты никогда уже не окажешься в задолженности у Бога?
Какое блаженство иметь в своей душе неиссякаемый источник прощения. Какое великодушие простить того, кто меньше всего заслуживает и расчитывает на наше чистосердечное прощение.
Рассказывают об индусском миссионере Сундар Синге, что во время проповеди в зал ворвалась группа индусов, жестоко избила его и убежала. Гонители были местными жителями, и присутствовавшая на собрании публика знала их и возмущенно требовала, чтобы передать это злодеяние в руки правосудия. Нашлись и те, которые говорили, что они сами с ними расправятся.
Выслушав их, Сундар Синг сказал: "Братья! У меня, пострадавшего, есть третье предложение: простить их так же, как Христос простил распинавших Его или как Стефан простил побивавших его камнями".
Сказанная Христом притча о жестоком заимодавце была вызвана вопросом Петра: "Господи! сколько раз прощать брату моему, согрешающему против меня? до семи ли раз?"
Иисус говорит Петру: не говорю тебе: "до семи, но до семижды семидесяти раз!" По учению Христа, прощение, если оно истинно, не может быть предметом математических выкладок и меркантильных расчетов и соображений. Вопрос: "сколько раз прощать?" такой же абсурдный, как и вопрос: "сколько раз любить?"
Прощение, если оно искренно, проистекает из христианской любви, обитающей в сердце чрез Духа Святого. Во Христе мы получили не только "прощение грехов", но и сердце прощающее других. Часто люди ищут признаков или доказательств возрожденности христианина. Здесь одно из них: "Злословят нас, мы благословляем; гонят нас, мы терпим; хулят нас, мы молим... во всем являем себя, как служители Божий, в великом терпении, в бедствиях, в нуждах, тесных обстоятельствах, под ударами, в темницах, в изгнаниях, в трудах, в бдениях, в постах... Нас огорчают, а мы всегда радуемся... мы ничего не имеем, но всем обладаем..." (1 Кор. 4 гл.; 2 Кор. 4-6 главы).
На вопрос; до каких пор прощать? - слышится простой ответ: До тех пор, пока Бог прощает всё тебе, прощай всё другим!
Бог ожидает от нас, детей Божиих, что мы будем прощать охотно, прощать искренно, от всего сердца, прощать все полностью, прощать немедленно, без всяких условий и будущих напоминаний.
Сила нашей любви к Богу измеряется силою нашего прощения, проявляемого к окружающим нас людям. Эту силу любви мы обретаем у Бога.
Эта сила любви должна исходить из твоего сердца, брат и сестра, потому что "Он прощает все беззакония твои, исцеляет все недуги твои; избавляет от могилы жизнь твою, венчает Тебя милостью и щедротами... Щедр и милостив Господь, долготерпелив и много милостив, не до конца гневается и не вовек негодует. Не по беззакониям нашим сотворил нам, и не по грехам нашим воздал нам" (Пс. 102).

13. Совершенства любви

Любовь - итог всех совершенств и сумма всех добродетелей.
Описывая неописуемый облик любви и помня о том, что "Бог есть любовь", мы, конечно, не можем сказать о ней слишком много или преувеличить ее высоких достоинств, свойств и качеств.
Климент Александрийский спрашивает: "Кто способен объяснить Божественную любовь? Кто может вполне описать ее силу и ее красоту? Высота, на которую любовь Христова подымает нас, верующих, не может быть выражена человеческими словами".
Любовь - мать жизни. Мы живем настолько, насколько мы любим. Тот кто не любит, тот и не живет. Наша жизнь осмысливается любовью. Поэтому, лучше не жить, чем жить и не любить.
Любовь призвана являть нам невидимого Бога реальным, осознаваемым, явным, видимым для наших сердечных очей. "Бога никто никогда не видел: если мы любим друг друга, то Бог в нас пребывает". "Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят". Где любовь, там и Бог. Там где нет любви, там нет Бога (I Иоан. 4 гл.; Мат. 5 гл.).
Жизнь Христа была жизнью любви, обнаруживающей, проявляющей Бога, делающей невидимого Бога ясным и понятным, желанным и приемлемым. Любовь - язык неба, не нуждающийся в истолковании; язык, который "некнижные" понимают, немые говорят, глухие слышат и слепые видят.
Жизнь Христа была проявлением Бога. Наша жизнь должна быть проявлением Христа. Назначение христианина не в том, чтобы рассказывать о Христе, а - показывать Христа своей жизнью любви. Ибо как Христос был "образом Бога невидимого", так и нам, верующим, надлежит быть "подобными образу Сына Его..." (Кол. 1.15; Рим. 8.29).
Любовь - подобие Бога, она - источник всякого добра, раскрытие всякого блага, преддверие и предвкушение рая.
Для нас нет ничего более ценного и приятного во всем мире, как сознавать, что есть кто-то, кто нас лично очень любит. Покажите мне человека, который никого не любит и которого никто не любит, и. я покажу вам самого несчастного человека на земле. К сожалению, мир переполнен такими именно несчастными, не верующими в то, что Бог есть любовь и что Он беззаветно их любит. Если бы они уразумели этот бесспорный факт, они стали бы все в очередь, чтобы прийти к Нему за прощением и получить от Него "новое сердце", "жизнь с избытком", - с избытком любви, мира и радости. Если бы каждый смертный решительно мог сказать: "Я избираю любовь! Пусть любовь Божия наполняет мое сердце, управляет и распоряжается моей жизнью!" - мы имели бы рай на земле.
Любовь имеет исключительную способность уживатъся с теми, у которых нет любви и сосуществовать с теми, чьи поступки ей не нравятся.
Любовь учит нас жить скромно и просто, очень экономно для себя и расточительно для других. Любовь приносит жертву ради Христа, не отдавая себе отчета в ее стоимости; она сражается за истину и не смотрит на полученные раны; она грудится и не расчитывает на заслуженный отдых; она совершает подвиги и не ожидает награды и похвалы; она "полагает жизнь свою за друзей" и жалеет о том, что располагает только одной земной жизнью.
Любовь достигает недосягаемых для человека вершин мудрости и способна нисходить к ее бездонным глубинам. Она может показаться неверующему человеку отсталой и неразумной, но она безошибочно отвечает на все те вопросы, на которые у разума нет ответа, но которых разум не может не ставить себе.
Любовь никогда не допускает того, что неугодно Богу, что во вред себе и причиняет урон и неприятности людям.
Любовь юрка, мудра и проницательна. Она учит нас мудро распределять каждый новый день, посылаемый Богом. С нею у нас достаточно времени для того, чтобы неспеша утром помолиться, - ибо в этом источник силы; с нею достаточно времени для углубления в Слово Божие, - ибо в этом сокровища мудрости; она найдет время для труда и служения ближним, - ибо в этом тайна успеха; время для размышления, - ибо в этом основаания; время для невинных развлечений, - ибо в этом секрет молодости; с нею найдется время, чтобы от души посмеяться, ибо смех любви - музыка души.
Любовь выше всяких требований этикета и морали, выше всякой религии, философии или формального, бездушного богопоклонения.
Ни одна добродетель не приносит нам столько добра и не оказывает столько всякого блага, как простая искренняя любовь.
Любовь - это свет во мраке ночи, голос среди безмолвия пустыни. Любовь держит сердце наше свободным от зла, мести, ненависти; душу -от горьких и недобрых чувств; ум - от обольщений и забот; совесть - от ее укоров и угрызений.
Любовь услаждает самую горькую чашу жизни. Она бесследно смывает с нашей памяти самые мрачные картины пропитого; снимает с нашей души любую тяжесть, восклоняет безнадежно поникшую голову, просвещает давно померкший взор, поднимает опустившиеся руки и укрепляет "колена дрожащие". Она уравнивает самые ухабистые перевалы узкого пути, дает новое жизненное направление, расширяет наш шаг и "умащает головы наши свежим елеем" (Евр. 12.12; Пс. 22). Любовь, как солнце, светит на всех "и ничто не укрыто от теплоты ее" (Пс. 18).
Христианин - носитель любви, сосуд Божий, преисполненный любовью.
Многие склонны удовлетвориться тем или иным словесным определением любви, называя ее чувством, настроением и т. п., но чувству нельзя приказать, нельзя насильно заставить любить. Конечно, любовь может и должна проявлять себя в чувстве, но любовь - больше, чем какое бы то ни было чувство.
Наши чувства изменчивы, шатки и непостоянны. Они обусловлены окружающей средой, погодой, состоянием здоровья, настроениями нашей души и т. д. Посему было бы ошибкой допустить, чтобы чувства управляли бы нашими поступками, отношениями, решениями...
По учению Св. Писания любовь является не чувством, но принципом; тем духовным "законом совершенным", который призван быть господствующим фактором в жизни каждого возрожденного свыше христианина. Этому предмету ап. Павел посвятил целую 13-ю главу своего первого послания к Коринфянам.
В этой главе ап. Павел не пытается дать любви то или иное теоретическое определение, но, перечислив ее качества и совершенства, он указывает: на что любовь способна, - что она делает и чего она не делает:
"Любовь долготерпитч милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит.
Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится. Ибо мы отчасти знаем и отчасти пророчествуем; когда же настанет совершенное, тогда то, что отчасти, прекратится... А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше"...
В Послании к Колоссянам ап. Павел называет любовь "совокупностью совершенства", а в своем Послании к Коринфянам открывает нам некоторые из этих ее совершенств.
Перейдем к нашему скромному рассмотрению этих совершенств.

14. Любовь и терпение

"Любовь долготерпит..."
Любовь не так быстро теряет свое терпение. Она не возмущается, не гневается, не протестует. Любовь относится ко всем и ко всему безропотно и снисходительно.
Св. Писание называет Бога: Бог терпения и утешения" (Рим. 15 гл.). Чем, как не этим, объясняется то, что мы еще не истреблены? Долготерпение Божие к нам и ко всему человечеству объясняется Его любовью, которая долготерпит.
Часто люди говорят: "Христос не сдержал Своего обещания. Он сказал, что придет опять, а вот прошло почти двадцать веков, и Его нет!" -Если Христос замедлил с тем, чтобы прийти и судить живых и мертвых, то только потому, говорит ап. Петр, что "долготерпит, не желая, чтобы кто погиб, но чтобы все пришли к покаянию" (2 Петр. 3 гл.).
Люди, ставящие подобные вопросы, не знакомы с характером Бога. "Не представляют они Тебя пред собою, но Ты, Господи, Боже щедрый и благосердый, долготерпеливый и многомилостивый и истинный (Пс. 85).
Нужда в терпении - универсальная. Поэтому ап. Павел, во всех своих посланиях, призывает верующих к терпению. У одного мало терпения; у другого еще меньше; у третьего вовсе нет его. "Терпение нужно вам!" (Евр. 10 гл.) Нужна любовь, которая" долго терпит". Недостача терпения - вот что приводит к ссорам в семье, расстройствам в обществе, духовным болезням в церкви и нередко к международным конфликтам.
Сам ап. Павел должен был иметь очень много терпения. Вспомнить только: галаты -иудействовали, а коринфяне - грубо грешили; для евреев Павел был "язвой общества", а для язычников - "всесветным возмутителем"; для мудрых -"безумным" Христа ради, а для простых - "посмешищем для мира". Всю жизнь и повсюду ему пришлось иметь дело с врагами, завистниками, физическими побоями, материальными нуждами, тюрьмами и цепями... "В трудах, безмерно в ранах, более в темницах и многократно при смерти..." (2 Кор. И гл.).
Говоря о своем апостольском посланничестве, Павел указывает на свое терпение, как на один из главных признаков и доказательств Божьего призвания, говоря: "Признаки апостола оказались пред вами во всяком терпении" (2 Кор. 12 гл.). Поэтому, он мог дерзновенно заявить: "Во всем являем себя, как служители божий, в великом терпении, в бедствиях, в нуждах, в тесных обстоятельствах, под ударами в темницах, в изгнании, в трудах... злословят нас, мы благословляем; гонят нас, мы терпим; хулят нас, мы молим... Я научился терпеть голод... все могу в укрепляющем меня Иисусе Христе... Все терплю ради избранных. Если терпим, то с Ним и царствовать будем"... Так смотрел на терпение ап. Павел.
Какая дивная картина - любящая, дружная счастливая семья, где все заботятся друг о друге, защищают друг друга, служат любовью и примером друг другу!
Рассказывают про одну большую патриархальную китайскую семью с несколькими женатыми сыновьями, невестками, детьми и внуками Во главе семьи - старик отец, дедушка.
В доме тишина, мир, порядок, уважение, послушание...
"В чем секрет вашего мудрого руководства семьей?" - спросили гости старика.
- "В терпении", - ответил старик.
Не то же ли самое, только в более святой, светлой, радостной и любвеобильной форме, мы должны были бы наблюдать в христианской Церкви? Слово Божие учит, чтобы "сильные сносили немощи бессильных", помогали духовно слабым, взаимно прощали, "утешали малодушных, были тихими, кроткими, незлобивыми, полезными всем, сдержанными, рассудительными, долготерпеливыми".
Зная, какую важную роль терпение играет в жизни каждого верующего христианина, апостол заканчивает свое послание следующим пожеланием: "Господь же да управит сердца ваши в любовь Божию и в терпение Христово" (2 Фес. 3 гл.).
Трудно пожелать или произнести молитву более своевременную и нужную, чем пожелание и молитва о любви и терпении.
Строго говоря, без терпения так же, как и без любви, мы не имеем права называться учениками Христа. Без терпения мы не имеем права апостольствовать, свидетельствовать другим о жизни "с избытком".
Без терпения вряд ли мы получим ответ от Бога на наши молитвы. Без терпения мы никогда не будем способны одерживать победы над всеми невзгодами, обстоятельствами и превратностями земной жизни. Некто удачно заметил, что все люди подвергаются страданиям, но вдвойне страдают те, у кого нет терпения.
"Да управит сердца ваши в любовь Божию и в терпение Христово"... Только любовь, которая долготерпит, способна научить нас, как относиться к людской вражде, осуждениям, непониманиям, клевете и поношениям; как сносить слабости других, их несовершенства, несправедливость; безропотно терпеть нужду, обиды, нападки и разные неприятности; нести кротко возложенный на нас Господом крест. Не сказал ли Господь: "Терпением спасайте души ваши... претерпевший до конца, спасется?"
Мы уже потому нуждаемся в терпении Христовом, что для всего перечисленного выше нашего человеческого терпения очень и очень мало, -недостаточно.
Легко терпеть, когда все зубы во рту здоровы, но гораздо труднее, когда два или три из них непрестанно болят и ноют. Легче переносить побои, когда мы их заслуживаем, "когда нас бьют за проступки, но если делая добро и страдая терпим, это угодно Богу" (1 Петр. 2 гл.).
"Я достаточно его терпел! До каких же пор я должен еще терпеть его? - с возмущением вопрошают нетерпеливые.
- Терпи его до тех пор, пока Христос тебя терпит! Прояви к нему терпение Христово. Вспомни, как "братья Его не веровали в Него", "Матерь и братья пришли взять Его", полагая, что "Он вышел из Себя"... "Многие из учеников отошли от Него и уже не ходили с Ним"... Вспомни, как терпел Он начальников, старейшин народа, членов синедриона, Пилата, Ирода, воинов, разбойников, отрекшегося Петра, разбежавшихся учеников... "Помыслите о Претерпевшем такое над Собою поругание от грешников, чтобы вам не изнемочь и не ослабеть душами вашими" (Евр. 12 гл.). Помыслите и облекитесь в терпение Христово (Кол. 3,12).
Известно, что нетерпеливые люди оправдывают свое нетерпение нервами, говоря: "Простите, я человек нервный"... тогда как, в действительности, главная причина - отсутствие любви к людям, понимания людей и терпения. Таких людей, если вы задали им какой-либо вопрос и не расслышали их ответа, не дерзайте переспросить, -они ответят вам в повышенном тоне.
Наше нетерпение нередко ведет нас к осуждениям, горечи и другим отрицательным чувствам. Я знал человека, который искренно стремился к доброделанию. Если он убеждался в том, что кто-то действительно нуждался в его помощи, - для него не было преград, он непременно добивался намеченной цели, и многие любили его за это. Но, к сожалению, так как-то получалось, что опекаемый им почти всегда оказывался, по его словам "недостойным его забот", "неблагодарным", незаслуживавшим такой щедрой помощи"... Этот благодетель имел доброе от природы сердце, но не имел достаточно терпения, чтобы мириться с их мелкими слабостями и терпеливо сносить их недостатки. У него было много полезной активности, но мало терпеливой любви.
Без терпения ни одна добродетель не может быть подлинной добродетелью. Даже любовь, если она без терпения, не есть истинная любовь.
Мудрость жизни в том, чтобы не быть чрезмерно требовательным к людям. Нормой наших взаимоотношений с людьми должно быть: понимать людей, любить, терпеть и прощать их без конца.

В долгой горькой жизни
Много встретит "грешных" твой усталый взгляд.
Не клейми ж их словом едкой укоризны.
Полюби их, милый, полюби как брат!

С. Я. Надсон

15. Любовь и милосердие

"Не стало милосердия на земле..."
(Мих. 7 гл.)
Что такое милосердие? - Это милое сердце, проявляющее себя в делах и подвигах любви. Милосердие - это любовь в действии, пользующаяся всяким случаем быть полезной людям, оказавшимся в той или иной беде.
Такова натура любви, - "любовь милосердствует".
По словам Христа всякое доброе дело есть милосердие: дать чашу воды жаждущему, указать незнакомцу путь, глядя в печальное лицо страдальца, улыбнуться ему сочувственно - все это милосердие.
Милосердие - одно из лучших украшений христианской жизни, но украшение не материальное, которое одевают в особые дни, в исключительных случаях, а украшение духовное, которое украшает истинного христианина постоянно. Оно излучается чрез выражение лица, милые глаза, приятную улыбку, нежные слова, искренние чувства, оказанную помощь и жертвенное служение.
Милосердие охотно и с радостью откликается на призывные вопли страдальцев, оно смело спешит в кромешную тьму зла, неверия и безбожия, спешит к "сидящим во тьме и тени смертной с ярким факелом человеколюбия.
Милое сердце всегда отзывчиво, щедро и самоотверженно. Оно не щадит ни времени, ни денег, ни здоровья, ни самого себя. Для спасения другого милое сердце, не задумываясь, рискует жизнью.
Встретившись лицом к лицу с нуждающимся, милосердие действует сразу, безотлагательно, памятуя слова Писания: "Не отказывай в благодеянии нуждающемуся, когда рука твоя в силе сделать его. Не говори другу: "пойди и приди опять, и завтра я дам", когда ты имеешь при себе" (Прит. 3 гл.).
Милосердие не только плод Святого Духа, но один из божественных атрибутов: "Ибо Господь весьма милосерд и сострадателен" (Иак. 5 гл.).
Милосердие - одна из характерных черт возрожденного христианина. Божья любовь, если она действительно "излилась в сердца наши Духом Его Святым", непременно поведет нас к несчастным и будет милосердствовать...
Милосердие полезно не только тому, кто пользуется его заботами, но и тому кто проявляет это милосердие. Милосердие делает сердце милосердного блаженным, счастливым. Ибо так сказано: "Человек милосердный благотворит (творит благо) душе своей"... "Кто милосерд к бедному, тот блажен".
Поэтому, Господь призывает нас к милосердию, говоря: "Будьте милосерды, как и Отец ваш милосерд" (Прит. 11 и 14 гл.; Лук. 6 гл.).
Милосердие - это рука любви, которой Бог желает, чтобы мы пользовались постоянно и неустанно. Бог говорит: "Все, что может рука твоя делать, по силам делай"... "Длань свою открывай бедному, и руку твою подай нуждающемуся..." (Еккл. 9 гл.; Прит 31 гл.).
С великим прискорбием надо заметить, что по многим причинам у многих христиан "рука милосердия" бездействует. У одних рука эта давно вывихнута и не на своем месте, у других - парализована, ампутирована, атрофирована, отсохла...
Христос встретил однажды такого человека: "Случилось войти Ему в синагогу и учить. Там был человек, у которого правая рука была сухая".
Рука - орган осязания, но если она сухая, она ничего не чувствует, ничего не воспринимает. В данном случае, она может служить нам символом духовной бесчувственности.
Заметим, что не обе руки, а только одна и притом правая рука была утрачена; правая - самая деятельная, способная и крайне нужная - выбыла из строя. Рука, предназначавшаяся для полезного, незаменимого служения себе и другим, теперь бездействует.
Рука несчастного, как мы видим здесь, не была ампутирована; она отсохла и беспомощно свисала вниз вместе с таким же мертвым и бесчувственным правым рукавом.
Вы скажете: "Какая печальная картина!"
Картина эта становится еще более плачевной и трагичной, когда духовная рука христианина становится сухой, бесчувственной и безразличной к людским нуждам.
Какое жалкое зрелище! Все у человека нормально, кроме сухой руки, которую он не в силах протянуть не только в целях милосердия, но даже для обычного дружеского приветствия.
"Пощадите, нельзя же всем помочь!" - вопят обычно сухорукие и поэтому никому вообще не помогают.
Индийские факиры, в знак какого-то зарока своему богу, подымают руку вверх и держат ее в таком состоянии до тех пор, пока она не способна уже ни сгибаться, ни опускаться. Отсутствие движений нашей "руки милосердия", приводит ее к такой же атрофии духовной.
Как же избавиться нам от такого духовного уродства?
Христос повелевает сухорукому: "Протяни руку твою!" Это же повеление относиться ко всем духовно сухоруким. Протяни твою руку прежде всего к Богу. Протяни ее со слезами покаяния; протяни за благодатным помилованием и возрождением свыше: протяни ее за даром Святого Духа, Духа любви и всякого милосердия, и ты сможешь протягивать твою руку милосердия всем страдальцам.
Мы говорили о милосердии и благотворительности в индивидуальном порядке, но не менее сухорукой оказывается иногда и наша общественная благотворительность.
Концерты, лекции, вечера "с благотворительными целями" собирают довольно крупные суммы, но что остается от них после покрытия всех расходов по их устройству? Н. В. Гоголь писал: "Большей частью случается так, что помощь точно какая-то жидкость, несенная в руке, вся расплещется по дороге, прежде чем донесется и нуждающемуся приходится посмотреть только в сухую руку, в которой ничего нет".
Порою кажется удивительным, что люди стараются милосердствовать по разным своим соображениям и ложным мотивам. Один, желая "добрыми делами" заслужить себе спасение и избежать адских мучений, другие - из гордости, стараясь создать себе репутацию благотворителя и т. п. Какое заблуждение! Слово Божие имеет мало утешения для таких людей, говоря: "Если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, - нет мне в том никакой пользы (1 Кор. 13 гл.).
Слово Божие говорит: "Не творите милостыни пред людьми... пусть левая рука твоя не знает, что творит правая... Просящему у тебя дай, и от хотящего занять у тебя не отвращайся... Благотворите ненавидящим вас".
Наблюдайте, как вы благотворите! Можно охотно дать просящему, но несоответственно данной нужде и не соразмерно возможностям жертвователя. Один богач имел обыкновение давать всем жертвователям мелкую монету как говорят "на чашку чая", тогда как фактическая нужда заключалась в уплате за квартиру или нечто в этом роде.
Мы говорим здесь об уродливых формах светской благотворительности. Но справедливость требует добавить, что "по причине беззакония во многих охладела любовь"... Охладевшее сердце с остывшей любовью и сухой рукой - таково духовное состояние многих современных верующих. Страшно подумать, что мы доживем еще до тех скорбных дней, о которых пророчествовал Михей, говоря: "Не стало милосердия на земле!" (Мих. 7 гл.). В мире и в Церкви множество протянутых рук, ожидающих помощи физической, материальной, психологической, духовной. Но, что они получают? Нередко протянутые руки повисают в воздухе или, что еще хуже, - получают, "вместо рыбы, шею". Вспоминается стихотворение М.Ю. Лермонтова:

У врат обители святой
Стоял просящий подаянья
Бедняк, иссохший, чуть живой
От глада, жажды и страданья.
Куска лишь хлеба он просил,
И взор являл живую муку,
И кто-то камень положил
В его протянутую руку...

