Молитвенникам открывается дверь
Добросовестный сервис покупок с кэшбеком до 10% в 900+ магазинах используют уже более 1.200.000 человек. Присоединяйся!
Христианская страничка
Лента последних событий
(мини-блог)
Видеобиблия online

Русская Аудиобиблия online
Писание (обзоры)
Хроники последнего времени
Українська Аудіобіблія
Украинская Аудиобиблия
Ukrainian
Audio-Bible
Видео-книги
Музыкальные
видео-альбомы
Книги (А-Г)
Книги (Д-Л)
Книги (М-О)
Книги (П-Р)
Книги (С-С)
Книги (Т-Я)
Фонограммы-аранжировки
(*.mid и *.mp3),
Караоке
(*.kar и *.divx)
Юность Иисусу
Песнь Благовестника
старый раздел
Интернет-магазин
Медиатека Blagovestnik.Org
на DVD от 70 руб.
или HDD от 7.500 руб.
Бесплатно скачать mp3
Нотный архив
Модули
для "Цитаты"
Брошюры для ищущих Бога
Воскресная школа,
материалы
для малышей,
занимательные материалы
Бюро услуг
и предложений от христиан
Наши друзья
во Христе
Обзор дружественных сайтов
Наше желание
Архивы:
Рассылки (1)
Рассылки (2)
Проповеди (1)
Проповеди (2)
Сперджен (1)
Сперджен (2)
Сперджен (3)
Сперджен (4)
Карта сайта:
Чтения
Толкование
Литература
Стихотворения
Скачать mp3
Видео-онлайн
Архивы
Все остальное
Контактная информация
Подписка
на рассылки
Поддержать сайт
или PayPal
FAQ


Информация
с сайтов, помогающих создавать видеокниги:

Подписаться на канал Улучшенный Вариант: доработанная видео-Библия, хороший крупный шрифт.
Подписаться на наш видео-канал на YouTube: "Blagovestnikorg".
Наша группа ВКонтакте: "Христианское видео".

Иоанна Лорх

Молитвенникам открывается дверь

Оглавление

Предисловие
Забытый народ
Далекие горизонты
Следовать за Христом сегодня
В оковах чар
Решение
Новая позиция
Молитва веры
В Божьей руке
Ненаписанное письмо
Спокойствие веры
После победы завязывай шлем покрепче!
Жертва?
Очаги Божьей любви
В воле Божьей

"Кто думает, что в служении Богу и людям ему всегда будет дуть попутный ветер, тот глу­боко ошибается, не зная истины. Я не хочу сходить с пути, предначертанного мне Богом, и нуж­даюсь в помощи людей, которые как ответственные ходатаи отзываются на Божий призыв к служению. Надеюсь, что Бог освободит народ лису от многовековых оков", — писал Джеймс в первые годы.
По мере того как молитвенная группа рас­ширялась и ее служение углублялось, Фразер осознавал перемену в личной жизни и своем окружении. Много лет позже это выразилось в признании:
"Я все еще нуждаюсь в конкретной за­ступнической молитве верующих и ценю ее более всех сокровищ земли. Может быть, молящихся мало. Некоторые из них молятся недостаточно, другие стары и слабы. Но среди этого числа мне желанны те мужчины и женщины, которые понимают, что значит участвовать в Божьих поручениях и дости­гать успеха через молитву. Я все более со­знаю, что молитвы детей Божьих готовят почву для посева, о каком бы служении они не молились. Возрастание — тоже плод мо­литвы. И лишь в день Божий откроется, сколько значительного совершалось через мо­литву Его детей. Успех миссионерской рабо­ты поддерживается молящимися людьми".

Предисловие

Данная книга повествует о человеке, посвятившем себя на служение народу, живущему в высокогорных селениях Ки­тая. Он жил среди народа лису один, но к успеху его служе­ния причастны христиане Англии, которые поддерживали его молитвами, несмотря на огромное расстояние.
В книге описаны результаты искренних молитв к Богу, что свидетельствует о верности Господа и Его любви не только к христианам, но и к грешникам.

Забытый народ

Вблизи бирманской границы, в юго-западной части Китая, находится величественный горный край, дикий и недоступный, веками оторванный от внешнего мира. Над темной пропастью Салвея поднимаются горы высотой до четырех тысяч метров. Насколько мо­жет охватить взгляд, всюду видны вер­шины скал и беспорядочно разбросан­ные причудливых форм горы. Как ни странно, но этот край обжит. На выступах скал, подобно гнездам над пропастью, ютятся бедные хижи­ны. Никто из их обитателей не мог быть уверенным, что лавина не снесет его дом со скалы в пропасть. Действи­тельность, которую с юности знали ли­су,— это нужда, насилие, болезнь и смерть. Безрадостной была жизнь про­стодушного народа, и люди старались забыться в вихре танцев, в курении опиума и алкоголе, едва не теряя при этом человеческий облик.
Причину своих бедствий и болезней лису не знали. Все несчастья приписывались вмешательству темных сил. Они были недоступны, но настигали людей дерзко, как штор­мовой ветер, который то поднимался вихрем из темных до­лин, то свергался со скалистых гор. В любых обстоятель­ствах нужно было завоевать милость этих сил. Делалось это через поклонение демонам. Но в итоге каждый оста­вался беззащитным и одиноким. Это рождало постоянное чувство страха.
Большой мир забыл об этом народе в диких горах. Но Бог знает, как проникнуть в самые отдаленные уголки зем­ли. Бог не забывает никого.
В пестрой толпе китайского базара резко выделялась высокая, стройная фигура Джеймса Фразера. Он с инте­ресом наблюдал за людьми, которые приходили и уходи­ли со своей поклажей, что-то покупали и продавали. Сре­ди одетых в голубой хлопок китайских крестьян толка­лись и суетились люди в пестрой одежде — по ней можно было понять, что эти люди пришли с гор.
Одно из самобытных племен Китая привлекало особое внимание Фразера. Это были лису. Он слышал об этих де­тях гор. Еще ни один чужеземец не смог проникнуть в их страну. Они жили в непроходимых горах и долинах Верх­него Салвея. Добраться к ним можно было, лишь преодо­лев шести-, пятнадцати- и даже двадцатидневный путь.
Лису разговаривали на своем диалекте и лишь немного понимали китайский язык. Фразер не знал их языка. Но есть доброта, которая говорит без слов, и он обладал ею в большой мере. Поэтому посетители базара с удоволь­ствием брали с собой в горы трактаты и части Священно­го Писания, которые давал им Джеймс. Лису удивляло и волновало: почему их, всеми презираемых, этот иностра­нец называет братьями? Что это за весть, которую он с такой серьезностью старался передать им? Лису пригла­сили Джеймса Фразера посетить их горную цитадель.
Тогда Фразер не был готов идти к ним. У него было много других первоочередных и важных дел. Бог же со­хранил в нем память о народе лису.
"Я не перестаю молиться о лису",— писал Джеймс до­мой. Позднее он признавался: "Что-то влечет меня к ним. Через молитвы это сердечное влечение углубляется".

