Иисус

Когда-то я принялся за изучение христианства с тем, чтобы написать книгу в насмешку над ним. Я думал, что столкнусь с богословской идеологией или с философской гипотезой, изложенной в богословских терминах. Для меня христианство было всего лишь верой, построенной на учении ее основателя, набором простых житейских и религиозных принципов.

Однако после тщательных изысканий я пришел к выводу, что христианство - это вовсе не религия людей, прокладывающих путь к Богу посредством "добрых дел", не послушание шаблону религиозного обряда. Нет. Оно оказалось отношением с Богом Живым через Его Сына Иисуса Христа. К изумлению своему, я столкнулся с личностью, а не с религией. Это была личность с ошеломляющими притязаниями насчет Себя - наравне со всеобъемлющими притязаниями на мою жизнь. Как непохож оказался Иисус на то, чего я ожидал! Другие религиозные вожди предлагали свои учения. Иисус предлагал Себя Самого. Другие бы спросили: "Как вы относитесь к моему учению?" Иисус спрашивал: "Как вы относитесь ко Мне?"

Личная моя борьба столкнула меня лицом к лицу с личностью: Иисусом Христом. Но был ли Он тем, кем объявлял Себя?

В других книгах ("Неоспоримые свидетельства", "Не просто плотник", "Фактор воскресения" и др.) я приводил некоторые из свидетельств, как библейских, так и исторических, которые убедили меня в том, что Иисус - Сын Божий. После этих работ я ощутил потребность в книге, сосредоточенной на библейских притязаниях Иисуса быть Богом в человеческой плоти, воплощенным Богом. Позвольте нам с Бартом поделиться с вами своими изысканиями и находками.

Если опросить собрание богословов различных исповеданий: на что похож Бог и как Он открыл Себя, можно ожидать десятки различных мнений, по числу собравшихся. Ответы одних противоречили бы ответам других. И если истина не относительна, то все они одновременно никак не смогут оказаться правыми. Например, если один говорит, что Бог - личность, а другой - что безличен, то, очевидно, кто-то из них не прав. Кто же может сказать наверняка, на что похож Бог? Единственный, кому можно полностью доверять - Сам Бог.

А что, если один из участников собрания поднимется и скажет: "Чтобы прояснить всю эту путаницу насчет Бога, я заявляю вам, что Я - БОГ? Я - Путь, Истина и Жизнь!"?

Такое утверждение уже поддается проверке. Либо перед нами душевнобольной с манией величия, либо величайший жулик всех времен, либо действительно Бог.

Именно так заявлял о Себе Христос. Не может быть и речи о том, будто Иисус был "просто" хорошим, нравственным человеком или добрым праведником. Нравственные люди не имеют обыкновения лгать - намеренно или случайно - и уж тем более - называя себя Богом Вседержителем. Они не делают себя предметом веры и поклонения, не побуждают бессчетные тысячи умирать за веру во имя свое. Имея все это в виду, посмотрим, какими способами мы могли бы выяснить истину о Боге.

Авторы этой книги считают, что все разнообразные откровения Бога можно объективно проверить двумя высшими Его откровениями: Библией и личностью Иисуса.

Начнем с Библии. В отличие от многих других духовных сочинений. Библия недвусмысленно называет себя Словом Божьим. Большинство тех, кто размышлял о Божественности Христа, принимают Библию как Богодухновенную книгу. Будем и мы основывать свой анализ на том, что Библия исторически надежна, что она Слово Божие к нам и единственное истинное руководство для выяснения того, является ли Христос воплощенным Богом.

Скажем со всей откровенностью, почему это положение кажется нам особенно важным. Подавляющее большинство религиозных сект, отрицающих Божественность Христа и в то же время на словах отдающих должное Библии, ставят обычно выше Библии другие "священные" писания, учения или откровения. Тем самым они, в сущности, отрицают или оспаривают то самое, чего на словах придерживаются: основной исторический источник всех учений Иисуса, Новый Завет. (Зачем объявлять себя христианином или сочувствующим христианству, если ты не доверяешь тому, чему на самом деле учил Иисус?)

Иногда уверяют, что за прошедшие столетия Библия подвергалась искажениям и потому необходимы новые откровения. Однако это не серьезно. Имеется свыше 24.600 частичных или полных рукописей Нового Завета. (Вторая по сохранности рукопись древней истории - "Илиада" и "Одиссея" Гомера. Сохранилось лишь 643 ее экземпляра.) Даже если бы все рукописи Нового Завета погибли, по сочинениям ранних отцов церкви, написанным до 325 г. от Р. X., можно было бы полностью восстановить весь Новый Завет, за исключением примерно одиннадцати стихов. Даже нехристианские историки вынуждены признать, что по всем научно-историческим меркам, прилагаемым к любому древнему документу. Новый Завет более, чем на девяносто процентов подлинен. Можно оспаривать его смысл, но не историчность. [Читателю, которому трудно принять эти факты без дополнительного документального подтверждения, мы предлагаем изучить книгу Джоша Макдауэлла "Неоспоримые свидетельства".]

В Библии прямо говорится, что она есть высший авторитет в вопросах богословия (2 Тим. 3:16, 17). Любая книга, сочинение или учение, которые изменяли бы содержание Библии, -должны отвергаться христианами. Писание настаивает на этом. Ап. Иуда писал: "...я почел за нужное написать вам увещание - подвизаться за веру, однажды переданную святым" (Иуд. 3). Писание не оставляет места позднейшим учениям, которые бы изменяли Библию или прибавляли что-то к ней. Павел сказал: "...если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема" (Гал.. 1:8; ср. Откр. 22:19; Втор. 4:2).

Если другие источники станут притязать на Богодухновенность, подобно Библии, то и оценивать их следует в свете Библии. Бог не может противоречить Себе. Таким образом, что бы ни заявляли позднейшие проповедники и писатели, это не должно противоречить Библии, истинность которой нам уже известна. В противном случае становится ясно, что ни речи, ни книги этих проповедников не вдохновлены Богом.

При рассмотрении Божественности Христа дело не в том, легко ли поверить в Божественность Христа или понять ее, а в том, проповедуется ли она в Слове Божием. Если поначалу идея кажется несовместимой с человеческим разумом или рассудком, это вовсе не означает ее заведомой ложности. Вселенная наша полна таких явлений, как тяготение, природа света или квазары, которые в данное время находятся по ту сторону человеческого разумения - но тем не менее истинны. Библия учит, что для людских умов Бог непостижим (Иов 11:7; 42:2-6; Пс. 144:3; Ис. 40:13; 55:8, 9; Рим. 11:33). Следовательно, последнее слово о самом Себе остается за Богом, независимо от того, можем ли мы его полностью понять.

Как же Бог открыл Себя в личности Иисуса? Писание гласит:

"Бог, многократно и многообразно говоривший издревле отцам в пророках, последние дни сии говорил нам в Сыне, Которого поставил наследником всего, чрез которого и веки сотворил. Сей, будучи сияние славы и образ ипостаси Его и держа все словом силы Своей, совершив Собою очищение грехов наших, воссел одесную величия на высоте" (Евр. 1:1-3).

Иисус Христос - живое слово Божие. Он открывает Отца. Когда один из учеников сказал: Господи! покажи нам Отца" (Иоан. 14:8), - Иисус отвечал: "Столько времени Я с вами, и ты не знаешь Меня?.. Видевший Меня видел Отца" (ст. 9). Апостол Павел назвал Иисуса "образ Бога невидимого" (Колос. 1:15). Итак, в этой книге мы постараемся доказать, что глядеть на Иисуса и слушать Его - то же самое, что видеть и слушать Бога.

Если Христос был Богом в образе человека, то Его, как никого другого в истории, следует слушать, почитать - и даже поклоняться Ему. Это бы значило, что Бог, Который сотворил галактики, туманности и квазары. Который разбросал миллиарды солнц в небесах, - этот Бог стал человеком, жил, ступал по земле - и умер, покорившись Своему собственному творению. Смерть Его значила бы бесконечно больше, чем смерть любого праведника. То была бы высшая жертва всех времен, свидетельство неизмеримой любви. При таких обстоятельствах обращаться с Иисусом как просто с человеком (или даже одним из богов) было бы святотатством. Не суметь приспособить свою жизнь к Его учению означало бы проглядеть саму жизнь.

С другой стороны, будь Иисус не Богом, а низшим тварным существом, можно было бы испытывать к Нему признательность за Его жизнь, смерть и учение. Но поклоняться Ему как Богу было бы ужасной ошибкой; Он был бы не более чем идолом, захватившим место Бога. В Библии нет неясностей насчет идолопоклонства. Бог говорит, что Он не даст славы Своей иному (Ис. 42:18; 48:11), что нет других божеств (или богов), кроме Него Самого (Ис. 45:5, 21, 22; Иерем. 10:6; 1 Кор. 8:4-6) и что нам следует служить единому Богу (Втор. 6:13, 14; Матф. 4:10). Так что либо Иисус - Бог, либо нет. Верить в Него по ошибке - святотатство либо идолопоклонство.

Спор этот может усложняться в зависимости от вашего образования и воспитания. Можно выдвигать аргументы как за, так и против Божественности Христа. Например, усвоив, что Бог - лицо единое и что Иисус - тварное существо, нетрудно при поверхностном чтении Библии найти стихи в поддержку этого взгляда. Считающий же, что Бог - единое высшее существо, включающее Отца, Сына и Святого Духа, и что Сын поступился своим равным положением среди Божества, чтобы стать человеком в лице Иисуса, может найти отрывки Писания в поддержку этого взгляда. Так что дело не в том, обоснована ли каждая из этих позиций, но в том, какая из них находит наилучшее подтверждение. Чему же на самом деле учит Писание?

При разборе этих двух точек зрения мы полагаем, что можем дать более чем убедительные ответы на все библейские стихи, используемые для доказательства, будто Иисус не Бог. Мы покажем, что Библия дает Иисусу все великие имена, признаки и звания Бога. Мы покажем из Писания, что Иисус принимал поклонение и молитву, и предоставим ответы на все главные контраргументы. Мы документально подтвердим из церковной истории (до Никейского Собора в 325 г. от Р. X., когда это стало официальной позицией церкви), что Божественность Христа всегда отождествлялась с правоверием.

Очевидно, что из двух точек зрения одна неправильна. Было бы много легче, будь это лишь вопросом искренности - но это не так. Это вопрос истинности (Римлян. 10:2).

Отыскать соответствующие определения природы Бога, природы Троицы, а также личности и природы Иисуса Христа - предварительное условие для того, чтобы понять многочисленные стихи Писания, касающиеся Божественности Христа.

1. Бог. Писание учит, что Бог - личное, разумное, любящее, справедливое, верное, вечное существо, которое находится в подвижном взаимодействии со Своим творением. Определения Бога можно объединить в две группы: общие определения и нравственные определения. Роберт Пассантино говорит: "Бог (согласно Его общим определениям) - единый, вечный, неизменный, всемогущий, всеведущий, вездесущий, триединый, духовный и личностный". [Роберт Пассатино. Природа и определения Бога. Коста-Меса, Калифорния. CARIS, 1980, стр. 3.] Он продолжает: "Нравственные определения Бога включают Его святость, праведность, любовь и истинность". [Там же, стр. 10.] Христианство учит, что Бог в настоящее время поддерживает вселенную, правит ею и, как мы постараемся показать, воплотился в Иисуса из Назарета.

2. Троица. - Среди всех вещей и живых существ лишь Бог един в трех лицах, или триедин. Когда мы говорим, что Бог триедин, мы обозначаем взгляд на Бога, восходящий к целой панораме отрывков Писания, описывающих личную природу Бога. Под триединством, откуда и возникает слово Троица, мы понимаем, что Бог непротиворечиво открывается как вечно существующий в трех лицах (Отец, Сын и Святой Дух). Эти три лица составляют Божественность, однако есть лишь один Бог.

Мы не хотим сказать, что:

1. Есть один Бог и трое богов.

2. Есть один Бог и одно лицо с тремя именами, образами или проявлениями.

3. Есть один Бог и одно лицо, которое стало тремя отдельными и сосуществующими лицами.

4. Есть три бога, состоящие в одном "семействе".

Библейское учение о Троице можно кратко изложить следующим образом.

Единый истинный Бог, как уже установлено (Ис. 43:10; Втор. 6:4), состоит из Отца, Сына и Святого Духа. Каждый член Божественности называется Богом. Отец носит имя Бога (Гал. 1:1; Тит. 1:4 и т. д.). Сын, или Слово (логос) неоднократно называется Богом, например, в стихах: Иоан. 1:1, 14; Деян. 20:28; Иоан. 20:28; Тит. 2:13; Евр. 1:8 и т.д. Святой Дух отождествляется с Богом в различных отрывках Писания (Деян. 5:3-4; Иоан. 4:2, 3; Евр-10:15,16). Понятие единства внутри Троицы видно из такого стиха, как Матф. 28:19, где Отец, Сын и Святой Дух составляют одно "имя" (по-гречески в единственном числе).

В этой книге мы не пытаемся отстаивать доктрину Троицы. Для того, кто приходит к вере в Божественность Христа, вера в существование Бога в качестве отца. Сына и Святого Духа обычно не представляет затруднений.

Желающему исследовать, что говорит Библия о Троице, можно предложить многочисленные стихи: (например, Матф. 3:16, 17; Марк 1:9-11; Лук. 1:35; 3:21, 22; Иоан. 3:34-36; 14:26; 16:13-15; Деян. 2:32, 33; 38, 39; Рим. 15:16, 30; 1 Кор. 12:4-6; 2 Кор. 3:4-6; 13:14; Ефес. 1:3-14; 2:18-22; 3:14-17; 4:4-6; 2Фес. 2:13, 14; 1 Тим. 3:15, 16; Евр. 9:14; 10:7; 10-15; 1 Пет. 1-2).

3. Иисус Христос. - "Иисус Христос" - это и имя, и звание. Имя Иисус происходит от греческой формы имени Иешуа или Иошуа, означающего "Иегова-спаситель" или "Господь спасает". Звание Христос происходит от греческого перевода слова Мессия (или еврейского Машиах: Дан. 9:26) и означает "помазанник". Две должности, царя и священника, сопряжены с применением звания Христа. Уже одно это указывает на Иисуса как на обетованного священника и царя пророчеств Ветхого Завета.

Кроме того, мы верим, что Иисусу присущи две природы, человеческая и Божественная; таким образом, мы придерживаемся взгляда, согласно которому Иисус целиком Бог (по природе Своей) и, однако, целиком человек - Бог, явленный в человеческом образе.