Вслед за молитвой Господней "Отче наш" Христос сказал поразительную притчу, которая характеризует три отношения к чужой нужде. "И сказал им: положим, что кто-нибудь из вас, имея друга, придет к нему в полночь и скажет ему: "друг! дай мне взаймы три хлеба, ибо друг мой с дороги зашел ко мне, и мне нечего предложить ему"; а тот изнутри скажет ему в ответ: "не беспокой меня, двери уже заперты, и дети мои со мною на постели; не могу встать и дать тебе" (Лук. 11 гл.).
В этой притче мы видим три действующих лица - три друга. Один друг - с дороги зашел; другой - не предвидел этого и нечего было предложить ему; третий - имел все, но не желал встать и дать другу.
Первый друг в чужом доме; второй под чужим окном; третий на постели у себя дома.
Первый друг, зашедший неожиданно, характеризует состояние блуждающего грешника, человека нуждающегося в духовном хлебе.
Он зашел с дороги... С какой дороги? - Слово Божие отвечает: "Все мы блуждали, как овцы, каждый совратившись на свою дорогу.." (Ис. 52 гл.).
Пренебрегши путем Божиим, путем прямым, святым, узким и тернистым, каждый из нас совратился на свою собственную дорогу.
Зашел к другу случайно, неожиданно, так как иной раз люди попадают на собрание, где проповедуется Слово Божие.
Зашел в полночь... Этой полночью могло оказаться духовное банкротство в личной его жизни и надо было подумать о вечности. Этой полночью могло быть современное состояние мира. Люди начинают духовно прозревать и воочию убеждаться в том, что на мировых часах полночь.
Второй друг, принявший зашедшего, характеризует состояние сердца духовного христианина. Двери его сердца открыты для нуждающихся во всякое время, даже в полночь. Он не уклоняется от помощи страннику под тем предлогом, что ему нечего предложить. Усадив зашедшего, он спешит к соседу и просит: дай мне взаймы, я возвращу тебе с избытком. Причем он проявляет поразительное знание людских нужд; он просит взаймы три хлеба... - "Не хлебом одним будет жить человек"... Он нуждается в хлебе для тела, души и духа, в хлебе жизни: "Я есмь хлеб жизни".
Третий друг характеризует духовное состояние плотского верующего, состояние духовной спячки. Христос повелел: "Идите по всему миру", но это повеление его не касается, - он "на постели"...
Состояние эгоизма: "Я и дети мои..." Я и они - этими двумя круг его забот ограничивается и ответственность исчерпывается.
Состояние замкнутости двери уже заперты"...
Состояние духовной расслабленности: "не могу встать"...
Состояние бесчувственности: "не могу дать тебе"...
И наконец, странная просьба: "Не беспокой меня!" Эту своего рода молитву нам приходится слышать чуть ли ни ежедневно: "Не беспокой меня твоими духовными вопросами, собраниями, беседами, литературой, библиями", - просят неверующие люди.
"Не беспокой меня какими-то церковными обязанностями, ответственным духовным служением, сборами денег на разные вопиющие и неотложные нужды дела Божия", - просят нас "христиане".
В эти последние дни сердца некоторых христиан настолько очерствели, что если бы Сам Христос посетил их и сказал: "Се, стою у двери и стучу...", то и тогда они ответили бы изнутри: "не беспокой меня, двери уже заперты, и дети мои со мною на постели, не могу встать"... и открыть Тебе.
Как жалко, что некоторые христиане перестали уже ожидать второго пришествия Христа и забыли, что именно "в полночь раздастся крик: Жених идет! выходите навстречу Жениху!"
Слово Божие призывает: "Встань, спящий, и воскресни из мертвых, и осветит тебя Христос!" Проснись, получи от Христа новый приток силы, новый избыток любви и милосердия; жертвенно люби и милосердствуй, доколе Он придет!
Наша бессмертная душа должна быть магнитной стрелкой, постоянно устремленной к небесному полюсу. Стрелка эта может быть выведена из равновесия, уклониться на мгновенье вправо или влево, но тут же снова стремительно потянуться к Богу любви, к источнику всякого милосердия и сострадания.
В день Страшного Суда вечная участь человека определится его отношением к людям, которое безошибочно определяет его характер. Милосердие к нуждавшимся окажется верным подтверждением факта: обитала ли любовь Божия в сердце человека, или ее не было. Было ли проявленное ими милосердие к людям плодом Святого Духа или результатом плотских мотивов и соображений?
Итак, милосердие и сострадание к людям положено в основу Божественного правосудия. Мы привыкли подразделять человечество на множество названий, народов, рас, классов, партий, организаций и групп; Христос делит на Страшном Суде только на две группы: на праведных и нечестивых, на имевших Духа Святого и не имевших Его, на проявлявших в жизни своей любовь Христову к людям и не проявившим ее.
"И соберутся пред Ним все народы; и отделит одних от других, как пастырь отделяет овец от козлов..." Здесь на земле все люди вместе; там Он отделит плевелы от пшеницы и мякину от чистого зерна.
По словам Христа праведники будут удивлены, услышав о том, что они совершили для Него нечто значительное: "Когда же мы видели Тебя" и накормили, напоили, приняли, одели, посетили? Проявление своего сострадания и любви к несчастным они рассматривали обычным для себя делом. "Когда же?" - Любовь не помнит сделанного кому-то добра и не подсчитывает своих дел, подвигов и жертв. Ей всегда кажется, что она ничего еще не успела сделать или сделала, но не так много, как хотела бы. *
Нечестивые, напротив, будут крайне поражены тем, что Христос рассматривает их "ничего несделавшими" для Него. Они с изумлением спрашивают: "Когда мы не послужили Тебе?" Как это могло случиться, что Ты не заметил нашего постоянного служения? Ведь мы всю жизнь старались быть честными, аккуратными в соблюдении праздников, постов и обрядов... были щедрыми к нищим, не пропускали торжественных богослужений и т. п. Особенно трудно будет переживать свое разочарование тем, которые совершали какое-то духовное служение и, в своих собственных глазах, были "великими" людьми: "Многие скажут Мне в тот день: "Господи! Господи! не от Твоего ли имени мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили?" И тогда объявлю им: "Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие" (Мат. 7 гл.).
"Я никогда не знал вас", никогда не видел вас среди людей, каявшихся во всех грехах своих, скорбящих и сокрушавшихся о допущенных ошибках, жаждущих помилования, Духа Святого и обновленной жизни. Вы делали многое, но не то, что Мне угодно, вы проявили большую активность, но без любви и милосердия.
Ап. Павел пишет: "Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, - то я ничто" (Кор. 13 гл.).
Чрезвычайно важно добавить, что этот принцип суда, которым Христос здесь пользуется, исключен из всех религий мира. Все другие религии обычно учат, что Бог осудит и накажет только тех, которые были жуткими злодеями, безбожниками, негодными людьми, но, если ты не попал в их категорию, - тебе нечего бояться. Но Христос выносит людям приговор вовсе не за то злое, какое они сделали, а за то доброе, какого они не сделали: "И так как вы не сделали этого одному из сих меньших, то не сделали Мне", - говорит Христос осужденным.
В Царство Божие, вечное царство любви, войдут только те, в чьих сердцах уже царит любовь Божия и милосердие Христово.
Таков закон совершенный, закон любви. Тот, кто неспособен проявлять милосердия к другим, -сам не заслуживает милосердия. "И пойдут сии в муку вечную, а праведники в жизнь вечную" (Мф. 25 гл.)-
Таково Божественное правосудие.

16. Любовь и зависть

"Любовь не завидует..."
Что такое зависть? Зависть - это чувство досады и раздражения, вызванное благополучием, превосходством или успехом ближнего. "Завистник по чужому счастью сохнет", - говорит народная мудрость.
"Всякий труд и всякий успех в делах производит взаимную между людьми зависть", - сказал Соломон (Еккл. 4 гл.). Завистник, увидев другого счастливым, сам становится несчастным. В глазах завистника успех ближнего - явное преступление. Успех соседа спать не дает...
Из всех пороков и недостатков характера зависть - один из самых скверных, отвратительных и универсальных. Он всеми порицается, но вместе с тем всеми тщательно скрывается. Это пагубное чувство - краеугольный камень светской жизни. Вспоминается откровенное признание одной дамы: "Побывала у знакомой да как увидела, в каком довольстве она живет, так три ночи подряд спать не могла"...
Поразительно то, что редко кто завидует человеку в его духовных достижениях, тому кто больше любит, дольше терпит, не в меру щедр или весьма, справедлив. Зависть возникает не в сферах стяжания добродетелей, а в области стяжаний материальных.
Иногда зависть бывает вызвана тем предпочтением, какое люди оказывают не нам, а тому, кого мы обычно расцениваем ниже себя. Интересно, что завидуя тому, кто, по нашему мнению, гораздо ниже нас, мы тем самым соглашаемся, что мы ниже его; ибо высший никогда не станет завидовать низшему.
Кто из смертных свободен от зависти?
Зависть свойственна всем расам, нациям, племенам и народам. Все люди, до своего обращения ко Христу, одинаково подвержены этому страшному недугу. Ап. Павел неоднократно напоминает о нем уверовавшим иудеям и язычникам, говоря: "Ибо вы были рабами похотей и различных удовольствий, жили в злобе и зависти, были гнусны, ненавидели друг друга..." (Тит. 3 гл.).
Увы! Зависть проникает даже в сердце христианина. Зависть - один из плодов плоти: "Дела плоти известны; они суть: вражда, ссоры, зависть." Поэтому, завистливый христианин - это человек плотской, "живущий не по духу, а по плоти". К этому разряду верующих ап. Иаков писал: "Если в вашем сердце вы имеете горькую зависть и сварливость, то не хвалитесь и не лгите на истину", не хвалитесь именем христианина и не лгите, что зависть невинная вещь и может быть допустима в жизни человека, познавшего истину. "Ибо если между вами зависть, споры и разногласия, то не плотские ли вы? и не по человеческому ли обычаю поступаете?" (1 Кор. 3 гл.).
Никто не застрахован от зависти. Иногда зтому горькому чувству удается свить себе теплое гнездо даже в сердце того или другого духовного деятеля. Вспомним случай с Кореем, Дафаном и Авироном, позавидовавшим высокому положению и авторитету Моисея и Аарона (Числ. 16 гл.).
Первосященники и старейшины народа позавидовали Христу, как написано: "Ибо знал Пилат, что первосвященники предали Иисуса из зависти". Видя триумфальный вход Христа в Иерусалим, подстилаемые пальмовые ветви и одежду, слыша возгласы народа: "Осанна Сыну Давидову!" они говорили между собою: "Видите ли, что не успеваем ничего? весь мир идет за Ним!" (Мат. 27 гл.; Иоан. 12 гл.).
Апостолы также оказались жертвами первосвященнической зависти: "Первосвященник и с ним все, принадлежащие к ереси Саддукейской, исполнились зависти, и наложивши руки на апостолов, заключили их в народную темницу"... (Деян. 13 гл.).
Преследования ап. Павла были часто вызванны людской завистью. В Антиохии Писидийской например "почти весь город собрался слушать Слово Божие, но иудеи, увидевши народ, исполнились зависти и, противореча и злословя, сопротивлялись тому, что говорил Павел". Местные раввины, как видно, никогда не привлекли к себе такого множества слушателей и не пользовались в городе таким успехом (Деян. 13 гл.).
Грех зависти не ходит в одиночку. Поддавшись этому злому демону, завистник неспособен уже сопротивляться другим недобрым чувствам: осуждению, ненависти, клевете, злословию, жестокости и убийству. По зависти Саул пылал гневом на Давида, Аман - на Мардохея и т. п. Зависть убила Цезаря, сослала Цицерона и т. д.
Воспылав чувством зависти, завистник чернит и поносит всех, кому завидует: врагов и друзей. Хотя некоторые из тех, кому он завидует, настолько иногда несчастны, что скорее нуждаются в сострадании, чем в бичевании и распятии.
Не знаю, ошибусь ли я сказав, что завистниками оказываются, в большинстве случаев, строгие критики, гордецы, ленивцы и глупцы. Они завидуют всем, кто в своей разумной жизни оставили их далеко позади. Некто сказал, что людям неталантливым, но с большими претензиями ничего больше не остается делать, как завидовать и порицать настоящие таланты.
Соломон говорит: "Бог дает человеку богатство и имущество и славу". Бог усматривает, что кому послать. И если Бог дал одному больше понимания, знания, богатства, власти и славы, то Бог имел на это полное право и отнюдь не был обязан заручиться предварительным на это согласием завистников.
Мы должны раз и навсегда признать, что завидовать грешно. Вся десятая заповедь ветхозаветного законодательства предназначалась к тому, чтобы обуздать человеческую зависть. Слово заповеди "не пожелай" может заменено, без особого ущерба, словом "не завидуй". Не завидуй, если у ближнего твоего лучший дом, или жена, или раб, или рабыня, или вол, или осел... не завидуй ничему из всего того, что есть лучшего у ближнего твоего. Нельзя быть одновременно и завистником и христианином.
Для того, чтобы понять простую истину, надо только бросить беглый взгляд на сущность любви Христовой и на характер зависти. Любовь и зависть, как свет и тьма, несовместимы. Нет ничего более антагоничного, непримиримого, как любовь и зависть.
Любовь - естественная доброта; зависть -скрытый, замаскированный эгоизм.
Любовь - "от вышних, зависть - от нижних" (Иоан. 8 гл.).
Любовь - "плод Святого Духа", зависть -плод нераспятой, греховной плоти (Гал. 5 гл.).
Любовь - от Бога, зависть - от сатаны.
Любовь - свободна от всякой подделки; зависть - неискренна и лицемерна.
Любовь - откровенная, прямая, серьезная, приятная, мудрая; зависть - всегда прячущаяся за лукавую улыбку, прикрывающаяся лестью, легкомысленная, пустая и хитрая.
Любовь - безопасна, как голубь, как агнец, как ангел; зависть - опасна, как демон, как хвост скорпиона, как зуб змеи, исполненный смертоносного яда.
Любовь - мирна, довольна и счастлива; зависть - недовольна, неспокойна и несчастна.
Любовь - "готова на всякое доброе дело"; зависть - на любое злодеяние.
Из всех человеческих чувств зависть - самое отвратительное. Зависть - это злокачественная язва души. Если зависть овладевает сердцем верующего, она пресекает его дальнейший духовный рост. Поэтому Св. Писание повелевает новообращенным верующим: "Отложить всякую злобу и всякое коварство и лицемерие и зависть и всякое злословие", - все то, что допускали они в жизни, до своего обращения ко Христу (1 Петр. 2 гл.).
Если зависть проникает в Церковь, она немедленно парализует всякую здоровую духовную работу и лишает Церковь духовного успеха. "Ибо, где зависть и сварливость, там неустройство и все худое... Посему не будем тщеславиться, друг друга раздражать, друг другу завидавать" (Иак. 3 гл.).
Успех служения ап. Павла вызвал у некоторых его сотрудниках зависть. Пользуясь его отсутствием, они решили превзойти Павла, затмить его своими проповедями, но Павел проявил к ним любовь и свойственное ему великодушие. Находясь в Римской тюрьме, Павел пишет: "Ободрившись узами моими, многие начали проповедовать... Некоторые, правда, по зависти... Но что до того? как бы ни проповедали Христа, притворно или искренно, я и тому радуюсь и буду радоваться" (Фил. 1 гл.).
Где же избавление от этого пагубного порока? И есть ли, вообще, духовный бальзам, могущий исцелить нас от этой мучительной проказы?
Благодарение Богу! такой бальзам есть. Этим верным средством является любовь. "Любовь не завидует!"
Ветхозаветный муж Божий спрашивает: "Жесток гнев, неукротима ярость, но кто устоит против зависти?" (Прит. 27 гл.). - Устоит любовь! Устоит тот, кто, "отложив всякую зависть... облекся в любовь".
Итак, проверим тщательно наши сердца!
Будем жить в любви Христовой и не дадим места этой ехидне ни в наших сердцах, ни в нашей среде, ни в наших церквах.
По примеру ап. Павла научимся проявлять любовь и великодушие. Успешен ли кто? - радоваться с радующимся. Одарен ли кто? - воздавать славу Богу.
"Ибо, кто имеет (любовь), тому дано будет и приумножится; а кто не имеет (любви), у того отнимется и то, что имеет" (Мат. 13 гл.).