Далекие горизонты

Джеймс Фразер учился в техническом институте в Лондоне и не знал, что существует такая народность — лису. Служить в миссии не входило в его планы. Он меч­тал о замечательной профессии инженера, посредством ко­торой хотел служить Богу и людям.
Джеймс Фразер был страстным альпинистом. Во время туристических походов и восхождений в швейцарских Аль­пах, где постоянно проводил каникулы, он получал ис­тинное наслаждение, созерцая величие и красоту гор.
При всем том Джеймса привлекала не только красота и неповторимость гор. Горы будили в нем нечто едва улови­мое, ожидавшее отклика в его душе: любовь к одиночеству, инстинктивную реакцию на высокое, трудное, опасно манящее. Взбираясь по узким тропам на вершины, покоряя их с настойчивым терпением, он открывал в себе что-то новое. Поднебесные горы звали Джеймса, будто знали его высокие стремления и необыкновенные дарования. Ими Бог и определил жизненный путь Джеймса Фразера.
Во время учебы ни он, ни его друзья не думали о том, что Бог приведет его в далекую, почти непроходи­мую горную страну. Коллеги ценили Джеймса Фразера как одаренного инженера, талантливого музыканта, хо­рошего экскурсовода. Они предсказывали ему блестя­щую карьеру.
Джеймс Фразер готовился к выпускным экзаменам и радовался, что скоро сможет заняться своим трудом. Бог открывал перед ним горизонты, за которыми лежали неведомые просторы. Он чувствовал себя путешественни­ком в горах, который неизвестным путем шел к скрытой впереди вершине и вдруг увидел дорожный знак, указы­вающий свободный доступ к ней.
Джеймс Фразер мог легко удовлетвориться близлежа­щей целью. Она была замечательной и достойной призна­ния. Но Бог ставил перед ним другую цель. Указателем к ней стал скромный трактат, который сунул Джеймсу в руки кто-то из товарищей.
Во время чтения трактата Джеймсу открылись необъя­тные горизонты любви Божьей — Он любит каждого! Но кто заботится о том, чтобы эта весть достигла всех? Нести весть о любви Божьей всем людям — понятная заповедь. Миллионы, никогда не слышавшие о ней,— это неоспори­мая действительность. Каким же должен быть его личный вклад в это дело? Что хочет от него Бог?
Бог звал. Но этот зов вначале не указывал ни на особое задание, ни на особую страну. Одно было ясно Джейм­су Фразеру, что Иисус Христос говорил ему лично: "Сле­дуй за Мной весь, без остатка". Все, что до этого време­ни наполняло его жизнь, отодвинулось на второй план. Джеймс Фразер доверил Богу свою судьбу. Его христиан­ская жизнь перестала казаться бесцельной, стала понятной взаимосвязь: Иисус Христос отдал Себя за Джеймса, те­перь Джеймс отдается в распоряжение Господа, чтобы Он мог достигать других. Это было основанием для безогово­рочного послушания. Позже Фразер назвал это пережива­ние своим покаянием.
Джеймс Фразер закончил учебу с отличием. Перед ним открывалась перспектива получить хорошую должность. Но, внимая Божьему зову, он принял решение уехать миссио­нером в Китай. Поэтому, оставив мысли о любимой профессии — это поистине было самоотречением,— он реши­тельно посвятил себя подготовке к миссионерскому служе­нию. Когда-то Джеймс напишет:
"Это ни в коем случае не дело христианина — самовольно распоряжаться своей жизнью. Наша задача — посвятить себя Богу и всецело покоряться Ему".
Джеймс Фразер хотел строить свою жизнь на величай­шей реальности: "Существует живой Бог. Он говорит с на­ми через Писание. Он думает так, как говорит, и тверд в обетованиях". Эти слова принадлежали Хадсону Тейло­ру — организатору китайской миссии в Лондоне. Туда и пришел Джеймс Фразер.

Следовать за Христом сегодня

Джеймс Фразер был послан в Западный Китай, в пограничную провинцию Юньнань. Он сознавал, что ему доверена драгоценная весть — весть жизни. Изучать язык надо было так, чтобы свободно общаться с народом, мыс­лящим и говорящим иначе. Для этого требовался упорный труд и постоянный контакт с теми, чей язык Джеймс изу­чал. Жалкий запас слов изучаемого языка был в глазах Фразера доказательством небрежного исполнения долга перед людьми, среди которых он собирался жить.
Каждодневные рутинные занятия языком, отрезвление от романтизма предстоящего служения, напряженное ожи­дание реального труда и множество новых впечатлений, как потом понял Джеймс, превратили первые годы его жизни в Китае в период кризиса.
Он писал: "Я должен настойчиво учиться понимать, что главным в данное время является совсем не то, для чего я предназначен. Пока Бог ожидает от меня испол­нения этого предназначения, решающей является вер­ность. Искушение, которому я часто должен противо­стоять, многообразно. Во время учебы я думал: будь у меня то или иное положение, я бы все сделал! Сейчас я еще учусь, но когда буду за океаном, все будет иначе и намного проще будет осуществить мои желания.
Сегодня я действительно нахожусь за границей, но силы пока прилагаю лишь к изучению языка. Какой труд я мо­гу совершать в данное время? И снова меня искушают мысли о будущем: если у меня будет собственная миссия, когда я устроюсь и буду беспрепятственно говорить на чужом языке, тогда я смогу все!
Эти сплошные "когда" и "если"... Думаю, сатане очень нравятся эти союзы. Однако Библия не учит нас ожи­дать возможностей для служения. Напротив, она призы­вает служить там, где требуется именно сегодня, и де­лать это, бодрствуя и молясь. А сатана предлагает ожи­дать, пока откроется лучшая возможность для служения и молитвы. Но нахожусь ли я на благовестии или стою, например, на кухне и мою посуду — и то и другое может быть свидетельством, и то и другое требует верности.
Имеем ли мы право быть недовольными тем, что тре­буется от нас сегодня? Имеем ли мы право мечтать о чем-то лучшем в будущем? Почему, например, я должен в период дождей в Тенгвее вздыхать о сухих месяцах?
При нашем смирении все совершается намного проще. Не ожидает ли Бог моего спокойствия в неудобствах, которые приносит с собой жара или плесень, покрываю­щая буквально все в дождливое время? Зачем с тоской думать о том, как будет тогда, когда я выучу китайский язык? Не желает ли Бог, чтобы я легко пережил годы изучения языка? Зачем эти стоны из-за нехватки време­ни для личного чтения, если сегодня Бог дает мне другие задания?
Миру присуще думать иначе, но я думаю, что Бог же­лает освободить Своих детей от излишних забот. Подоб­ные мысли должны уступить место миру, который со­хранит наше сердце и помышления в Иисусе Христе. Апо­стол Павел писал, что научился быть довольным в любой ситуации. Из его слов понятно, что к этому он пришел на основании опыта. У нас не будет иначе. По природе мы склонны мечтать о будущем. Но следование за Хри­стом — это настоящее, сегодняшнее".
Джеймсу Фразеру было двадцать два года, когда он писал эти строки. Жизнь китайского народа захватывала и потрясала его.
Он занимал небольшое помещение в шумной гости­нице. Все шло к тому, чтобы общение с Богом вытеснилось на задний план. Тогда непременно придет разочаро­вание. Начнется скольжение вниз. Конечным результатом будет потеря радости и уверенности в Божьем призвании. Джеймс Фразер осознал эту угрозу для своей жизни и служения. Он знал, что ее можно преодолеть, только по­стоянно общаясь с Богом. Но для этого было много пре­пятствий.
В гостинице не было покоя и тишины. Слово "личное" не входило в запас слов постояльцев, среди которых Джеймс теперь жил. Но все-таки он должен найти возмож­ность для общения со своим Господом — это было для не­го жизненной необходимостью. Джеймс вставал на рассве­те, до того, как суета торговцев и отправлявшихся кара­ванов охватывала здание. Он укрывался для молитвы в по­луразрушенном языческом храме или где-нибудь в кустах. В пору дождей Джеймс бодрствовал ночью, когда мужчины, опьяневшие от опиума, спали.
Последовательность, с которой Джеймс Фразер относил­ся к малым делам, приносила свои плоды. Позже его позва­ли большие дела. Он был готов к ним.