Библия описывает двойную природу Иисуса как Бога и вместе с тем человека следующим образом:

"Ибо в вас должны быть те же чувствования, какие и во Христе Иисусе: Он, будучи образом Божиим [Его двойная природа], не почитал хищением быть равным Богу [Отцу]; но уничтожил Себя Самого, приняв образ раба [второй облик, Его человеческая природа], сделавшись подобным человекам и по виду став как человек; смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной. Посему и Бог [Отец] превознес Его и дал Ему имя выше всякого имени, дабы перед именем Иисуса преклонилось всякое колено [богослужение] небесных, земных и преисподних и всякий язык исповедал, что Господь [Бог Сын] Иисус Христос в славу Бога Отца" (Филип. 2:5-11).

С помощью этих рабочих определений Бога, Троицы и Иисуса мы попытаемся ответить еще на один вопрос, прежде чем обратиться к библейским свидетельствам Божественности Христа.

Как могут подобные нам ограниченные существа понять беспредельного Бога? Нам трудно воспринимать абстракции, вроде истины, добра или красоты, в отрыве от их зримых образов. Мы узнаем красоту, как она видится нам в прекрасном предмете, добро - как оно сосредоточено в добром человеке, - и так далее. Но что же Бог? Как можно постигнуть, на что похож Бог?

До некоторой степени мы могли бы это сделать, если бы Бог как-то сосредоточился в образе, доступном человеческому пониманию, став одним из людей. Хотя при жизни тот человек не выражал бы вечности и вездесущности Бога (для этого не хватило бы ни времени, ни пространства), он бы зримо выражал природу Бога.

Это - весть Нового Завета. Ап. Павел говорит, что во Христе "обитает вся полнота Божества телесно" (Колос. 2:9). Иисус стал человеком с тем, чтобы человеческие существа могли получить какое-то представление о беспредельном Боге.

Второе, зачем Бог решил стать человеком, - это преодоление пропасти между Богом и человечеством. Если бы Иисус был "только" человеком или тварным существом, то глубина пропасти между Богом и человечеством - бесконечным и конечным, Творцом и творением. Святым и нечестивым - осталась бы неизменной. Чтобы мы смогли узнать Бога, Бог должен был спуститься к нам. Ни одно из тварных существ не может преодолеть гигантской пропасти между Богом и людьми, подобно тому, как кусок глины не может вдохновиться и возвыситься до уровня скульптора. Бог из любви сделал этот шаг к нам. Он желал проложить путь, чтобы все могли узнать Его.

Самый сильный аргумент в пользу Божественности Христа вызывал наибольшую ярость современников Иисуса. Он принимал имена и звания Бога из Ветхого Завета, а также позволял называть Себя ими. Когда Иисус нарекал Себя этими Божественными именами, это так разгневало еврейских вождей, что они попытались казнить Его за богохульство. У еврейских властей не было сомнений, что этот галилейский проповедник притязал быть всемогущим Богом.

Можно возразить, что притязание Иисуса на эти Божественные имена и звания не отождествляет Его и Бога. Несколько человек могут иметь одно и то же имя или звание. Или же, скажем, Джон Смит может быть человеком, мужем, другом и вице-президентом компании в одно и то же время. Некоторые имена и звания, однако, исключительны и могут принадлежать лишь одному человеку. К примеру, в данный момент лишь один человек может быть президентом Соединенных Штатов. Многие из имен и званий, которые Библия применяет к Иисусу, могли по праву принадлежать лишь одному лицу - Богу.

Иисус притязал на имя Бога, более всего почитавшееся евреями, имя, считавшееся столь священным, что евреи даже не произносили его вслух: YHWH (ныне часто произносимое Ягве или Иегова).

Бог впервые открыл значение этого имени народу Своему в книге Исхода. Когда Моисей спросил, каким именем следует называть Его, Господь отвечал: "Я есмь сущий... так скажи сынам Израилевым: Сущий послал меня к вам" (Исх. 3:13,14).

Слово СУЩИЙ не есть слово YHWH. Однако оно есть производное от глагола "быть", от которого образовано также Божественное имя "Ягве" (YHWH) в Исход. 3:15. Таким образом, Я ЕСМЬ СУЩИЙ - звание, которое Бог сообщил Моисею, - это более полное выражение Его вечной сущности, сокращенное в ст. 15 до Божественного имени YHWH. Септуагинта, греческий перевод еврейского Ветхого Завета, передает первое словоупотребление СУЩИЙ в Исход. 3:14 как ego eimi. (Греческий был разговорным языком во времена Иисуса, и на этом языке написан Новый Завет.)

Итак, во времена Иисуса эмфатическая форма "Я есмь" (ego eimi) по-гречески была эквивалентом еврейского Ягве. В зависимости от контекста, эта фраза могла быть усилением суждения "Я есмь!" (как в Иоан. 9:9) или именем Самого Бога, вечно СУЩЕГО.

В нескольких случаях Иисус применял термин ego eimi к Себе, как он мог быть применен только к Богу. Самый ясный пример - это когда евреи сказали Иисусу: "Тебе нет еще пятидесяти лет, - и Ты видел Авраама? - Иисус сказал им: истинно, истинно говорю вам: прежде, нежели был Авраам, Я ЕСМЬ (по-гречески: ego eimi). Тогда взяли каменья, чтобы бросить на него" (Иоан. 8:57-59). Евреи стремились убить Его за дерзость этого притязания на Божественность. Ветхий Завет не оставляет сомнений на этот счет. Предписываемое наказание за святотатство - побиение камнями (Левит. 24:16).

Иисус и в других случаях относил к Себе это звание. Ранее в той же главе Иисус утверждал: ...если не уверуете, что это Я (ego eimi), то умрете во грехах ваших" (Иоан. 8:24). Он говорил евреям: "когда вознесете Сына Человеческого, тогда узнаете, что это Я (ego eimi)" (Иоан. 8:28).

Свою Божественность Иисус утверждал постоянно. Когда еврейская храмовая стража вместе с римскими солдатами явилась арестовать Его в ночь перед распятием, Иисус спросил их: "кого вы ищете? - Ему отвечали: Иисуса Назорея. Иисус говорит им: это Я (ego eimi)... И когда сказал им: это Я, они отступили и пали на землю" (Иоан. 18:4-6). Они не способны были устоять перед силой Его притязания и Его личности.

Авторы Нового Завета, убежденные, что Иисус Христос был Богом, не видели противоречия в отнесении к Иисусу отрывков Нового Завета, где упоминался YHWH (Иегова).

Начиная свое Евангелие, Марк цитировал относившееся к Богу у Исаии: "Глас вопиющего в пустыне: приготовьте пути Господу, прямыми сделайте в степи стези Богу нашему" (Ис. 40:3). Марк увидел исполнение этого отрывка в приготовлении Иоанном Крестителем пути Иисусу (Марк. 1:2-4; ср. Иоан. 1:23).

Павел, цитируя Иоиля (2:32): "Ибо всякий, кто призовет имя Господне, спасется", применял эти слова к Иисусу (Римлян. 10:13).

Петр цитировал тот же самый стих Иоиля. "И будет, всякий, кто призовет имя Господне, спасется" (Деян. 2:21). Потом, когда люди спросили, что нужно делать, чтобы спастись, Петр сказал им: "Покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа..." (Деян. 2:38). Именно установив, что призвать имя Господа (Ягве) - предварительное условие спасения, Петр говорит, чтобы они крестились во имя Иисуса Христа. Если бы Петр не считал Христа Богом, можно было бы ожидать от него призыва креститься во имя Ягве, что соответствовало бы опыту и верованиям евреев.

Итак, ученики именовали Иисуса Богом. Однако, быть может, еще важнее то, что и враги Его признавали факт Его притязаний. В суде свидетельство противной стороны всегда имеет особую силу. Например, как будет подробно рассмотрено ниже, Иисус сказал:

"Я и отец одно. - Тут опять иудеи схватили каменья, чтобы побить Его. Иисус ответил им: много добрых дел показал Я вам от Отца Моего; за которое из них хотите побить Меня камнями? - Иудеи сказали Ему в ответ: не за доброе дело хотим побить Тебя камнями, но за богохульство и за то, что Ты, будучи человек, делаешь себя Богом" (Иоан. 10:30-33).

Не было никаких сомнений, кем, по мнению еврейских вождей, хотел предстать Иисус. Таким образом, главное обвинение врагов Иисуса основывалось не на его поступках, а на том, кем Он притязал быть: Богом.

Греческое слово, сотни раз используемое в Новом Завете и означающее Бог - это слово Theos (соответствующее еврейскому Elohim в Ветхом Завете). Иисуса несколько раз называют этим именем в отличие от ложных богов.

Библейский иудео-христианский взгляд на истинного Бога резко противостоит индуистской и буддийской религиям, которые отождествляют истинное Я самого человека, соответственно, с Богом или с высшей действительностью. Например, большинство индуистских гуру в Америке без всякого стеснения говорят: "Я Бог", - и таким образом наставляют тысячи своих последователей. Разумеется, тому, кто верит, что внутренне он уже Бог, нет нужды искать Бога в христианском смысле или принимать личного Спасителя. Не так обстоит дело с Новым Заветом, созданным в рамках еврейского единобожия, которое отчетливо проводит грань между Богом и Его творением. В культурной традиции Иисуса нельзя было назвать именем Бог, если он не считался "единым Богом" (Втор. 6:4), поскольку в понимании евреев не было никаких "других богов".

К. С. Льюис пишет:

"Пытаются утверждать, что Тот Человек на деле не говорил этого, но что последователи преувеличили Его рассказ, и таким образом развилась легенда о Его собственных словах. Это трудно представить, так как все Его последователи были евреи, то есть принадлежали к нации, более всех других убежденной, что есть лишь один Бог - что других быть никак не может. Очень странно, что этому ужасному домыслу о религиозном вожде случилось развиться в народе, менее всех прочих на этой земле склонном совершить такую ошибку. Напротив, складывается впечатление, что все Его ближайшие последователи и даже авторы Нового Завета с трудом усваивали эту доктрину в ее полноте". [К. С. Льюис. "Что делать с Иисусом Христом? Великое чудо: речи Бога на скамье подсудимых". Нью-Йорк. Ballantine, 1963, с. 113.]

Бог стоял отдельно от Своего творения. Человеческие существа не были продолжением Бога.

Ниже следуют одиннадцать примеров из Нового Завета, где Христа называют Богом.

1. В Евр. 1, где представляется превосходство Христа над ангелами и пророками: "А О Сыне (Богом сказано): престол Твой, Боже (Theos), в век века". Евр. 1:8, только что процитированный, - прямая цитата из Пс. 44: 6, 7. где "Боже" обращено к Богу. [Согласно Найджелу Тернеру, который добавил том "Синтаксиса" к знаменитой "Грамматике новозаветного греческого языка" Моултона Гордона Тернера, в его "Грамматических наблюдениях в греческом Новом Завете", Эдинбург, Шотландия-Т. и Т. Кларк, 1965, с. 15.]

2. Aп. Петр называл Христа "Бог" (Theos). Он писал: "Симон Петр, раб и Апостол Иисуса Христа... по правде Бога нашего и Спасителя Иисуса Христа" (2 Петр. 1:1), - причем слова Иисус Христос выступают здесь как приложение к Богу и Спасителю. (Приложение по-гречески означает, что существительное или группа существительных употребляется с другим существительным как объясняющий эквивалент.)

В греческом оригинале Нового Завета это называется "конструкция Грэнвилла Шарпа". Один артикль относится к двум существительным (Бог и Спаситель). Союз "и" (по-гречески kai) неразрывно сочетает два существительных. Это значит, что приложение (слово, которое именует), Иисус Христос, должно относиться как к Богу, так и к Спасителю. Грамматики единодушно подчеркивают, что имеется в виду лишь одна личность, а не две. Все соглашаются, что Иисус Христос - это и есть "великий Бог и Спаситель".

3. Та же конструкция Грэнвилла Шарпа была также употреблена ап. Павлом, когда он велел Титу ожидать "явления славы великого Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа" (Тит. 2:13).

4. Фома, который усомнился в воскресении, сказал: "Если не увижу на руках Его ран от гвоздей, и не вложу перста моего в раны от гвоздей, и не вложу руки моей в ребра Его, не поверю" (Иоан. 20:25). Когда Иисус явился Фоме, Он сказал: "подай перст твой сюда, и посмотри руки Мои; подай руку твою и вложи в ребра Мои; и не будь неверующим, но верующим" (ст. 27). Фома отвечал: "Господь и Бог (Theos) мой!" (ст. 28). Не подлежит сомнению, что слова Фомы были обращены к Иисусу. Фома употребил оба звания, чтобы показать, что он понимает Божественность и власть Христа. Иисус не упрекнул Фому в богохульстве. Вместо этого Он принял Божественные звания.

5. Деян. 2:36 гласит: "Бог сделал Господом и Христом Сего Иисуса". Ст. 39 называет Христа "Господь Бог наш", и таким образом Христос, Который есть Господь (ст. 36), есть также Бог (ст. 39).. Деян. 10:36 подтверждает это, называя Христа "Господь всех".

6. Деян. 16:31 и 34 говорят о вере в Господа Иисуса как о вере в Бога.

7. Откр. 7:10-12, 17 гласит: "И восклицали громким голосом, говоря: спасение Богу нашему, сидящему на престоле, и Агнцу! И все ангелы стояли вокруг престола и старцев и четырех животных, и пали пред престолом на лица свои, и поклонились Богу, говоря: аминь! благословение и слава, и премудрость и благодарение, и честь и сила и крепость Богу нашему во веки веков! Аминь, ...ибо Агнец, Который среди престола, будет пасти их и водить на живые источники вод, и отрет Бог всякую слезу с очей их". - Заметим, что в ст. 10 именно Бог сидит на престоле, а в ст. 17 среди престола - Агнец (Иисус). Кто же находится среди престола? Сказать, что Иисус среди престола, и, однако, отрицать Его Божественность - значит похищать у Бога Его срединное место на небесах, - положение, не выдерживающее критики.

8. Другим именем Мессии было Еммануил (Ис.7:14), что в буквальном переводе значит "с нами Бог". В Матф. 1:23 звание это ясно относится к Иисусу: "Се, Дева во чреве примет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил, что значит: с нами Бог".