17. Любовь и гордость

"Любовь не превозносится, не гордится".
Мы отметили выше, что слово любовь имеет несколько значений. То же самое можно сказать и о слове гордость. В житейском обиходе оно имеет разные оттенки.
Трудно перечислить все то, что является объектом человеческой гордости. Люди гордятся своей физической силой, внешней красотой, воспитанием, образованием, положением в обществе, в церкви,государстве; гордятся своим происхождением - родителями и прародителями: "ведь наши предки Рим спасли, - твердят поныне гуси". Родители гордятся своими детьми и говорят: "Вот наш сын - наша гордость!" Люди гордятся своим богатством, славой, властью, знаниями, опытом, своей родиной, языком и т.п.
Часто люди гордятся даже и тем, чем не следовало бы им гордиться, - гордятся развратом, как особой доблестью и победой. Люди гордятся не только изысканностью в одежде, но и чрезмерной ее нищетой. Так например, члены ордена нищенствующих монахов носили не одежду, а жалкие отрепья и состязались в количестве дыр и заплат своих отрепьях. Глядя на одного из таких монахов, Мартин Лютер сказал стоявшему рядом другу "Смотри, как чрез каждую заплату и дыру этого монаха проглядывает его духовная гордость!"
Как определить гордость? Гордость - это чрезмерно высокое мнение о самом себе и весьма низкое - о других людях.
"Гордость есть крайнее души убожество", -сказал Лествичник Иоанн.
"Природа человека фальшива, потому что в ней соединяется крайняя духовная бедность с безмерной гордостью", - писал римский писатель и мыслитель Плиний Младший.
Мировая литература богата другими определениями, но все они сводятся главным образом к тому, что гордость - чувство порочное, предосудительное и крайне унизительное. "Придет гордость, придет и посрамление... Гордость человека унижает его... Погибели предшествует гордость", -говорит Слово Божие (Прит. 11, 16, 29 главы).
Гордость обнаруживает в человеке поразительное незнание самою себя. О многих из гордецов можно сказать, что они больны горячкою надменности и одержимы демоном гордости. Их раздражает малейшее превосходство. Похвалу по адресу кого-либо другою, гордецы принимают за личное унижение.
Некто сказал: "Гордецы - это те люди, которые желали бы слыть всюду первыми да не могут".
Трудно скрыть гордость. Она проявляется в беззастенчиво наглом и пренебрежительном отношении к людям. У гордеца надменный вид, уничижающий взгляд, смотрящий на все свысока, высокомерный тон, самовлюбленная речь, склоняющая местоимение первого лица "во всех падежах"... В его поведении и во всех его манерах заносчивость и ложное сознание своей лжеважности и лжепревосходства.
Гордецы - это жертвы самообольщения. Возгордившись, они терпят троекратное поражение: моральное, выражающееся в одиночестве и озлобленности; психическое - в бесплодности, тоске и подавленности духа; физиологическое -в разного рода недугах.
Сущность гордости - замкнутость для Бога и отчужденность от ближнего. Такое состояние сердца делает гордеца несчастным. Не зная самого себя, гордец не видит надлежащего ему места; а когда места своего не видишь и правильно ценить себя не можешь, то "сам себе не рад". "Кто себя не любит, гот и Богу враг", - говорит народная мудрость.
Полому ап. Павел дает уверовавшим такой совет: "Не думайте о себе более, нежели должно думать; но думайте скромно, по мере веры, какую каждому Бог уделил... не высокомудрствуйте, но последуйте смиренным; не мечтайте о себе..." (Рим. 12 гл.). "Ибо мы не смеем сопоставлять или сравнивать себя с теми, которые сами себя выставляют: они измеряют себя самими собою и сравнивают себя с собою неразумно" (2 Кор. 10 гл.).
Мы должны всегда сравнивать себя только со Христом. Он наш пример, и по Его стопам мы призваны следовать. И если это так, то что такое наша гордость? Можем ли мы представить себе Христа, чем-то гордящимся?
Гордимся ли мы своим положением в обществе? - Христос не гордился. О Нем говорили "не плотников ли Он сын?"
Богатством? - Христос "не имел, где голову приклонить"...
Популярностью? - "Приходит ли что доброе из Назарета?" Своей внешностью? - "Не было в Нем ни вида, ни величия..." Своей репутацией? -"Он друг мытарей и грешников". Своим образованием? - "Как Он знает Писания не учившись?" Превосходством? - "Он был презрен и умален пред людьми..." Успехом? - "Пришел к своим, и свои Его. не приняли". Способностями? - "Я ничего не могу делать от Себя". Силой воли? - "Не ищу Своей воли, но воли пославшего Меня Отца". Красноречием? - "Как научил Меня Отец, так и говорю". Свободой? - "Был послушен даже до смерти и смерти крестной".
Рассматривая самого себя выше других, гордец, сам того не замечая, подтверждает наличие своей духовной слепоты, которая сокрыта для гордеца, но открыта для Бога: "Ибо ты говоришь: "я богат, разбогател и ни в чем не имею нужды; а не знаешь, что ты несчастен и жалок, и нищ и слеп и наг. Советую тебе купить у Меня золото, огнем очищенное, чтобы тебе обогатиться, и белую одежду, чтобы одеться и чтобы не видна была срамота наготы твоей, и глазною мазью помажь глаза твои, чтобы видеть. Кого Я люблю, тех обличаю и наказываю. Итак будь ревностен и покайся..." (Откр. 3 гл.).
"Гордость и высокомерие, Я ненавижу", -говорит Господь (Прит. 8 гл.).
Гордых и высокомерных Бог обличает и наказывает. Показательным в этом отношении может служить судьба "богини разума", девушки, прославившейся во дни Французской революции. Безбожные владыки того времени Бога упразднили декретом комиссара, а храм Парижской Богоматери переименовали в "храм разума". Оперная артистка Тереза Анжелика Обри выступала в роли "богини разума" на торжестве в "храме разума". Из собора Парижской Богоматери, гордая своей ролью, Тереза была триумфально отнесена в Тюльерийский дворец, как живое воплощение нового божества, обретенного человечеством. Это было 10-го ноября 1793 года. Но вскоре, выступая вторично, "богиня" Тереза свалилась с декоративных "облаков славы" на сцену, сломала обе ноги и с тех пор не выступала, оставаясь до конца дней своих никому ненужной.
В 1924 году писатель Иван Бунин, заинтересовавшись судьбой былого божества, едва отыскал давно заброшенную могилу всеми забытой калеки. Сбылось пророчество: "И славу их обращу в бесславие" (Ос. 4 гл.). По какому-то неписанному закону от жизни всего человечества остается на земле только высокое, доброе и святое, только это. Все же глупое, подлое и злое не оставляет заметного следа. Гордецы, производившие так много шума, обычно уходят с мирового горизонта, не оставив после себя ничего доброго, что заслуживало бы памяти. Река забвения, не считаясь с их манией величия, уносит их в океан вечности.
Гордость - причина постоянного зла в мире. Библия открывается двумя трагедиями: падением ангелов и грехопадением прародителей. Всемирная история говорит о тех случаях, когда целые народы оказывались во власти гениальных безумцев, одержимых манией величия и бесом гордости.
Гордость - причина семейного разлада и развала. "Дом надменного разорит Господь"... "В устах глупого бич гордости"... "Надменный разжигает ссоры"... (Прит. 15 и 28 гл.).
Гордость - причина разногласий и недоразумений в Церкви. Дети Божий знают, что гордость разрушительна. Если мы переоценивая самих себя и то, что мы делаем и начинаем приписывать славу не благодати Божией, "которая с нами", а себе - мы на опасном пути! (1 Кор. 15 гл.). Забыв о действиях благодати, мы уподобляемся тем, которые решили "сделать себе имя"; мы строим тогда не Церковь Божию, а башню Вавилонскую. Злой дух не должен иметь места в Церкви. Подпав этому духу гордости и "любоначалия", Диотреф "не принимал... запрещал... изгонял" апостолов и других верных служителей Христовых (3 Иоан. 9-11 ст.).
Почему Бог желает видеть нас свободными от гордости? Потому что - "мерзость пред Господом надменный сердцем" (Прит. 16 гл.). Гордость лишает нас общения с Богом. Общение с Богом мыслимо только в духе смирения, при глубоком сознании нашего ничтожества и величия и славы Божией: "Ибо так говорит Высокий и Превознесенный, вечно Живущий, - Святый имя Ему: Я живу на высоте небес и во святилище, и также с сокрушенными и смиренными духом, чтобы оживлять дух смиренных и оживлять сердца сокрушенных" (Ис. 57 гл.). "Бог гордым противится, смиренным дает благодать" (Иак. 4 гл.).
Нам, христианам, надлежит учиться смирению не только пред Богом, но и пред всеми людьми. Однажды спросили у проповедника: "Кого в сущности можно считать человеком воистину смиренным?" Тот ответил: "Из всего множества других признаков я укажу только на один - если кто на вызывающий и каверзный вопрос дает смиренный и кроткий ответ!"
На вопрос: в чем же избавление от гордости? Слово Божие отвечает: избавление в любви... "Любовь не гордится!" Любовь к Богу составляет верховное начало нравственного мира; начало, которое дает высшее значение самой любви к ближнему. В любви к Богу и ближнему заключается главенствующее достоинство человека; тогда как гордость - антипод всему этому. Гордость -искажение чувства любви и отрицание всякого достоинства.
Любовь, пребывающая в сердце и жизни христианина, подобна кровообращению в организме человека; будучи источником всех проявлений тела, кровь не выступает наружу, но прячется в артериях и венах и ведет себя так, как если бы ее вовсе не было в теле.
Между любовью и гордостью нет срединного положения: гордец неспособен любить, а любящий неспособен гордиться.
Любовь способна давать правильную оценку каждому брату и сестре и иметь скромное мнение о самом себе. Гордость переоценивает себя и недооценивает всех остальных.
Любовь никого не умаляет. В очах имеющего любовь, каждый человек неизмеримо ценнее, чем принято о нем думать, и гораздо выше того, что он сам о себе думает. Любовь признает за ближним все его достоинства и заслуги. Гордость отрицает все это и усматривает только в себе все достоинства, совершенства и заслуги.
Любовь, по справедливости, отводит каждому человеку подобающее ему место. Гордость подчеркивает, что первое место должно принадлежать только ей и никому другому.
Любовь не надеется на себя, не доверяет себе, но во всем и всецело полагается на милость Божию. Гордость - самонадеянна, самоуверена и хвастлива.
Любовь воздает славу только одному Богу за все, чем она есть, что она имеет и делает. Гордость во всем видит только результат собственной своей ловкости, пронырливости, разума и силы.
Любовь сознает и чувствует свое уничижение; гордость - свое превосходство.
Любовь - обходительная, нежная, скромная и сознательно никого не задевает; гордость - задорна, вызывающа, высокомерна и скандальна.
Делая добро, любовь ни от кого не ожидает ни благодарности, ни одобрения, ни награды; гордость же все делает напоказ, ради похвалы и аплодисментов.
Любовь хлопочет, жертвует, страдает и делает все возможное для нее, чтобы сделать жизнь лучше и счастливее для всех; гордость занята только собою и жаждет счастья только для себя.
Любовь - благотворный бальзам для души; гордость - склероз мозга и сердца.
Любви знакомы переживания ангелов; гордости - чувства сатанинского самообольщения.
Любовь закрывает лицо свое пред сознанием величия и святости Божией и в трепете возносится до третьего неба; гордость без малейшего страха желает вознестись выше небес, но низвергается Самим Богом до преисподнего ада.
"Любовь не превозносится, не гордится..."
Любовь освобождает нас от гордости, но делает это не без нашего горячего содействия. "Свободен будет тот, в ком сила есть от целей всех своих -всецело отказаться и в Божию цель всего себя вложить"...

18. Любовь и бесчинство

"Любовь не бесчинствует"...
Греческое слово "бесчинство" (asnimonew) ни на одном, вероятно, языке так удачно не переведено, как на русском. Наше слово бесчинство имеет двоякое значение: первое - нарушение порядка, непристойное, безобразное поведение человека и второе - не признание "чина", отрицательное отношение к социальному положению, к чинопочитанию.
Соблюдать чин - значит вести себя в рамках установленного общественного порядка, соблюдать известную градацию возраста, общественного положения, знания, полезности и т. п.
Бесчинствовать же - значит относиться с презрением ко всем установленным рамкам поведения, правилам и порядкам, выражать явное неуважение ко всем людям старше нас или стоящим в каком-то отношении выше нас.
Слово Божие учит: "Бог не есть Бог неустройства", но Бог порядка (1 Кор. 14 гл.). Бог создал вселенную и подчинил ее известным законам. Во всем мирозданьи наблюдается строжайший порядок, чин, форма, связь, гармония. "Иная слава солнца, иная слава луны, иная звезд; и звезда от звезды разнится в славе" (1 Кор. 15 гл.). Бог создал человека и подчинил его установленному порядку. Но грех вошел в мир и нарушил этот порядок. Бесчинство было причиной грехопадения ангелов и человеков. Бесчинство вот откуда: уродливость личности, беспорядочность ума, извращенность взглядов, развращенность воли, разнузданность характера.
Отсюда - вызывающий, непристойный вид, резкий, наглый тон, неуместные реплики, нахальное отношение к старшим и высшим себя.
Отсюда - склонность к интригам, словопрению, ссорам и буйству. Сейчас, как никогда раньше, многие "идут вслед скверных похотей плоти, презирают начальства, дерзки, своевольны и не страшатся злословить высших" (2 Петр. 2 гл.).
Отсюда - отъявленные невежды рассматривают самих себя гениями и бесстыдное бесчинство стараются прикрыть новшеством, оригинальностью, новой моралью и другими демоническими формами нравственного произвола.
Бесчинство и гордость - духовные близнецы, с трудом распознаваемые нами. То что относится к гордости, можно сказать и о бесчинстве.
Тихон Задонский так характеризует гордость: "Высшим не покоряется, равным и низшим себя не уступает. Гордость - высокоречива и многоречива; славы и похвалы себе ищет; себя и дела свои высоко превозносит; других презирает и унижает; ищет себя показать; бесстыдно себя хвалит. Доброе, что имеет, себе приписывает, а не Богу; хвалится и тем добром, какого не имеет. Недостатки свои старается скрыть. В презрении и уничижении быть никак не терпит. Увещания, обличения и совета не принимает. В дела чужие самовольно вмешивается".
"Любовь не бесчинствует". Любовь относится к высшим себя с уважением, "отдает всякому должное: кому подать, подать; кому оброк, оброк; кому страх, страх; кому честь, честь". Любовь повинуется Слову Божию: "Почитай отца твоего и мать..." "Всех почитайте, братство любите..." "Почитайте один другого выше себя" (1 Петр. 2 гл.; Фил. 2 гл.; Рим. 13 гл.).
Бесчинство не переносит слова почитай. Оно никого не любит никого не уважает, никого не почитает... Некто сказал: "Неуважительность к великим людям принадлежит по праву к людям пошлым, а тот, кто защищает бесчинного, тот сам бесчинный".
Подлинный христианин может оказаться человеком малограмотным, но попав в любую среду, он будет самым вежливым и воспитанным человеком. Любовь научит его правильному поведению в любом обществе. Любовь не допускает в своих словах или действиях ничего такого, что бесславило бы Господа или брало бы под сомнение его веру, искренность и святость. Любовь возвышает и облагораживает душу человека, а бесчинство унижает его до невообразимых низин.
Полезно упомянуть здесь еще о двух видах бесчинства, а именно: бесчинство, не знающее своего места, и бесчинство, вмешивающееся не в свои дела...
Остановимся вкратце на первом из них.
Любовь - всегда на своем месте. Она никогда не стремиться сесть "не в свои сани" и никогда не претендует на права, преимущества и привелегии своего ближнего. Любовь не домогается занять чужую должность, работу, службу и решительно отказывается от предложения занять их. Любовь мирна и скромна. Если она талантлива - не выставляет себя на показ и не имеет никакого желания удивить всех своим превосходством.
Если любовь достигла какого-то улучшения в жизни и тем обогатила человечество, она не ищет славы, не ожидает признания, не требует почестей.
Если любовь проникла в более глубокую духовную жизнь, она не ставит себя на пьедестал, не воздвигает себе памятников и не выделяет себя из среды братьев, - менее опытных, менее успешных или духовных.
Если вы назовете любовь апостолом, то и тогда она найдет нужным оговориться: "Я наименьшая из апостолов" и недостойна этого высокого имени.
Такова любовь, которая знает свое место, и не метит занять чужое кресло, как это постоянно делает бесчинство.
Второй вид бесчинства, - бесчинство, вмешивающееся не в свои дела.
Есть такая поговорка: "Обжигается тот, кто поспешно сует свой указательный палец в чужой пирог". Бесчинный любит заниматься чужими делами; и настолько бывает занят ими, что ему некогда заниматься своими собственными.
Позвольте мне привести здесь один занимательный исторический случай. Придворная дама, имевшая доступ к королю Фридриху Великому пожаловалась ему на своего мужа:
- Ваше величество, - сказала она, - мой муж очень плохо обращается со мною!
- Это не мое дело! - ответил король.
- Да, но он также плохо о Вас отзывается, Ваше величество! - продолжала обиженная.
- Ах, это? Ну это, пожалуй, не твое дело, -спокойно ответил король.
- Да, Ваше величество, но ведь подумайте., этим он может повредить себе, своей собственной карьере! - не унималась просительница.
- А это уж его личное дело, - спокойно ответил Фридрих, и на этом, аудиенция закончилась.
Бесчинный, будучи во всех отношениях полным невеждой, вдруг все знает, всех учит, все может, за все берется, всех критикует; а в случае неудачи, всех винит в своем провале, потере и позоре.
Многовековой жизненный опыт установил, что нет и ничего не может быть более позорного для человека, чем браться не за свое дело или вмешиваться в чужие дела.
Встречая на своем жизненном пути людей с подобными тенденциями, мы не должны позволять им прорываться в наши дела и в нашу семейную или личную жизнь.
- Как вы сумели нажить такое огромное имущество? - спросили одного богача,
- Первую половину моего состояния я нажил, не разрешая никому вмешиваться в мои Дела, а вторую - не вмешиваясь в дела других людей, -мудро ответил тот.
О бесполезности и даже пагубности такого вмешательства излишне говорить, настолько они очевидны.

Что пользы от его труда,
Когда невежда не в свои дела вплетется
И поправлять труды ученого возьмется?

И. А. Крылов

Излюбленным методом вмешательства в чужие дела, которым пользуется бесчинный, это его непрошенные и часто навязчивые советы. Главное в том, что бесчинный предлагает свой совет другому, как обязательное правило, которому тот должен следовать; свое мнение он выдает за строго проверенный факт и свое решение, как нерушимый закон. Давая советы, бесчинный изрекает их только в повелительном наклонении.
Будьте сугубо рассудительны, выслушивая даровые советы, и при случае вспомните, что тот, кто щедро навязывает свои непрошенные советы другим, сам лично нуждается в совете...
До сих пор мы касались бесчинства, наблюдаемого в светском обществе. Однако, мы должны с грустью добавить, что порок бесчинства встречается и во многих христианских церквах. Мы живем с вами в те, предсказанные Богом, "времена тяжкие", когда "злые люди и обманщики будут преуспевать во зле, вводя в заблуждение и заблуждаясь" (2 Тим. 3 гл.). Поэтому, бесчинство - это духовное бедствие, это бич современного христианства. Причиной этому послужило то, что в Церковь проникло множество людей, заведомо неверующих. Они вошли в Церковь и стали полноправными ее членами не по личному убеждению и опыту возрождения свыше, а по наследству. Многие с раннего детства в Церкви потому, что их родители, деды и прадеды принадлежали к этой Церкви, но для какой цели они там, - сами не знают. Они удовлетворяются обрядовой стороной церковного служения, но мало что знают о личном общении с Богом, христианском освящении, перемене сердца, характера и повседневной жизни возрождения.
С первых дней христианства принято понимать, что нормальная жизнь христианской общины зависит от правильных взаимоотношений всех членов общины с Богом, пресвитером и друг с другом. Там где эти нормальные взаимоотношения нарушаются или вовсе не существуют, там на сцену выступают лютые "волки в овечьей одежде, не щадящие стада" (Деян. 2о гл.).
Слово Божие повелевает: "Повинуйтесь наставникам вашим и будьте покорны" (Евр. 13 гл.). Но как мало в наше время члены Церкви знают, что значит церковная дисциплина, уважение к пастырю, покорность и повиновение ему во всех делах церкви? Или что значит пастырское руководство вообще, для которого пастырь призван Богом и ради которого избран и уполномочен церковью? Как редки те церкви, где члены сознают и чувствуют, что на каждом из них лежит возложенная Богом святая обязанность подчиняться руководству и авторитету пастыря, координирующего объединенное служение и деятельность церкви?
Одного пастыря спросили: "Сколько членов в вашей церкви?" "Сто двадцать!" - ответил он. "А сколько из них активных?" - опять спросили его.
"Все активные!" - ответил пастырь и добавил, - "но есть ведь разные виды активности: одни усердно помогают моему служению и ценят дело Божие больше всего на свете, а другие не содействуют, а противодействуют мне, вредят служению церкви и всячески тормозят все дело Божие. Это -плотские, недуховные активисты, "суетящиеся", "ищущие своего", "бесчинствующие", не признающие церковной дисциплины и порядка, неспособные к совместной плановой, методичной духовной работе в церкви".
Плохо, очень плохо, когда в церкви пастырь не "подает примера стаду", а диотрефствует, "господствуя над наследием Божиим, но несравненно хуже, когда в церкви бесконтрольно властвует какой-нибудь бесчинный верховод или - церковный комитет, состоящий из таких же верховодов. Они смотрят на пастыря, как на подвластного им церковного чиновника, обязанного повиноваться им во всем и беспрекословно.
Конечно, этот весьма опасный для церкви тип духовного узурпаторства или анархии - явление вовсе не новое. Читая внимательно послания апостолов, мы убеждаемся в том, что бесчинство ведет свое начало с глубокой древности. Ап. Павел, многое претерпевший от бесчинных, писал: "Завещаем же вам братия, именем Господа нашего Иисуса Христа, удаляться от всякого брата, поступающего бесчинно... Мы уверены о вас в Господе, что вы исполняете и будете исполнять то, что мы вам повелеваем... Ибо вы сами знаете, как должны вы подражать нам; ибо мы не бесчинствовали у вас... Но слышим, что некоторые у вас поступают бесчинно... таких увещеваем и убеждаем Господом нашим Иисусом Христом, чтобы они, работая в безмолвии, ели свой хлеб... Итак молитесь... Чтобы нам избавиться от беспорядочных и лукавых людей, ибо не во всех вера" (1 Фес. 4 гл.; 2 Фес. З гл.).
Армия воинов Христовых - самая дисциплинированная в мире. Во всех других армиях всякое проявление бесчинства рассматривается нарушением военной дисциплины, подлежит военно-полевому суду и строго карается. Бесчинствующие в армии Христа и нарушающие церковную дисциплину несут не меньшую ответственность пред судом Божиим. Вот почему ап. Павел сперва предлагает церкви "молиться о бесчинных", потом, "увещевать бесчинных", "убеждать их", чтобы они перестали бесчинствовать, и если все эти меры остаются бесплодными, "удаляться от всякого брата, поступающего бесчинно"; но если и это не приводит провинившегося к покаянию и исправлению, тогда "извергните развращенного из среды вас" (1 Кор. 5 гл.). Человеку, подверженному заразе бесчинства, не должно быть места в церкви. Воин, не признающий ни начальства, ни власти, ни команды может ли быть терпим в армии?
Проверим себя! Содействуем ли мы успеху дела Божия или противодействуем ему?
Управляемся ли мы законом любви, которая не бесчинствует, или сами того не замечая, бесчинствуем.
А заканчивая свое земное странствование, сможем ли мы сказать: Боже! Благодарю Тебя за то, что Ты открыл своевременно мои духовные очи и всю жизнь помогал мне "подвизаться добрым подвигом веры... держаться вечной жизни... преуспевать в правде, благочестии, любви?" Или мы должны будем со скорбию души сознаться, что жизнь прожита нами без любви, напрасно, впустую, сказав:

Я за то глубоко презираю себя,
Что потратил свой век, никого не любя...