В оковах чар

Джеймс Фразер держал путь в страну лису. "Горы, все новые горы, насколько охватывает взгляд... Травы в человеческий рост, гигантские скалы, устремленные к небесам вершины. Пронизывающее одиночество. За весь день мы с носильщиками встретили одного-единственного человека. На этих диких высотах есть пропитание и убе­жище только для леопардов, волков и медведей. Величе­ственная, скалистая, сырая, дикая страна! А глубокая, захватывающая дыхание тишина в этих горах! Как хоро­шо я чувствую себя здесь!
Час за часом мы упорно поднимались вверх. Наконец достигли вершины перевала. Вокруг — густой лес, и ни звука, кроме шуршания наших шагов по увядшей мокрой листве. Сырость, тишина, одиночество — даже ни одного птичьего крика. Высота почти три тысячи метров. Большую часть года здесь лежит снег.
Неожиданно туман спустился вниз, и в неописуемом блеске обнажились вершины Тянь-Шаньских гор.
Перед нами распростерлась широкая долина. Мы остановились, чтобы насладиться грандиозным видом: гигант­ские пики гор, подобно пальцам, застывшим в ловле обла­ков и клочьев тумана, выделялись темным силуэтом на фоне вечернего неба. Искалеченные сосны и убогие хи­жины лисуитов ютились на скалистых склонах. Дале­ко внизу находилась наша цель — крохотная деревушка. Мы были грязные, промокшие, смертельно уставшие, но очень счастливые".
Во время первого посещения лису Джеймса Фразера пригласили на семейное торжество. Он оказался в грязной, темной, с закопченными стенами хижине, где стояли боль­шие железные котлы. Пара собак бегала по утоптанному глиняному полу в надежде найти упавшие крошки. В хи­жине было много оживленных людей.
Наступила полночь, а лису все еще водили дикие хо­роводы. До рассвета они беспрестанно просили рисового вина. Джеймс Фразер понял, какую силу имел алкоголь в этом народе. Ближе познакомившись с лису, он спросил однажды женщину средних лет, как она относится к пьян­ству. "Положительно, — ответила она. — Жизнь намного веселее, когда мы пьяные".
Суровые условия не лишили лису веселого нрава. Они охотно пели и пели хорошо. Живя среди них, Джеймс Фразер проводил с ними время, слушал их речи. Лису ста­ли относиться к нему, как к своему человеку. Благодаря этому, в темные задворки их бытия, как бы через узкую щель, иногда проникал луч света и освещал сердечные глубины. Там жил страх. Пьянство со всеми его послед­ствиями стало великой силой, которую хотелось забыть больше, чем нужду и смертельную опасность. Джеймс Фра­зер обрел гостеприимных друзей и охотных слушателей, хотя сердца их оставались закрытыми. "Не стоит менять свою жизнь",— так думали почти все. Отчего же?
Лису указали Фразеру на жертвенник, стоявший на холме. Не идолам там поклонялись — в племенах лису не было такого обычая,— там почитали... демонов. Лису жили в сфере зависимости от этих жертв. Мир демонов был невидимой, но вполне реальной действительностью. Джеймс Фразер ощущал это, когда приходил в эту ди­кую горную страну. Здесь господствовала скрытая вели­кая сила. Кто приближался к ней, тот испытывал ее вли­яние. Раньше Джеймс Фразер не осознавал, в какой мере темные силы могут владеть человеком. Со временем он увидел, что они управляли миром мыслей, а отсюда и по­вседневной жизнью всех лису. Это была своего рода ду­ховная тирания.
Один пример из начальных лет. Семейство Ко в числе первых приняло христианство. Свой жертвенник они со­жгли. Однажды Джеймсу Фразеру, ответственному тогда за труд в Тэнгвее, пришлось отлучиться. Проходили ме­сяцы. Об этом семействе ничего не было известно. Как только Фразер освободился от дел, он немедленно от­правился в путь. Горы лежали в пурпурном свете захо­дящего солнца, когда он достиг своей цели. Величествен­но, как всегда!
Приближаясь к селению, Джеймс почувствовал какое-то таинственное противодействие. Скалистые вершины, тянувшиеся к пламенеющему вечернему небу, будто на­смехались над ним. Старый Ко встретил гостя достаточно приветливо. Гостеприимство было обычным. Через время помещение наполнилось людьми, собравшимися для вечерней молитвы. Джеймс почувствовал, что у лису пре­жней теплоты и доверия к нему нет. Вскоре картина прояснилась. Фразер узнал необычайно таинственную и печальную историю.
Став христианами, Ко отвернулись от демонов. Четы­ре взрослых сына жили тогда еще дома. Некоторое вре­мя спустя неожиданно заболел младший сын. Молодые христиане молились, как были научены. Какое-то время они держались мужественно. Но болезнь не хотела отсту­пать, и семьей овладело сомнение и отчаяние. Бог казал­ся бессильным. Может быть, Он Бог только для иност­ранцев? Зачем дальше молиться?
Срочно призванный шаман приказал семье построить новый жертвенник и принести жертву демонам. Юноша начал быстро поправляться. Прошло несколько спокой­ных недель. Затем произошло нечто необъяснимое. Без всякой причины двое из братьев пришли в дикое бешен­ство. Старший кричал на отца не своим голосом: "Подой­ди к жертвеннику и почти меня, или я умру!" Потом он схватил кадильную чашу и закричал в страшной ярости: "Я хочу вам, сынам земли, показать, какую я имею си­лу!" — Он бросил глиняную чашу на пол. Она не раско­лолась. Снова заболел младший брат. На этот раз ника­кие средства не помогли — он умер. Последовали и дру­гие несчастья. Ко и все село объясняли это однозначно — разгневанные боги совершали месть.
"Помнишь, каким крепким и почитаемым было семей­ство Ко? — говорили Джеймсу Фразеру. — Ничего, ка­жется, от этого не осталось". Как и при других подобных обстоятельствах, Джеймс стоял перед фактом неоспоримо­го доказательства реальности демонических сил.
"Молитвенно размышляя об этой и других похожих историях, я нахожу объяснение в Евангелии Луки (11:24-26),— писал Фразер. — Прослужив долгое время де­монам, семейство Ко попыталось освободиться от их влияния и отдаться Богу. Но сатана так легко не сдается. Его натиск застал их в неготовности. Они были еще недостаточно наставлены в Слове Божьем, чтобы оказать сопротивление. Старые привычки и суеверие одержали победу". Так новообращенное семейство верну­лось под влияние темных сил. Кто хочет, может все это назвать внушением, но Слово Божье недвусмысленно го­ворит о том, что есть темные силы, есть власти тьмы и духи злобы.
Реакция Джеймса Фразера на это тяжелое испытание и новое открытие была двойной. Он писал матери: "Не мо­гу выразить, как сильно обременено мое сердце". Но, зная что темные силы отступают только перед именем Иисуса, Джеймс продолжал: "Я молюсь об этом семействе и обо всех лису намного больше, чем раньше. Будешь ли и ты это делать?".