9. Исаия 9:6 гласит: "Ибо младенец родился нам - Сын дан нам; владычество на раменах Его, и нарекут имя Ему: Чудный, Советник, Бог крепкий, Отец вечности. Князь мира". Это пророчество насчет Иисуса, Мессии, указывает, что одним из имен Его будет "Бог крепкий", что по-еврейски Е1 Gibbor. To же сочетание употреблено применительно к Ягве в: Исаия 10:21 (по-русски в этом последнем случае "Богу сильному". - Прим. перев.) Суть в том, что Святой Дух нарекает младенца Иисуса такими именами. Если бы они намеренно не выражали природы младенца, то получился бы обман. "Нарекут имя Ему" значит "Вот кто Он есть", а не "вот что значит Его имя, но Он не то, что оно означает".

Как говорит Герберт К. Льюполд: "Он назван этими именами, потому что являет собой отвечающую им личность". [Герберт К. Льюполд. Толкования Исайи. Т. 1. Грэнд-Рэпидс, Мичиган. Baker Book House, 1968, с. 158.] Если Иисус не Бог крепкий, он равно и не Чудный, не Советник и не Князь мира. А если так, то зачем вообще употреблять такие слова? Зачем сообщать нам значение имени, не имеющего отношения к делу? Но, как показывает остальная часть книги Исаии и Ветхого Завета, Мессия - в самом деле чудный, советник и князь мира (Исаия 42 и 49; ср. Зах. 9:9, 10; Михей 5:4). И, как доказывает Новый Завет, Он также всемогущий Бог (Иоан. 1:1; Тит 2:13).

10. Иоан. 1:1, 14 гласит "В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог (Theos)... И Слово стало плотию, и обитало с нами...". Этот стих наиболее широко используется и порождает больше всего споров о Божественности Христа. Несомненно, что "Слово" относится к Иисусу, поскольку ст. 14 гласит: "И Слово стало плотию, и обитало с нами". Если принять стихи 1 и 14 буквально, они проповедуют Божественность Христа; они утверждают, что Слово было "у Бога", "было Бог" и "стало плотию".

Чтобы отрицать Божественность Христа по прочтении этих стихов, приходится ложно переводить или перетолковывать Иоан. 1:1. Один из способов, каким ложно переводится Иоан. 1:1 - это переложение фразы "Слово было Бог" (по-английски здесь стоит неопределенный артикль "а". - Прим. Перев.). Однако, греческий текст не позволяет употребить неопределенный артикль перед словом "Бог".

Брюс Мецджер, студент, практикующийся в греческом языке, сообщает об исследовании греческого определенного артикля, выполненном профессором Чикагского университета д-ром Эрнстом Кэдменом Колуэллом. Колуэлл пишет:

"Именительный падеж в предикативном положении имеет артикль, когда существительное следует за глаголом; он не имеет артикля, когда существительное предшествует глаголу... Начальный стих Евангелия от Иоанна содержит один из многих примеров, когда это правило подразумевает перевод именной части сказуемого существительным с определенным артиклем. Отсутствие артикля (перед theos) не делает именную часть сказуемого неопределенной или качественной, когда оно предшествует глаголу; в этой позиции она неопределенная лишь тогда, когда этого требует контекст. Контекст не требует этого в Евангелии от Иоанна, ибо это заявление не выглядит странным в прологе Евангелия, которое достигает кульминации в исповеди Фомы". [Брюс М. Мецгер. Свидетели Иеговы и Иисус Христос. Принстон, Нью-Йорк. Theological Book Agency, 1953, с. 75.]

Специалист по библейским языкам Ф. Ф. Брюс, говорит, что перевод фразы как "бог, один из богов" - страшное искажение, потому что пропуск неопределенного артикля обычен для существительных в предикативных конструкциях. [Ф. Ф. Брюс. Ответы на вопросы. Грэнд-Рэпидс. Zondervan, 1973, с. 66.]

Таким образом, Иоан. 1:1 - один из самых ясных стихов в Новом Завете, выражающих абсолютную Божественность Христа. Конструкция эта обсуждалась многими лучшими в мире специалистами по греческому языку и Библии. Мы могли бы пересказать этот стих примерно так: "Прежде чем что-либо начало существовать. Слово уже существовало. Оно находилось в тесной близости к Богу, и чем был Бог, тем было Слово".

Как говорит Ф. Ф. Брюс о ст. 1: "...Смысл тот, что "и Слово Само было Богом". [Ф. Ф. Брюс. Божественность Христа. Манчестер, Англия. Wright's (Sandbach) Ltd.. 1964, с. 25.26.]

Иногда спрашивают, как Иисус мог быть "Бог" и "у Бога" в одно и то же время. Ответ на это обнаруживается в понятии Троицы: единый Бог в трех вечных лицах. Слово из Иоан. 1:1 было у других лиц Троицы и само было Бог по природе Своей.

Секта, известная как "Международный путь" толкует бытие Иисуса в качестве Слова в том смысле, что Он был выражением Бога, подобно тому, как наши слова - выражение нас самих. "Путь" не верит, что Иисус был словом в том смысле, что был Богом. В поддержку этого толкования члены этой секты утверждают, что стихи Иоан. 1:1-18 в основном говорят о Боге, а не об Иисусе, что, если бы эти стихи говорили об Иисусе, они прилагали бы к Иисусу характеристики, какие может иметь только Бог. Таким образом, они по мере возможности пытаются отодвинуть на второй план Иисуса, говоря, что весь упор Иоан. 1 сделан на обращении к Богу.

Их толкование, однако, не слишком убедительно. Во-первых, череда местоимений Он и Его в Иоан. 1 имеет мало смысла, если они относятся в основном к Богу, а не к Иисусу, поскольку устремление Евангелия от Иоанна в целом - к тому, чтобы люди смогли уверовать в Иисуса. В ключевом стихе своего Евангелия Иоанн говорил: "Сие же написано, дабы вы уверовали, что Иисус есть Христос, Сын Божий..." (Иоан. 20:23). По логике вещей, вступление Иоанна должно быть связано с его основной темой.

Во-вторых, все, что сказано в первых 18 стихах Иоан. 1, повторено об Иисусе где-либо еще в Евангелии или в других отрывках Нового Завета. Несколько примеров:

Слова Альфа и Омега дают прекрасное, благоговейное описание Бога. Задолго до того, как звезды заполнили небеса и возникла наша вселенная, был Бог. Он пребывает во веки веков. Быт. 1:1 гласит: "В начале был Бог". Бог один заслуживает званий Альфа (первое) и Омега (последнее).

Таким образом, эти имена выражают вечную природу Бога. Он источник и цель всего творения. Ни одно тварное существо не может притязать на то, чтоб быть первым и последним из всего, что есть.

В Писании Иисус и Бог оба зовутся Альфа и Омега, первый и последний.

Значение этих отрывков в книге Откровение нельзя недооценивать. Они - из самых сильных и ярких примеров притязания Христа на Божественность. Не может быть двух первых и последних, двух Альф и двух Омег.

Звание Господа свободно употребляется в обоих Заветах в отношении к Богу и к Иисусу. В Ветхом Завете еврейское слово, означающее Господь, - Adonai. В Септуагинте и Новом Завете слово, переводимое как Господь, - Kurios. Оба слова употреблялись евреями по отношению к Богу.

В Новом Завете Kurios имело два значения, одно общее, а другое - сакральное. Общее употребление было вежливым приветствием, означающим "сударь" или "господин". Сакральный смысл подразумевал Божественность. В некоторых отрывках Нового Завета слово Господь употребляется как уважительная форма в обращении к Иисусу (Иоан. 4:11). Поскольку ранние христиане были, как и евреи, монотеистами, то применение ими к Иисусу слова Господь в сакральном смысле было бы убедительным свидетельством того, что они считали Христа Богом. Как пишут Хогг и Вайн:

"Если вспомнить, что люди эти принадлежали к единственному в мире монотеистическому племени, становится ясно значение этой ассоциации Иисуса с Богом в одном этом обращении, "Господь". Связывать с Творцом кого-то заведомо сотворенного, пусть и весьма возвышенного, было возможно для языческих философов, но никак не для еврея". [О. П. Хогт и У. Э. Вайн. Послание к Фессалоникийцам. Финкасл, Виргиния. Scripture Truth, 1959, с. 24.]

Римляне, почитавшие императора как бога, часто приветствовали друг друга, говоря: "Кесарь есть Господь". Отказ ранних христиан и евреев воздавать эту почесть императору стал одной из причин их преследования. Этой традицией можно также объяснить важность христианской фразы "Иисус - Господь", т.е. Господь употреблялось в смысле Бог.

В Писании есть несколько ярких примеров, где Иисуса называют "Господь" в сакральном смысле. Ап. Павел писал: "никто, говорящий Духом Божиим... не может назвать Иисуса Господом, как только Духом Святым" (1 Коринф. 12:3). Некоторые могли бы возразить, говоря: "Я верую в Иисуса как в "Господа моего", но я точно не считаю его Богом". Здесь важно понять, что имеется в виду под словом Господь. Любой может произнести слова "Иисус - Господь", и некоторые даже понимают это в смысле "господин", но ап. Павел говорил не об этом, а о Божественности Иисуса. На это есть целый ряд указаний.

1. Павел начал главу 12 Первого послания к Коринфянам, говоря о дарах духовных и о том, что Коринфяне были вовлечены в почитание идолов как богов. По контрасту с этими ложными богами (ст. 1, 2) Павел заявлял, что никто, говорящий Духом Божиим, "не произнесет анафемы на Иисуса" и что никто не может назвать Иисуса Господом, как только Духом Святым", подразумевая, что Иисус, Господь, - истинный Бог, стоящий почитания.

2. В ст. 3 Павел обращается с Духом, Иисусом и Богом на равных основаниях. Ст. 4-6 также показывают:

ст. 4: различие даров, но одного и того же Духа;

ст. 5: различие служений, но одного и того же Господа (т.е. Иисуса - ст. 1);

ст. 6: различие действий, но одного и того же Бога. Если Иисус не Бог, почему Он приравнивается к Богу в ст. 5? В ст. 11 и 18 Дух и Бог снова употребляются как синонимы.

Если спросить отрицающего Божественность Христа, молится ли он (или она) Господу, - в ответ можно услышать: "Кого вы имеете в виду?". В этом суть дела. По всему Новому Завету Бога и Иисуса обоих называют Господь. В общем, ответ мог бы быть таков: "Я молюсь Богу, но не верю в молитву Иисусу". На это возражают пять примеров из Нового Завета, где молитва обращается к Иисусу на небесах как к Господу (или Сыну Божьему).

1. В Деян. 7:59, 60 Стефан призывал Иисуса как Господа. Когда его побивали камнями, он молился:"Господе Иисусе! Приими дух мой". Это показывает веру его в то, что Иисус больше, чем человек, и достаточно могуществен, чтобы принять его дух. - "И, преклонив колена, воскликнул громким голосом: Господи! не вмени им греха сего". Благочестивый эллинистический еврей не стал бы молиться никому меньшему, нежели Бог.

2. В 1 Коринф. 1:2 Павел писал к "святым, со всеми призывающими имя Господа нашего Иисуса Христа, во всяком месте, у них и у нас".

3. В 2 Коринф. 12:8-9, когда Павел говорил о "жале в плоти", он сказал: "Трижды молил я Господа о том, чтобы удалил его от меня. Но Господь сказал мне: довольно для тебя благодати Моей, ибо сила Моя совершается в немощи. И потому я гораздо охотнее буду хвалиться своими немощами, чтобы обитала во мне сила Христова".

4. В 1 Иоан. 5:13-15 читаем: "Сие написал я вам, верующим во имя Сына Божия, дабы вы знали, что вы, веруя в Сына Божия, имеете жизнь вечную. И вот какое дерзновение мы имеем к Нему, что, когда просим чего по воле Его, Он слушает нас; а когда мы знаем, что Он слушает нас во всем, чего бы мы не просили, - знаем и то, что получаем просимое от него". - Местоимения Они Его относятся к Сыну Божьему (ст. 13).

5. В Деян. 8:24 Симон сказал: "помолитесь... Господу" (в ст. 16 - упоминание "Господа Иисуса").

И Петр, и Павел называли Иисуса "Господь всех" (Деян. 10:36; Римлян. 10:12). Павел также сказал: "...Ибо, если бы познали, то не распяли бы Господа славы" (1 Коринф. 2:8). Кто такой Господь славы? Пс. 23:10 гласит, что "Господь (YHWH) сил. Он - Царь славы". (См. ткж. Пс. 95:7, 8.)

Во 2 Коринф. 4:4-5 Павел назвал Иисуса Господом, говоря: "бог века сего (Сатана) ослепил умы, чтобы для них не воссиял свет благовествования о славе Христа, Который есть образ Бога невидимого. Ибо мы не себя проповедуем, но Христа Иисуса, Господа". Следовательно, Христос, образ Бога, есть Господь.

Павел использовал тот же язык и те же фигуры речи, называя Иисуса Господом, какие использовал в Ветхом Завете Исаия для Ягве (Иеговы):

У Павла, знатока Ветхого Завета и фарисея, такая параллель не может быть случайной.

Иисус называет Себя "господин... субботы", т. е. говорит о Себе как о творце субботы. В Исход. 31:13, 17 Бог сказал: "субботы Мои соблюдайте, ибо это - знамение между Мною и вами... это - знамение между Мною и сынами Израилевыми навеки". Для еврея Ягве был как создателем, так и господином субботы. Когда некоторые фарисеи упрекали Иисуса в том, что Он позволяет Своим ученикам собирать зерно в субботу, "трудясь" и таким образом нарушая закон. Он сказал, что не видит в этом греха, потому что Он - "господин субботы" (Матф. 12:8). Как говорит К. С. Льюис:

"Вот еще любопытное замечание: почти во всех религиях есть неприятные обряды вроде поста. В один прекрасный день этот Человек вдруг замечает: "Никому нет нужды поститься, пока Я здесь". Кто этот Человек, который замечает, что одно Его присутствие откладывает выполнение всех нормальных правил? Что это за личность, которая может ни с того ни с чего объявить школьникам, что отпускает их с уроков?" [Льюис. Великое чудо, с. 112.]

Евреи, которые слышали Его, сочли Его слова богохульством. Потом, в тот же субботний день Он отправился в их синагогу - и снова обратил на себя внимание "трудом", исцелив больного, что еще более разъярило их. В их понимании это тоже было нарушением субботы. Возбужденные Его притязанием на власть, какая могла быть у одного лишь Бога, они пытались убить Иисуса (Матф. 12:14).