Н. А. Некрасов

19. Любовь и поиски своего

"Любовь не ищет своего"...
Человек - существо ищущее, мыслящее, разумное, волевое, духовное; существо обуреваемое бесконечными нуждами, запросами, проблемами, желаниями и устремлениями.
Искания человека безграничны. От колыбели и до могилы человек пребывает в состоянии беспрерывных поисков удовлетворения нужд физических, душевных и духовных, запросов временных и вечных, которые в земной нашей жизни никогда полностью не могут быть удовлетворены.
Бог, создавший человека и знающий все нужды человека, не запрещает искать восполнения этих нужд. Напротив, Бог даже поощряет искания, говоря: "Ищите и найдете... всякий ищущий находит" (Мат. 7 гл.).
Однако же, Бог ожидает, что человек отведет первое место исканиям Бога. Слово Божие побуждает нас к этому и говорит: "Ищите лица Его всегда"... "Ибо благ Господь к надеющимся на Него, к душе, ищущей Его"... "Ищущие Господа не терпят нужды ни в каком благе..." (Пс. 26 и 33-й; Пл. Иер. 3 гл.).
Бог желает, чтобы мы искали только того, что имеет прямое отношение к нашей душе и вечной ее участи и обещает заняться "нашими личными делами". "Ищите прежде всего Царства Божьего и правды Его, и все остальное приложится вам" (Мат. 6 гл.).
Бог не требует от верующего человека, чтобы он вовсе не думал о земных делах и собственных интересах, но Он ожидает что мы, ни в коем случае, не будем чрезмерно озабочены только "земным" и только "своим", забыв о ближнем или действуя в в ущерб его интересам.
Ап. Павел встречал и такие случаи и должен был написать: "Никто не ищи своего, но каждый пользы другого... Так-как и я угождаю всем во всем, ища не своей пользы, но пользы многих" (1 Кор. 10 гл.).
Господь заповедал нам любить ближнего, "как самого себя"; а это означает, что мы должны искать для ближнего того же, чего себе ищем и относиться к нему так же, как мы сами к себе относимся.
Наши искания должны расходиться в трёх направлениях: искать Божьего, искать своего и искать пользы ближнего. И печально, когда мы ищем только своего. Этой печалью было преисполненно сердце ап. Павла, писавшего из римской тюрьмы: "Все ищут своего, а не того, что угодно Иисусу Христу" (Фил. 2 гл.).
Христос не искал "своего", хотя Его искания всегда направленны во благо всем, но, заботясь о других, Он не заботился о том, "где голову преклонить". Он пришел "искать заблудших" и неуклонно искал их всю Свою земную жизнь.
Грехопадение человека выразилось отчасти в том, что человек, созданный Богом для жизни в Боге и для Бога, начал жить для самого себя, ища не Божьего, а своего.
В действительности же получается так: тот, кто ищет своего, обычно не находит ни Божьего, ни своего, а тот кто ищет Божьего, находит и Божье и свое. "Ищи счастья другим, и ты найдешь свое собственное", - говорит народная мудрость.
Ничто так не раскрывает тайников души человека, как его искания своего. В этом смысле известное всем изречение можно облечь в такие слова: "Скажи мне, чего ты ищешь, и я скажу тебе, кто ты"...
Взгляните на человека, который любит Бога и ищет воли Божией, успеха делу Божию, благоденствия ближнему. Этот человек нужду страдальцев ставит выше своих собственных проблем и все, что Божье, стоит у него на первом месте. Наблюдая за ним и за его действиями, вы убеждаетесь воочию в проявлениях невидимого Бога любви.
Взгляните теперь на человека, ищущего своего. Во имя достижения своего, он способен и готов на самые крайние меры. Он непрочь даже вывести землю из ее орбиты, произвести хаос во вселенной, свергнуть Бога с Его престола. Здесь вы видите проявление дьявола, который ищет своего в ущерб Богу, в ущерб людям, в ущерб мирозданью и всей твари поднебесной. Любовь никогда не способна на что-либо подобное. "Любовь не ищет своего..."
В житейском обиходе все, что делается без любви, исходит от зависти, тщеславия, жадности, амбиций и всяких слепых и дурных импульсов, которые приводят к неизбежным разочарованиям, недоразумениям, ссорам, смуте и замешательству.
Однажды я оказался в роли миротворца. Две милых дамы, пансионерки, подруги детства, встретились после полувековой разлуки и решили жить вместе. И, как обычно случается, кто-то кого-то и чем-то обидел...
В моем присутствии обиженная, не принимая во внимание искренних извинений обидчицы, спешила с горечью перечислить ей все ее недостатки и несовершенства и под конец со слезами воскликнула: "С первого же дня, когда ты переехала ко мне, я тогда уже увидела, что мне от тебя никакой пользы не будет"...
Эта заключительная фраза вскрыла все нутро обиженной. Она показала, что в основе мнимой дружбы были не взаимные дружеские чувства и любовь, а искания личной своей выгоды.
Искание своего - один из самых мощных факторов человеческой жизни. Есть на свете не мало людей, которые при всяком новом знакомстве стараются разгадать и определить в какой мере и в каком отношении это знакомство может быть использовано ими.
Совершенно иначе подходит к этому вопросу любовь. Любовь думает не о том, как бы использовать нового знакомого, а чем послужить ему, в каком-то отношении быть ему полезной?
К сожалению, личная выгода имеет неотразимое влияние на все людские взаимоотношения и решения. Все, что пахнет пользой, нам кажется вполне справедливым, разумным и логичным, а все противоречащее выгодам, пусть даже самое благородное и святое, представляется заведомо нелепым, нецелесообразным и ненужным. И прав был тот, кто сказал: "Человек, ищущий своего, извлекает пользу не только из своей личной нечестности и несправедливости, но также из честности и справедливости того, с кем он имеет дело".
Какая все же трагедия для человека, который отдавал все свои силы и всю свою жизнь на поиски "своего", а в конце земного пути убеждается в том, что этого-то "своего" у него никогда не было и нет. Из всего того, что он приобрел, накопил и чему отдавал себя, он не может ничего назвать воистину своим собственным, кроме своей бессмертной души. Ибо собственником всего его имущества является Господь, а сам он - только "управитель неверный" подотчетный Небесному Хозяину.
Блажен человек, который помнит, что сколько бы у него не было денег, домов, земель и всяких сокровищ, все сведется в конце пути к одному костюму, к одному гробу, к одной сырой могиле...
Блажен человек, искавший "горнего" и любовью своею стяжал себе "сокровища неоскудевающие на небесах". Блажен тот, кто высекал свое доброе имя в сердцах людей, а не на богатом, но холодном кладбищенском мраморе.
Жизнь, свободная от исканий своего, - жизнь самоотверженная, святая, вызывающая всеобщее уважение. Все ценят людей любвеобильных, прямых, открытых и честных.
Жизнь верующего, протекающая в любви Христовой, неотразимо очаровательна. Такая жизнь отображает собою неземную красоту, умиляющую сердца и распространяющую вокруг себя небесное благоухание.
Человек, преисполненный любовью к людям, подобен фруктовому дереву, которое приносит приятные и полезные плоды, но не для себя, а для всякого, кто желает протянуть руку и воспользоваться ими.
Истинный христианин живет для того, чтобы облегчать другим людям их непосильную жизненную ношу. Поэтому жить без любви Христовой в сердце так же не мыслимо для христианина, как немыслимо играть на скрипке без струн.
Искания своего порывают в нашей душе струны любви и делают нашу жизнь безотрадной, бесцельной и бесплодной; а все наши жертвоприношения Богу - оскверненными и неугодными. Богу угодны только такие жертвы, при которых мы отдаем частицу самих себя.
Самые богатые дары, принесенные Богу без участия нашего сердца, подобны жертвоприношению Каина. Ища пользы другого, нам надлежит делиться с ним тем немногим, что послал нам Господь.
Способны ли мы на это?
Борис Годунов при воцарении сказал, что он хотел бы поделиться с каждым бедным своей последней рубашкой и при этом бессознательно схватился рукой за ворот своей рубахи, покрытой жемчугом. Но бедные люди нуждаются не в наших благих порывах или громких и пустых декларациях и обещаниях, а в скромных и и простых проявлениях любви Христовой, обитающей в сердце подлинного христианина.
Искатель своего - человек замкнутый, обособленный, знающий только самого себя. Чужая беда, горе, нужда, опасность, гибель - к нему не относятся и его не касаются. Поэтому не удивительно, если на крик: "Пожар"! в больших аудиториях гибнут сотни душ, бросающихся к выходу и думающих только о собственном своем спасении, пренебрегая и не интересуясь судьбой всех остальных. Любовь, не ищущая своего, полагает жизнь свою за других.
Духовная жизнь Церкви укрепляется взаимной любовью и взаимной жертвенностью и парализуется взаимными исканиями своего. Человек, обладающий любовью, живет тысячью жизней, тогда как искатель своего живет только одной, -весьма низкой и жалкой.
Человек ценится по широте души, глубине сердца, святости мышления, чистоте характера, возвышенности своих исканий, жертвенной способности и обилию любви.
Некто сказал: "Лишь тот воистину велик, кто любовь имеет великую". И, действительно, жить интересами других людей и ради них жертвовать собою - вот в чем высшая степень любви и уподобления Богу.
Христос призывает христианский мир к такому христианству!
Желаешь быть таким христианином?

Иди к униженным,
Иди к обиженным -
По их стопам.
Где трудно дышится,
Где горе слышится, -
Будь первый там!

Н. А. Некрасов

20. Любовь и раздражение

"Любовь не раздражается..."
Раздражительность - это чувство острого недовольства; обида, явно выраженная; злость, пролитая чрез края сердца; искра запальчивости, могущая воспылать неугасимым пламенем душевного пожара; внезапное, кратковременное умопомешательство...
Раздражительность - одно из многих проявлений гнева. Горячность, вспыльчивость, раздражительность, злость, злоба, негодование, неистовство, неукротимость, ярость, бешенство - только плоды, растущие на древе гнева.
Одновременно гнев как таковой и все его плоды и проявления являются и "плодами плоти". Плодами плоти Св. Писание называет все то, что исходит не от Духа Святого, а из падшей, греховной природы человека (Гал. 5 гл.).
Здесь уместно напомнить, что Св. Писание различает два вида гнева: гнев Божий и гнев человеческий. Разница между гневом человеческим и гневом Божиим неизмеримо велика и очевидна.
Гнев Божий абсолютно свят, не причастен злу, всегда беспристрастный и никогда не выходящий из рамок Божественной любви, истины и справедливости, чего нельзя сказать о гневе человеческом.
Гнев человеческий может быть вызван уязвленным самолюбием, исканиями своего, гордостью, разрушенными планами, не осуществившимися целями, плотскими амбициями или несовершенствами и ошибками других людей.
Гнев Божий может прийти как следствие нарушения воли Божией, допущения греха: "И воспылал гнев Божий на Израиля"... "И воспламенился гнев Божий"... "Приближается гнев Божий"... "Господь страшен в гневе"... "Спасайтесь от грядущего гнева" - говорит Слово Божие.
Гнев же человеческий, напротив, может иметь своей причиной не нарушение воли Божией, а нашей собственной воли, о которой нельзя сказать, что она непременно совпадает с волей Божией. Есть немало людей гневливых, сварливых, требовательных, придирчивых, тяжелых... Они раздражаются в семье, в обществе, на работе, всегда и повсюду. У таких людей вспыльчивость и раздражение бывают вызванны чем угодно, кроме нарушений в их присутствии воли Божией. "Глупый раздражителен и самонадеян... У терпеливого человека много разума, а раздражительный высказывает глупость", - сказал Соломон (Прит. 14 гл.).
Гнев Божий не может быть продуктом эгоизма, как это обычно случается с гневом человеческим, Бог не может гневаться ради Себя Самого, ибо какой ущерб можем мы причинить Его Божественной Сущности? Бог гневается, преследуя интересы всего человечества, включая интересы того, на кого Он гневается.
Гнев Божий направлен к пресечению возрастающего в мире беззакония, к искоренению укоренившегося зла и нечестия. Они отвергли закон Господа Саваофа и презрели слово Святого Израилева; за то возгорится гнев Господа"! - предупреждает пророк (Ис. 5 гл.).
Гнев Божий сменяется на Божью милость и угасает, если человек кается и перестает грешить. "Я отлагаю то зло, которое помыслил сделать ему", - говорит Господь (Иер. 17 гл.).
Бог, будучи Существом абсолютно совершенным, изливая "ярость гнева Своего на народы", имеет для этого абсолютно справедливое основание и поэтому лишен малейшей возможности согрешить, тогда как человек, гневающийся всегда, стоит пред этой страшной опасностью.
"Гнев же человеческий не творит правды (справедливости) Божией" (Иак. 1 гл.). Посему, лучше же для нас вовсе не гневаться и не раздражаться, ибо раздражаясь, мы берем на себя великую ответственность пред Богом. Христос говорит об этом так: "Вы слышали, что сказано древним: не убивай, кто же убьет, подлежит суду, - а Я говорю вам, что всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду", и - "всякий, ненавидящий брата своего, есть человекоубийца" (Мат. 5 гл.; 1 Иоан. 3 гл.).
"Гневающийся напрасно"... Пользуясь словом напрасно, люди склонны оправдывать этим словом свой человеческий гнев; которому легко отыскать основания. Но Слово Божие называет всякий гнев человеческии напрасным, если гнев этот не вызван "печалью ради Бога", "ревностью по дому Божию" или негодованием ко греху, проникшему в Церковь. Всякое проявление гнева, вызванного всем чем угодно, кроме нарушения воли Божией или умаления славы Божией - греховно, предосудительно и напрасно.
К сожалению, гнев "напрасный" - гнев бесполезный, но весьма опасный для нас и болезненный для других. Поэтому сказано: "Будь медлен на гнев, медлен на слова... Не будь духом твоим поспешен на гнев, потому что гнев гнездится в сердце глупых" (Иак. 1 гл.; Еккл. 7 гл.).
"Любовь не раздражается..." Любовь не спешит гневаться, не торопится с резким ответом, не боится длительных пауз и знает истинную цену святого молчания. Любовь имеет контроль над своими чувствами и сильна самообладанием. На самый оскорбительный вопрос любовь дает кроткий ответ. Ее трудно выбить из обычной ее колеи, вывести из пресущего ей одной духовного равновесия.
Любовь можно сравнить с громадным котлом, который не так легко и скоро можно вскипятить, а человека раздражительного - с небольшой кастрюлькой. Отсюда поговорка: "Маленький чайничек быстро вскипает"!
Раздражительность - один из самых разрушительных пороков, часто превращающий великих людей в маленькие "чайнички" и ничтожные "кастрюльки"...
Иметь в семье раздражительного мужа или жену - это нескончаемая семейная драма, непрерывное терзание души.
Иметь раздражительного соседа, родственника, соработника или друга - значит быть каждую минуту готовым на печальные сюрпризы и всякого рода неожиданности.
Заботясь о людях, не подверженных еще этому виду зла, Слово Божие советует: "Не дружись с гневливым и не сообщайся с человеком вспыльчивым, чтобы не научиться путям его и не навлечь петли на душу твою" (Прит. 22 гл.).
Беда в том, что раздражительность не ограничивается только раздраженным, но перебрасывается, как пожар, на других людей. "Вспыльчивый человек возбуждает раздор", - говорит Соломон. Вспыливший возбуждает вспышку у окружающих, и тогда пламя гнева мгновенно удесятеряется. Взбесившаяся собака, искусав здоровых, превращает их в бешенных.
Человек вспыльчивый должен был бы знать, что гневаться опасно. Гнев, начавшийся обычной раздражительностью, неоднократно заканчивался криминальным делом, уголовным процессом и виселицей. Иван Грозный не думал и не хотел убивать сына, но в припадке гнева убил его. Всемирная история полна такими примерами. Раздражаться опасно. "Любовь не раздражается"; она вне этой опасности.
Раздражаться очень вредно, вредно для нашего здоровья. За 400 лет до Р. X. первый ученый медик, Гиппократ, заявил, что страх, гнев и ненависть подобны яду в крови человека.
Психофизиология, изучающая соотношение между психическими явлениями и физиологическими процессами, установила, что яд этот, о котором впервые говорил отец медицины Гиппократ, способен причинять язвы, артрит и другие болезни. Отсюда нет большего зла, какое противник способен был причинить нам, как то зло, какое мы причиняем сами себе нашим раздражением и ненавистью. Так что: Злой человек, разгневавшись, вредит другим, но прежде всего - самому себе.
Гнев, как ничто иное, отражается на нашем сердце, мозгах, системе кровообращения, нервной системе, на системе пищеварения и, вообще, на всем организме гневливца.
Ученые проделали такой опыт:
В отдельную комнату помещали кошку, где она, лежа под рентгеновыми лучами, спокойно переваривала недавно принятую пищу. Затем в эту же комнату внезапно впускали собаку. Испуганная кошка прыгала по стульям и столам, пыжилась и шипела. Сердце кошки усиленно билось, и процесс пищеварения приостанавливался на довольно продолжительное время. Не то ли самое происходит в организме испуганного или раздраженного человека!
Не менее пагубно гнев отражается и на нашем душевном расположении. Вспыльчивость никогда не сопровождается радостью и гневливость не приносит счастья. Раздражение нарушает внутренний мир и лишает семью согласия и гармонии. Гнев как буря в море; пока она не успокоится, многие пассажиры заболевают и вынуждены лежать в кабинах.
Больше того, гнев имеет свойство деформировать всего человека внешне и внутренне. Голос гневливца делается металлическим, повышенным; взгляд - злым, зверским; лицо - сперва багровым, а позже - бледным и перекошенным; руки - трясущимися; жесты - резкими; язык - "воспаленным от геенны"; слова языка как ядовитые жала ос, шмелей, и шершней, вонзающимися в самое сердце несчастной жертвы гневливца.
Человек, подверженный раздражению, - жалкое зрелище. Подобно эпилептику, он должен был бы вызывать у окружающих его не осуждение, а сострадание, но он не заслуживает сострадания, потому что отказывается от верного исцеления, предпочитая жизнь "по плоти" со всею ее распущенностью и разнузданностью.
Во многих случаях простая казалось бы вспышка раздражения настолько овладевает гневливцем, что помимо его воли переходит в ярость и бешенство. Обезумевший гневливец начинает бить посуду, ломать мебель, бросать вещи, вступает в драку и теряет всякий контроль над собою.
Говорят, что в наше время нет бесноватых... "когда-то были, а теперь перевелись"... А что же это как не самое обыкновенное беснование, как не одержимость демоном гнева, злобы и ненависти?
Гневаться не только вредно и опасно, но и грешно. Тем, кто обратились ко Христу и следуют за Ним, взявши свой крест, Слово Божие повелевает: "А теперь вы отложите все: гнев, ярость, злобу, злоречие, сквернословие уст ваших... совлекшись ветхого человека с делами его и облекшись в нового" (Кол. 3 гл.). Посему, всякий, кто не отложил "плодов плоти" и продолжает гневаться или раздражаться, живет в сознательном грехе.
Гневаться так же запрещено Богом, как запрещено сквернословить, лгать, воровать, любодействовать или убивать. Любовь Христова противоположна и несоответственна раздражительности, вспыльчивости, обидчивости, гневу и всему тому, что Несовместимо с характером Христа и высоким званием христианина.
Любовь не раздражается потому, что она весьма снисходительна к несовершенствам других людей и очень строга к своим собственным. Пред случайной ошибкой брата или сестры любовь стоит с двумя перстами на устах.
Совершенно иначе поступает в подобных случаях "плотской" христианин. Забыв о своих собственных недочетах, он возмущается теми, кто не поддаются его исправлению. Подобная ревность только нервирует молодых верующих, которые считают вправе спросить его: почему ты так беспощадно бичуешь наши ошибки, требуя от нас "хромлющих", чтобы мы "прямо ходили ногами нашими" когда и сам-то ты "хромлешь"? (Евр. 12 гл.).
Наконец, упомянем еще об одном ценном указании Слова Божия, относящемся к раздражению.
"Гневаясь, не согрешайте: солнце да не зайдет во гневе вашем; и не давайте места диаволу" (Еф. 4 гл.).
Правило возрожденного христианина - не гневаться и не согрешать. Ибо "пребывающий в Нем, не согрешает... Всякий, рожденный от Бога, не делает греха... но рожденный от Бога хранит себя, и лукавый не прикасается к нему" (1 Иоан: 3 гл:).
Но принимая во внимание тот факт, что даже рожденный от Бога не стал безгрешным и не лишился чувства гнева и. способности ошибаться, Слово Божие предусматривает случаи допущения несознательного греха, возможность покаяния, ходатайства Иисуса Христа и Божьего прощения. "Дети мои! сие пишу вам, чтобы вы не согрешали; а если бы кто и согрешил, то мы имеем Ходатая пред Отцем, Иисуса Христа Праведника: Он есть умилостивление за грехи наши" (1 Иоан. 2 гл.).
Человек гневающийся вряд ли может избежать греха. Опасность такого гнева в том, что человек гневается не на допущенный грех, а на того, кто этот грех допустил. Угроза гнева еще и в том, что, гневаясь, мы способны "дать место диаволу" и тем огорчить Духа Святого.
"Гневаясь не согрешайте!" Если гнев в сердце внезапно воспылал, запечатай мгновенно уста свои, "удержи язык твой от зла и уста твои от коварных слов" (Пс. 33). Пусть пламень гнева твоего не прорвется наружу. "Ибо все мы много согрешаем" особенно языком своим (Иак. 3 гл.).
Гневаясь, мы тем самым как бы разрешаем сатане сесть за руль и управлять нашим языком, чувствами и поведением. Мы полностью вручаем себя в руки того, кто ищет только удобного случая, чтобы погубить наш дух, душу и тело.
"Солнце да не зайдет во гневе вашем!" - повелевает Господь.
Почему мы обязаны освободиться от гнева до захода солнца?
По тем же причинам и основаниям, по каким человек, проглотивший нечаянно яд, должен немедленно принять противоядие и вспыхнувший внезапно пожар должен быть моментально залит водою.
Гнев, случайно проникший в сердце, не должен оставаться в нем долго, иначе он переходит в ненависть, а "ненавидящий брата своего есть человекоубийца".
Мы должны освободиться от чувства гнева до захода солнца еще и потому, что 12 часов времени вполне достаточно для того, чтобы осознать допущенный нами грех, раскаяться во грехе и примириться с нашим противником.
И, притом, стоит ли приглашать гнев к себе на ночлег и ради него жертвовать своим сном, страдать бессонницей? Слово Божие дает такой совет: "Поразмыслите в сердцах ваших, на ложах ваших и утешитесь!" (Пс. 4.). Взвесьте, вникните глубже во все то, что послужило поводом к гневу, и еще раз убедитесь, насколько все это ничтожно и суетно.
Кроме того, с заходом солнца день кончается. Кто из смертных уверен в том, что он увидит еще один лишний восход солнца? Умереть ночью, не исповедав греха и не примирившись с ближним, -кому не страшно умирать в подобном состоянии души и предстать пред Богом с раздраженным сердцем? Наш гнев, воспылавший на людей, может вызвать справедливый гнев Божий на нас.
"Любовь не раздражается"... Она воздерживается от всего того, что могло бы огорчить Господа или обесславить Его.
Пусть же молитвой каждого из нас будет:
Боже, не дай злым чувствам обессиливать мою душу. Не допусти, чтобы я умалял себя хвастовством, унижал себя ложью, позорил себя гордостью, осквернял себя грехом, расслаблял себя неверием... Научи меня одерживать постоянную победу над всеми притязаниями и проявлениями моей не вполне распятой еще плоти. Помоги ходить пред лицем Твоим со смиренным, радостным, благодарным и преданным Тебе сердцем. Пусть на всей моей жизни и деятельности лежит печать святости, серьезности, умиротворенности и абсолютной покорности Тебе. Ибо я жажду жить жизнью той подлинной любви Христовой, которая "не раздражается"...