Решение

В этой, казалось, безнадежной борьбе орудием Джеймса оставалась молитва. После описанного происшествия, в конце своего отчета, отправленного в миссию, он писал:
"Жители селения говорят, что ничего более не жела­ют, кроме освобождения от этих чар. Но, не видя ника­кого выхода, они считают, что это им предназначено".
Лишь тот, кто пережил влияние демонически преис­полненной атмосферы, знает, что значит жить там, где "престол сатаны" (Откр.2:13).
Джеймс Фразер выдержал около пяти лет. Внешне ра­бота казалась почти безуспешной. Его физические и душев­ные силы истощились. Предстоящая жизнь была полна неопределенности. Есть ли смысл и дальше тратить силы на это, как казалось, безрезультатное дело? Разве у народа лису не было своих шансов?
На юго-востоке страны евангелизационная работа шла более успешно. Джеймса приглашали туда. Ответить ли ему на просьбу своих коллег? Руководство миссии ходатайствовало о переводе Фразера в одну из областей на юго-востоке. Он понимал, что работники нужны и там, но заботой миссии был весь Китай, а его заботой — лишь эта местность.
С другой стороны, Джеймс был глубоко разочарован. Нужда "людей, которыми никто не интересовался", была бременем, которое возложил на него Бог. Он был в нере­шительности и не знал, как поступить. "Поэтому я оста­вался в общении с Богом",— рассказывал Джеймс позже. Таким образом, он отдал себя и народ, которому хотел слу­жить, в руки Всевышнего, во власть величайшей Любви. То был акт самоотвержения — необходимое условие для зависимости от Бога.
Проходила неделя за неделей. Наконец Джеймс получил телеграмму от директора миссии в Шанхае: "Если Вы уве­рены, что Бог оставляет Вас на месте, руководство не будет настаивать, чтобы Вы отправлялись на юг".
Теперь решение было за Фразером. Он стоял перед вы­бором. Там была масса возможностей. Здесь же — предель­ный расход времени, силы и любви, и, судя по-человече­ски, все напрасно.
Дом в тот вечер был полон людей, шло приготовление к Рождеству. Джеймс Фразер тихо вышел в зимнюю ночь к одному из своих "молитвенных" мест. "При ясном свете луны я ходил взад-вперед,— рассказывал Фразер, вспоми­ная прошлое,— и долго молился вслух. В глубокой ночной тиши моя молитва превратилась в славословие. Предстоя­щий шаг стал для меня понятен. Безоговорочно отдаваясь Богу, вполне уверенный, что именно этого Он и хочет от меня, я решил остаться".