Вспомним еще раз, что, согласно Втор. 6:4 и Марк. 12:29, может быть лишь один Господь.

Бог Ветхого Завета недвусмысленно заявлял, что Он один - Спаситель. "Я, Я - Господь (Ягве), и нет Спасителя кроме меня" (Ис. 43:11). Однако Писание открыто заявляет, что Иисус также Спаситель.

Павел велел Титу ожидать блаженного упования, "явления славы великого Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа" (Тит. 2:13). Здесь важен контекст этого стиха. На протяжении двенадцати стихов Павел неизменно употребляет фразы "Спаситель наш. Бог" и Иисус, Спаситель наш" (Тит. 2:10,13; 3:4, 6).

Царь - звание, которое выражает величие Бога. Псалмопевец писал: "ибо Господь есть Бог великий и Царь великий над всеми богами" (Пс. 94:3). - Бог сказал: "Я - Господь, Святый ваш, Творец Израиля, Царь ваш" (Исаия, 43:15). Более тридцати раз в Псалмах, у Исаии, Иеремии, Даниила, Захарии и Малахии о Боге говорится как о "Царе", "Царе Израиля" и "Великом Царе".

Хотя и верно, что "царь" - это чаще всего человеческий титул. Новый Завет не только говорит о Христе как о Царе в том же смысле, в каком Ветхий Завет описывает Бога, но и называет Его еще и Царь царей". - ("...и Агнец победит их, ибо Он есть Господь господствующих и Царь царей" Откр. 17:14). При втором пришествии Христа слова ЦАРЬ ЦАРЕЙ и ГОСПОДЬ ГОСПОДСТВУЮЩИХ будут написаны на одежде Его (Откр. 19:16). В Ветхом Завете о Ягве (Иегове) говорится как о Боге богов и Владыке владык (Втор. 10:17).

Первое послание к Тимофею, 6:14-16 имеет особое значение. Оно гласит: "...до явления Господа нашего Иисуса Христа, которое в свое время откроет блаженный и единый сильный Царь царствующих и Господь господствующих, единый, имеющий бессмертие, Который обитает в неприступном свете. Которого никто из человеков не видел и видеть не может". Местоимение, заменяющее "Царя царей и Господа господствующих" может относиться как к Христу, так и к Богу. Если речь здесь идет о Христе в Его состоянии славы (Откр. 1:12-18)" тогда Он был бы "единый сильный", "Царь царей", единственный, кому принадлежит "бессмертие" и единственный, кто "обитает в неприступном свете" - все звания Божественности. С другой стороны, если этот отрывок говорит о Боге, тогда Оба, Христос и Бог, имеют одинаковые звания "Царь царей и Господь господствующих", как показывают другие, вышеупомянутые отрывки (Откр. 17:14). В любом случае это говорит в пользу Божественности Христа.

Ветхий Завет не оставляет сомнений, что Бог - судия каждой души. "Он призывает свыше небо и землю судить народ свой... ибо судья сей есть Бог" (Пс. 49:4, 6). Есть много упоминаний о Ягве (Иегове) как о судье, например. Быт. 18:25; Пс. 95:13; Евр. 12:23, 24; 1 Петр. 1:17). Однако в Новом Завете Бог Отец "весь суд отдал Сыну" (Иоан. 5:22). Причина того, что весь суд отдан Сыну, названа в следующем стихе: "Дабы все чтили Сына, как чтут Отца". Почитают ли Отца как Бога? Конечно. Так что Сына следует почитать так же.

Весь этот отрывок (Иоан. 5:17-30) - одно из сильнейших сложных утверждений Божественности Христа во всей Библии. Иисус - тот единственный, Кто будет судить "живых и мертвых" (2 Тим. 4:1). Именно " пред судилище Христово" (2 Коринф. 5:10) явятся все верующие. Римлян. 14:10 употребляет "суд Христов" точно таким же образом. Как Христос, так и Ягве испытуют сердца верующих (Откр. 2:23; Иер. 17:10). Таким образом, Иисус и Ягве выступают как единый судия.

Слово "свет" - нередкая библейская метафора для Бога, Его присутствия или откровения. Бог есть "свет", "вечный свет", "свет для язычников". Тот, кто освещает пути наши и "просвещает тьму" (Пс. 26:1; Исаия 42:6; 60:19. 20; 2 Царств 22:29).

Иисус настаивал на том, что Он есть свет, а не просто тот, кто указывает путь к свету. Он сказал: "Я (ego eimi) свет миру; кто последует за Мною, тот не будет ходить во тьме, но будет иметь свет жизни" (Иоан. 8:12). Насчет Себя Иисус также сказал: "Суд же состоит в том, что свет пришел в мир; но люди более возлюбили тьму, чем свет..." (Иоан. 3:19). Он сказал: "Доколе Я в мире, Я свет миру" (Иоан. 9:5). Апостол Иоанн говорил, что Иисус "свет человеков", "свет истинный" и "просвещает всякого человека" (Иоан. 1:4, 9). Точно так же, как Бог, Иисус есть вечный свет (Исаия 60:19, 20; Откр. 21:23; 22:25).

Твердыня (скала, камень) может означать многое, но в качестве имени Бога она символизирует Его надежность, прочность и силу. Перед самой смертью Моисей оставил детям Израилевым песнь, напоминавшую им, кто такой Бог и что Бог сделал для них. Два имени Божьих, которые он употребил, были Ягве и Твердыня. "Имя Господа (Ягве) прославлю; воздайте славу Богу нашему. Он твердыня..." (Втор. 32:3-4, см. тж. Втор. 32:15, 18, 31). Псалмопевец назвал Бога твердыней своего (или нашего) спасения (Пс. 88:27; 94:1). Давид чтил Бога, называя Его "твердыня", "скала", "убежище" и "скала Израилева" (2 Царств 22:2, 3, 47; 23:3). В 2-ой Книге Царств задан риторический вопрос: "Ибо кто был Бог, кроме Господа, и кто защита, кроме Бога нашего?"

В Новом Завете Иисусу дано звание "Камня". Павел вспоминал детей Израилевых с Моисеем в пустыне, когда писал: "И все ели одну и ту же духовную пищу; и все пили одно и то же духовное питие, ибо пили из духовного последующего камня; камень же был Христос" (1 Коринф. 10:3-4; см. Исход. 17:6; Неем. 9:15). Здесь Павел символически упоминает о том, как дети Израилевы были накормлены Богом - манной Господней (ст. 3), питьем из Христа (ст. 4). Таким образом, по мысли Павла, Христос был Ягве.

Павел также говорил об Иисусе, называя Его "камень преткновения" (Римлян. 9:33-34). An. Петр говорил о Нем, как о "камне живом", "камне преткновения", "камне краеугольном, избранном, драгоценном"; называл Его "камень, который отвергли строители" (1 Петр. 2:4-8).

"Твердыня" Ветхого Завета и "камень" Нового в английских переводах Библии обозначаются одним и тем же словом "rock".

Слово искупитель обозначает того, кто приобретает или выкупает что-то обратно. Когда человечество духовно обанкротилось и было неспособно спастись. Бог Отец по Своему совету и предвидению (Деян. 2:23) принес в жертву Своего Сына во искупление всего, открыв любому дверь для примирения с Богом. Писание гласит, что у Бога "многое... избавление" (Пс. 129:7-8), что Бог - "Искупитель" (Исаия 48:17; 54:5; 63:9) и Тот, кто избавляет от могилы жизнь твою" (Пс. 102:4). Окончательное искупление греха может прийти только от Бога.

Иисус Христос - искупитель грехов наших. В Иисусе " мы имеем искупление Кровию Его, прощение грехов..." (Ефес. 1:7). Иисус - Тот, Кто для нас "приобрел вечное искупление" (Евр. 9:12). Павел проповедовал пресвитерам в Ефесе "пасти Церковь Господа и Бога, которую Он приобрел Себе Кровию Своею" (Деян. 20:28). Это могло относиться только к смерти Христа на кресте. Иисус Христос - Бог Сын, искупитель наш.

Из-за потребности человечества в оправдании и неспособности нашей соответствовать образу правды Божьей (см. Римлян. 3:23) Ветхий Завет пророчествовал, что однажды Ягве восставит "отрасль праведную" от корня Давидова, Которая назовется "Господь - оправдание наше" (Иер. 23:6; 33:15, 16). Согласно учению Ветхого Завета, эта отрасль - Мессия, или Христос (ср. Лук. 1:32). Поэтому одно из имен Иисуса - "Господь - оправдание наше". Исаия 45:24 сообщает нам, что: "Только у Господа (Ягве)... правда и сила".

В звании муж, когда оно применяется к Богу, прекрасно в числе прочего то, что оно напоминает нам, как Божья любовь стремится заполнить пустоту и одиночество людских сердец, подобно тому, как любящий муж удовлетворяет желания своей жены (и наоборот). Исаия напомнил об этой истине Израилю, когда сказал: "Ибо твой творец есть супруг твой" (Исаия 54:5). В книге Осии любовь Бога к Израилю сравнивается с любовью верного мужа к неверной жене. Бог обещал, что, когда судный день придет, Израиль снова назовет Его своим мужем (Осия 2:16).

Точно так же, как Бог - "муж" Израиля, Новый Завет видит в Иисусе "мужа" церкви. Христос сказал, что Его ученикам разрешено не поститься, поскольку он "жених" (Марк 2:18, 19). В Матф. 25:1 сказано, что "девы" (церковь) встречают "жениха" Иисуса. В 2 Коринф. 11:2 Павел сказал, что церковь обручена "единому мужу, ...Христу". В Откр. 21:2, 9 об Иисусе говорится как о "муже" "невесты" - нового небесного Иерусалима. Подобно Богу, Иисус Христос - Божественный муж.

Прекрасное слово для Бога и Его заботы о людях - пастырь. "Господь - Пастырь мой! я ни в чем не буду нуждаться", - пел Давид (Пс. 23:1). Пс. 79:2 гласит: "Пастырь Израиля! внемли; водящий, как овец, Иосифа". Быт. 49:24 называет Бога "Пастырь и твердыня Израилева". Иезекииль посвящает главу Богу как "пастырю" заблудшего дома Израилева, овец пастбища Его (Иезек: 34).

Хотя употребление слова "пастырь" не доказывает Божественности Христа, ап. Павел и автор послания к евреям заходят настолько далеко, что называют Христа "Пастыреначальник", "Пастырь овец великий" и "Пастырь и блюститель" (1 Петр. 5:4; Евр. 13:20); 1 Петр. 2:25). Сам Иисус также называл Себя "пастырем", утверждая, что Он "пастырь добрый" (Иоан. 10:11), один Пастырь (Иоан. 10:16).

Первый стих Библии гласит: "В начале сотворил Бог небо и землю" (Быт. 1:1). Бог четко определяется как творец. Сказать другое было бы для евреев богохульством. Вновь и вновь повторяется, что Бог сотворил мир (Иов. 33:4; Пс. 94:5, 6; 101:26; Екклес. 12:1; Исаия 40:28).

Новый Завет утверждает Божественность Христа, говоря о Нем как о творце:

"Оно [Слово - Христос] было в начале у Бога. Все через Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть... В мире [Он] - был, и мир чрез Него начал быть, и мир Е г о не познал" (Иоан. 1:2, 3,10).

Цепочка согласованных местоимений дает понять, что лицо, о Котором идет речь, - Иисус.

Павел выражал ту же мысль:

"Ибо Им (Иисусом) создано все, что на небесах и что на земле, видимое и невидимое: престолы ли, господства ли, начальства ли, власти ли, - все Ими для Него создано; и О н есть прежде всего, и все И м стоит. И Он есть глава тела церкви; Он начаток, первенец из мертвых, дабы иметь Ему во всем первенство..." (Колос. 1:16-18).

Текст показывает, что Павел писал об Иисусе. Согласованные местоимения относятся лишь к одному лицу. Они говорят о лице. Которым "создано все". Которое "глава церкви", "начаток" и "первенец из мертвых". Согласно Ефес. 5:23, Иоан. 1:1 и 1 Коринф. 15:20, Иисус был всем этим.

То же подчеркивает и автор послания к Евреям. "Бог в последние дни сии говорил нам в Сыне, которого поставил наследником всего, чрез которого и веки сотворил" (Евр. 1:1, 2). В той же главе, поскольку речь идет по-прежнему о "Сыне", автор продолжает утверждать: "в начале Ты, Господи, основал землю, и небеса - дело рук Твоих" (Евр. 1:10).

Льюис Сперри Чейфер утверждает:

"Сам по себе акт творения - несравненное предприятие. Творя материальные предметы, Бог вызывал их к существованию из ничего. Мы отнюдь не имеем в виду, что пустота порождала материю. Очевидно, что само по себе из ничего возникнуть ничто не может. Библия утверждает, что все вызвано к существованию из неисчерпаемых источников Бога. Он Источник всего, что есть. Самоопределяющаяся воля Бога создала материальную вселенную, как установлено в послании к Римлянам, 11:36: "Ибо все из Него, Им и к нему. Ему слава во веки..." В этом отрывке сотворение всего приписано Богу; но в Колос. 1:16-17 в тех же общих терминах утверждается, что все сотворено Христом и для Него, что Он прежде всех вещей и что Им сотворено все". [Льюис Сперри Чейфер. Систематическое богословие. Т. 5. Даллас. Dallas Seminary Press, 1948, с. 23.]

Венцом творения было, когда Бог "создал... человека и вдунул в лице его дыхание жизни" (Быт. 2:7). Во Второзак. 32:39 после слов "нет Бога, кроме Меня", - Бог сказал: "Я оживляю" (ср. Пс. 35:10).

Иисус сказал: "Ибо как Отец оживляет мертвых и живых, так и сын оживляет, кого хочет" (Иоан. 5:21). Как раз перед тем, как воскресить Лазаря из мертвых, Иисус сказал: "Я есмь воскресение и жизнь" (Иоан. 11:25). Более того. Он сказал: "...Я даю им жизнь вечную, и не погибнут вовек; и никто не похитит их из руки Моей... Я и Отец одно" (Иоан. 10:28-30). Иисус сказал (имея в виду Ветхий Завет), что Писания "свидетельствуют о Мне. Но вы не хотите придти ко Мне, чтобы иметь жизнь" (Иоан. 5:39, 40).