21. Любовь и мышление

"Любовь не мыслит зла..."
Мышление - дар Божий, исключительная способность человека думать, размышлять, рассуждать, анализировать, сопоставлять явления, делать выводы, приходить к умозаключениям, предпринимать решения.
"Способность мыслить есть первая принадлежность и достоинство разумных существ", - сказал Белинский.
"Что же и составляет величие человека, как не мышление?" - спрашивает Пушкин.
Разумное мышление и осмысленное восприятие окружающей нас действительности - вот то, что отличает нас от всех других земных существ.
Головной мозг - орган нашего мышления. Но не все мысли являются продуктом ума. Ученые говорят, что большинство наших мыслей зарождается в сердце, подчиняя себе ум. Но бывает и так, что мысль, зародившаяся в мозгу, подчиняет себе сердце. Вот почему величайшее умственное превосходство в человеке может быть соединено иногда с величайшей низостью характера, а благороднейшим и святой характер может и не совмещаться с высокой интеллектуальностью.
Во всяком случае, весь человек в мыслях. Эта истина подтверждается Словом Божиим, говорящим: "Каковы мысли в душе человека, таков и человек" (Прит. 23 гл.).
"Твои мысли, твои думы - тень твоей души"...
Св. Писание различает два вида мышления: мышление духовное и мышление плотское.
Плотское мышление присуще всем людям вообще, а мышление духовное свойственно только людям, возрожденным от Слова Божия и от Духа Святого. "Ибо живущие по плоти о плотском помышляют, а живущие по духу - о духовном" (Рим. 8 гл.).
Мы часто говорим, что главное в подлинном христианстве - возрождение свыше, но здесь мы должны пояснить: главное в возрождении свыше -"перемена мышления".
Назначение покаяния, обращения ко Христу и принятия Духа Святого заключается именно в том, чтобы грешник, отвергнувши мышление плотское, в котором он раньше жил, принял мышление духовное. Бог обещал "возвратить... непокоривым образ мыслей праведников" (Лук. 1 гл.). И Бог выполнил Свое обещание. Он дает возрожденному человеку свою любовь, которая "не мыслит зла". До своего обращения ко Христу "все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время" (Быт. 6 гл.). После обращения же - "образ мыслей праведников"...
Психология как наука, исходящая из идеи добра и зла, тоже подразделяет мышление человека на позитивное и негативное, положительное или отрицательное.
Мы можем с уверенностью сказать, что личность человека зависит от образа его мышления. На вопрос, заданный одному греческому философу: "Какого цвета человеческая душа?", - мудрец не задумываясь ответил: "Душа человека окрашена в цвет его мыслей". Каждая мысль, на которой сосредоточивается человек, выражена ли она словами или еще нет, способствует созиданию и формированию его личности. Наше мышление, доброе или худое, - это тот материал, которым мы пользуемся или "для созидания себя в любви", или для созидании самих себя в эгоизме, зле и ненависти (Еф. 4 гл.).
В глубине каждой человеческой души есть то или иное сознание священного происхождения личности. Если сознание это устранено, личность человека принимает искаженные, уродливые формы и способна прийти к своему моральному распаду.
Негативное мышление, связанное с недовольством самим собою, самопрезрением, самооплакиванием часто приводит человека к душевному, нервному и психическому расстройству. Сумасшедшие дома и психиатрические больницы полны людей, тяготящихся самими собою, тщетно пытающихся уйти от самих себя и окружающей действительности в мир иллюзий.
Бог предоставил нам полное право и свободу избирать тот род мышления, какой нам нравится, идти тем путем, каким мы желаем, жить той жизнью, какая больше всего импонирует нам; но мы ответственны за последствия нашего выбора.
Негативное мышление влияет на наше физическое здоровье. Человек с негативным мышлением не может долго пользоваться своим здоровьем. Подпав разрушительному действию негативного мышления, он открывает широко двери для разных расстройств во всем своем организме. Мы способны убить свое тело нашим мышлением гораздо быстрее, чем пулей. Злобные мысли отравляют кровь хуже всякого смертоносного яда и часто приводят к разрыву сердца, кровоизлиянию в мозг и. т. п. Мышление органически связано со всем нашим существом. Один доктор сказал: "Со многими моими клиентами все в порядке, кроме их мышления. Они нуждаются не в лекарствах, а в здравом, созидательном, положительном мышлении. Благотворное мышление, воздействующее на их душу, принесло бы им больше пользы, чем любые пилюли, поступающие в их желудок".
Многовековой опыт свидетельствует также о том, что успехи и неудачи человека зависят от образа его мышления.
Любое дело, если оно начинается и ведется в духе негативного мышления, обречено на верную неудачу и провал. Конечно, никто не начинает дела с целью провала, но провал постигает человека как прямое следствие его отрицательного мышления. Негативное мышление приводит к негативному его отношению к делу и людям. У китайцев есть психологическая поговорка: "Не открывай лавченки, если у тебя не видно искренней, дружеской улыбки на лице"...
Каждое дело требует энтузиазма, веры в свой успех и эластичности. Но когда человек не верит в себя и не полагается полностью на Бога, когда он постоянно твердит самому себе: "все равно ничего не выйдет", - то ничего, конечно, и не выходит. Таков закон веры: "по неверию вашему и будет вам".
Никто не любит тех, кто на всех окружающих его смотрит осуждающими, злыми глазами и кроме негативной стороны ничего другого не видят в людях. Замаскированное недружелюбие, лукавое лицо, подозрительный взгляд не располагают людей к доверию и сотрудничеству.
Напротив, искренность, простота, великодушие обезоруживают любого незнакомца и располагают к себе. Среди всех сокровищ мира приятная, полноценная личность - самое драгоценное, что человек может иметь здесь на земле. Все любят людей со счастливой и духовно богатой душой; людей счастливых, услужливых, открытых и доступных; людей любящих и не мыслящих зла...
Будь таким именно человеком, и ты будешь всеми любим.
Из всего этого мы видим насколько важно Для нас иметь положительное мышление, которое предлагает нам Господь.
Наше счастье и наше несчастье - "внутрь нас есть". Поэтому не ищи причины твоей неудачно сложившейся жизни, - ты эта причина. Марк Аврелии сказал: "Жизнь всякого человека всегда такова, какой создает ее мышление этого человека". Ибо, как человек мыслит, так он чувствует, действует и живет.
Никто не может причинить нам большего вреда, чем тот вред, который мы причиняем сами себе, позволяя негативному мышлению отравлять наш'дух, душу и тело. Вот почему наша животрепещущая нужда в том, чтобы принять из рук Божиих дар благодатного спасения, которое делает нас "новой тварью", "новым человеком" и трансформирует нашу отрицательную личность в личность положительную, с новым мышлением, которое не мыслит зла.
Что значит не мыслить зла?
Это отнюдь не значит, что любовь бесчувственна, слепа и не реагирует на зло, на проявления зла. О, нет! Слушайте, как Христос порицает окружавшее Его зло: "Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры... горе вам, вожди слепые... безумные и слепые... Змеи, порождения ехиднины! Как убежите вы от осуждения в геенну?"
Не мыслить зла - значит никого не подозревать во зле, никого произвольно не обвинять во зле, никому не вменять зла, не сосредоточивать своего мышления на зле, не возгревать зла в душе своей, не замышлять людям зла, не говорить и не делать зла. Если мы о самих себе мыслим только одно доброе, то такое же доброе отношение мы должны применять и ко всем людям, без лицеприятия (Иак. 2 гл.). Если Божьи мысли и намерения о нас "мысли во благо, а не на зло, чтобы дать нам будущность и надежду", то не такими ли должны быть и наши мысли ко всякому, с кем мы встречаемся? (Иер. 29 гл.).
Как истинные христиане, мы должны бы иметь уважение, доверие и любовь ко всем людям уже потому, что уважение к другим укрепляет наше собственное самоуважение и вызывает в их сердцах уважение и доверие к нам. Попав в среду людей холодных и замкнутых, человек инстинктивно замыкается в самом себе, а, оказавшись в среде людей раскрытых, доверчивых, добрых, ласковых, сердце человека, как цветок под утренними лучами солнца, тоже раскрывается.
Мышление - источник великих подвигов и великих злодеяний. Человек не случайно переступает порог тюрьмы или направляется на каторгу. Где-то, когда-то в уме человека задродилась тайная мысль и, проникнув в сердце, там возгревалась. Но настал день, некогда посеянная мысль созрела, и жатва наступила. Посев был тайный, жатва -явной. Таков неумолимый закон мышления. Мышление - рассадник славы и позора, чистоты и нечестия, силы и бессилия, благополучия и ненужных страданий тела и терзаний души; основа жизни плодотворной или же - пустой и бессмысленной.
Перемените ваше мышление, и вы меняете вашу земную жизнь и вашу вечную участь. Мы бессильны избирать для себя те или иные обстоятельства, но Бог дал нам свободу избирать то мышление, от которого обстоятельства зависят.
Новое мышление - не плод наших человеческих потуг, а "плод Святого Духа", обитающего в нашем возрожденном свыше сердце.
Без чистоты сердца не может быть чистоты мышления. До тех пор, пока Дух Святой не овладеет нашим мышлением, мы неспособны владеть нашим языком, "обуздывать уста свои", удерживаться" от коварных слов" (Пс. 33). Без чистоты в сердце не может быть чистоты в жизни.
Мы способны возноситься своим мышлением до небес или низвергаться в бездну погибели, быть "царственным священством" или нечестивцами. "Господь испытует все сердца и знает все движения мыслей"... "Так говорит Господь: "Я знаю мысли их, которые они имеют... мысли их -мысли нечестивые"... (1 Пар. 28 гл., Ис. 59 гл.; Иер. 4 гл.).
Часто люди говорят в свою защиту: "Мы невластны над нашим мышлением и переменить его не можем". Кстати, Ф. Вольтер был одним из них, сказав: "Мы так же невластны над нашим мышлением, как и над нашим кровообращением".
Однако, говоря о духовных переменах в жизни грешника, мы отмечали уже, а теперь особенно подчеркиваем, что во всех этих переменах, невозможное для человека становится возможным Богу. Господь обещает дать нам новое мышление, говоря: "Вложу законы Мои в мысли их и напишу их на сердцах их" (Евр. 8 гл.). Бог производит эту перемену мышления в ответ на наше покаяние и оставление нашего старого мышления. Он повелевает: "Смой злое с сердца твоего, чтобы спастись тебе: доколе будут гнездиться в тебе злочестивые мысли?" (Иер. 4 гл.).
Мы не можем не мыслить; мы всегда мыслим, но о чем? Есть множество таких вещей, о которых мы стыдились бы кому-нибудь сказать, но мы не стыдимся о них думать. Но, Господь говорит: "Я знаю мысли их, которые они имеют" (Втор. 31 гл.). Зная это и проверяя свое мышление, царь Давид молится и говорит: "Кто усмотрит погрешности мои? От тайных моих очисти меня... Да будут слова уст моих и помышления сердца моего благоугодны пред Тобою, Господи!" (Пс. 18).
Мартин Лютер писал: "Мы не можем запретить птицам пролетать над нашей головой, но мы можем не позволить им вить гнезда на нашей голове. Мы не можем возбранить дурным мыслям пролетать в нашем мозгу, но мы не должны разрешать им оставаться, гнездиться и высиживать злочестивые поступки".
Конечно, эта истина не требует большого ума для того, чтобы понять ее; но одно дело понимать истину, и совершенно другое - поступать по истине, воплощать ее. "Чтобы умно поступать, одного ума мало", - сказал один из героев Достоевского.
"Любовь не мыслит зла"... Поэтому только те люди, в сердца которых "любовь Божия излилась Духом Его Святым", способны "не мыслить зла", жить в этой любви и пламенеть этой любовью.
Зная, насколько успех духовной жизни и служения зависят от мышления, ап. Павел побуждает верующих к тому, чтобы они тщательно следили за чистотой своего мышления. Он пишет: "О горнем помышляйте, а не о земном!" "Помыслите о Претерпевшем такое над Собою поругание от грешников".
"Наконец, братия мои, что только истинно, что честно, что справедливо, что чисто, что любезно, что только добродетель и похвала, о том помышляйте... Не заботьтесь ни о чем, но всегда в молитве и прошении с. благодарением открывайте свои желания пред Богом; - и мир Божий, который превыше всякого ума, соблюдет сердца ваши и помышления ваши во Христе Иисусе", Который "не мыслит зла"... (Фил. 4 гл.).

22. Любовь и худая молва

"Любовь не радуется неправде, а сорадуется истине".
Вопрос правды и неправды - основной вопрос человеческой морали и созидания человеческого характера. И то, как человек относится к истине и лжи, безошибочно определяет его духовную сущность.
Истина - противоположность неправде. Между истиной и ложью - непримиримое, резкое различие. Истина произошла от Бога, неправда -от диавола.
"Всяк про правду трубит, да не всяк правду любит", - говорит народная мудрость. И так уж повелось, что "люди более возлюбили тьму, нежели свет", и потому гораздо охотнее верят и сорадуются неправде, чем истине.
Для многих людей истина или правда -только относительные понятия, которые каждый может понимать по-своему. Они избегают и не хотят иметь истинного о них понятия, предпочитая жить под вечным вопросительным знаком: "Что есть истина?"

Где правда? В чем? Кто нам ответит?
Где свет?" - Не праздный ли вопрос?
Одна нам Правда в мире светит,
Ее на землю Бог принес.
Его ученье - Слово Света,
Все ложь, что вне Его Завета,
И все то правда, что - ХРИСТОС!

А. Круглов

"Любовь не радуется неправде". Любовь не находит никакого удовольствия в негативных, отрицательных вещах. Она верит всему доброму и скептически относится ко всему плохому, что слышит.
"Любовь сорадуется истине". Любовь радуется, если злые слухи оказываются ложными. Она радуется, когда правда берет верх и торжествует победу над ложью, неправдой и злом. Любовь радуется, когда истина Евангелия возвещается и принимается людьми, когда люди жаждут истины, ищут истину и по принципам истины живут.
Любовь не радуется неправде, - неважно, в чем бы эта неправда не заключалась и какие бы благие цели она не преследовала. "Всякая неправда есть грех". Все виды неправды - мерзость пред Господом. "Ибо мерзость пред Господом Богом всякий любящий и делающий неправду" (1 Иоан. 5 гл.; Втор. 25 гл.; Отк. 22 гл.).
Одним из таких видов неправды, самых разрушительных и тлетворных, является непроверенная худая молва о человеке.
Приходится поражаться иногда, как легко люди верят всякой худой молве, с какой бессомненностью принимают непроверенные слухи, с каким удовольствием, ревностью и злорадством передают все это другим, таким же порочным и легкомысленным людям.
Откровенно говоря, есть в мире особый род людей, именуемых сплетниками, клеветниками, наговорщиками, занятием которых является: сеяние зла, возведение напраслины, распространение худой молвы, измышление самых невероятных слухов. Они чувствуют себя неудовлетворенными до тех пор, пока не очернят человека,пока не обольют его измышленной ими грязью наглой неправды, пока не подорвут его безупречной репутации и не положат конец его карьере, выбросив его за борт нормальной жизни.
Добиваясь этой гнусной цели, клеветники вторгаются в общественную деятельность своей жертвы, в его профессию, религиозные убеждения, церковную активность, в его финансовые дела, жизненные планы, в его супружескую жизнь и в самые сокровенные личные или семейные тайны.
С исключительным коварством и подлостью эти люди шепчут на ухо каждому встречному о своих скандальных открытиях и догадках, умоляя их хранить сплетню в строгом секрете. Они заранее знают, что засекреченная напраслина разнесется с молниеносной быстротой и что об их сплетне никто, кроме базара, знать не будет...
С большой наглостью и бесстыдством эти слуги диавола распространяют свой наговор не только устно но и письменно. При помощи анонимных писем они заверяют получателя в том, что "только глубокая любовь к нему и доверие побудили их сообщить об этом печальном факте".
Сделав свое дело, они злобно радуются, что адский огонь вражды или мести зажжен и пылает, что сплетня, как смертоносный яд, передается из уст в уста, отравляя сердца многих.
Их злорадство подогревается еще и тем, что их жертва, на голову которой свалилась беда, и не догадывается даже, откуда и от кого исходит такая клевета и чья рука наносит ей неотвратимые удары, оставляя в душе кровоточивые раны.
Вот что делают клеветники. Гремучая змея имеет больше человечности, чем эти люди. Имея на конце хвоста роговые кольца, издающие при движении известные звуки, гремучая змея предостерегает человека о приближающейся опасности, но сплетники даже на это неспособны.
И. А. Крылов весьма удачно определил губительную роль клеветника в басне:

Клеветник и змея

Напрасно про бесов болтают,
Что справедливости они совсем не знают;
А правду тоже они нередко наблюдают:
И я пример тому здесь приведу.
По случаю какому-то в аду
Змея с клеветником в торжественном ходу
Друг другу равенства оставить не хотели
И зашумели,
Кому из них идти приличней наперед?
А в аде первенство известно тот берет,
Кто ближнему наделал больше бед.
Так в споре сем и жарком и немалом
Перед змеею клеветник
Свой выставлял язык;
А перед ним змея хвалилась жалом;
Шипела, что нельзя обиды ей снести
И силилась его переползти.
Но Веельзевул не потерпел того:
Он сам тотчас же за него вступился
И осадил назад змею, сказав:
"Хоть я твои заслуги признаю,
Но первенство ему по праву отдаю.
Ты зла, твое смертельно жало;
Опасна ты, когда близка;
Кусаешь без вины (и то немало),
Но можешь ли язвить ты так издалека,
Как злой язык клеветника,
От коего нельзя спастись ни за горами,
Ни за морями?
Так значит, он тебя вредней:
Ползи же ты за ним
И будь вперед смирней.
С тех пор клеветники в аду
Почетней змей...

Задача "клеветника братии" наших заключается в том, чтобы выдать ложь за истину, - за достоверный факт, а подлинную правду извратить и до неузнаваемости запачкать.
Но слава Богу! Любовь обладает удивительной способностью распознавания; она интуитивно определяет, где неправда и где истина? Это дар от Бога. Лермонтов писал: "Есть чувство правды в сердце человека - святое вечности зерно".
Любовь не радуется, когда человек попадает в беду по неосторожности, по неопытности, по наивности, чрезмерной доверчивости, наговору, доносу или клевете.
Любовь не радуется, видя, как сатана заводит людей в омут греха, в пучину горя, в безвыходный тупик, приводит их к разочарованию и отчаянию, дико посмеиваясь над их невежеством и глупостью.
Любовь не верит худым слухам, не проверив лично их источника и не установив их достоверности. Любовь "не принимает поношений на ближнего своего" (Пс. 14).
Любовь не радуется злу, когда оно постигает кого-либо и не предсказывает: "Это только ягодки, только начало... вот увидите... не то еще будет".
Короче говоря, любовь не злорадствует. Но, напротив, любовь в таких случаях преисполняется особым милосердием и состраданием к потерпевшему.
Возьмем для примера такой исторический случай.
Кайзер Вильгельм Второй проиграл войну. Его объявили главным виновником мировой трагедии, унесшей в вечность миллионы невинных людей. В замок, где он был заключен, ежедневно плыл поток злобы. Со всех концов Германии, из всех стран мира шли письма, выражавшие ему самые жуткие пожелания, угрозы, негодование, проклятия и злорадство.
Несчастный старик, потерявший все, включая жену и друзей, рубил от скуки деревья в прилегающем к замку парке и... читал злосчастные письма.
В один из таких безотрадных дней кайзер прочитал письмо, которое коснулось его озлобленного и закрытого сердца и вызвало невольные слезы.
Какая-то милая дама, жившая в захолустье Пруссии, писала ему приблизительно следующее: "Ваше императорское величество! Вы натворили немало беды, и люди имеют полное основание негодовать на Вас за это; но я, лично, не разделяю ни их чувств, ни их отношения к Вам. Для меня Вы все еще тот же самый, наш прежний кайзер, которого я с молодости привыкла любить и по-прежнему высоко ценю, безутешно скорблю о нем и вместе с ним душевно страдаю и. т. д."
Изумленный таким содержанием письма, кайзер не мог успокоиться до тех пор, пока не добился встречи с нею, и вскоре женился на ней. Этот исторический факт подтверждает правдивость слов И.С.Тургенева: "Порицать имеет право только тот, кто любит".
Другим видом неправды, с которым любовь не может ни мириться, ни "сорадоваться" является негативное суждение о человеке.
Мы знаем людей в большинстве случаев не лично, а понаслышке. И блажен тот человек, который успел уже убедиться в том, что никто из смертных и наполовину не так уж плох, как судят о нем люди или как отзываются о нем его противники.
Нередко об одном и том же человеке разные люди могут иметь разные мнения и в суждениях своих по-разному ошибаться.
Слово Божие говорит, что нет людей совершенных и что даже пророки и священники "в видении ошибаются и в суждении спотыкаются"... что человек может быть "преисполнен суждениями нечестивых" (Ис. 28 гл.; Иов. 36 гл.).
Очень часто высказываемое нами мнение о человеке начинается похвалой, а кончается самым грубым осуждением. Где причина? Причина в отсутствии любви. Некто сказал: "Там, где любовь жиденькая, ошибки другого кажутся очень густыми, а там, где любовь густая, ошибки кажутся жиденькими". Слово Божие предостерегает нас против ошибочных суждений о людях, говоря: "Суждение и осуждение - близки" (Иов. 36 гл.). Там, где нет подлинной любви в наших суждениях о человеке, граница между суждением и осуждениям легко сглаживается и нарушается.
Итак, любое наше мнение о человеке зависит, главным образом, от духовного состояния нашего сердца и степени нашей любви к этому человеку. Бывают случаи и таких немало, когда суждение о человеке, высказанное без любви, оказывается неточным, неверным и не соответствующим настоящей правде.
Вряд ли мы ошибемся, если скажем, что всякое осуждение, которое мы выносим нашему ближнему, всегда будет неверно. Ибо для воистину справедливого суда требуется Божественная справедливость, которой мы, люди, к сожалению, не обладаем. Не поэтому ли Бог лишил нас этого права, сказав: "Не судите, и не будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены" (Лук. 6 гл.). "Вы судите по плоти, Я не сужу никого", - сказал Спаситель. Но,

Так устроены уши и очи,
Что себя мы не видим, не слышим,
А другого и в сумраке ночи
Разглядим и жестоко обидим.

Нам трудно согласиться с тем, что "мы знаем только отчасти", и суждения наши о любом человеке весьма неполны и наши способности для правильной оценки человека ограничены. Судя о человеке, мы вынуждены иногда иметь дело только с отдельными его поступками, а не характером человека. Не будучи сердцеведцами, мы не можем безошибочно определять и устанавливать те скрытые мотивы, которыми человек руководился в своих словах, чувствах, поступках или поведении.
Наше суждение о поведении человека, в том или ином случае, иногда основано на сведениях, полученных из вторых рук, пришедших к нам уже не в меру преувеличенными или преуменьшенными.
Больше того, мы можем стать очевидцами того или иного случая или происшествия и при всем этом грубо ошибиться в своем суждении о всем виденном. Вспомним, например, случай из Библии. Первосвященник Илий "смотрел на уста Анны (матери Самуила) и как она молилась в сердце своем, а уста ее только двигались, и не было слышно голоса ее, то Илий счел ее пьяною".
Наблюдавший за Анной Илий был убежден в том, что Анна была не в трезвом виде, в то время как она не прикасалась ни к чему спиртному. Анна сказала в свое оправдание: "Я - жена, скорбящая душою, вина и сикера я не пила, но изливаю душу мою (в молитве) пред Господом" (1 Цар. 1 гл.).
Возьмем второй случай. В памятный день сошествия Святого Духа на апостолов многие, "слыша их, насмехались и говорили: они напились сладкого вина" (Деян, 2 гл.). Эти очевидцы тоже все до одного ошиблись.
Наконец, многие Иудеи слышали собственными ушами, как Христос сказал: "Разрушьте храм сей, и Я в три дня воздвигну его". Они слышали это, но превратно поняли слышанное ими. Иудеи думали, что Христос намеревается разрушить храм иерусалимский, тогда как Он имел в виду Свое распятие и смерть, "а Он говорил о храме Тела Своего", - поясняет ап. Иоанн (Иоан. 2 гл.).
Всякое превратное суждение о человеке -неправда, а если оно высказано пред другими -лжесвидетельство (Мат. 26 гл.).
Известный римский историк Светоний, родившийся в 65 году по Р. X., многократно упоминающий в своих творениях о гонениях на христиан, об изгнании евреев из Рима, при Клавдии (Деян. 18) и т. п., написал книгу, в которой изложил жизнеописание 12 цезарей, не сказав ни об одном из них ничего худого.
Он не сказал худого, не потому что у 12 цезарей ничего худого не было, а потому вероятно, что о худой, негативной стороне этих персонажей другие историки позаботились.
Будем следовать в этом отношении хорошему примеру Светония. Если ты говоришь кому-то о человеке, перечисляй всегда то доброе, которое ты в нем видишь, и не больше. Предоставь "удовольствие" худым людям перечислять все то худое, которое они так долго и так старательно собирали о нем. Не будь "сосудом для низкого употребления" (2 Тим. .2 гл.). "Если ты не имеешь ничего доброго сказать о человеке, не говори о нем вовсе", - советует народная мудрость.
Любовь не мыслит неправды, ни о ком не говорит неправды, ни от кого не принимает неправды, никому не передает неправды, не радуется неправде, не боится неправды, сражается с неправдой и побеждает неправду.
Человек, преисполненный любви Христовой, "не убоится худой молвы; ибо сердце его твердо, уповая на Господа..." (Пс.111).
Господь Сам испытал на Себе ложность человеческих о Нем суждений, как написано: "И много толков было о Нем в народе; одни говорили, что Он добр, а другие говорили: нет, но обольщает народ" (Иоан. 7 гл.).
На это Господь сказал: "Вы судите по плоти, Я не сужу никого; а если и сужу Я, то суд Мой истинен, потому что Я не один, но Я и Отец, пославший Меня" (Иоан. 8 гл.).
Дерзнем ли мы сказать то же самое и о своих суждениях и осуждениях? Если же нет, тогда воздержимся от ложных умозаключений, скороспелых приговоров и безапелляционных вердиктов.