Новая позиция

Если раньше Джеймс жил среди лису неделями и месяцами, приезжая с главной базы, то теперь он должен был устроиться на постоянное жительство в их суровом и в то же время привлекательном горном крае. Он хорошо понимал серьезность этого шага. Край был обла­стью, занятой богопротивными силами. Они часто прояв­ляли себя неожиданно и разрушительно. Что он мог из­менить? Джеймс был здесь единственным христианином. Его рука высоко держала горящий светильник в кромеш­ной тьме. Вокруг бушевали бури, стремясь потушить этот свет. Блуждающие огни, как призраки, вводили людей в заблуждение.
На самом ли деле Джеймс был одинок? — Нет и нет! Джеймс принадлежал к Церкви Иисуса Христа. Простер­тая во тьме рука не была отделена от тела Церкви Хрис­товой.
Джеймс понял, что пришло время осуществить давнюю мечту — организовать на родине молитвенную группу. Он писал матери:
"Не подумаешь ли ты, кого можно пригласить в груп­пу молитвенников? Важно не их число, возраст или обра­зование. Пусть они даже живут в разных местах. Глав­ное, чтобы они были единодушны и искренне возносили молитвы к Богу. Евангелизация среди народа лису нужда­ется в молитвенной поддержке".
На родине ответили согласием. Вначале организова­лась небольшая молитвенная группа. Ее участники по­святили себя постоянным молитвам о народе лису. Груп­па расширялась и со временем превратилась в движу­щую силу в служении Фразера. Он считался с ней во всех ситуациях. Ему предоставилась прекрасная возмож­ность наблюдать влияние ходатайственной и благодар­ственной молитвы.
В периоды сильнейшего перенапряжения или тяжело­го разочарования, для более точной личной ориентации Джеймс пользовался поддержкой молитвенников. Они знали его работу, были в курсе всех его успехов, неудач и падений. "Кто думает, что в служении Богу и людям ему всегда будет дуть попутный ветер, тот глубоко ошибается, не зная истины. Я не хочу сходить с пути, предначертанного мне Богом, и нуждаюсь в помощи лю­дей, которые как ответственные ходатаи отзываются на Божий призыв к служению. Надеюсь, что Бог освобо­дит народ лису от многовековых оков", — писал Джеймс в первые годы.
По мере того как молитвенная группа расширялась и ее служение углублялось, Фразер осознавал перемену в лич­ной жизни и своем окружении. Много лет позже это вы­разилось в признании:
"Я все еще нуждаюсь в конкретной заступнической молитве верующих и ценю ее более всех сокровищ земли. Может быть, молящихся мало. Некоторые из них мо­лятся недостаточно, другие стары и слабы. Но среди этого числа мне желанны те мужчины и женщины, ко­торые понимают, что значит участвовать в Божьих по­ручениях и достигать успеха через молитву. Я все бо­лее сознаю, что молитвы детей Божьих готовят почву для посева, о каком бы служении они не молились. Возрастание — тоже плод молитвы. И лишь в день Божий откроется, сколько значительного совершалось через мо­литву Его детей. Успех миссионерской работы поддер­живается молящимися людьми".
Ожидаемая жатва была скрыта от Джеймса. Однако он делал, что мог. Он совершил дальнюю разведывательную поездку. Это была первая поездка к темнокожим лису в область Верхнего Салвея. Первой преградой оказался но­вый для Джеймса диалект. Лишь отличное знание китай­ского языка дало ему возможность хотя бы немного по­нимать их.
Кроме носильщика лису, Джеймса Фразера сопровож­дал американский миссионер и христианин бирманец. Они оба были из-за границы, из тропических джунглей Бирмы.
"В прошлую ночь мы разбили лагерь на высоте две тысячи шестьсот метров. В течение двух дней нам не встретилось ни одного человеческого жилья. Наш прово­дник при наступлении ночи соорудил ночлег. Снег сыпал густыми хлопьями. Наутро все покрылось плотным снеж­ным одеялом. Горную тропу замело.
Нам нужно было найти дорогу через перевал. Мы все промокли и промерзли, но поиски были напрасны. Ба Таав, брат из Бирмы, никогда не видел столько снега. Он пора­нился, и каждый его шаг оставлял на сверкающем снегу кровавый след.
Никакой пищи до позднего вечера. Наконец, дойдя до снежной границы, мы смогли зажечь огонь. Великолепный пейзаж! В поле зрения появились вооруженные разбойни­ки. Но нас не тронули. Сильное волнение...
Наконец нам встретилось обжитое торговое село. Из него мы. отправились дальше по крутым горным тропам. Через головокружительные пропасти были проложены шат­кие доски. Местами дорога была обозначена лишь больши­ми ветками, вставленными в щели скал и служившими опо­рой для скользящих ног. К тому же каменная осыпь могла в любую минуту столкнуть нас в пропасть. Везде, где были постоянные источники воды, жили люди. За темны­ми поросшими горами лежали сотни густонаселенных сел. Здесь нужно было жить и работать".
Обо всем этом рассказывает дневник Джеймса Фразера. Он писал его в покрытой соломой хижине, в маленьком селении лису, приютившемся на выступе обрывистого скло­на. Вокруг, словно дозорные, возвышались горные пики, а над ними убегало ввысь бездонное небо. Джеймс Фразер жил в одной семье на правах квартиранта в более чем простых условиях. Он стал для лису одним из своих и был доволен этой жизнью.
Беспокойство в сердце Джеймса появилось не из-за тягот служения и не от скудости жизни. Нечто иное удручало его. Он верил и молился, ожидая Божьих дей­ствий среди лису. Он хорошо выучил их язык и отдавал им все свое время и силы. Несомненно, он ожидал, что они придут и послушают, что он хочет сообщить им. Но ничего подобного не происходило.
Лису оставались радушными и приветливыми. Лишь немногие стали христианами. Очень привязаны к нему бы­ли дети. Они стали его лучшими помощниками в изучении языка. Жители ценили его помощь во многих повседнев­ных делах. И все же весть, которую он принес, оставалась в их сердцах почти без отклика. "Изменять свою жизнь не стоит",— равнодушно полагали они.
Глубокая подавленность медленно овладевала сердцем Джеймса, погашая в нем огни смелой надежды. Отчего это происходило, Джеймс Фразер вначале не мог по­нять. Было ли это связано с тем, что он оказался в бед­ном селе, на краю света, вдали от всякой культуры? Со­жалел ли он об отсутствии любимой музыки? Или это было результатом скудного питания, языковой борьбы и тяжелых переходов через горы? А может быть, он стра­дал от дождей и туманов, сырость и холод от которых проникали во все щели? Конечно, все это могло удру­чать. Но проходили дни и недели, и Фразер понимал, что дело — в ином.