Бог - Тот, Кто прощает "вину, преступление и грех" (Исход. 34:7; см. тж. Неем. 9:17; Пс. 85:5; 129:4; Исаия 55:7; Иерем. 31:34; Дан. 9:9; Иона 4:2). Иисус, Бог Сын может отпускать грех. Колос. 2:13 и 3:13 говорят об Иисусе как о прощающем преступление. Иисус сказал Павлу, что "прощение грехов" обретается "верою в Меня" (Деян. 26:18).

Некие люди хотели, чтобы Он исцелил их друга, парализованного (Марк 2:1-12). Когда Иисус проповедовал в одном доме, они спустили этого человека через дыру в крыше так, чтобы он мог лечь у ног Иисуса. Тронутый их верой в Него, Иисус сказал паралитику: "Чадо, прощаются тебе грехи твои". "Что за надменность! Что за самонадеянность'" - думал кое-кто в толпе. Откуда мог Иисус знать грехи парализованного, тем более - предлагать прощение, словно Он был Богом и грехи были совершены против Него Самого? Словно Он обладал такой властью? Ответ Иисуса был ясен. Он не был надменным. Он говорил правду. Вот доказательство: "чтобы вы знали, что Сын Человеческий имеет власть на земле прощать грехи, ...встань, возьми постель твою и иди в дом твой". Тот человек пошел, и все они были изумлены и славили Бога.

Из этого отрывка, в особенности Марк. 2:7, специалист по греческому языку А. Т. Робертсон заключает:

"Они считали богохульством со стороны Иисуса принимать на себя эту Божественную прерогативу. Логика их была правильна. Единственным ее изъяном была возможность того, что Иисус находился с Богом в особых отношениях, которые оправдывали его притязание. Так что две эти силы схлестнулись отныне из-за Божественности Иисуса Христа. Превосходно зная, что посягает на прерогативу Бога прощать грехи человеческие. Он оправдывает свое притязание, исцеляя человека". [А. Т. Робертсон. Художественные образы в Новом Завете. Т. 1. Нэшвилль, Теннеси. Broadman Press, 1930, с. 268.]

Роберт Алан Коул в комментарии к Евангелию от Марка пишет, что этот отрывок можно рассматривать по-разному, приходя, однако, к одному и тому же выводу. Он пересказывает отрывок, объясняя:

"Можно двояко понять этот отрывок; оба направления плодотворны и, если достаточно развить их, сливаются в одно. Первое истолкование - это пересказ: "Вы говорите, что только Бог может прощать грехи? Но я покажу вам, что, вот, человек с тою же самой властью", - таким образом приводя вдумчивого книжника к уравниванию человека Иисуса Христа с Богом". [Роберт Алан Коул. Евангелие от Марка. Грэнд-Рэпидс, Мичиган. Eerdmans, 1961, с. 67. ]

В своей лекции об отпущении один из авторов этой книги, Джош Макдауэлл, подчеркивает:

"Понятие прощения смущало меня довольно долго. Однажды на философском семинаре, отвечая на вопрос о Божественности Христа, я процитировал вышеприведенные стихи из Марк. 2. Один аспирант оспорил мой вывод о том, что отпущение грехов Христом доказывает Его Божественность. Он сказал, что он сам может простить кого угодно, но это еще не доказывает, будто он притязает быть Богом. Думая над его словами, я внезапно понял, почему религиозные вожди были настроены против Христа. Да, можно сказать: "Я прощаю тебя", - но сказать это может лишь тот, против которого совершен грех. Но это не то, что делал Христос. Паралитик согрешил против Бога Отца, и вот Иисус, своей собственной властью, сказал: "прощаются тебе грехи твои". Конечно, мы можем прощать обиды, нанесенные нам, но никто, кроме Самого Бога, никоим образом не может прощать грехов, совершенных против Бога. Вот что сказал Иисус".

Власть Иисуса прощать грехи - разительный пример использования Им полномочий, принадлежащих одному лишь Богу.

В Исход. 15:26 Ягве сказал: "...Я, Господь, целитель твой". Хотя правда, что Бог многим сообщал дар исцеления на протяжении веков, никто никогда не притязал исцелять посредством личной власти, как Иисус. Ранние ученики верили в эту власть, исцеляя и изгоняя бесов во имя Иисуса (Матф, 10:1; Марк. 9:38; Лук. 10:17). Враги Иисуса были в ужасе (Иоан. 9:24). Кто в здравом уме осмелился бы исцелять и изгонять бесов своим собственным именем? Это было бы похищением славы, принадлежащей лишь Богу.

Частью своей исцеляющей силы Иисус провозглашал также Свою власть над силами демоническими (Матф. 12:22-29), причем то, что побежденные бесы уступали, удостоверяло, что Он "Снятый Божий" и "Сын Бога" (Марк. 1:24; 5:7; Лук. 4:34). Ранняя церковь соглашалась с этим, проповедуя что все Ангелы, и власти, и силы покорились Ему (1 Петр. 3:22). В Деян. 9:34, когда ап. Петр встретил парализованного, он окликнул его по имени и сказал: "Еней! Исцеляет тебя Иисус Христос..." И Он исцелил. Иисус и на небесах действовал как целитель, как Бог.

Так во весь голос вещает Писание. Иисус Сам притязал называться, и другие называли Его именами и званиями, которые мог по праву носить лишь Бог: Ягве, Бог, Альфа и Омега, Господь, Спаситель, Царь, Судия, Искупитель, Господь - оправдание наше. Другими званиями, которые Он разделял с Богом, были Свет, Твердыня, Муж, Пастырь, Творец, Дающий жизнь. Отпускающий грехи и Целитель.

Если бы Иисус был Богом, то вместе с притязаниями на имена и звания, которые мог носить лишь Бог, ему пришлось бы также иметь определения, какие могут принадлежать лишь Богу. Имел ли Он их? Учит ли Писание, что Он их имел?

Бог уникален. Лишь Он нетварен. Он творец и опора целой вселенной - источник творения, а не его часть. Можно видеть дело рук Его или печать Божью на сотворенных вещах, но творение Его - не часть Бога и не то же, что Сам Бог. Например, люди - личные существа: мы можем думать, принимать решения, воображать, любить. Мы - по образу Бога, Который также обладает личностью, но мы не Бог.

Если Иисус Христос поистине Бог, Он должен обладать определениями Бога, а не просто отражать их. В этой главе мы рассмотрим пять исключительных определений Бога и убедимся, что они принадлежат Иисусу Христу.

Бог - "во" всем; Бог целостно присутствует всюду, в каждой точке вселенной. Именно это значит вездесущий. Но верить, что Бог "во" всем, не значит, что Он "есть" все. Говоря, что Бог одновременно находится повсюду, мы не считаем, как индуисты, что все творение есть некоторым образом часть Бога. Например, хотя Бог создал деревья, дерево не есть часть Бога. [Христианское воззрение не представляет всего физического существования божественным. В пантеизме ("Бог есть все"), если мы уничтожим творение, мы уничтожим часть Бога (кроме как если, как говорят индусы, все есть иллюзия). .Тем не менее, в христианской перспективе. Бог находится "в" творении, в схожем (хотя и: не тождественном смысле с тем, как Брахма ("мировая душа") находится "в" творении, согласно ведической метафизике (Веды - сакральные сочинения индуистов). Хотя сходство здесь есть, различия жизненно важны.]

Бог вездесущ в личном смысле (Псал. 138:7; Притч. 15:3) и тем самым способен помогать, избавлять, любить, защищать и отвечать глубочайшим чаяниям и нуждам Своего народа, точно так же Новый Завет описывает и Христа. Павел сказал:

"Нисшедший Он же есть и восшедший превыше всех небес, дабы наполнить все" (Ефес. 4:10). Христос сказал ученикам Своим: "Ибо где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них" (Матф. 18:20). Он сказал им: "...се, Я с вами до скончания века" (Матф. 28:20). Говорят, что Христос обитает в сердцах всех тех, кто хранит веру в Него (Римлян. 8:9; Галат. 2:20; Ефес. 3:17; Колос. 1:27; Откр. 3:20). - "Или вы не знаете самих себя, что Иисус Христос в вас?" (2 Коринф 13:5). Как мог бы простой смертный, даже самый прославленный, притязать на то, чтоб обитать в сердцах верующих по всему свету?

Когда мы говорим, что Бог всеведущ, мы подразумеваем, что Бог знает все, что можно знать, действительное и возможное, охватываемое вечностью.

"Бог владеет совершенным и вечным знанием. Он знает все, что можно знать. Всеведение дается Богу не так, как знание дается нам. Мы достигаем знания, учась. Богу этого не требуется. Всеведение приходит к Богу не через рассуждение, умозаключение, чувства, воображение, индукцию или дедукцию. Знание Его прямое, точное и отчетливое, истинное в отношении предметной действительности. Бог знает все, что только можно знать". [Роберт Пассатино. Природа и определения Бога. Коста-Меса, Калифорния. CARIS, 1980. с. 6.]

Новый Завет описывает Христа всеведущим, обладающим знанием всего - прошлого, настоящего и будущего. В Иоан. 2:24, 25 утверждается, что Иисус "знал всех" и "знал, что в человеке". Ученики свидетельствовали: "Теперь видим, что Ты знаешь все..." (Иоан. 16:30). Петр возгласил: "Господи! Ты все знаешь..." (Иоан. 21:17). В соответствии с Его всеведением, о Христе сказано, что Он предузнал тех. кто предаст Его (Иоан. 6:64).

Говоря о всеведении Христа, д-р Джон Уолвурд пишет:

"Сходным образом предвидение Христа подтверждается в других отрывках (Иоан. 13:1, 11; 18:4; 1958). Провозглашается, что Он, в соответствии со своим всеведением, обладает мудростью Бога (1 Коринф. 1:30). Таких качеств нельзя приписать даже мудрейшему из пророков, и они составляют еще одно доказательство того, что Ему принадлежали все из Божественных определений". [Джон Ф; Уолвурд. Иисус Христос, Господь наш. Чикаго. Moody Press, 1969, с. 29.]

Томас Шульц отмечает:

"Знание Христа далеко превосходит знание любого смертного. Он не просто гений, не просто мудрейший из людей. Мудрость его выходит далеко за все человеческие пределы и относится к разряду совершенного знания. Во-первых, Он знает тайные помыслы и воспоминания человека: способность, присущая Богу (1 Царств 8:39; Иерем. 17:9-16). Он увидел зло в сердцах книжников (Матф. 9:4); Он знал заранее, кто отвергнет Его (Иоан. 10:6), а кто последует за Ним (Иоан. 10:14). Он мог читать в сердцах каждого мужчины и каждой женщины (Марк 2:8; Иоан. 1:48; 2:24, 25; 4:16-19; Деян. 124; 1 Коринф. 45; Апокалипс. 2:18-23). Смертный может лишь догадываться о том, что происходит в сердцах и умах других. Во-вторых, Христос владел знанием иных фактов, находящихся по ту сторону любого возможного человеческого восприятия. Он точно знал, где в воде была рыба (Лук. 5:4-6; Иоан. 21:6-11), и Он точно знал, у какой рыбы во рту монета (Матф. 17:27). Он знал грядущие события (Иоан. 11:11; 18:4), подробности, с которыми предстоит столкнуться (Матф. 21:2-4), и Он знал, что умер Лазарь (Иоан. 11:14). В-третьих, Он обладал внутренним знанием Божественности, обнаруживая наитеснейшее из всех возможных общение с Богом. Он знает Отца, как Отец знает Его (Матф. 11-27; Иоан. 7:29; 855; 10:15; 17:25). Четвертое и исчерпывающее учение Писания на этот предмет: Христос знает все (Иоан. 16:30; 21:17), в нем сокрыты все сокровища премудрости и знания (Колос. 2:3)". [Томас Шульц. Учение о Лице Иисуса Христа с выделением Единства Ипостасей. (Богословские диспуты.) Даллаский богословский семинар, 1962, с. 194,195.]

Еврейские слова El Shaddai могут быть переведены "Бог Вседержитель". Бог всемогущ или всевластен. Чудеса Христа свидетельствовали о Его власти над физическим миром. Но слова Его и Его воскресение провозглашают первенство и власть надо всем творением.

Д-р Джон Уолвурд писал:

"Свидетельства о всемогуществе Христа - решающие и в отношении других определений. Иногда они принимают форму физической власти, но гораздо чаще относятся к власти над творением. Христос имеет власть прощать грехи (Матф. 9:6), всю власть в небесах и на земле (Матф. 28:18), власть над природой (Лук. 8-25), власть над Своей собственной жизнью (Иоан. 10:18), власть даровать жизнь вечную другим (Иоан. 17:2), власть исцелять физически, как засвидетельствовано многими Его чудесами, равно как власть изгонять бесов (Марк. 129-34) и власть преображать тело (Филип. 3:21). Силою воскресения Своего Он "может всегда спасать приходящих чрез Него к Богу" (Евр. 7:25). "Он силен сохранить залог мой на оный день" (2 Тим. 1:12). Он властен "соблюсти вас от падения и поставить пред славою Своею непорочными в радости" (Иуд. 124; ср. Ефес. 527). Ниже будет отмечено, что воплощение, смерть и воскресение Христовы позволили Христу распоряжаться грехом и спасением. Если Его всемогущество чем-то и ограничено, то лишь тем, что служит святости, добру и мудрости". [Уолвурд, Иисус Христос, с. 31.]

Еще одно определение, которое разделяет с Богом Иисус, - это Предсуществование. Многие отрывки Писания говорят в пользу существования мета прежде Его рождения, не как простой идеи в предвидении Бога, но в действительности.

Иисус сказал: "Я исшел о т Отца и пришел в мир; и опять оставляю мир и иду к Отцу" Иоан. 16:28). Много раз Христос говорил, что Он послан в мир, подразумевая, что Его источник вне мира (Иоан. 3:32-34; 4:34; 5:23-24, 36-38; 6:29, 38; 7:16, 18, 28, 29, 33; 8:18. 29, 38, 42; 13:20; 16:30; 17:8 и т. д.). Он сказал Никодиму: "Никто не восходил на небо, как только Сшедший с небес Сын Человеческий..." (Иоан. 3:13). Он сказал: "Я (ego eimi) хлеб живыи, сшедший с небес..." (Иоан. 6:51; ср. тж. ст. 58), и далее: "Что ж, если увидите Сына человеческого восходящего, где Он был прежде?" (Иоан. 6:62). Иоанн Креститель сказал о Христе: "Приходящий с небес есть выше всех. И что Он видел и слышал, о том и свидетельствует..." (Иоан. 3:31, 32).