Не осуждай затем, что все мы - люди,
Все слабы, немощны, окутаны грехом.
Волнуют страсти наши груди,
В грехе родимся и живем.

Не осуждай... Чтоб ближних быть судьею,
Спроси у совести: ты сам-то лучше ль их?
О, брат! Кто точно чист душою,
Тот благ к погрешностям других.

Не осуждай... Ведь слову нет возврата;
Смотри, чтоб, как сказал Спаситель, неравно
Увидишь спицу в глазе брата,
А проглядишь в своем бревно.

Не осуждай... затем, чтоб обличеньем
Не пал бы на тебя тот камень с высоты,
Тяжелый камень осужденья,
Который в брата бросил ты.

Не осуждай, что люди злы душою!
Их жизнь сама бывает часто зла,
Сперва узнай, какою их стезею
Она к погибели вела.

Не осуждай! Дерзнешь ли поручиться,
Что ты пристрастием не будешь увлечен?
Не осуждай! Ты можешь ошибиться...
Не осуждай, - не будешь осужден!

К. К. Р.

23. Победа любви

"Любовь все переносит".
Из всех свойств "новой" человеческой природы любовь - самое светлое, самое возвышенное, могущественное и всепреодолевающее свойство, свойство, присущее Самому Богу. "Ибо мы соделались причастниками Божеского естества" (2 Петр. 1 гл.).
"Вы примете силу, когда сойдет на вас Дух Святой", - обещал Христос ученикам. И эту силу Святого Духа, силу Его любви, ученики получили в памятный день сошествия Святого Духа на апостолов. Эту же Божественную энергию приняли и мы в тот момент, когда мы обратились ко Христу и "любовь Божия излилась в сердца наши Духом Его Святым... Ибо от Божественной силы Его даровано нам все потребное для жизни и благочестия..." (2 Пет. 1,3).
Что такое любовь, как не "Божественная сила", "Божеское естество", Его благодатное свойство в действии?
Кто мы, христиане, как не причастники этой любви и силы?
Сущность нашего христианства - любовь. Любовь - секрет нашей постоянной духовной победы. "Благодарение Богу, Который всегда дает нам торжествовать во Христе и благоухание познания о Себе распространяет нами на всяком месте" (2 Кор. 2 гл.).
Любовь, пребывающая в нашем сердце, меняет направление и характер всех проявлении нашей жизни. Любовь озаряет наш земной путь. Любовь облегчает любое наше бремя и услаждает любое огорчение. Любовь угашает пожар ссоры и претворяет вражду в мир и печаль в радость. Любовь исцеляет нанесенные нам сердечные раны и удаляет боль. Любовь исторгает жало мести, все прощает, все забывает и ничего не вспоминает.
С любовью нет бесцельности и бессилия, а без любви нет ни цели, ни силы.
С любовью нет бедности и скудости, а без любви нет довольства и богатства.
С любовью нет тоски и одиночества, а без нее нет ни дружбы, не общения, ни счастья.
"Любовь все переносит, все преодолевает, за все благодарит. Любовь не ропщет на свою судьбу, на тяжесть креста. Она может изнемочь под его тяжестью и даже пасть, теряя сознание, но тут же подняться и, устремив взор свой к небу, продолжать свой путь. Любовь все побеждает.
Любовь не бежит позорно с поля битвы, не сдает занимаемых ею духовных позиций и никогда не капитулирует пред своим врагом. Любовь бесстрашно и самоотверженно сражается до того момента, пока "Вождь Воинства Господня" отзовет ее "во облаци заочны", в сферы "недосягаемые для противника"... Любовь все переносит, все побеждает.
Мы должны согласиться с тем, что Сам Христос, сражаясь с диаволом, главную Свою победу одержал ни в жизни, а в смерти; не в пустыне и. не в Гефсимании, а на Голгофе. Только там Он сокрушил главу змия и смертию смерть попрал. Мы, христиане, как "воины Христовы" тоже призваны бороться до победного конца... "но под борьбой мы понимаем - не убивать, а умирать!" Любовь все переносит, даже смерть, ибо в натуре любви есть постоянная готовность жертвовать собой. "Ибо, кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее; а кто потеряет душу свою ради Меня и Евангелия, тот сбережет ее" (Map. 8 гл.), -в этом наша верная победа. "Не щади самого себя - все преодолеешь, все победишь", - ободрял сильный христианин слабого друга в эпоху римских гонений.
Любовь встречает на своем пути множество трудностей: постоянную озлобленность и нападки сатаны; различные соблазны мира сего; коварство врагов Евангелия, "подавляющих истину неправдою"; худые замыслы лжебратий, непонимания плотских верующих, ежедневная война с собственной плотью и с "духами злобы поднебесной". Господь посылает нам во всех случаях борьбы "достаточно Своей благодати" и помогает "все преодолевать" Его силою.
С каждым человеком у сатаны двоякая задача, В начале он обольщает человека суетой мира сего и старается не допустить грешника к духовному прозрению, покаянию, обращению, но когда грешник все же покаялся и обратился ко Христу, тогда все старания лукавого направляются уже к тому, чтобы тормозить его духовный рост, нарушать его общение с Богом, парализовать его служение.
У христиан древнеапостольской церкви, видевших такое множество преград в следовании за Господом, возникали сомнения и вопросы: хватит ли у них на все это духовных сил? устоят ли они на узком пути или нет? победят ли они или окажутся побежденными?
Зная их переживания, ап. Павел неоднократно заверяет их в том, что Любовь Христова "вчера, сегодня и вовек та же" и что, пребывая в этой любви, мы непобедимы. Любовь Господня - "крепкая башня: убегает в нее праведник - и безопасен" (Прит. 18 гл.).
Рассуждая по-человечески, у каждого из смертных есть нечто, чего он не переносит... Мы нередко слышим: "Я не снес бы этого"... или: "Я не переношу его, смотреть на него не могу" и т. п. Но любовь может все перенести и легко переносит.
От силы нашей любви зависит размах всей нашей жизни и наша способность переносить. Мы только так много переносим, как много мы любим. Кто вовсе не любит, тот ничего вовсе не переносит.
Любовь все переносит и все побеждает своим исключительным терпением, - "терпением Христовым"... "Претерпевший до конца спасется", победит.
Любовь все побеждает своей верой. Любовь "всему верит", что Бог сказал: верит, что все приходит к нам от Бога и что "все содействует ко благу любящим Его (Рим. 8 гл.).
Любовь все переносит своей неподражаемой выносливостью. Грозные волны зла, вал за валом, с шумом низвергаются на нее, но она, как морской утес, несокрушима. Она все переносит покорно, спокойно и безмолвно.
Любовь все переносит и побеждает своей надеждой. Любовь "всего надеется" и всегда надеется. Любовь никогда не отчаивается и, уповая на помощь Божию., предвкушает скорую победу.
Желая заверить возрожденных детей Божиих во всех этих истинах, ап. Павел ставит им целый ряд вопросов:
"Что же сказать на это? Тот Который Сына Своего не пощадил, но предал Его за всех нас, как с Ним не дарует нам и всего?... Кто отлучит нас от любви Божией: скорбь, или теснота, или гонение, или голод, или нагота, или опасность, или меч?"
Слово "отлучить" в греческом подлиннике (xorizo) означает - разъединить, нарушить единство, разлучить, расторгнуть. Этим же словом Христос пользуется, говоря о расторжении супружеского союза: "Итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает" (Map. 10 гл.).
Касаясь нерасторжимости брака, ап. Павел поясняет, говоря: "Тайна сия велика; я говорю по отношении ко Христу и к Церкви... двое одна плоть"... Мы сочетались со Христом, вступили с Ним в вечный завет, стали членами Тела Его, "плотью от плоти Его и костью от костей Его" (Еф. 5 гл.).
Христос - воплощенная любовь! - мы, верующие, неразлучны с этой любовью. "Пребудьте во Мне, и Я пребуду в вас"... "Пребудьте в любви Моей", и победа вам обеспечена.
Апостол приводит дальше целый список тех духовных врагов, которые попытаются отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе; с которыми христианину приходится встречаться, вступать в сражение, стоять против их всесокрушительных натисков, переносить все тяготы решающего боя и "все преодолевая" побеждать "силою Возлюбившего нас".
"Кто отлучит нас от любви Божией, - скорбь?..." - Нет, скорбь не может отторгнуть нас от любви Христовой. Он Сам предупредил нас об этом, говоря: "В мире будете иметь скорбь, но мужайтесь, Я победил мир!" "Многими скорбями надлежит вам войти в Царствие Божие".
Скорби безошибочно определяют искренность или ложность нашего обращения ко Христу. "Павшее зерно на каменистую почву означает того, кто слышит Слово Божие и тотчас с радостью принимает его, но когда наступает скорбь или гонение за слово, тотчас соблазняется..." (Мат. 13 гл.). Таков Божий метод отсева чистого зерна от легковесной мякины.
Многие наши скорби угодны Богу и служат к славе Божией. "Ибо то угодно Богу, если кто, помышляя о Боге, переносит скорби, страдая несправедливо" (1 Петр. 2 гл.).
Наши скорби приходят к нам по воле Божией, но большинство наших скорбей - нашего собственного Изготовления, "ибо корень всех зол есть сребролюбие, которому предавшись, некоторые уклонились от веры и сами себя подвергли многим скорбям" (1 Тим. 6 гл.).
Господь назван в Писании: "Муж скорбей, изведавший болезни". "Он защита наша во время скорби" (Пс. 36; Ис. 53 гл.). Господь желает, чтобы в скорбях наших мы обращались за помощью и утешением не к людям, а непосредственно к Нему: "Призови Меня в день скорби; Я избавлю тебя, и ты прославишь Меня" (Пс. 49).
Христианин не капитулирует пред скорбями. Великие скорби в жизни обыкновенных людей сделали их великими мужами Божьими. Скорби делают человека духовного еще более чистым и святым человеком, а неверующего - еще более ожесточенным, отвратительным, злым. Нет! Скорбь не отлучит нас от любви Божией!
"Кто отлучит нас от любви Божией - теснота?..." - Нет! Подлинный христианин не боится тесноты, трудных обстоятельств, безвыходности и безнадежности положения. Многие из детей Божиих оказались в тесноте, но воззвали к Господу, и Он вывел их на простор. Давид был одним из них. Свидетельствуя об этом, он говорит: "Объяли меня болезни смертные, муки адские постигли меня; я встретил тесноту и скорбь. Тогда призвал я имя Господне: Господи! избавь душу мою!" -И Господь избавил. "Из тесноты воззвал я к Господу, и услышал меня, и на пространное место вывел меня Господь!" (Пс. 114 и 117).
"Кто отлучит нас от любви Божией - гонение?..." - Нет! Если мы преисполнены любви к нашему Господу, гонение тоже не устрашит и не отлучит от Него.
Для христианина гонения - естественны и неизбежны. Господь сказал: "Меня гнали, будут гнать и вас"... "Рожденный по плоти гонит рожденного по духу"... "Да и все, желающие жить благочестиво, будут гонимы" (Фил. 1 гл.; 2 Тим. 3 гл.)
Христос обещает гонимым за Имя Его не только великую награду на небесах, но и особое блаженное переживание на земле, говоря: "Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески несправедливо злословить за Меня; радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах" (Мат. 5 гл.).
"Блаженны изгнанные за правду"... (Эти слова автор прочитал в Риме, на кладбищенском памятнике полковника Пашкова, который проповедовал Евангелие среди представителей тогдашнего высшего общества и был выслан царским правительством за пределы России.)
Лучшие служители Евангелия подверглись гонениям и удостоились мученической смерти. Первые христиане считали для себя высокой честью оказаться в сонме мучеников. "Они испытали поругания и побои, а также узы и темницу, были побиваемы камнями, перепиливаемы, подвергались пытке, умирали от меча, скитались в милотях и козьих кожах, терпя недостатки, скорби, озлобления; те, которых весь мир не был достоин, скитались по пустыням и горам, по пещерам и ущелиям земли" (Евр. 11 гл.). "Ибо нам дано ради Христа не только веровать в Него, но и страдать за Него" (Фил. 1 гл.).
Посему, "благословляйте гонителей ваших; благословляйте, а не проклинайте" (Рим. 12 гл.).
"Кто отлучит нас от любви Божией - голод?..." Голод - немаловажное стихийное бедствие, и Библия отводит ему много места.
Живя в мире, мы подвергаемся бедствиям и скорбям этого мира; Наше уверование и следование за Христом отнюдь не является страховкой от голода или голодной смерти. Многие мужи веры прошли путем длительного голода, но остались верны Господу: "Мы в бесчестии, даже до ныне терпим голод и жажду, и наготу и побои, и скитаемся, и трудимся, работая своими руками", -пишет ап. Павел. "Я научился быть довольным тем, что у меня есть: умею жить и в скудости, умею жить и в изобилии; научился всему и во всем, насыщаться и терпеть голод, быть и в изобилии и в недостатке" (1 Кор. 11 гл.).
Ап. Павел не чуждался превратностей земной жизни и не тяготился ими, когда они постигали его. Древний мудрец сказал: "Я человек, и ничто человеческое мне не чуждо". Ап. Павел сказал больше: "Все могу в укрепляющем меня Иисусе Христе" (Фил. 4 гл.).
Многие верующие христиане испытали в своей жизни верность Божию в выполнении своих обетовании: "Не допустит Господь терпеть голод душе праведника"... "Вот око Господне над боящимися Его и уповающими на милость Его, что Он душу их спасет от смерти и во время голода пропитает их"... Они "не будут постыжены во время лютое, и во дни голода будут сыты". Давид свидетельствует о том, что Бог не остается безучастным к переживаниям людей, уповающих на Него и говорит: "Я был молод и состарелся и не видел праведника оставленного Богом и детей его просящими хлеба". Никто из мужей Божиих не боялся, что голод отлучит его от любви Божией. "Ты был мне защитой и убежищем в день бедствия моего", - говорит Давид, и мы верим, что Он будет и нашим убежищем в "день бедствия "нашего... (Пс. 58).
"Кто отлучит нас от любви Божией - нагота?..." Не легко бывает человеку лишиться нормальных условий жизни, потерять вдруг все до нитки, остаться нагим. Конечно, в подобных случаях легче всего возроптать и поколебаться в вере, чем последовать примеру многострадального Иова. Выслушав четырех грозных вестников о постигшей его трагедии, Иов "встал и разодрал верхнюю одежду свою, остриг голову свою и пал на землю и поклонился и сказал: наг я вышел из чрева матери моей, наг и возвращусь. Господь дал, Господь и взял; да будет имя Господне благословенно!"
Ап. Павел и Сила вспомнили, вероятно, об Иове, когда "народ в Филиппах восстал на них, а воеводы, сорвавши с них одежды, велели бить их палками и, давши им много ударов, ввергли в темницу, приказавши темничному стражу крепко стеречь их. Получив такое приказание, он ввергнул их во внутреннюю темницу и ноги их забил в колоду. Нагота, побои, колоды отразились на их физическом состоянии, но они не лишили апостолов тесного общения со Спасителем. "Около полуночи Павел и Сила, молясь, воспели Бога" (Иов. 1 гл.; Деян. 16 гл.).
Голод, нагота, побои, стужа и темница не были исключительным случаем в жизни апостолов, имевшим место только в Филиппах. Ап. Павел писал позже: "Ибо я думаю, что нам, последним посланникам, Бог судил быть как бы приговоренными к смерти; потому что мы сделались позорищем для мира, для ангелов и человеков... даже доныне терпим голод и жажду, и наготу и побои... в труде и в изнурении, часто в бдении, в голоде и жажде, часто в посте, на стуже и в наготе" (1 Кор. 4 гл. и 11 гл.).
Нет! Нагота не отлучит нас от любви Божией.
Не сказал ли Господь: "Не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело - одежды?... Итак не заботьтесь и не говорите: "что нам есть?" или "что пить?" или "во что одеться?" (Мат. 6 гл.).
"Кто отлучит нас от любви Божией - опасность?..." Всякая опасность инстинктивно вызывает страх и понуждает человека думать, как избежать опасности или как преодолеть ее?
Жизнь апостола Павла изобиловала опасностями и угрозами.
В Дамаске, где Павел обратился к Господу и начал свидетельствовать об Иисусе воскресшем Сыне Божием, иудеи согласились убить его, сделав засаду у городских ворот, но ученики ночью, взявши Павла, спустили его по стене в корзине... и он избежал их рук (Деян. 9 гл.).
С этого счастливого момента избавления и до конца его земного служения Господу Павел, как он пишет, "был в трудах, безмерно в ранах, более в темницах и многократно при смерти. От Иудеев пять раз дано мне было по сорока ударов без одного; три раза меня били палками, однажды камнями побивали, три раза терпел кораблекрушение, ночь и день пробыл во глубине морской; много раз был в путешествиях, в опасностях на реках, в опасностях от разбойников, в опасностях от единоплеменников, в опасностях от язычников, в опасностях в городе, в опасностях в пустыне, в опасностях на море, в опасностях между лже-братиями". Господь мог бы не допустить этих опасностей в жизни апостола, но тогда он не видел бы "силы Божией", способной проявляться в его "немощах", Бог послал нужную для апостола благодатную силу, чтобы он мог "все преодолевши, устоять".
"Но Господь сказал мне: довольно для тебя благодати Моей, ибо сила Моя совершается в немощи"... "Посему я благодушествую в немощах, в обидах, в нуждах, в гонениях, в притеснениях за Христа" (2 Кор. 11 гл. и 12 гл.).
Итак, опасность не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе!
"Кто отлучит нас от любви Божией - меч?" Конечно, слуги Господни, оставаясь верными Ему до конца, могут умереть и от меча, как умер, например, Иоанн Креститель "от меча Ирода" или, как Павел, "от меча" Нерона, как умирали многие мученики древнеапостольской Церкви, средневековой инквизицией или как умирают жертвы современного "искоренения религии". Но замучить человека, отрубить ему голову за его убеждения, отрезать ему язык, вовсе не значит победить его, переубедить его, освободить его от религиозных убеждений, отлучить его от любви Божией, которую он имеет в сердце.
Мы побеждаем врага, когда вместо позорного бегства стремительно идем к нему навстречу и уповаем на любовь Божию и благодать Христову, которые с нами. Наша победа - победа света над тьмою, истины над ложью, любви над злом и ненавистью.
Христианин знает, что там где есть вера в победу, там найдется и сила для победы. Там где есть надежда на помощь Божию, ведущую к победе, там будет желание победы и предвкушение благодатной победы. Там где есть любовь, там будет правильный мотив к победе и благословенные плоды победы.
Итак, нет такого меча или другого вида насильственной смерти, которые могли бы отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе.
Павел был глубоко убежден в том, что сатана никогда не будет способен отковать такого меча, который отсекал бы нас от Тела Христова, членами которого мы, по благодати Его, являемся.
Предсказывая грядущий триумф Христовой любви, апостол Павел восклицает: "Ибо я уверен, что ни смерть, ни жизнь, ни ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе!"
Вечная победа любви обеспечена уже потому, что "Любовь все переносит".
232