Вероятно, это происходило от той странной неуверен­ности, которая покрывала все, словно пелена. Все, во что он до сих пор верил, стало нереальным. Даже молитвы казались ему бесплодными. Ответ на них будто замирал в пустоте. Его буквально выбивал из колеи тон озабочен­ного сомнения, который иногда звучал в письмах: "Мо­жет быть, ты ошибся?" или: "Уверен ли ты, что делаешь то, что от тебя хочет Бог?".
"Отвечает ли Бог на самом деле? Знает ли Он мое лич­ное положение? Если да, то думает ли Он о мне? Дей­ствительно ли я на верном пути? Или я сделал неверный выбор? Было ли заступническое служение о народе лису заблуждением?" С этими вопросами Джеймс просыпался. Они преследовали его днем и отнимали покой ночью. И это сковывало всю работу.
Но вдруг Джеймса озарило — всякое свидетельство об Иисусе Христе является вторжением в пределы сатаны! Это означает постоянную борьбу. Он вторгался в об­ласть, до сих пор неоспоримо принадлежавшую сатане. Здесь до него не было ни одного вестника Евангелия. Поэтому он сам и немногочисленные христиане из лису подвергались сильнейшей атаке врага. Никто не знал глу­бину борьбы. Никто не знал, что у Фразера часто было искушение положить всему конец.
Никто? Но откуда же тогда приходила своевременная помощь? Однажды в унылый дождливый день пришла почта. Передвигаться в это время было бессмысленно, и Фразер читал. Содержание одного из печатных изданий развеяло мрак уныния, которое овладело его душой. Фра­зер реально воспринял то, о чем знал раньше: сатана — это окончательно побежденный враг. Христос поразил его на кресте. Воскресший Господь приобщает Своих последо­вателей к Своей победе.
Джеймс Фразер отдал свою жизнь в распоряжение Гос­пода, когда еще был студентом. Он знал о спасающей си­ле прощения, и теперь, в этих горах, осознанно воспринял практическую сторону победы Христа. Все силы и власти тьмы разоружены Его крестом. "Отняв силы у начальств и властей, властно подверг их позору, восторжествовав над ними Собою" (Кол.2:15). Эта победа Господа и многоразличная премудрость Божья должны быть засви­детельствованы в наше время через церковь (Еф.3:10). Положение учеников Иисуса — быть "во Христе", поэто­му оно "превыше всякого начальства, и власти, и силы, и господства" (Еф.1:21). Борьба состоит в том, чтобы осознавать это положение и занимать его вновь и вновь, если врагу удается вывести нас из него.
Позже Фразер свидетельствовал:
"Это переживание открыло мне, что освобождение от темных сил происходит благодаря сознательному проти­востоянию им на основании креста Христова. Будучи инженером, я понимаю, что каждая вещь должна оправдывать себя на практике. Как духовный работник, я заметил, что многие истины кажутся нам бездействен­ными. Пассивная часть — возложить все на Господа Иисуса — действительно блаженна. Однако в те часы мне стала понятной другая часть истины — необхо­димо сознательное противостояние на основе победы, совершенной Христом на кресте. Это было моим спа­сением, и оно было надежным. Я чувствовал себя, как жаждущий, оказавшийся перед чистым освежающим ис­точником.
В разное время мы нуждаемся в открытии различных истин Слова Божьего. "Взирай на Иисуса", — скажут некоторые. И это верно. Но и "противостаньте диаволу" — это тоже слова Писания. Исполняя их, мы входим в победу, совершенную Иисусом на кресте.
Вспоминая Божьи обетования, я таким образом про­тивостоял сатане, и Господь меня не оставлял. Мучи­тельная депрессия отступала. Мне предстояло освоить очень многое! Бог мог бы теперь сказать: "Ты умоляешь меня совершить великое дело среди народа лису, но Я желаю вначале совершить Свое дело в тебе"".
Эта истина все больше и больше открывалась Джейм­су Фразеру. Однако сатана сдается не сразу. Нехоро­шие мысли овладевали Фразером. Они были живучи и навязчивы.
"Эти мысли преследовали меня, даже когда я пропо­ведовал. Тогда я шел в одно из своих укромных мест и, взывая к Богу о помощи, твердил, что не желаю иметь ничего общего с этими мыслями. Я думал о том, что Хри­стос освободил меня ценой крестных страданий, и это укрепляло меня. Мучительные представления распада­лись, как карточный домик. Я освобождался.
Господь воззвал у гроба Лазаря громким голосом. Во времена искушения и нападок я снова и снова получаю освобождение, вслух повторяя слова Писания, которые Дух Святой воспроизводит в моей памяти. И каждый раз происходит разрушение сильного сопротивления. "Противостаньте дьяволу, и убежит от вас". Это сказа­но в Библии для нас!"
В конце одного из своих многочисленных путешествий Джеймс прибыл в Тантзу. В последующие годы этот го­род стал местом его жительства, так как из него легко можно было добраться в более чем сорок сел. Но обучать лису было трудно из-за отсутствия письменности. Джеймс трудился, чтобы создать алфавит и составить простой ка­техизис. Для этого он нуждался в помощи братьев из Бир­манской долины. Добраться до них можно было лишь пре­одолев шестидневный путь.
Ободренный общением, Джеймс через месяц вернулся к своей работе. Он привез уверовавшим лису только что со­ставленный расширенный катехизис на их родном языке. Но... неожиданно встретил отказ. Никто больше не хотел поклоняться живому Богу. Что же случилось?
Во время отсутствия Фразера китайцы, превышающие лису числом и влиянием, пустили о Джеймсе дикие слу­хи. А потом всех желающих стать христианами пригла­сили на торжественный обед. Разными путями их убеди­ли подписать договор, в котором они обещали ни при каких обстоятельствах не оставлять языческую веру. Каждый обязался указать Джеймсу Фразеру на дверь. Страх перед китайскими землевладельцами взял верх в сердцах лису. Они настойчиво просили Фразера поки­нуть их пределы.
"Случись подобное год назад, я бы глубоко разочаро­вался,— писал Фразер молитвенной группе в Лондон.— В прошлом я слишком много места уделял унынию. Се­годня многое понимаю яснее и рискую утверждать: за всяким унынием стоит сатана. Ему нужно противосто­ять так же, как греху. Воскресший и вознесшийся Гос­подь весьма близок во всех стесненных обстоятель­ствах. Он хранит меня в мире".