В другом месте Иисус молится: "...прославь Меня Ты... славою, которую Я имел у Тебя прежде бытия мира" (Иоан. 17:5). Автор послания к Евреям признавал предсуществование Христа, когда писал, что Моисей "поношение Христово почел большим для себя богатством, нежели египетские сокровища" (Евр. 11:26). Сказано, что Иисусу принадлежала "книга жизни" "от создания мира" (Апокалипс. 13:8).

Иоанн Креститель, который как человек был шестью месяцами старше Христа, сказал: "...Идущий за мною стал впереди меня... потому что Он был прежде меня" (Иоан. 1:15, 30). Стих 30 ясно показывает, что Иоанн говорит об Иисусе, а не о Боге. Заметим, что Иоанн Креститель не мог бы говорить о существовании Иисуса в предвидении Бога, как полагают некоторые, поскольку Бог, который всезнающ, предвидел бы и самого Иоанна.

Итак, Писание в один голос свидетельствует:

Иисус предсуществовал. Это соответствует Богоявлениям Ветхого Завета (то есть, случаи, когда Бог являлся в физическом обличье). Например, Быт. 18.1 - 19.1; 16:7-13; 22:15, 16; 31:11-13; 32:30; 48:15, 16; Исход. 4:2-4 (ср. 3:2); 1 Паралип. 21:15-19; Псал. 33:6, 7; Захар. 12:10 (ср. Иоан. 19:37) и 14:3, 4 (ср. Деян. 1:9-12) - вот лишь немногие из главных отрывков, показывающих, что Бог являлся физических. [Для лучшего усвоения богоявлений Ветхого Завета см. т. 5 "Систематического богословия" Льюиса Сперри Чейфера (Даллас, Техас. Dallas Seminary Press, 1948), с. 31-33.]

Бог Библии вечен. Он по ту сторону как времени, так и источника времени. Никогда не было времени, когда Его не было: никогда не будет времени, когда Его не будет (Исход 3:14; Аввак. 3:6; Второзак. 33:26, 27). Лишь один Бог вечен.

Иисус Христос также вечен. У Него не было "начала", как уверяют Свидетели Иеговы и члены Международного пути" (а также, в известном смысле, даже мормоны).

В предвестии рождения Иисуса Мессии пророк Михей сказал: Его "происхождение из начала, от дней вечных" (Михей 5:2). Исайя, также говоря о рождении Христа, сказал, что, среди прочих имен, младенец будет назван "Отец вечности" (Исаия 9:6). Иисус сказал: "Прежде, нежели был Авраам, Я есмь" (Иоан. 8:58). Ф. Ф. Брюс указывает: "Будь Он только предсуществующим. Он должен Был бы сказать: "Прежде чем Авраам был, Я был". Иисус сделал еще один шаг дальше, говоря о Себе как о вечном, вечносущем: "Я ЕСМЬ", - Иисус сделал еще один серьезный шаг в сторону утверждения Своей Божественности. [Ф. Ф. Брюс. Божественность Христа. Манчестер, Англия. Wright's (SaBdbach) LTD, 1964, с. 25.]

Дж. Кэмбелл Морган подчеркивал: "Я ЕСМЬ" притязает на вечность существования, предсуществование всему еврейскому миропорядку, существование в вечном Бытии". [Дж. Кэмбелл Морган. Евангелие от Иоанна. Олд-Таппен, Нью-Йорк. Fleming Н. Revell Co., б. г., с. 161.] Интересен также комментарий Уильяма Беркли:

"Иисус безвременен. Никогда не было времени, когда Он явился на свет" никогда не будет времени, когда Его не будет. Нельзя сказать об Иисусе: Он был. Мы всегда должны говорить: "Он есть", ...в Иисусе мы видим безвременного Бога, Который был Богом Авраама, Исаака и Иакова, который был прежде времени и Который будет после времени. Который всегда есть". [Уильям Баркли. Евангелие от Иоанна. Т. 2. Филадельфия, Westminster Press, 1956, с. 42,43.]

Толковый словарь определяет неизменность как неспособность или несклонность меняться". Бог неизменен в Своем лице. Хотя Он действует во времени и устанавливает и меняет отношения во времени. Его сущность. Которая включает Его определения, никогда не меняется (Малах. 3:6; Иаков. 1:17; Псал. 32:11; Исаия 46:9, 10). Мы можем положиться на Его вечную любовь и верность Своему слову. Иисус, очевидно, проходил через изменения, связанные с человеческим развитием. Однако, что касается Его Божественной природы. Писание решительно утверждает, что "Иисус Христос вчера, и сегодня, и во веки Тот же" (Евр. 13:8). В сущности Иисус и Отец стоят как неизменное единое.

Итак, мы видим, сколь многие стихи в Писании открывают, что Иисусу Христу принадлежат все определения вечного Бога.

Власть Бога в Иисусе проявилась в том, что Он пользовался правом принимать поклонение. Он также провозгласил власть воскресить Себя и говорил с внушающей страх властностью, как сам Бог.

Мало о чем говорится в Писании с большей ясностью, чем о вопросе поклонения. Как Ветхий, так и Новый Заветы подчеркивают, что одному Богу следует принимать поклонение. Иисус сказал Сатане: "Господу Богу твоему поклоняйся, и Ему одному служи" (Матф. 4:10; Лук. 4:8). Ни человек, ни ангел никогда не должен был принимать поклонение (Матф. 4:10; Откр. 19:20; 22:8, 9). Бог не давал "славы" Своей иному (Ис. 42:8).

Новый Завет применяет по преимуществу одно слово для "поклонения" - греческое proskuneo. Именно это слово Иисус употребил, говоря Сатане о поклонении единому Богу: оно употребляется чаще, чем любое другое, в описании поклонения Богу (Иоан. 4:24; Откр. 5:14; 7:11; 11:16 и т. д.).

После того, как Иисус исцелил человека, тот воскликнул: "Верую, Господи! и поклонился (прошедшее время глагола proskuneo) Ему" (Иоан. 9:38). То же греческое слово употреблено в Матф. 14:33, когда ученики поклонились Иисусу, увидев Его идущим по воде. Другой раз ученики, видя Иисуса после воскресения, "приступивши, ухватились за ноги Его и поклонились Ему" (Матф. 88:9). Таким образом, и до, и после воскресения Иисус принимал поклонение. Во всех этих примерах тот самый Иисус, Который упрекнул Сатану за то, что тот Искушал Его поклоняться ложно, не отшатнулся в ужасе из-за того, что "только Богу следует поклоняться". Напротив, Он принимал поклонение как должное.

В Евр. 1:6 Ангелам Божиим велено поклоняться (proskuneo) Иисусу. В Откр. 5:8-14 целый раздел посвящен хвале и поклонению Иисусу "Агнцу" и Богу. Павел со страстью провозглашал, что при имени Иисуса каждое колено в небесах и на земле склонится (подразумевая поклонение) и признает, что Иисус - Господь (Филип. 2:10, 11). Сыну Божьему поклонялись во время многочисленных событий в Новом Завете, по мере того как Он становился предметом веры, надежды и обожания.

Совокупные свидетельства новозаветной церкви и, более того, всей церкви на протяжении столетий гласят, что поклоняться следует Триединому Богу: Отцу, Сыну и Святому Духу.

Даже пока Иисус был подвержен смерти как человек, Он притязал на могущество и власть воскресить Себя, власть, которую мог иметь лишь Бог. Некоторые могли бы спросить: "Если Иисус Христос - Бог, как мог Он воскресить Себя?" В Иоан. 2:19 Иисус сказал: "разрушьте храм сей, и Я в три дня воздвигну его (говоря о Своем теле: ст. 21)". О своей жизни Он сказал: "Имею власть отдать ее, и власть имею опять принять ее" (Иоан. 10:18).

Иисус не только притязал на имена, звания и определения Бога, принимал поклонение и утверждал, что властен воскресить Себя. Он также говорил вещи, какие по праву мог говорить один Бог. Однажды, когда фарисеи послали служителей схватить Его, те вернулись с пустыми руками. Когда их спросили, в чем дело, они могли ответить лишь: "никогда человек не говорил так, как Этот Человек" (Иоан. 7:46). Это была правда.

Трудно, читая евангельские повествования, не поражаться Божественной власти Иисуса. Он призывал к Себе людей, прося их следовать за Ним и даже жертвовать за Него жизнью. Он говорил с неслыханной личной властностью. Другие учителя Его времени, книжники и фарисеи, цитировали закон и пророков, дабы обосновать свои положения. Иисус говорил: "Истинно, Истинно (Я. - В русском тексте местоимение обычно пропускается, в английском сохраняется. - Прим. перев.) говорю..." События подтверждали Его авторитет. Бесы бежали по Его слову. Ветер и море успокаивались по Его приказу. Мертвые восставали, хромые ходили, слепые видели. К. С. Льюис писал:

"Человек, который был бы просто человеком и говорил такое, как Иисус, - не мог быть великим учителем нравственности. Он был бы либо помешанным - вроде того, кто выдает себя за яйцо всмятку, - либо же Дьяволом Ада. Приходится выбирать. Либо человек этот был, и есть, Сын Божий; либо же безумец или того хуже. Можно заткнуть ему глотку как дураку, плюнуть в него и убить его как одержимого бесом, или пасть к его ногам и назвать его Господом и Богом. Но давайте не станем вылезать со всякой снисходительной ерундой насчет того, будто он великий учитель нравственности. Этой возможности Он нам не оставил. И не собирался". [К. С. Льюис. Просто христианство. Нью-Йорк. MacMillan Publishing Co., 1943.1960 printing, с. 56.]

Писание учит, что Иисус был вполне Богом и вместе с тем - вполне человеком. Павел провозгласил об Иисусе: "В нем обитает вся полнота Божества телесно" (Колос. 2:9). Поскольку Иисус вполне Бог и вполне человек, в Троице Он выступает в уникальном отношении к Отцу и Святому духу.

При воплощении Иисус добровольно поставил Себя под власть Отца. Он сделал это не по принуждению, а по собственному выбору, как часть Божественного плана. Павел объяснял это в Филипп. 2:5-8:

"Ибо в вас должны быть те же чувствования, какие и во Христе Иисусе. Он, будучи образом Божиим, не почитал хищением быть равным Богу; но уничижил Себя Самого, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став как человек; смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной".

Утверждение, что Иисус пожертвовал равенством с Богом, означает, что сначала у него было это равенство. (Греческое слово, означающее "равенство", происходит от однокоренного слова isos, используемого в геометрии для описания равнобедренного треугольника с его двумя равными сторонами.)

Отрывок из послания к Филиппийцам учит также, что Иисус "был" в двух образах: Бога (ст. 6) и раба (ст. 7), и затем, что в качестве раба Он стал "по виду... как человек". Слова Павла о том, что Христос по виду стал человеком, указывают на неожиданность воплощения Бога в человеке. Слово хищение подразумевает не то, что Иисус стремился похитить равенство с Богом, но что, имея это равенство, Он не цеплялся за Свои Божественные прерогативы, пока был на земле; Он прожил Свою земную жизнь по воле Отца Своего. Бог Сын, покорившись (по положению, а не по Природе) Богу Отцу, стал человеком, воспринял вторую действительную природу, человеческую, а потом добровольно совершил высший акт покорности: пожертвовал собою за грехи мира сего.

Покорность Иисуса не отрицает Его принципиального равенства с Отцом и Святым Духом. Сын Божий должен обладать той же природой, что Его Отец. Это показано в Иоан. 5:17, 18 и разъяснено комментатором Библии Леоном Моррисом:

"...мы читаем, что Иисус в субботний день исцелил хромого в Иерусалиме и выдержал из-за этого яростное столкновение с еврейскими вождями. Защищался Иисус так: "Отец Мой доныне делает, и Я делаю" (Иоан. 5:17). Евреи были в ярости "за то, что Он не только нарушил субботу, но и Отцом Своим называл Бога, делая Себя равным Богу" (ст. 18)... Несовершенный вид глагола указывает не на единичное, изолированное происшествие, но на повторяемое действие. Более того, действие это не бесцельно и оно не является следствием, скажем, небрежения к религии. Оно вытекает из представлений Иисуса о Его отношениях с Божественным Отцом. Именно потому, что Он был Сыном, Он и действовал так в ту субботу. Поэтому евреи видели в Его отношении к субботе не просто нарушение одной из заповедей, но богохульство, причем из самых серьезных: "делая себя равным Богу". Неудивительно, что они преследовали Его в Галилее". [Леон Моррис. Исследование о четвертом Евангелии. Грэнд Рэпидс, Мичиган. Eerdmans Publishing Co., 1969. с. 50.]

Точно так же, как Отец непрерывно трудится (поскольку подразумевается, что Он поддерживает мироздание и т. д.), Иисус говорил, что Он также трудится - не как повинующийся Отцу слуга, но на равных с Отцом. Как пишет профессор Э. У. Хенгстенберг:

"Предположение, что Бог непрерывно трудится, в Субботу не меньше, чем в иные дни, было обычным для евреев времен Христа. Отдых на седьмой день, как это подчеркивается в Быт. 2:3, относится только к труду по сотворению мира и всегда так воспринимался евреями. Это относилось только к первой Субботе. Позднейшая Божественная деятельность не различается по дням. Христос называл Бога Своим Отцом не в том смысле, как весь Израиль (Исаия 54:7), и евреи видели это в том выводе, который Он делал из Своего родства". [Э. У. Хенгстенберг. Комментарий к Евангелию от Иоанна. Миннеаполис, Миннесота. Klock and Klock Christian Publishers. 1865, с. 270.]

Суть сказанного Иисусом в том, что Сын трудится точно так же, как Отец. Выбор Им слов не случаен. Суббота предназначалась для отдыха, а не для труда, но Иисус только что исцелил кого-то в субботу. При этом Он еще и заявил, что и Он, и Отец, Его собственный единственный в своем роде Отец, трудятся. Отец непрерывно поддерживает Свое творение, и Сын следует Ему (ем. тж. Колос. 1,16); Для евреев это было богохульством.

Евреи понимали, что имел в виду Иисус, называя Бога Своим собственным Отцом. Иисус не говорил, как часто делали евреи, что Бог -"Отец" в духе завета. Нет, Он притязал на особые, уникальные и естественные отношения с отцом, когда говорил о Боге как о "Моем Отце".

К. К. Баррет комментирует

"Иисус называл Бога Своим собственным отцом... Это выражение никак не возникало из литургического обычая или представления об Израиле как Божьем чаде - Предположение одинаковой деятельности, общей Иисусу и Богу, могло означать лишь, что Иисус равен Богу". [С. К. Баррет. Евангелие от Иоанна. Филадельфия. Westminster Press, 1978, с. 256.]