24. Бессмертие любви

"Любовь никогда не перестает..."
Любовь Божия - безначальна и бесконечна. Любовью все создано, и на Его любви все стоит, "ибо мы Им живем и движемся и существуем" (Деян. 17 гл.).
"Любовь никогда не перестает, никогда не прекращается, не умирает. Любовь вечна, ибо любовь бессмертна.
Мы бессмертны, потому что созданы бессмертной любовью, созданы для бессмертной любви. Поэтому наша бессмертная душа не может удовлетвориться ничем временным, ничем меньшим, кроме вечной и совершенной любви Божией, ищущей нашего вечного блаженства. Бог говорит нашей душе: "Любовью вечною Я возлюбил тебя и потому простер к тебе Мое благоволение... Вот Я начертал тебя на дланях Моих" (Иер. 31 гл.; Ис. 49 гл.).
И наша бессмертная душа, искупленная Христом, отвечая Ему, говорит: "Господи! Ты все знаешь! Ты знаешь, что я люблю Тебя" (Иоан. 21 гл.).
Говоря о нашей взаимной любви ко Христу, , мы не смеем даже помыслить о каком-то сопоставлении. Как бы горячо мы не любили Его, мы всегда сознаем и глубоко переживаем, что мы не любим Его достаточно.
Конечно, мы никогда не можем проявить ко Христу той любви, какую Он проявил к нам; проявить той любви, какой Он достоин и заслуживает. Но это не значит, что мы готовы пасть духом. О, нет! Мы стремимся любить Его всем сердцем и всем нашим существом, настолько мы можем, даже и там, где мы не в силах любить Его, насколько мы должны.
Не приходится оспаривать, что физическое блаженство нашего тела - в здоровье; блаженство ума - в познании истины; а блаженство души -в любви Божией. И нет большего утешения для наших часто усталых и нередко разуверившихся и разочаровавшихся сердец, как непоколебимая уверенность в том, что Бог нас любит, и нет высшего блаженства, как питать свою горячую любовь к Нему.
В этом смысле слова Гёте: "Какое счастье быть любимым, какое счастие любить", - следует понимать как любовь между искупленной душою и ее Искупителем.
Все мы кого-то любим и кем-то любимы, но всякая такая любовь только временна, только до известного срока, момента и смерти и может превратиться в целый ряд случаев обольщения, увлечения и разочарования. Но совершенно другое переживает искупленный, вверив себя милосердному Богу любви; любви, которая не перестает". Правду сказал один из героев Достоевского: "Бог уже потому необходим, что Он то единственное Существо, которое можно любить вечно".
Божья вечная, бессмертная любовь - наше бесценное сокровище. В этой кратковременной земной жизни она нужнее нам, чем все сокровища и вся слава мира; она ценнее всех благ жизни; она несравненно дороже, чем сама жизнь.
Если бы нас спросили: что самое реальное в нашей жизни и смерти, то мы должны были бы не задумываясь ответить: милость Божия, пребывающая вовек, и любовь Христова, которая не перестает. Своим вечно пылающим факелом любовь способна не только озарять отдельные народы, но также светить светом тихим в сердцах искупленных; светить во дни их ск(c)рби и ободрять их в момент смерти.
Мы, обитатели обветшалой планеты, способны забыть о том, что "ничто не вечно под луной"; что "нынешние небеса и земля, содержимые Словом (Божиим), сберегаются огню на день суда и погибели нечестивых человеков... Придет же день Господень, как тать ночью, и тогда небеса с шумом прейдут, стихии же разгоревшись, разрушатся, земля и все дела на ней сгорят" (2 Пет. 3, 7.10).
"В начале Ты основал землю и небеса - дело Твоих рук. Они погибнут, а Ты пребудешь; и все они, как риза, обветшают и, как одежду, Ты переменишь их, и изменятся. Но Ты - тот же, и лета Твои не кончатся" (2 Пет. 3 гл.; Пс. 101).
Все обветшает, все изменится, все исчезнет, пройдет, прекратится... Останется только Тот, Кто на протяжении всей истории человечества простирал и все еще простирает со креста Голгофской победы Свои пронзенные руки и приглашает, говоря: "Придите ко Мне, все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас... и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим..." (Мат. 11 гл.).
"Впрочем мы, по обетованию Его, ожидаем нового неба и новой земли, на которых обитает правда" (2 Петр. 3 гл.).
В момент восхищения Церкви и воскресения мертвых все тайны раскроются и земные наши ограничения исчезнут. Все, что для многих кажется сейчас иллюзией, станет тогда реальностью.
Св. Писание говорит о двух мирах: о мире видимом, материальном, и мире невидимом, духовном. Для Христа оба эти мира реальны. Для Него • душа такая же реальность, как и тело.
Любовь никогда не перестанет быть любовью. Любовь - вечная духовная реальность, не перестающая любить. Душа, как индивидуальная сила, тоже неразрушима и не может быть уничтожена.
У бессмертной души человека есть особый дар, ниспосланный ей при возрождении свыше, -проявлять небесные качества, неземные добродетели: любовь, милосердие, сострадание, веру, упование, терпение, мир, радость и т. п. Душа одарена способностью страдать и наслаждаться.
Я верю в бессмертие души потому, что я имею в самом себе вечные нужды и влечения души, неудовлетворимые в земных условиях.
Я верю в бессмертие Любви, потому что только любовь Божия способна удовлетворять вечные нужды моей души.
Мы носим в своей душе как бы некий безмерный масштаб вечности, жаждем безусловного, истинногб, прекрасного, абсолютного и неизменного, нерушимого, а земная жизнь преподносит нам в ответ одно лишь преходящее, изменчивое, неустойчивое и ложное.
Душа, живущая вне времени и пространства, не может быть счастлива там, где все ограничено временем и пространством. Только умирая телесно, человек верующий вступает в область неизведанных радостей, радостей вечных и вполне его удовлетворяющих.
Поэтому душа, живущая в любви Христовой здесь на земле, не страшится перейти вместе с любовью в вечность...
Вечность!
Думали ли вы когда-нибудь о вечности? Что такое вечность? Слово это любой ребенок может произнести, но дать этому слову полное, исчерпывающее определение не могут ни люди, ни ангелы. Кто измерил и постиг длительность вечности? - Никто, кроме одного непостижимого и вечного Бога, - Отца вечности.
Вечность никогда не имела начала и никогда не будет иметь конца. Это - бездонный и безбрежный океан времени; это - круг, замыкающийся в самом себе.
Вечность имеет великое значение в нашей жизни и в нашей неизбежной смерти. Во все века и во всех народах вопрос вечности и загробной жизни играл главенствующую роль в их земной жизни. Лучшие умы человечества умирали с глубокой верой в вечность.
Знаменитый римский государственный деятель, писатель и оратор Цицерон, как-то сказал: "Когда я размышляю об удивительных способностях человеческого разума, о том, что он может помнить прошлое, уходящее в тысячелетия и проникать в далекое будущее; когда я созерцаю достижения естественных наук и разнообразие искусства, которые все еще развиваются и простираются вперед, я убежден и непоколебимо верю, что окружающая нас природа, содержащая такое множество изумительных вещей и явлений, не может быть смертной. Но если я ошибусь, утверждая бессмертие материи, то я не ошибусь, если скажу, что человеческая душа бессмертна. Если и это ошибка, то я хочу сознательно ошибаться, и пусть этой прекрасной ошибки никто и никогда не исторгнет из моего сознания".
Чрезвычайно важно знать, что мысль о том, что мы становимся бессмертными, только расставшись с земной жизнью или после страшного суда - ложная мысль. По учению Св. Писания мы - всегда бессмертны; бессмертны по своей духовной сущности; бессмертны вне всякой зависимости от нашего земного поведения или характера; бессмертны, безразлично: грешники ли мы или святые. Чрез смерть мы вступаем только в вечные мучения или в вечное блаженство.
Надежда, что после смерти физической наступает для искупленных состояние вечного блаженства, является секретом нашего христианского утешения. Это "блаженное упование" и ожидание жизни вечной, где нет ни болезней, ни слез, ни разлуки, ни горя; где царят только "любовв совершенная", только "мир, превосходящий человеческое разумение", только "радость неизреченная и преславная", - создавали и продолжает создавать великих мужей веры, неустрашимых мучеников и бессмертных героев любви.
Некто сказал: "Если все это только иллюзия и сладкий сон, то и тогда разрешите мне иметь этот сон, так как только он, как это ни странно, делает меня лучшим, более полезным и более счастливым человеком".
Лучше верить истинам Божественного откровения и наслаждаться благотворными плодами этой веры, чем жить в кошмаре неверия и безрассудных отрицаний, глупо прозябать во мраке неизвестности, погружаться в трясину порока, в топь уныния, самооплакивания, безнадежности, отчаяния и неописуемого предсмертного ужаса.
Люди, посвятившие жизнь свою изучению душевных свойств человека, говорят, что жажда счастья является одним из драгоценных качеств человеческой души, но эта жажда никогда полностью не бывает в земной жизни удовлетворена.
Да, мы созданы для блаженствами поэтому жажда всепоглощающего, захватывающего счастья, жажда жизни полной смысла, красоты и правды томит нас неотступно.
Зная все эти запросы нашей бессмертной души, Создатель приглашает всякого воистину жаждущего и говорит: "Кто жаждет, иди ко Мне и пей!" (Иоан. 7 гл.; Ис. 55 гл.).
"Любовь никогда не перестает"... Ее вечный источник никогда не иссякает..." Живу Я, и вы будете жить" - сказала Воплощенная Любовь.

И сладко мне в часы страданья
Припоминать порой в тиши
Загробное существование
Неумирающей души...

И. С. Никитин

25. Превосходство любви

"Теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь, но любовь из них больше".
Мы с вами живем в особую историческую эпоху, предсказанную пророками, когда на земле "оскудеет вера", "обнищает надежда" и "охладеет любовь". Эти три главных христианских добродетели должны будут подвергнуться "огненному испытанию".
Церковь Христова, ожидающая второго пришествия Христа, уже начинает проходить чрез это горнило и - не без воли Божией.
Господь не может удовлетвориться таким духовным состоянием оскудения, обнищания и охлаждения. Он желает, "чтобы испытанная вера наша оказалась драгоценнее гибнущего, хотя и огнем испытываемого золота... дабы мы трезвились, облекшись в броню веры и любви и в шлем надежды спасения, потому что Бог определил нас не на гнев, но к получению спасения чрез Господа нашего Иисуса Христа, умершего за нас, чтобы мы, бодрствуем ли, или спим, жили вместе с Ним" (1 Петр. 1 гл.; 1 Фес. 5 гл.).
Мы живем в мире постоянных изменений и перемен, томительной неуверенности и апатичной неопределенности и как никогда раньше нуждаемся в непоколебимой вере, окрыляющей надежде и горячей любви.
Каждая из этих трех главных добродетелей призвана Богом исполнять свое исключительное служение, играть свою неподражаемую в процессе нашего спасения роль.
Из всех существующих христианских добродетелей Бог, в Своей премудрости, избрал веру средством к нашему спасению. "Без веры невозможно угодить Богу" и невозможно спастись (Евр. 11 гл.).
Наша христианская жизнь начинается верою; мы "получаем оправдание верою"; "Христос вселяется в сердца наши верою"; мы "живем верою", "стоим в вере", "отражаем верою раскаленные стрелы лукавого", "верою воинствуем", "верою побеждаем" мир, побеждаем лукавого, верою следуем за "Начальником и Совершителем веры", исполняя Его повеления.
Бог избрал надежду и сделал ее для души нашей "якорем безопасным и крепким". Вера -корабль, на котором мы свершаем свое плавание в житейском море. "Бог надежды" - наша твердая и непоколебимая, надёжная опора (Евр. 6 гл.; Рим. 15 гл.).
Однако надежда, о которой мы здесь говорим, знакома только тем, кто пережил духовное банкротство, безнадежность, чувство полной обреченности и отчаяния, пришел сознательно к Богу, примирился с Ним и обрел свою вечную надежду во Христе.
И действительно наше положение, до уверования, было кошмарным; хотя мы этого не видели и не сознавали. Ап. Павел пишет: "Мы были бессмысленны, непокорны, заблудшие, были рабами похотей и различных удовольствий, жили в злобе и зависти, были гнусны, ненавидели друг друга... жили по обычаю мира сего, по воле князя, господствующего в воздухе, действующего в сынах противления... жили по нашим плотским похотям, исполняя желания плоти и помыслов... мы были в то время без Христа... не имели надежды и были безбожники в мире" (Тит. 3 гл.; Еф. 2 гл.).
До уверования мы жили без Бога, без Спасителя, без спасения, без подлинной, вечной надежды.
"Надежда - это путеводная звезда; без нее нет движения, нет жизни", - сказал Л. Н. Толстой.
"Все - дар Божий, но краше всех даров -надежда лучшей жизни", - писал К. Н. Батюшков.
Можно многое потерять в жизни, и вскоре многое можно вновь наверстать и возвратить, но потерять надежду, это значит все потерять.
В Парижской тюрьме "Рокетт" над дверью камеры смертника есть надпись: "Оставь надежду всякий, кто входит сюда". Но, к сожалению, не располагая истинной надеждой, многие смертники продолжают обманывать самих себя, живя ложными надеждами.
Не то ли самое наблюдаем мы и в духовной жизни человека?
По словам Св. Писания все люди без исключения - духовные смертники. "Все согрешили"... Божий приговор гласит: "Неверующий уже осужден, потому что не уверовал в единородного Сына Божия". "Возмездие за грех - смерть. Дар же Божий - жизнь вечная во Христе Иисусе". Если мы не пришли еще ко Христу за помилованием, смертный приговор нам уже вынесен, и мы ожидаем исполнения Божественного вердикта.
Бог так сделал, что для грешника нет иного выхода, как только покаяться и, приняв Божий дар спасения во Христе, спастись или пренебречь Божьим призывом и помилованием навеки погибнуть.
Тем не менее многие люди сознательно пренебрегают этим простым и всем доступным Божьим путем спасения и предпочитают спасаться собственными путями и жить ложными надеждами.
Следуя примеру большинства, до уверования, мы тоже надеялись было замолить наши грехи, откупиться от них или умилостивить Божественное правосудие добрыми делами и т. п.
Многие люди жили и всё еще продолжают жить постыдными надеждами. Они утешают себя, говоря: "Умру, зароют, как собаку, и конец всему". Ничто так не обнажает человеческого скудоумия, как такие именно рассуждения. Пред лицем всего Божественного откровения и всех достижений науки человек двадцатого века лишен всякого разумного права удовлетвориться подобной лженадеждой.
Истинная христианская надежда не что иное, как предвкушение обещанного нам Богом вечного спасения. Бог "возродил нас к упованию живому, к наследству нетленному, чистому, неувядаемому, хранящемуся на небесах" (1 Петр. 1 гл.).
Вера дает нам непоколебимую уверенность в спасении.
Надежда принимает это небесное наследство и преисполняет сердца наши миром и радостью.
Христианская надежда - один из доспехов нашего духовного вооружения. Слово Божие призывает воинов Христовых и предлагает им "облечься во всеоружие Божие", чтобы им можно было стать против козней диавольских... "Для сего приимите всеоружие Божие, дабы вы могли противостать в -день злый и, все преодолевши, устоять"... "Мы же, будучи сынами дня, да трезвимся, облекшись в броню веры и любви и в шлем надежды спасения, потому что Бог определил нас не на гнев, но к получению спасения чрез Господа нашего Иисуса Христа", - пишет ап. Павел (Еф. 6 гл.; 1 Фес. 5 гл.).
Исследуя предмет превосходства любви внимательнее и глубже, мы замечаем, что ап. Павел вовсе не умаляет величия веры и полезности надежды. Он не говорит, что любовь - все, а вера и надежда - незначительны; что вера и надежда - только красивые кораллы, а любовь - величайшая в мире жемчужина; что только любовь необходима, а без веры и надежды. можно свободно обойтись. О, нет! Павел не говорит этого; он отводит каждой из этих добродетелей надлежащее место. "Теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше".
Ап. Павел видит, как бы чудесную корону, усеянную многими драгоценными камнями: рубинами, изумрудами, сапфирами, топазами, аметистами, а среди них - три весьма крупных бриллианта, но один из них, называемый "любовь", несравненно больше всех других.
Какое же превосходство и преимущество любви усматривает ап. Павел? - Великое превосходство во всех отношениях.
Вера овладевает нашим разумом, надежда -нашим воображением, а любовь - нашим сердцем.
Наша вера занята прошлым, надежда - будущим, а любовь - настоящим.
Вера принимает совершившееся на Голгофе спасение, надежда терпеливо ожидает полного осуществления этого спасения в вечности, любовь проявляет плоды этого спасения уже здесь, в земной жизни.
Вера приняла обещанное Богом вечное спасение, надежда предвкушает вечное блаженство, а любовь - уже сейчас наслаждается этим блаженством.
Вера приводит нас ко Христу, надежда обогащает нас обновленной жизнью, любовь уподобляет нас Христу. ^
Вера связует нас с Богом, надежда - с вечностью, любовь же поддерживает связь в трех направлениях: с Богом, своим ближним и с "миром сим"... Любовь любит "мир сей", но любит его не той любовью, о которой сказано: "не любите мира, ни того, что в мире", а той любовью, о какой сказано: "Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего единородного, дабы всякий верующий в Него не погиб, но имел Жизнь вечную" (Иоан. 3 гл.).
Вера побеждает мир, надежда не от мира сего, любовь свидетельствует миру сему.
Вера проповедует, говоря: "Бог совершил' спасение"; надежда добавляет: "совершил для меня лично"; любовь восклицает: "совершил для всех".
Вера принимает Христа в сердце, надежда наслаждается Христом, любовь открывает Христа всем окружающим.
Вера и надежда действуют главным образом внутри, любовь - вокруг.
Вера и надежда протягивают свою руку, чтобы получить; любовь протягивает обе руки, чтобы получить и передать полученное нуждающимся.
Вера принимает Христа, надежда ожидает Его с небес; любовь, ожидая, служит Ему.
Вера собирает, надежда хранит, любовь распределяет.
Без веры - нельзя спастись; без надежды -нельзя быть счастливым; без любви - нельзя быть плодоносным.
Вера - корни и ствол, надежда - ветви и листья, любовь - полносочные виноградные грозди, на пользу каждому желающему.
Любовь всегда трудится, но не для себя, а для других. Она трудится, оставляя пожинать плоды своего труда грядущим поколениям.
Наличие веры и надежды в сердце верующего проверяется по наличию любви. Без истинной любви не может быть ни живой спасающей веры, ни радостной надежды на скорую встречу со Христом. Там где нет, любви, там вера и надежда -бесполезны. "И бесы веруют" и, надеясь на неизбежное "озеро огненное", "трепещут".
Без любви вера и надежда - только теоретическое знание; знание без участия сердца - догма ' без прагмы...
Любовь в жизни человека безошибочно определяет его духовную сущность - христианин ли он или нет? Имеет ли он силу любви, или же он имеет только "вид благочестия, силы же Его отрекшийся"?
Ничто не может заменить, превзойти или вытеснить любовь.
Коринфская церковь имела в своем составе немало одаренных и талантливых братьев, которые имели некоторое основание гордиться своими способностями и положением в церкви.
Некоторые из них гордились своим красноречием. Конечно, полезно иметь этот дар, если он связан со здравым смыслом, но не всегда так бывает. Некто сказал: "Одни люди бывают одарены красноречием и разумом; другие - только разумом, а третьи, к сожалению, - только красноречием. И нет ничего более плачевного, как видеть пустого оратора, бьющего воздух, в переполненном зале... Таких ораторов ап. Павел называет "медью звенящей и кимвалом звучащим".
Другие в Коринфской церкви гордились даром пророчества. Они поражали своих слушателей силой веры, знанием тайн Св. Писания, глубиной истолкования пророчеств и откровений. На все это ап. Павел отвечает так: "Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так-что могу и горы переставлять, а не имею любви, - то я ничто".
Третьи - удивляли всех своей жертвенностью. Они были готовы на что угодно, вплоть до мученичества и этим вызывали у некоторых явное восхищение. Но и здесь ап. Павел советует тщательно проверять те сокровенные мотивы, которыми мученик руководится. Он говорит: "И если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, - нет мне в том никакой пользы".
Из всего этого мы вправе заключить, что самые ценные дарования, самые высокие знания и самые жертвенные подвиги, если они не овеяны любовью, не имеют в очах Божиих никакого значения. Любовь обладает несравненно большими достоинствами и качествами, чем все знакомые нам дары, таланты и способности.
Любовь - терпеливая, независтливая, чинная, смиренная, неэгоистичная, спокойная, доверчивая, справедливая, нелицеприятная, великодушная, покорная... Она охотно прощает провинившегося, сочувствует страдающему, благотворит нуждающемуся, благословляет проклинающего, молится за обижающего и гонящего, поддерживает слабого, утешает малодушного, не воздает злом за зло, не отвечает ругательством на ругательство, непрестанно молится, за все благодарит и всегда радуется. Любовь - эссенция подлинного христианства.
Ап. Павел смело и без всякого сомнения ставит любовь выше всех существующих добродетелей. Да мы и сами легко убеждаемся в том, что ее превосходство во всех отношениях неоспоримо и для всех очевидно.
Любовь творит гораздо больше чудес, чем творит вера. Любовь способна творить такие чудеса, на какие не способна ни вера, ни надежда.
Любовь делает тело христианина здоровым, душу счастливой, ум свободным, волю благоразумной, мышление положительным, чувства добрыми, совесть чистой, воображение духовным, всего христианина светлым, удовлетворенным, святым и блаженным.
Любовь делает любую работу легкой, любую жизнь приятной, осмысленной и плодотворной. Любовь делает нашу юность духовно сильной, зрелый возраст - духовно активным, старость -ревностной, смерть - триумфальной.
Любовь Божия, извлекшая нас некогда из клоаки греха и не покидавшая нас в течение всей жизни, возносит нас ко вратам неба.
Там, у врат Нового Иерусалима, мы скажем вере: "Прощай! Спасибо тебе вера! Ты привела меня ко Христу и всю жизнь вела меня по новому, неведомому для меня пути. Ты побеждала искушения и соблазны, угашала раскаленные стрелы лукавого, преодолевала все преграды, препятствия и затруднения. Прощай, моя "драгоценная, огнем испытанная вера"!
Прощай, надежда! Ты помогала мне устремлять мой взор к небу, утешала меня в горе, ободряла в скорбях, окрыляла в унынии и безнадежности, учила меня жить будущим, которое стало для меня теперь вечно настоящим. Прощай, благая и непостыжающая надежда! Наконец-то, я воочию убеждаюсь, "в чем состоит надежда призвания Его, и какое богатство славного наследия Его для святых, и как безмерно величие могущества Его" (Еф. 1 гл.).
Прощай, вера бесценная!
Прощай, надежда благая!
С любовью - у нас разлуки не будет...