Молитва веры

Не гонялся ли Джеймс Фразер за мечтой, которая разбивалась о суровую действительность? Задать себе этот вопрос Джеймса заставило жесткое противостояние, сопровождающее его служение среди лису. В молитвенном размышлении о сложившейся ситуации, в тесном общении с этими людьми и при тщательном исследовании их языка Джеймсу стало понятно, что Евангелие среди них может утвердиться лишь в том случае, если целые семьи будут освобождаться из плена демонического страха и всего, связанного с этим культом.
Родовая связь у лису была настолько сильна, что ее едва ли можно было порвать. Фразер с глубокой уверен­ностью молился о семьях и родах. Он молился о том, что­бы лису — мужья, жены и дети могли стать Божьим наро­дом. Годами он молился Богу о сотнях семей лису.
Казалось, Бог мог бы сказать: "Ты уже много молился. Когда же ты поверишь, что твоя молитва услышана?" В многолетних отношениях с Богом Джеймс научился терпе­ливому ожиданию. Его духовный слух был натренирован и обострен. С годами у Джеймса возрастал интерес к Богу и к тем часам, в которые Он внимает молитвенникам и по­буждает их к действию.
Джеймс писал: "Вполне сознавая, что я делаю и чего это будет стоить мне, я молился о непременном услышании. В спокойной уверенности, что буду услышан, я мо­лил Бога о сотнях семей лису".
На вопрос, почему он молился не о тысячах семей, Джеймс ответил: "Для этого Бог не дал мне веры".
Молитвенной группе Фразер писал:
"За прошедший год я понял кое-что относительно мо­литвы веры в конкретных ситуациях и желаниях. Мо­литва без ожидания Божьих действий подобна попытке резать тупым ножом. По вашей вере, а не по вашей ак­тивности воздастся вам, — сказано в Писании.
Молитва веры так редка потому, что многие хри­стиане не верят, что Бог услышал их молитву. Помолив­шись, они окунаются в будни с неопределенным чувством, что Бог когда-нибудь и как-нибудь ответит им. Вера считается с тем, что Божьи обетования будут действо­вать не только в будущем, но и сегодня. Вера торжеству­ет в настоящее время.
Видимое исполнение обетования может произойти в будущем. Иногда мы моментально получаем просимое, но чаще всего Бог допускает, чтобы мы молились и дейст­вовали в свете конкретного обетования (Мар.11:24). Таким образом вера испытывается и укрепляется".
Пребывая в молитве, Джеймс Фразер не бездействовал. В Тантзе, когда о нем распустили клеветнические слухи, и налаженное дело разрушилось, он решил ничего не пред­принимать, пока не проконсультируется у опытного мисси­онера. Пока вестник нес письмо через горы, Джеймс го­товился к шестинедельному евангелизационному путеше­ствию. Он думал, что к его возвращению противостояние в Тантзе утихнет. Этот расчет, отражающий знание страны и людей, оказался верным.
Евангелизационная поездка была такой же, как и мно­гие другие. Ее срок определялся обстоятельствами, благо­разумием и интуицией. Фразер не знал, что и в этом путешествии, как оказалось позже, удивительным образом исполнилось Слово Божье.
Пять лет назад он впервые путешествовал по этим мес­там и назвал их дикими и негостеприимными. Но общение с населением все же было возможно, и каждый вечер, пос­ле тяжелого дневного пути, Джеймс передавал людям весть об Иисусе. Он шел тогда из одного селения в другое. Семя сеялось... Бог бодрствовал над этим. И теперь оно должно дать всходы. Чье-то сердце было готово.
Впоследствии такое служение для Джеймса стало обыч­ным: китайские города, поселения лису, пешие перехо­ды, проповедь при лунном свете или при дымящихся лампах, беседы в чайных при большом стечении народа.
Он строго придерживался своих правил. Несмотря на то, что каждый день приходило много желающих послу­шать его, рано утром он уединялся для общения с Богом. Главным для него в это время было слышать Бога. Джеймс писал в дневнике: "Провел весь день в горах, читая Биб­лию и молясь. Сейчас, при сильном изнурении, это самое действенное лекарство. Просил у Бога силы для вечерне­го служения — первого на этом месте. Чужой, в чужой стране, я не знаю ни одного человека".
Вечером Джеймс стоял перед собравшейся толпой. Пой­мут ли люди его желание, или единственным ответом будет немое удивление? На призыв Джеймса обратиться к Богу откликнулся один молодой мужчина. Он засвидетель­ствовал, что верит в Иисуса Христа как Сына Божьего и хочет следовать за Ним. Мужчина пригласил Джеймса Фразера в свой дом, так как хотел больше услышать о любви Божьей.
Темную ночь сменило утро, а Джеймс Фразер и Мо Тинг Чанг — так звали новобращенного, все еще бесе­довали. Перед мужчинами лежало зачитанное Евангелие Марка.
Господин Мо — известный владелец ресторанов в этой местности. Он берег Евангелие уже много лет, как драго­ценность. Эту книгу когда-то привез из поездки его сын. Мальчик хорошо помнил тот день, когда один чужестранец (им был Джеймс) раздавал маленькие брошюрки тем, кто умел читать. Мальчик не принадлежал к этим счастлив­цам. В какой-то момент, когда взрослые толпились вокруг книг, несколько экземпляров упало на пол. Мальчишеская рука ловко схватила один из них, и бесценное сокровище исчезло в широком рукаве китайской одежды...
Так Евангелие Марка попало в горы, в ресторан госпо­дина Мо. Медленно и вслух, как того требовал обычай, он читал ночами напролет. Слова касались его сердца. В пос­ледующие годы он часто брал в руки эту книгу. У него рождалось много вопросов, на которые никто не мог дать ответа. Кем был Тот чудеснейший Учитель? Откуда у Него была такая власть, что даже темные силы повиновались Ему? Это, должно быть, не простой человек. Почему же Он все-таки умер? И, наконец, почему эта книга волнова­ла его сердце сильнее, чем все те, что он читал прежде? События далекого прошлого были господину Мо удиви­тельно близкими.
Обо всем этом Джеймс Фразер беседовал в ту ночь с господином Мо. Утром обычное прощание. "Приходи еще!" — серьезно сказал господин Мо.
Перед взором Фразера предстала горная цепь до самой границы Бирмы и Сиама (теперь Таиланд) "Иди на юг,— говорили Джеймсу люди. — Там, за горами, живут еще тысячи лису".
Возвращаясь из этого разведывательного евангелизационного путешествия, Джеймс еще раз побывал у господина Мо. Огонь, в котором сгорел жертвенник этой семьи, сви­детельствовал, что хозяин отрекся от демонов и стал исповедовать Иисуса Христа своим Господом.
Через четыре недели, покидая этот округ, Джеймс Фразер советовал всем, заинтересовавшимся благой вес­тью, обращаться к господину Мо. В крайней пригранич­ной области он стал горящим светильником, членом тела Христова.
Возвратившись летом в Тантзу, Фразер смог лучше рассмотреть эту красивую местность. На обжитом плоско­горье возвышались вековые сосны, вдалеке виднелись ко­ричневые просяные поля. Вершины гор, казалось, дости­гают неба.
Противостояние в Тантзе улеглось. Джеймс Фразер арен­довал пустое помещение с глиняным полом. Он жил и страдал вместе с народом лису. Они приняли его в свое общество. Их искушения были его искушениями. Однако никто в Тантзе и за его пределами не решался отказаться от поклонения демонам Джеймс Фразер твердо знал, что Иисус Христос является Господом над видимыми и неви­димыми силами. Об этом он возвещал народу лису. В их сердцах постепенно рождалось и росло желание принадле­жать Господу, дающему свободу от темных сил.
Самого Джеймса Фразера несло на руках молитвы рас­сеянное вдалеке братство. Он знал, что на родине молит­венная группа приносит Богу все его нужды.
Изредка Джеймсу выпадало счастье побывать в доме одной миссионерской семьи в Тенгвее, где находился опор­ный пункт миссии. Джеймс Фразер использовал всякую возможность побывать здесь так часто, как позволяло или требовало того служение. Приближаясь к Тенгвею, Джеймс чувствовал, как все его существо жаждало не толь­ко общения, но и музыки, которой он был лишен. Преж­де чем принять пищу, он брал гармонь. Иногда играл часами, без нот исполняя сложные произведения. Гар­монь в его искусных руках превращалась в удивительный по звучанию инструмент.
Из Тенгвея Джеймс Фразер писал молитвенной груп­пе, как сильно он переживает о том, чтобы ни в коем случае не оказывать на лису давления, убеждая их оста­вить прошлую жизнь. Он неустанно молился об освобож­дающей силе Духа Святого.
Молитва стала решающей силой в жизни Джеймса.
"Если двое из вас согласятся... — писал он. — Даже если я молюсь один, мне кажется, что в молитве участвуют двое: Бог и я... Мне становится все яснее, как необходимо доверять Богу, чтобы Он руководил мной в молитве так же, как и в других вопросах жизни. Кроме того, перед мо­литвой нужно не только размышлять о каком-либо отрыв­ке Писания, но умолять Бога, чтобы Дух Святой напра­вил мои мысли согласно воле Его. Перед молитвой я со­ставляю краткий список желаний и таким образом упоря­дочиваю свои мысли. Это облегчает разумную молитву".
Сохранилась запись от 9 октября 1915 года, в которой Фразер изложил свои главные мысли о молитве веры. Поклонение Богу, благодарение и прославление для него были весьма важны. Он мог терпеливо и спокойно мо­литься о многих нуждах, выражая тем самым доверие Богу. Но ему была известна и другая сторона ходатайственной молитвы — сильная духовная борьба в ожида­нии Божьего ответа. Джеймс Фразер понимал, что борь­ба в конкретных ситуациях требует силы Христовой. Со свойственной ему рассудительностью он показал, какие возможности дает Бог для ходатайственных молитв и ка­кие ставит для них границы.