Поскольку в воплощении Иисус принял человеческий образ, мы можем видеть Бога во всей полноте, возможной на этом свете. В Иисусе Христе, Богочеловеке, мы зрим ту самую "славу, как Единородного" (Иоан. 1:14). Однако другие отрывки гласят, "человек не может увидеть Меня (Бога) и остаться в живых"; "Бога не видел никто никогда"; "Которого никто из человеков не видел и видеть не может" (о Боге) (Исход. 33:20; Иоан. 1:18; Тим. 6:16; 1 Иоан. 4:12 и т. д.).

Никто не может увидеть Бога целиком в Его силе и блеске и выжить - это правда. Даже присутствие ангельских существ вызывало у благочестивых людей всепоглощающий страх и смертельный трепет (Дан. 10:5-11). Однако Бога "видели". Когда Моисей попросил увидеть Бога, Бог отвечал:

"Человек не может увидеть Меня и остаться в живых". Но, продолжал Бог, Он может поместить Моисея в расщелину скальд и возложить Свою руку на него. Тогда Его "слава" пройдет мимо. После того как Его слава пройдет, сказал Бог, тогда "сниму руку Мою, ты увидишь Меня сзади" а лицо Мое не будет видимо" (Исход; 33:23). Так, Моисей увидел Бога, хотя лишь в посильной для него степени. Есть и другие примеры, когда Бога "видели" После того, как Иаков боролся с "Неким", с физическим проявлением Бога, Писание говорит, что он "боролся с Богом" (Быт.32:28, ср.Осия 12:3-4). Иаков сказал: "Я видел Бога лицом к лицу и сохранилась душа моя" (Быт. 32:30). Моисей, Аарон, Надав и Авиуд вместе с семьюдесятью старейшинами Израиля "видели Бога Израилева (Септуагинта осторожно переводит лишь "место стояния" Бога. - Прим. перев.)... они видели Бога" (Исход. 24:9-11). Отец Самсона воскликнул: "верно мы умрем, ибо видели мы Бога" (Суд. 13:22). После небесного видения Бога Исаия сказал: "видел я Господа... глаза мои видели Царя, Господа Саваофа" (Исаия 6:1-3,5).

Так что Писание рисует картину, согласно которой человеческие существа не могут видеть полную славу и силу Бога и выжить. Однако Бога можно "видеть" до той степени, до какой наши земные возможности могут воспринимать Его.

Новый Завет учит, что Бога видели во времени и в истории в лице Иисуса Христа. Иисус сказал, что видеть Его - то же самое, что видеть Бога (Иоан. 12:45; 145-9). Колос. 1:15 гласит, что Христос есть "образ Бога невидимого". Автор послания к Евреям писал, что Христос - "сияние славы и образ ипостаси Его (Бога)" (Евр. 1:3). По-гречески это значит "точное воспроизведение", более сильный термин, чем в Колос. 1:15. Согласно Джозефу X. Тайеру, термин этот применялся к оттиску печати или штампа на воске или металле, т. е. к точному отпечатку, "воспроизведению, тщательному во всех отношениях". [Джозеф Г. Тейер. Новый греческо-английский словарь. Грэнд-Рэпидс, Мичиган. Zondervan Publishing House, 1977, с. 665.]

Откровение Бога во Христе - это предвкушение грядущего полного откровения Святой Троицы. В первый раз Иисус явился, чтобы звать и умолять. Он грядет снова, чтобы судить и строго спрашивать. Как сказано у К. С. Льюиса:

"Почему же Бог высадился в этом оккупированном врагом мире, изменив обличье, и основал что-то вроде тайного общества для подрыва дьявола? Почему Он не высадился в силе, не вторгся в этот мир? Неужели Он недостаточно силен? Что ж, христиане думают, что Он еще собирается высадиться в силе. Когда - мы не знаем. Он хочет дать нам возможность свободно встать на Его сторону. Не думаю, что мы с вами были бы высокого мнения о каком-нибудь французе, который дождался бы, пока союзники вступят ^ Германию, и после объявил бы, что он на нашей стороне. Бог еще вторгнется в мир. Но хотел бы я знать, вполне ли понимают те, кто просит Бога прямо и открыто вмешаться в дела нашего мира, на что это будет похоже. Ведь когда это случится, настанет конец света. Когда автор выходит на сцену, пьеса кончается. Бог собирается вторгнуться - что ж, очень хорошо;

но что толку говорить, что вы на Его стороне, когда на ваших глазах вся вселенная исчезает, словно сон, и взамен является нечто другое, непостижимое и всесокрушающее; нечто столь прекрасное для одних из нас и столь ужасное для других, что никому из нас не останется никакого выбора? Ибо на сей раз то будет Бог без маски; нечто столь могущественное, что оно поразит всякую тварь или неотразимой любовью, или неотразимым ужасом. И тогда слишком поздно будет выбирать, на чьей вы стороне". [К. С. Льюис. Просто христианство. Нью-Йорк. MacMillan Publishing Co., 1943, с. 65-66.]

В Библии слово сын употребляется несколькими различными способами, в буквальном и в переносном смысле. По-гречески два слова означают "сын": teknon и Huios. Teknon, греческий эквивалент нашего слова сын, происходит от однокоренного слова, относящегося к деторождению, и может быть переведено "сын", "дочь" или "дитя". Другое греческое слово, huios, также может употребляться буквально; но, как замечено в "Исчерпывающем указателе Стронга", "употреблялось очень широко в значении непосредственного или фигурального родства". [Исчерпывающий библейский указатель Строн-га. Нэшвилл, Теннеси. Abingdon Press, 1890, с. 73.]

Слово Сын применялось к Иисусу по меньшей мере четырьмя способами: Сын Марии, сын Давидов, Сын Человеческий, Сын Божий. Совокупно четыре этих термина описывают естественное отношение Иисуса к Отцу и к человечеству.

Сын Марии. Согласно Своей человеческой природе, Иисус имел одну родительницу, Марию. В этом смысле Иисус из Назарета был буквально и физически "сыном".

Сын Давидов. В этом случае Сын (huios) Давида часто рассматривается фигурально, потому что Иисус не был потомком Давида в первом поколении (см. Матф. 22:42-45). Однако это может также значить, что Иисус - потомок и наследник Давида.

Сын Человеческий. Термин сын человеческий - несомненно еврейский и впервые употреблен в Ветхом Завете. Два слова означали человек - adam и nos - и оба употреблялись в собирательном смысле (т. е. человечество). Любого могли называть "сыном человеческим". К пророку Иезекиилю, например. Бог до девяноста раз обращается как к "сыну человеческому". У пророка Даниила (7:13; 14) в этих словах уже звучат мессианские ноты.

В Новом Завете термин "Сын Человеческий" применялся исключительно к Иисусу, кроме отрывка Евр. 2:6-8, где оно относится к человечеству вообще. В то время как в Ветхом Завете оно употреблялось в общем смысле, Иисус употребил его как переносное звание, говоря, что Он - "Сын Человеческий". Лишь три раза применялась эта фраза к Иисусу вне Евангелий (Деян. 7:56; Откр. 1:13; 14:14); Она употреблена тридцать два раза у Матфея, пятнадцать раз у Марка, двадцать два раза у Луки и двенадцать раз у Иоанна - и в каждом случае исходит из уст Самого Иисуса (кроме Иоан. 12:34, где кто-то спросил Его, что Он имеет в виду под этим званием).

Этот термин часто употребляется во всех аспектах жизни Христа: в Его общественном служении, страдании и будущем прославлении. [Доналд Гатри. Богословие Нового Завета. ДаунерсТроувз. Inter-Varsity Press, 1981, с. 275-278.] На протяжении всех Евангелий Иисус постоянно обогащает его новым, более полным смыслом.

Употребление Христом этого звания, по-видимому, следует двум целям. Во-первых, оно раскрывает личность Божественную. Христос употреблял эту фразу, чтобы продемонстрировать Свою власть прощать грехи (Матф. 9:6; Марк 2:10; Лук. 5:24) и то, что Он Господин субботы (Матф. 12:8; Марк. 2:28; Лук. 6:5). Здесь подчеркивается власть Христа, и ясно указано, что Он притязает на могущество, принадлежащее лишь Богу. Подчеркивание Божественного можно увидеть также в употреблении Христом этого термина в связи с Его грядущим прославлением.

Во-вторых, употребление этого термина раскрывает фигуру человеческую. Без сомнения, употребление Христом этого звания часто указывает Его стремление подчеркнуть Свою человечность, равно как Свою Божественность. Мы видим в Евангелиях три важных подтверждения этой мысли. Во-первых, Христос называет Себя так, когда говорит о том, что можно назвать Его повседневным трудом (Матф. 11:19). Во-вторых, звание это употребляется Христом в связи с Его страданием и смертью (Марк. 8:31). Сама идея о, том, что Христос - человек, предвещает неизбежность Его смерти, что казалось евреям малоправдоподобным по отношению к Мессии. Наконец, Иисус представлял Себя не только как Сына Человеческого, Который должен пострадать и умереть, но также как Того, Кому предстоит вернуться в славе (Матф. 24:30; Марк. 14:62; Лук. 17:22; 18:8; 22:69 и т. д.).

На суде перед синедрионом и первосвященником Каиафой Он ясно отождествил Себя с "Сыном Человеческим", упомянутым в Дан. 7:13,14.

"Видел я в ночных видениях, вот, с облаками небесными шел как бы Сын Человеческий, дошел до Ветхого днями и подведен был к Нему. И Ему дана власть, слава и царство, чтобы все народы, племена и языки служили Ему..."

Каиафа спросил Иисуса: "Ты ли Христос, Сын Благословенного (Бога)? Иисус сказал: Я (ego eimi). И вы узрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных" (Марк. 14:61-62). Сказав это, Иисус уверенно заявил о Своем возвращении к великой славе - судить и править землей. В этом столкновении с Каиафой важно, что Иисус принял одновременно звания "Сына Человеческого" и "Сына Благословенного" (ср. Иоан. 3:15-17).

Глисон Арчер объясняет, почему Мессии следует непременно иметь две природы. Божественную и человеческую:

"Здесь встает вопрос, что означает звание "Сына Человеческого". Почему Мессия предстал как прославленное человеческое существо, а не как Божественный Царь Славы? Ответ следует искать в абсолютной необходимости воплощения для искупления людей. Падший, виновный род Адамов не мог искупить грехов своих иначе как через Взявшего на Себя грехи. Который как подлинное человеческое существо представлял их, когда положил Свою жизнь ради них. В Ветхом Завете слово, означающее "Искупитель" - go el, причем имеется в виду "сородич-искупитель", кровный родственник тому, чье дело на себя брал и чьи нужды удовлетворял: будь то выкуп из рабства (Левит. 25:48), выкуп заложенной собственности (Левит. 2555), забота о его бездетной вдове (Руф. 3:13) или месть за его кровь (Числ. 35:19).

Бог открыл Себя Израилю как go el народа Его завета (Исход 6:6; 15:13; Исаия 43:1; Псал. 18:15".); но прежде, чем Бог стал человеком в чуде воплощения и непорочного рождения, для Его древнего народа было загадкой, каким образом Он может правомочно выступать как их go el. Действительно, Бог был их Отцом через творение, но go el подразумевает кровное родство на физическом уровне. Итак, Бог должен был стать одним из нас с тем, чтобы искупить нашу вину и наказания за грехи наши. "И Слово стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины; и мы видели славу Его, славу, как Единородного от Отца" (Иоан. 1:14).

Бог как Бог не мог бы простить нам грехи наши, покуда они не были полностью отплачены, иначе Он стал бы укрывателем, покровителем нарушения Своего собственного святого закона. Только став человеком. Бог во Христе смог принести жертву, достаточную для того, чтобы искупить грехи человечества; ибо лишь человек, подлинно человеческое существо, мог подобающе представлять род человеческий. Но Искупитель наш должен был быть Богом, ибо лишь Бог мог обеспечить жертву столь драгоценную, что она стоила наказания вечным адом, какого требуют грехи наши согласно Божественной справедливости. Лишь Бог мог открыть путь спасения, который сделал бы для Него возможным оставаться справедливым и одновременно стать Оправдывающим нечестивых (Римлян. 45), вместо того, чтобы послать их на вечные муки, каких они заслуживали... ибо совершенный Человек, Который был также бесконечным Богом, принес действенную жертву для всех верующих на все времена". [Глисон Л. Арчер. Энциклопедия трудностей Библии. Грэнд-Рэпидс, Мичиган. Zondervan Publishing House, 1982,с. 323.]

Употребление Христом термина "Сын Человеческий" достигает совокупной полноты своего значения, если рассмотреть его упоминание в Дан. 7:13, где имя это, бесспорно, имеет отношение к Мессии. Христос прямо притязает быть тем, кто упомянут в Дан. 7:13. Видимо, звание это у Даниила понималось евреями как мессианское, но два утверждения, добавленные Иисусом, не были приняты в расчет еврейскими вождями. Во-первых, евреи видели в пророчестве Мессию воинствующего, а не страдающего. Им виделся скорее политический, чем духовный избавитель. Иисус же представил Сына Человеческого как страдающего Мессию, Который должен идти на смерть. Во-вторых, еврейские вожди не предвидели, что Мессия будет воплощенным Богом. Одно дело - притязать на пророческое руководство своим народом, и совсем другое - на то, чтобы быть Божественным Мессией.

Итак, - звание "Сын Человеческий", которое плохо понимали современники Иисуса, проливает сеет на природу Мессии как сородича-искупителя,- страдающего раба, грядущего судии и правителя мира.

Теперь перейдем к фразе "Сын Божий". Как ее следует понимать? То, что Иисус Христос - Сын Божий, второе лицо Святой Троицы - существенно для учения о воплощении. В Писании Иисус - Сын Божий. Человеком стал не Отец, не Дух, а Сын. Некоторые не понимают слова Сын, толкуя его, где оно ни появляется, в буквальном смысле, как сына, рожденного от отца и матери. Согласно этому рассуждению, Иисус никоим образом не может быть Богом, потому что Он - Сын Божий. Другие говорят: "Вы когда-нибудь слыхали о сыне, у которого бы не было начала?". Таким образом они хотят противопоставить "сотворенного" сына несотворенному Отцу. Конечно, этот вопрос можно вывернуть наизнанку: "Вы когда-нибудь слыхали об отце, у которого бы не было начала?" Термин "Сын (Huios) Божий" можно употреблять, имея в виду полную Божественность Христа, точно так же, как термин "Сын Человеческий", как он рассмотрен выше, подразумевая Его полную человечность (и Божественность).