26. Наша главная нужда

"Более же всего облекитесь в любовь"
(Кол. 3.14).
Христианство, в чистом его виде, никогда не предназначалось Богом только для кафедр, амвонов и алтарей; оно было предначертано для возрожденного человека, для его "нового сердца" и "обновленной жизни".
Истинное христианство - не уход или бегство от реальностей жизни, а сила для преодоления этих реальностей.
Поэтому, если христианство, которое мы лично приняли и которое исповедуем по воскресеньям, остается в стенах молитвенного дома или в ограде церковного здания, а не идет вместе с нами в остальные дни недели на работу, на службу, на занятия; если оно не меняет нашего характера, не воплощается в нас и не проявляется в нашей ежедневной жизни, - наше христианство ложное.
Христианство, как религия любви, не может быть эгоистичным, формальным, безучастным к чужой беде и безразличным к нуждам окружающей среды. Христианин без любви - лжехристианин и христианство без любви - лжехристианство.
Итак, мы имеем достотачно оснований сказать, что только то, что возвышенно, что благородно, что основано на самоотречении и самопожертвовании, что исполнено любви и благодарности к искупившему нас Спасителю, что полно сочувствия к ближнему, что оправдывается и объясняется любовью, - все это и только это истинное христианство.
Едва ли нужно увеличивать размеры этого труда, вникая в такие вопросы, как: почему мы, христиане, потеряли свою "первую любовь"? Когда, где и при каких обстоятельствах мы ее потеряли? Каким образом христианство любви "по духу" превратилось вдруг в христианство обряда, "по букве"? Нас вполне удовлетворяет уже тот неоспоримый факт, что любовь нами потеряна и что возврат к этой "первой любви" первохристианства является нашей главной нуждой.
Читатель не мог не заметить той основной разницы, которая проводилась нами между подлинным христианством, проистекающим из вечного источника любви и тем видом христианства, которое было принято по наследству, из вторых рук, по традициям.
Последствия этой печальной подмены -самоочевидны.
Надо быть духовно слепым человеком, чтобы не видеть, во что вырождается, без любви, человеческая личность. Как весь человек, которому надлежало быть "храмом Святого Духа", превращается в какой-то "вертеп разбойников" и сердце - обиталище любви - в притон всякому нечистому духу.
Посмотрите, что осталось от моральных устоев семьи, церкви, общества и всего человечества? Наблюдая за всеми этими признаками второго пришествия Христа, хочется воскликнуть с ветхозаветным пророком: "Горе нам! день уже склоняется к вечеру, распространяются вечерние тени" (Иер. 6 гл.).
Вопреки всем успехам, открытиям, достижениям и блестящим завоеваниям науки мир переживает не расцвет, а закат духовной культуры. Горе нам, если мы не видим этого и не принимаем к сердцу, ибо день, действительно, "склоняется к вечеру"...
Для многих из нас день нашей жизни склоняется к закату. Быстро прошло детство, юность, молодость, зрелый возраст, незаметно подкрадывается старость, распростираются вечерние тени и начинает веять прохладой могилы.
Божий "день благодати, день спасения", который длился вот уже около двух тысячелетий, тоже близится к концу; а вместе с ним кончается день нашего служения Господу, приближается завершение истории человечества и открывается бесконечная вечность.
Размышляя над быстротечностью жизни, ап. Павел то и дело побуждает верующих: "пробудиться от сна", "свергнуть с себя всякое бремя", "облечься в Господа нашего Иисуса Христа", "отвергнуть дела тьмы и облечься в оружие света", "оставить начатки учения Христова и поспешить к совершенству", "облечься в любовь"...
Из множества метафор, которыми ап. Павел пользуется в своих посланиях, "одежда" является одной из лучших. Ап. Павел сравнивает одежду материальную для тела с одеждой духовной для души.
Наши прародители "ходили во свете Господнем" и "не стыдились", потому что были в "одежде света", в одежде, какой облечен Сам Господь, как написано: "Господи, Боже мой! Ты дивно велик, Ты облечен славою и величием. Ты одеваешься светом, как ризою" (Пс. 103).
В момент грехопадения человек потерял свою духовную одежду и по своей греховной природе остается духовно нагим. Прародители неразумно пытались прикрыть свою наготу фиговыми листьями, одеждой материальной... Подражая им, многие люди поныне чувствуют свою духовную наготу пред Богом и стремятся прикрыть ее своими "добрыми делами", одеждой своей собственной праведности, а не праведностью Голгофской жертвы Христа. Они, к сожалению, не знают еще, что до обращения ко Христу праведность "наша -как запачканная одежда" (Ис. 64 гл.).
Ап. Павел пишет к верующим: Наша праведность Христос и сам лично желает "найтись не со своею праведностью, которая от закона, но с тою праведностью, которая чрез веру во Христа, с праведностью от Бога по вере..." (Фил. 3 гл.).
Богатому юноше, законнику, уповавшему на свою праведность, Христос сказал: "Одного не достает тебе" - рождения свыше!
Одной из малоазиатских церквей Христос говорит: "Но имею против тебя то, что ты оставила первую любовь твою..." (Отк. 2 гл.).
Сегодня Христос обращается к нам и словами, сказанными Им к Лаодикийской церкви, рисует духовное состояние современного христианства: "Знаю твои дела; ты ни холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден или горяч!... Ты говоришь: я богат, разбогател и ни в чем не имею нужды; а не знаешь, что ты несчастен и жалок, и нищ и слеп и наг. Советую тебе купить у Меня золото, огнем очищенное, чтобы тебе обогатиться, и белую одежду, чтобы одеться и чтобы не видна была срамота наготы твоей, и глазною мазью помажь глаза твои, чтобы видеть. Кого Я люблю, тех обличаю и наказываю. Итак будь ревностен и покайся" (Отк. 3 гл.).
Вот почему ап. Павел предостерегает верующих против опасности самообольщения и всяких ложных мнений о себе и надежд, говоря: "только бы нам и одетым не оказаться нагими" пред лицем Господним (2 Кор. 5 гл.). Помните, что "все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись" (Гал. 3 гл.).
Павел повелевает: "Совлечься ветхого человека с делами его и облечься в нового, который обновляется в познании по образу Создавшего его"... Павел пишет: "Облекитесь, как избранные Божий, святые и возлюбленные, в милосердие, благость, смиренномудрие, кротость, долготерпение..." И как бы подводя итог всему этому списку духовных облачений, Павел пишет: "Более же всего облекитесь в любовь, которая есть совокупность совершенства".
Едва ли нужно спрашивать: почему мы должны облечься в любовь прежде всего и после всего и более всего?
Мы должны это сделать уже потому, что любовь имеет превосходство над всеми перечисленными им добродетелями, - "любовь из них больше".
Мы должны облечься в любовь, потому что в этом величайшая нужда личности. Без любви личность - вялая, бесхарактерная, бессильная, часто уродливая и всегда несчастная. Высшей целью каждой личности должно быть "достижение любви", ибо только она научает нас и дает нужные духовные силы для того, чтобы переносить несовершенства других, всех уважать, всех любить.
Величайшая нужда каждой семьи в том, чтобы облечься "в любовь". Семья без любви -семья без души. Без любви в семье не может быть ни счастливого детства, ни окрыленной юности, ни желанной зрелости, ни достойной старости, ни спокойной смерти, ни блаженной вечности.
Наконец, в чем величайшая нужда современной церкви как ни в том, чтобы каждый ее член лично пережил бы возрождение свыше и убедился на деле, что значит "облечься в любовь" и постоянно пребывать в любви?
Когда же можно сказать, что мы "облеклись в любовь"? - Только тогда, когда мы приняли Христа Иисуса не только как нашего личного Спасителя, но и как нашего личного Господа, Когда Он, как наш Начальник и Властелин, восседает на троне нашей души, получив от нас полное и безоговорочное право распоряжаться и управлять нашей жизнью; когда плоды Святого Духа явно проступают в нашем характере; когда мы, как ничтожные рабы Его, приобрели навык доверять и повиноваться Ему во всем; когда мы уже не свои и не для себя живем...
Как трудно современным христианам понять и принять эти истины. Какими недосягаемыми кажутся они для всех нас. А ведь такое духовное состояние было' отличительной чертой древне-апостольской церкви и остается по сей день сущностью подлинного христианства. Слово Божие не двусмысленно говорит: А Христос за всех нас умер, чтобы живущие уже не для себя жили, но для Умершею за них и Воскресшего (Рим. 14 гл.).
Мы уже говорили о том, что на земле царствует неумолимый закон эгоизма. Эгоизм - сущность греха, причина грехопадения и корень мирового зла. Главное проявление эгоизма в том, что каждый смертный живет только для себя; каждый мыслит, говорит, решает и действует, преследуя только свои личные интересы. В этом -все зло человечества. И прав был Жан Жак Руссо, сказав: "Человек! Не ищи причины мирового зла; ты - эта причина!"
Жить для себя в этом мире - явление вполне приемлемое. Но ведь мы, христиане, - не от мира сего. Мы не должны "сообразоваться с миром сим". Мы призваны жить новыми принципами и новым укладом жизни. Христос искупил нас от закона эгоизма и вложил в наши сердца "новой закон", закон любви, "закон совершенный, закон свободы" (Иак. 1 гл.).
Так понимали и так жили первые христиане. Ап. Павел неоднократно упоминает об этом, как о факте всем христианам известном и всеми христианами принятом. Он пишет: "Ибо никто из нас не живет для себя и никто не умирает для себя, а живем ли - для Господа живем, умираем ли - для Господа умираем. И потому, живем ли, или умираем, - всегда Господни" (Рим. 14 гл.).
По учению Евангелия жить для себя - недостойно христианина, неправильно, предосудительно, преступно. Христианин, продолжающий жить для себя, не имеет права называться христианином. Первые христиане всегда помнили, что "Христос за всех нас умер, чтобы мы уже не для себя жили", что Умерший ожидает полного духовного переворота в нашей жизни.
Когда можно сказать, что мы "для Господа живем"?
- Когда мы сознательно уверовали, обратились, "отвергли самих себя" и последовали за Христом, "взявши свой крест".
- Когда мы живем жизнью ежедневного "сораспятия" и "исполнения" Духом Святым.
- Когда мы в семье ли, в церкви или на работе не ищем своего, но преследуем Божьи цели, защищаем Божьи интересы, выполняем Божью волю.
- Когда мы чувствуем свою личную ответственность пред Богом за спасение погибающих душ и с любовью свидетельствуем им о Христе, спасающем кающихся грешников.
- Когда охотно несем тяготы дела Божия, жертвуем ради этого дела Божия нашим временем, трудом, здоровьем и материальными средствами.
Слово Божие говорит, что дело Божие, проповедь Евангелия по всему миру будет продолжаться, доколе Он прийдет... Но, кто сможет продолжать его? - В одном мы можем не сомневаться, что оно будет продолжаться не теми, которые для себя живут. Господь пользуется в деле Его только теми, которые "не для себя живут, а для Умершего за них и Воскресшего".
Заметьте, что Христос не приказывает "жить для Него". Он ожидает, что наша полная отдача Богу и самоотверженное служение Ему будут проистекать из глубокой благодарности к Нему. Ничто другое в мире не сможет привести нас к жизни для Него.
С грустью надо заметить, что жизнь некоторых христиан напоминает собою скупого богача, который тонул. Услыхав крик несчастного, какой-то юноша, рискуя собственной жизнью, бросился в студеную воду и спас ему жизнь... Выйдя на берег, богач расчувствовался и в знак особой благодарности протянул юноше промокшую пятирублевку. Юноша невозмутимо принял "награду" за спасение души и, краснея за богача, с улыбкой добавил: "Если бы я знал наперед, что твоя жизнь стоит всего пять целковых, я бы никогда не стал подвергать себя смертной опасности."
Как часто нашему личному Спасителю приходится удивляться, смотря на скудость и нищету нашей благодарности к Нему. Как часто и в нашей жизни исполняется русская пословица: "Тонул - топор сулил, а вытащили - топорища жаль"... В момент нашего покаяния и обращения ко Христу мы часто даем Богу обеты: посвятить остаток нашей жизни на служение Христу и ближним, жить жизнью благодарности Ему, жить со Христом, во Христе и для Христа. Но, как быстро эти благие намерения рассеиваются и как быстро исчезают. Как прежняя светская жизнь постепенно завладевает нашим сердцем, и мы снова управляемся в нашей жизни не любовью, а эгоизмом и живем не для Бога, а для себя.
Рассуждая по человечески, Господь должен был бы в подобных случаях выбросить нас, так же как выбрасывает горшечник глиняный сосуд, развалившийся в его руках, но велика любовь и долготерпение Божие!
Однажды рано утром на берегу большого озера, где обычно причаливали рыбачьи лодки, был виден силуэт незнакомца, ожидавшего подходивших к берегу лодок.
Озеро было Генисаретское в римской провинции Галилее. В подходивших лодках были апостолы, возвращавшиеся домой после бессонной, изнурительной и неудачной ночной ловли. Стоявший на берегу озера Незнакомец был воскресший из мертвых Иисус Христос, Небесный Скульптор, Великий Ваятель души.
Беседа с отпадшим и трижды отрекшимся апостолом Петром была главной целью явившегося Спасителя.
Конечно, Петр не забыл о своем духовном падении, которое причинило столько огорчения Спасителю, и чувствовал себя обескураженным. Петр дважды уже видел воскресшего Господа, но Он ни разу не заговорил с Петром. Встретившись на берегу озера, теперь, в третий раз, Петр не знал,чего ждать от неожиданной встречи.
Но Господь, читающий сердце Петра, захотел рассеять его недоумение. Прежде чем начать с Петром беседу, Христос пригласил его вместе со всей его группой рыбаков вкусить приготовленной для них пищи.
Мало кто знает, что "вкушать пищу", "прийти и обедать" в те времена было символом примиренности и дружбы. Враги не имели общения друг с другом, не разделяли пищи, не ели вместе. Обедая вместе с Петром, Господь освободил Петра от его внутреннего гнета и беспокойства.
Само собою разумеется, что Петр ожидал беседы со Христом. Но меньше всего думал Петр, что она так начнется, как она началась. Вопреки всем предположениям Петра Христос не укорял его, не обличал, не допрашивал...
В памятную ночь предательства и отречения, когда Спаситель, окровавленный, стоял пред синедрионом, а Петр издали смотревший на Него со двора Каиафы; взоры бывших друзей встретились: "Иисус взглянул на Петра; Петр вышел вон и плакал горько, а была ночь..." Там во мраке ночи, где никто не видел Петра, он горькими слезами покаяния оплакал свой тяжкий грех и был помилован. "Ибо, если бы мы судили самих себя, то не были бы судимы; будучи же судимы, наказываемся от Господа, чтобы не быть осужденными с миром" (Мат. 26 гл.; 1 Кор. 11 гл.).
Прошлое Петра было в ту же самую ночь прощено Христом и забыто.
Явившийся теперь Спаситель интересовался не прошлым Петра, а его настоящим и будущим. Три года тому назад Христос призвал Петра быть "ловцом человеков", и Он не меняет Своего намерения. "Если мы неверны, Он пребывает верен, ибо Себя отречься не может" (2 Тим. 2 гл.).
Там на берегу Христос отвел Петра в сторону от других апостолов и, глядя пристально ему в глаза, добивался от Петра ясного ответа на один лишь вопрос: "Симон Ионин! любишь ли ты Меня?"
Петр стоял пред Христом на песчаном берегу озера и, слыша этот вопрос, чувствовал себя так, как если бы он стоял пред Ним на страшном суде. Когда-то Петр был уверен в своей любви ко Христу и мог бы сказать Ему об этом, но не теперь... Постыдное отречение Петра посеяло в его сердце мучительное сомнение, лишило Петра прежней его самоуверенности. Петр не дает прямого утвердительного ответа. Дважды он подыскивает менее яркие слова, но Христос не удовлетворяется ими. Христос хочет, чтобы Петр точно определил степень своей любви к Нему, спросив Петра, в третий раз: "Симон сын Ионин! любишь ли ты Меня больше, чем они?" Напомни твои прежние заверения: "Если и все соблазнятся о Тебе, я не соблазнюсь!" "Господи! с Тобою я готов и в темницу и на смерть идти!" "Я душу мою положу за Тебя!" (Мф. 26 гл.; Лук. 22 гл.; Иоан. 13 гл.).
Слова удивления, сказанные Христом в ответ на такие заверения Петра, все еще звучали в его ушах: "Душу твою за Меня положишь? Истинно, истинно говорю тебе: не пропоет петух дважды, как трижды отречешься от Меня..." Петр помнил все это и уже не решался сопоставлять и сравнивать свою любовь с любовью других учеников.
"Петр опечалился, что Христос в третий раз спросил его: любишь ли Меня?" И, отвечая на этот вопрос, Петр представляет Спасителю полное право определить объем и качество его любви к Нему. Петр говорит: "Господи! Ты все знаешь; Ты знаешь, что я люблю Тебя". Ты знаешь, что при всем моем неразумии, самонадеянности и даже падении в тайниках моей души все же теплится огонь горячей и самоотверженной любви к Тебе.
Все это имело место давно, очень давно, -около двадцати веков тому назад. Но связь между тем, что происходило в душе Петра на берегу и теми переживаниями, какие возможно происходят сейчас в наших сердцах, поразительная. "Христос вчера и сегодня и во веки Тот же". Вопрос его, заданный Петру тогда, Христос вправе предложить каждому из нас сегодня: "Любишь ли ты Меня?" Он не спрашивает: любишь ли ты Мое учение, Мою Церковь с ее задачами, целями, планами и многоразличным служением миру? Но Христос спрашивает: любишь ли ты Меня, как личность, Сына Божия, как. Того, Кто умер за тебя на Голгофском кресте и приобрел тебе вечное спасение?
Христос ожидает от нас ответа, и что мы Ему сейчас ответим?
Можем ли мы со всею честностью, глубокой искренностью и горячей преданностью сказать: "Господи! Ты все знаешь; Ты знаешь, что я люблю Тебя!" Ты знаешь, что моя любовь к Тебе, Господи, не случайный наплыв чувств, но главенствующий принцип, новый закон, контролирующий мое сердце и управляющий моей жизнью!
Любить Его - значит располагать именно такой внутренней непоколебимой уверенностью и иметь дерзновение пред Господом выразить ее словами молитвы, словами хвалы и благодарности Искупителю.
Любить Его - значит жить в Его непрерывном присутствии; ходить с Богом, как ходил Енох..." и не стало его, потому что Бог переселил его"; как ходил Левий, о котором Сам Господь сказал: "Левий боялся Меня, и благоговел пред именем Моим. Закон истины был в устах его, и неправды не обреталось на языке его; в мире и правде он ходил со Мною и многих отвратил от греха" (Евр. 11 гл.; Мал. 2 гл.).
Любить Его - значит на каждом шагу нашей жизни "видеть Невидимого". Писание говорит: "Бога никто никогда не видел; если мы любим друг друга, то Бог в нас пребывает. Что мы пребываем в Нем и Он в нас, узнаем из того, что Он дал нам от Духа Своего", Духа Святого, Духа любви. Свое обетование "вселюсь в них и буду ходить в них" Бог исполнил в жизни искупленных. Только христианин, облекшийся в любовь, способен видеть Невидимого, видеть Его во всем и на каждом шагу жизни. Христос сказал: "Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят" (1 Иоан. 4 гл.; Евр. 11 гл.; Мат. 5 гл.).
Исследуя биографию тех мужей Божиих, которые "видели Невидимого", мы приходим к тому заключению, что все они были людьми, испытавшими нечто общее, а именно: потрясающие затруднения, крайнее одиночество и незаслуженное поношение.
Моисей видел Невидимого не только в пламени тернового куста, при горе Хориве, но он видел Его во дворце фараона, отказываясь называться сыном дочери фараоновой, ибо "поношение Христово почел большим для себя богатством, чем египетские сокровища". Он видел Невидимого, когда "не убоявшись гнева царского, оставил Египет"... Позади вышедших с ним гнались вражеские колесницы, по сторонам была непроходимая пустыня, а впереди - пучина морская. При всей этой безнадежности положения Моисей одержал победу веры, "ибо он, как бы видя Невидимого, был тверд" (Евр. 11 гл.).
Иаков видел Невидимого, возвращаясь из Месопотамии. Там, у потока Иавока, Иаков всю ночь "боролся с Богом" и сказал Ему: "Не отпущу Тебя, пока не благословишь меня!"
Даниил видел Невидимого во рву львином. Первомученик Стефан никогда не видел Невидимого так реально, как тогда, когда побивали его камнями.
Ап. Павел никогда не видел Невидимого так ясно, как у ворот Дамаска, в иерусалимском храме, где "иудеи пытались растерзать его". Павел видел Невидимого в Троаде, Филиппах, Коринфе и особенно в Листре, где, как мы читаем, "били Павла камнями и вытащили за город, почитая его умершим" (Деян. 14 гл.).
Видеть Невидимого, наблюдать за Его действиями в нашей жизни - это то единственное, что помогает нам во всех затруднениях "все преодолевши устоять", что делает нас непобедимыми. Наконец, любить Христа - значит быть под непрерывным водительством Духа Святого.
В Своей беседе с ап. Петром Господь сказал ему: "Истинно, истинно говорю тебе: когда ты был молод, то препоясывался сам и ходил, куда хотел, а когда состареешься, то прострешь руки твои, и другой препояшет тебя и поведет, куда не захочешь" (Иоан. 21 гл.).
Петр, слыша это, ничего не мог сказать вопреки. Еще на днях, по собственным своим соображениям, Петр возвратился из Иерусалима к себе на родину, в Галилею. Еще вчера, по личной инициативе, Петр сказал группе учеников: "Иду ловить рыбу. Говорят ему: идем и мы с тобою. Пошли, и тотчас вошли в лодку, и не поймали в ту ночь ничего"... Еще вчера Петр "препоясывался сам и ходил, куда хотел"... и был сам себе хозяин, полновластный распорядитель своей жизни.
В этом отношении все мы похожи на Петра. Даже обратившись ко Христу, мы продолжаем проявлять своеволие, жить так, как мы находим нужным и даже в деле Божием делаем то, что нам кажется правильным.
Петр "ходил, куда сам хотел"! Не эти ли четыре слова стали любимым лозунгом современного юношества и разных социальных и религиозных группировок? Не эта ли ложная независимость легла "в основу угла" у многих современных последователей Христа?
Такой взгляд и отношение к независимости в корне противоречат учению Христа о Духе Святом и нашей полной зависимости от Него.
Петр имел пылкую молодость и мог бы иметь не менее бурную зрелость и суетливую старость, если бы "Другой" вовремя не препоясал его.
В день Пятидесятницы "Другой" препоясал Петра, и мы видим другого Петра, который остается верным Господу даже до смерти.
Еще не так давно Петр, трепетавший за свою жизнь и "следовавший за Христом издали", теперь свободен от страха. "Другой препоясал" Петра, и он не боится сказать-всю правду всем обитателям Иерусалима и "всякому народу под небесами": "Вы взяли Иисуса и, пригвоздивши руками беззаконных, убили"...
Препоясанный Духом Святым Петр не боится угроз и побоев: "Начальники, призвавши апостолов, били их... они же вышли из синедриона радуясь, что за имя Господа Иисуса удостоились принять бесчестие".
Препоясанный Петр не боится больше насильственной смерти: "В то время царь Ирод поднял руки на некоторых из принадлежащих к Церкви... и убил Иакова, брата Иоаннова, мечем; видя же, что это приятно иудеям, вслед за тем взял и Петра. Когда же Ирод хотел вывести его, в ту ночь Петр спал между воинами, скованный двумя цепями, и стражи у дверей стерегли темницу" (Деян. 2, 5, 12 главы).
"Другой" препоясал Павла, и мы видим другого Павла. Неукротимый гонитель Церкви, Савл, падши ниц пред Христом, смиренно спрашивает Его: "Господи! что повелишь мне делать?"
Исследуя историю христианской Церкви, мы убеждаемся в том, что в препоясании Духа Святого нуждались не только апостолы, христиане первых веков или те, кто особенно были плодоносны на ниве Христовой, но в нем нуждается всякий верующий и каждый из нас.
Излишне говорить о том, что Бог по-прежнему может препоясывать, ищет и желает, чтобы мы были препоясаны. Важно напомнить только о том, что Бог, считаясь с нашей свободной волей, никогда и никого не препоясывает насильно. Бог ожидает, пока мы осознаем свою крайнюю нужду в этом препоясании и прострем руки свои; пока мы не согласимся полностью повиноваться водительству Духа Святого, "Которого Бог дает повинующимся Ему"; пока мы не "облечемся в любовь, которая есть совокупность совершенства" (Деян. 5 гл.; Кол. 3 гл.).
Итак, облечься в любовь, препоясаться любовью и раствориться в любви - в этом высшая для нас воля Божия и выполнение этой воли; в этом - наша главная нужда и восполнение этой нужды.
Аминь.