У. Дж. Шедд утверждает: "Имя "Сын", данное второму лицу Троицы, указывает на имманентное и вечное родство сущностей". [У. Дж. Т. Щедд. Догматическое богословие. Т. 1.2-е изд. Нью-Йорк. Scribner, 1888, с. 312-313.] Здесь явно подразумевается, что если Отец вечен, то вечен и Сын. Как указывает Шульц, "сыновство Христа и отцовство Первого Лица не подразумевают подчиненности ни в сущности, ни в положении". [Томас Шульц. Учение о Лице Иисуса Христа с выделением Единства Ипостасей. (Богословские диспуты. Даллаский богословский семинар, 1962), с. 194,195.]

Беттнер особо подчеркивает:

"В связи с предыдущим обсуждением учения о Троице мы указывали, что на богословском языке термины "Отец" и "Сын" несут в себе не наши западные идеи об источнике существования и превосходстве, а, с другой стороны, подчинении и зависимости, но скорее семитские и восточные идеи подобия или тождества природы и равенства существования. Именно семитское сознание, конечно, лежит за фразеологией Писания, и всюду, где Писание называет Христа "Сыном Божиим", оно утверждает Его истинную и собственную Божественность. Это означает единственное в своем роде отношение, которое нельзя придать и которого нельзя разделить ни с каким созданием. Как любой простой человеческий сын подобен своему отцу по сути своей природы, то есть обладает человечностью, так Христос, Сын Божий, был подобен Своему Отцу по сути Своей природы, то есть обладал Божественностью". [Лорен Беттнер. Богословские исследования. Грэнд-Рэпидс, Мичиган. William V. Eerdmans, 1947, с. 152,153.]

Шульц развивает эту мысль:

"Хотя других и называют в Писании "Сынами Божиими", например, ангелов, Адама, Иезекииля и христиан, - Христос есть Сын в уникальном и исключительном смысле. Гриффин Томас тонко подметил, что звание "Сын Божий" в этой форме встречается по-гречески иногда с артиклями перед каждым из двух слов, иногда с артиклем, вовсе опущенным. По крайней мере первая из этих форм есть звание Божества и встречается двадцать пять раз в Новом Завете применительно к Христу. По .этому званию евреи понимали высшие притязания Христа и осудили Его из-за его значения и следствий (Матф. 26:63; Лук. 22:70; Иоан. 19:7). Это притязание именно на Божественность, а не просто звание Мессии. Господь никогда не отождествлял Своего сыновства с сыновством других. Он даже входил в подробности, чтобы отчетливо отделить одно от другого. Ученики понимали, что Христос как Сын Божий был вечным Богом". [Шульц. Учение, с. 181.]

Становится очевидным, что различные употребления этого звания указывают на истину воплощения - на то, что Бог стал человеком. Если термин Сын Человеческий означает, что Христос - человек, термин Сын Божий означает, что Христос -Бог.

Свидетельства ранней христианской церкви явно поддерживают идею о Божественности Христа. Сочинения отцов церкви и апологетов, доступные сегодня в переводах, доказывали их веру в это важнейшее положение.

Отцы церкви говорят о Христе как о "вечном", "воплощенном Боге", "творце" или владеющем другими исключительно Божественными определениями. [В большинстве университетских библиотек, больших или малых, вероятно найдутся переводы их сочинений для тех, кто желает дополнительно исследовать этот предмет.] Ниже следуют иллюстрирующие это цитаты из сочинений некоторых из них.

Поликарп (69 - 155), епископ Смирны, был учеником апостола Иоанна. Он писал:"Ныне пусть Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа и Сам вечный Первосвященник, Бог (Сын Божий) Иисус Христос наставят вас в вере..." [Дж. Б. Лайтфут. Послание Поликарпа к церкви в Филиппах. - Апостолические отцы. Ч. II. Нью-Йорк. MacMillan and Co., 1889. Т. 2, N 3, с. 476.]

Игнатий (ум. 110), глава Антиохийской церкви, был современником Поликарпа, Климента и Варнавы и мученически погиб в Колизее. В своем "Послании к Ефесянам" он писал о Христе как о "Боге нашем, Иисусе Христе". [Эдгар Дж. Гудспид. Апостолические отцы. Американский перевод. Нью-Йорк. Harper and Row, 1950. с. 85.]

В другом письме Игнатий увещевал Поликарпа: "Ожидать Того, Кто превыше всех времен. Вечного, Невидимого, который стал видимым ради нас... кто Страдал ради нас". [Лайтфут. Отцы. Т. 2. N 2, с. 572.]

В переписке с жителями Смирны он добавлял, что "...если они не уверуют в кровь Христову, (Который есть Бог), их также ждет суд". [Там же, с. 569.]

Ниже следуют цитаты из Игнатия, собранные Кивсоппом Лейком [Кирсопп Лейк (пер.) Апостолические отцы. Т. 1. Кэмбридж, Массачусетс. Loeb Classical Library, Harvard University Press, 1965, с. 173 сл.]:

Игнатий к Ефесянам I, приветствие: "Иисус Христос, Бог наш"

Игнатий к Ефесянам II: "...кровью Господней..."

Игнатий к Ефесянам VII.2: "Который есть Бог в человеке..."

Игнатий к Ефесянам XVII.2: "...обрел знание Бога, то есть Иисуса Христа".

Игнатий к Ефесянам XVIII.2: "Ибо Господь наш, Иисус Христос..."

Игнатий к Ефесянам XIX.3: "...ибо Бог явился как человек..."

Игнатий к Магнезианам XI.1: "Христос, Который был от вечности с Отцом..."

Игнатий к Магнезианам XIII.2: "Иисус Христос был подданным Отца".

Игнатий к Траллианам VII.1: "от Бога, от Иисуса Христа..."

Игнатий к Римлянам, приветствие: "Иисус Христос, Бог наш" (дважды).

Игнатий к Римлянам III.3: "Бог наш, Иисус Христос"

Игнатий к Римлянам VI.3: "...позвольте мне следовать примеру страстей Бога моего".

Игнатий к жителям Смирны: 1:1 - Иисус Христос, Бог.

Игнатий к Поликарпу VIII.3: "...Бог наш, Иисус Христос".

Послание к Варнаве VII.2: "Сын Божий, хотя был Он Господом..."

Исследователь Джон Уэлдон заметил, что "Игнатия не упрекнули и не заклеймили как еретика все те верующие, которым он слал свои письма. Это показывает, что ранняя церковь, задолго до 115 от Р. X, всецело принимала Божественность Христа". [Джон Уэлдон. Божественность Христа. Неопубликованная работа.]

Ириней (125 - 200), ученик Поликарпа, разъяснял в сочинении "Против ересей"(4:10), как Христа часто видел Моисей и что именно Христос говорил из горящего куста. Ириней продолжал развивать мысль об отношениях Христа с Богом Отцом: "Ибо с Ним всегда были Слово и Мудрость, Сын и Дух, Которым и в Котором, свободно и непосредственно, Он сотворил все, к Которому Он также обращался, говоря: "сотворим человека по образу нашему, по подобию нашему". [Ириней- Т. 1, кн. 4. Антиникейская Христианская Библиотека. Переводы сочинений Отцов церкви Александра Робертса и Джеймса Доналдсона. Эдинбург, Шотландия. Т. and Т. Clark. 1869.]

Юстин Мученик (110 - 166), апологет, который защищал веру с точки зрения ученого, признавал: "Я говорил часто, достаточно часто, что когда Бог мой говорит: "Бог удалился от Авраама", или "Бог говорил Моисею" и "сошел Господь посмотреть башню, которую строили сыны человеческие", или "Господь укрыл Ноя в ковчеге", - вы не должны воображать, будто незачатый Бог Сам спускался или подымался куда-то. Ибо невыразимый Отец и Господь всего ни ходит никуда, ни гуляет, ни спит, ни просыпается". Авраам, и Исаак, и Иаков видели не невыразимого Господа, но Бога, Его Сына, "Который был также огнем, когда Он говорил с Моисеем из куста" (Диалоги. CXXXVII). Он продолжал: "Христос наш беседовал с Моисеем под видом огня из куста" То был не- Отец вселенной, Кто таким образом обращался к Моисею; но "Иисус Христос", "Ангел и Апостол", "Который также Бог", больше того - "Бог Авраама, Исаака и Иакова" и "Я есмь Сущий" (Первая апология, LXII, LXIII).

Климент (ум. 101) епископ Рима, в "Наставлении" (глава 16) применяет к Господу нашему цитату из Захарии (14:5): "И придет Господь Бог мой и все святые с ним"; а в четырнадцатой главе относит к Нему две вольных цитаты из Малахии 1:11,14, подобным же образом относящиеся к Иегове. 1 послание Климента представляет "Господа нашего Иисуса Христа, жезл величия Бога" (XVI) как Господа, Который, как ожидает Малахия, грядет в Свой храм (XXIII); Который говорил через Святого Духа уже в Ветхом Завете.

Вот лишь некоторые из многих сочинений отцов церкви, на которые мы могли бы сослаться.

Случись кому-нибудь утверждать, будто документы эти поддельные, тогда груз доказательства ложится на это лицо: обосновать свои обвинения и предъявить исторически документированные сочинения ранней церкви, которые бы гласили, что Христос н е был Богом. Самое раннее из подобных сочинений, обнаруженных почти за два тысячелетия, написано Арием в начале четвертого века.

Уверяют еще, что Писание может быть искажено и значительные положения добавлены позднее. Но все известное на сегодня из Нового Завета, за исключением около одиннадцати стихов, может быть обнаружено в писаниях ранних отцов церкви до 325 г. от Р. X. , не считая тысяч неполных греческих и латинских рукописей Нового Завета, которыми мы располагаем. Библия, как она существует сегодня - самое документированное в мире произведение древней литературы. Вымарать все стихи, проповедующие Божественность Христа, значило бы оставить от Нового Завета искромсанную подделку, ложь против свидетельств истории.

Не было сведений о "христианине", отрицающем Божественность Христа, прежде 190 г. от Р. X., когда некий византийский торговец кожей по имени Феодот, сообщая о своем неприятии Христа, сказал: "Я отрицал не Бога, но человека..."

Далее, вплоть до 318 - 320 гг. от Р. X., когда пресвитер из Александрии по имени Арий стал отрицать Божественность Христа, вопрос этот вызывал крупные богословские спороы внутри церкви. Взрыв, который разразился из-за этого предмета, - убедительное свидетельство того, что церковь до этого времени никогда всерьез не оспаривала Божественности, Христа. Иначе учением Ария пренебрегли бы как общим местом. Верования, которых придерживались христиане ко времени раздора, включая веру в то, что Христос - Бог, были сформулированы на протяжении двух с половиной столетий сурового преследования. Никейский Собор (325 г. от Р. X.) был созван, чтобы разрешить этот вопрос с церковной точки зрения, и после трех месяцев тщательного обсуждения подтвердил Божественность Христа. Арий и два оставшихся с ним приверженца были изгнаны как еретики. [Более полные данные см. в "Истории христианской церкви" Филипа Шаффа. Тт. II и III. Грэнд Рэпидс, Мичиган. Eerdman's Pub., 1960.]

Некоторые выдвигают довод, что Константин силой навязал ортодоксальный взгляд участникам Никейского Собора, а христиане подчинились его желаниям из страха. Это неправда. Если угодно, это сам Константин был ими поколеблен. Исторические источники говорят нам, что увидав шрамы и раны верующих, которых пытали за веру в Христа, Константин обходил их, целуя эти шрамы. Христиане эти, многие из которых потеряли глаза, руки и ноги за свою веру, не поддались бы нечестивому давлению со стороны Константина.

Арий и его последователи верили в предсуществование Христа и в то, что Христос был творцом мира. На Никейском Соборе не стоял вопрос, был ли Христос "только" человеком; скорее вопрос- формулировался так: "Был ли Иисус "Богом" или "богом"?

Даже после отлучения, на протяжении многих лет-Арий смущал значительную часть церкви. В этот период арианские вожди пять раз отправляли в ссылку Афанасия, руководителя правоверных христиан, позднее - епископа Александрии. Лишь в 381 г. от Р. X., на Константинопольском Соборе, оппозиция окончательно замолкла.

Никейский Символ веры, выкованный в смутах и противоречиях, остается в богословии краеугольным камнем церкви.

Марк Нолл писал о Никейском Символе веры:

"В 325 г. от Р. X. римский император Константин Великий созвал вождей церкви в городок, расположенный на противоположном берегу Мраморного моря от его новой столицы Константинополя (ныне Стамбул). Константин был озабочен церковным расколом, угрожавшим единству его империи. Спор сконцентрировался вокруг учения одного младшего церковного служителя из Александрии Египетской. Епископы, собравшиеся в Никее, чтобы осудить учение этого священника - Ария, выработали замечательный символ христианской веры".

Этот документ, расширенный позднейшими добавлениями, известен сегодня как Никейский Символ веры. Он был не только первым формальным определением Троицы в противовес еретическим учениям, но также первым христианским символом веры, стяжавшим церкви всеобщее признание. (Он до сих пор употребляется в богослужениях Православной, Римско-католической, Лютеранской и Епископальной церквей.) Важность этого символа - в решительном и недвусмысленном провозглашении природы Иисуса Христа как единственного спасителя мира.

Доктрины, которые проповедовал Арий, иллюстрируют общую тенденцию, существовавшую на протяжения всей христианской истории: подвергать откровения Бога: о Себе во Христе и в Писании суду текущих концепций логики и "разумного". Если, рассуждал Арий, Бог (Отец) абсолютна совершенен, абсолютно трансцендентен и абсолютно неизменен и если Он создатель всех вещей - Сам не будучи производным от чего-то еще - тогда очевидно, что все и все остальные в мире существуют отдельно от Бога. И, добавлял Арий, если все существует отдельно от Бога, то Иисус тоже должен быть отдельным от Бога.

Согласно Арию, Иисус, хотя и играл особую роль в сотворении и искуплении физического мира, но Сам не был Богом. Мог быть лишь один Бог; поэтому Христос должен был рано или поздно быть сотворен, подвержен изменению и греху, как все творение, и, снова же, как все творение, не располагает настоящим знанием Божественного разума.

Никейский Собор, понимая, сколь весома была угроза, к