Во-первых, самым веским основанием для молитвы яв­ляется с одной стороны непреодолимая сила и любовь Бо­жья, а с другой стороны — горе и страдания, которые все­сторонне обрушиваются на Его детей.
Во-вторых, Бог Сам побуждает нас просить у Него необходимое. "Просите,— предлагает Он. — Просите и получите, чтобы радость ваша была совершенна". Бог на законном основании приобрел людей в собственность, по­этому наша ходатайственная молитва должна быть дерз­новенной и широкомасштабной.
В-третьих, наши молитвы ограничены. Примером может послужить опыт с переселенцами, приглашенными в Кана­ду для обрабатывания земель. Невозделанных полей было много. Но правительство предоставило каждому переселен­цу 50 га пашни. Почему именно столько? Потому что еди­ноличник не сможет обработать больше. Площадь участка и возможности переселенца должны быть соизмеримы. Так же обстоит дело и с молитвой веры. Библия побуждает нас ожидать от Бога великого. Одновременно она говорит о здоровой мере веры. Возможно, мы хотим получить боль­ше, чем можем охватить на деле. Основополагающее пра­вило при этом указано во 2Кор.10:13: "По мере удела, какой назначил нам Бог...".
Вера — не резиновый пояс, который можно растянуть на желаемую длину. Ее скорее можно уподобить муску­лу, который укрепляется во время работы.
В отношении ходатайственной молитвы перед нами вста­ют следующие вопросы. Позволяем ли мы Духу Божьему указывать нам на первостепенное или молимся лишь о том, что приходит на ум? Прислушиваемся ли мы к Богу и даем ли Ему возможность открыть нам Свою волю? Слово Бо­жье определяет такую последовательность для молитвы: "Возлюбленные! если сердце наше не осуждает нас, то мы имеем дерзновение к Богу, и, чего ни попросим, получим от Него, потому что соблюдаем заповеди Его и делаем бла-гоугодное пред Ним" (1Ин.3:21-22). Для меня так называемые неуслышаные молитвы всегда были основани­ем просить об исполнении воли Божьей более усиленно, чем о личных желаниях.
Многие желания исходят от нашего естества и нуж­даются в корректировке Духа Святого. Иногда, под влия­нием молитвенного размышления, нам становится ясно, что наша жизненная позиция не соответствует воле Божьей. А иногда нам открывается, что не все, соответствующее воле Божьей, поручено именно нам. Бог возлагает свои поруче­ния на разные плечи. При возрастании в познании Бога изменяются наши молитвы и о других, и о себе.
Чтобы лучше слышать, нужно быть ближе к говоряще­му. Чем ближе мы к Богу, тем легче нам понять, на чем нужно сосредоточить свои молитвы. Понимание моляще­гося в таком случае вполне согласуется со Священным Писанием. Поэтому для лучшего понимания воли Божьей необходимо исследовать Слово Божье и больше молить­ся. Это может длиться очень долго. Бог не торопится. Он делает нас способными слышать Его и понимать. Поэто­му не будем сосредоточиваться на негативных пережи­ваниях. Мы призваны идти вперед, по следам Господа, Который говорит: "Следуй за Мной!" Иначе не возраста­ет вера, достойная называться верой.
В-четвертых, для молитвы важно присвоить обещанное Богом. Вспомним пример с переселенцем. Он согласился с условиями, высказал свои желания, и участок земли перешел в его собственность. Такая же ясность и простота действенна в молитве. Если мы уверены, что наша молитва созвучна с волей Божьей, мы будем высказывать свое же­лание перед Богом так, как это делает дитя перед отцом. Нет нужды в особом искусстве и усилиях. В притче о неправедном судье не сказано, что человек силой берет что-то у безвольного Бога. Достаточно ясной просьбы, вы­сказанной в молитве веры.
В-пятых, необходимо приступать к делу. Вернемся к переселенцу в Канаде. Земля законно передана в его соб­ственность. Он согласился с условиями. Все ли на этом за­кончилось? Нет, это только начало! Он ожидает, что паш­ня будет плодородной и урожай большим. Правительство не обещало ему полные мешки муки. Оно предоставило ему в распоряжение лишь землю, способную принести бо­гатый доход. Земледельцу необходимо приступить к рабо­те. Землю нужно обработать, вспахать, засеять...
Подобное происходит и в духовной области. Бог дает нам "участок" в ответ на молитву. Чтобы получить уро­жай, нам, как соработникам Божьим, нужно работать. За верой следуют дела: дела молитвы и дела, происходящие от молитвы. Ответ на наши просьбы — это благодать Бо­жья, но она не станет нашей, если мы будем сидеть сложа руки. Нерадивость на духовном поле не приносит урожая.
Бог внимает молящемуся, но при этом и сатана не рав­нодушен к нему. Он всякими методами и путями старается ослабить и поколебать веру христианина. Сатана не боится разовых, вызванных чувствами молитв. Ему страшна твер­дая, непоколебимая вера.
Если наша конкретная просьба не основана на понима­нии воли Божьей, вера окажется бессильной. Природная энергия и сила воли не приведут нас к цели, мы остано­вимся на полпути. Если же Бог укрепит нашу веру в опре­деленном деле, все силы ада не смогут сломить ее, даже когда будут делать спорным полученное по молитве. Сос­редоточенная молитва веры вызывает настоящую борьбу.
Мы непременно должны подчиниться воле Божьей и противостать дьяволу (Иак.4:7). Факт, что враг набрасы­вается на нас изо всех сил, служит доказательством того, что мы исполняем волю Божью. Настоящая покорность Богу хорошо сочетается с живой верой и дерзанием в ней. Только вера помогает оставаться на определенном Богом месте, невзирая на дальнейшие задания и трудности.
В-шестых, необходимо молиться до победы. Многие молитвы остаются без ответа, потому что прерываются раньше времени. Христиане склонны к быстрому разоча­рованию. Если долго нет ответа, они перестают молить­ся. Апостол Павел говорит, что мы должны молиться "со всяким постоянством" (Еф.6:18). Наша природная энер­гия будет убывать. А Бог желает исполнить нас духом молитвы. Помощью на этом пути является пребывание на данном Богом основании, уверенность в Его обетованиях. Хорошо повторять места Священного Писания, которые Дух Святой приводит на память. Вера и молитва должны питаться и укрепляться из единственного источника — Слова Божьего.
Сатана использует различные возможности, чтобы препятствовать нам в молитве. Поэтому будем во имя Иисуса Христа оказывать ему решительное сопротивление. Я ча­сто читаю такие места, как: "Для сего-то и явился Сын Божий, чтобы разрушить дела дьявола" (1Ин.3:8). Ничто так не побеждает наше безволие, как Слово живого Бога (Еф.6:17; Евр.4:12).
"В нашей жизни и служении непременно откроется, на­сколько искренне и добросовестно мы молимся о поручен­ных нам Богом делах. К примеру, я молюсь о моей работе в племенах лису, о том, чтобы Бог умножал мое познание Его воли, давал больше мудрости в отношениях с людьми, углублял познания о молитве, о борьбе и победе веры. Я молюсь, чтобы Бог указал мне, как передавать людям Евангелие, как учить их пению и молитве. Изучение язы­ка и различного рода беседы, так же как и проповедь, являются серьезной нуждой в моих молитвах. Я прошу Божьего водительства при строительстве новой миссио­нерской станции, прошу мудрости правильно распоряжаться деньгами и всем тем, что мне доверено для по­вседневной жизни. В молитве я поименно называю со­трудников и всех, кто содействует нашему служению. Такая детальная молитва стоит силы и времени. Но тот, кто молится, находит их".
Джеймс Фразер писал это, когда многие из его друзей лису оставались в нерешительности. Они охотно последо­вали бы за Христом, но были крепко привязаны к старой жизни. Даже влиятельный служитель культа духов встре­тил Джеймса Фразера дружелюбно. Но стать христиани­ном он отказался. "Нет,— сказал он,— у меня ничего не получится. Я полностью во власти демонов. Они живут во мне, я принадлежу им. Кто-то другой, может быть, и ста­нет христианином, но я не могу".
По приглашению шамана Фразер посетил торжество, посвященное демонам. Об этом переживании он сообщает мо­литвенной группе и добавляет:
"Да, мы крепко испытываемся. Как же вести себя, глядя на безбожие и неверие вокруг? Поверхностно рас­суждать о положении вещей или безнадежно пожимать плечами? Нет и нет! Пусть ужасная власть тьмы, сла­бость, колебания и страх наших братьев лису станут предметом и вашего беспокойства. Мне хочется, чтобы вас постоянно волновала отдаленность здешних людей от Бога.
Волнение имеет смысл лишь тогда, когда влечет к ходатайственной молитве. Простое участие в молитве действует, как слишком низкое давление пара в кот­ле — оно не может привести машину в движение. Необ­ходимо помнить, что сильный духовный импульс должен вызывать последовательные действия, чтобы не угас­нуть. Во всяком случае он служит сигналом, побуждаю­щим к молитве. Далее последуют действия.
Это не значит, что нам необходимо ждать побужде­ния к молитве. Мы должны молиться постоянно, настро­ены мы на это или нет. Если Дух Божий призывает к мо­литве, а мы остаемся равнодушными, со временем души коснется отступление и отвращение от Бога".

В Божьей руке

В дневнике Джеймса Фразера — объемистой книге в ледериновом переплете — отпечаток далеких времен. Он начат в 1916 г. в Тантзе и закончен через 22 года в Паушане, где прервалась жизнь миссионера.
Чем больше были заполнены дни, тем короче записи. Порой записано всего лишь одно предложение — отчет о со­бытиях дня. Но на первых страницах более детальное опи­сание радостей и горестей. Читая их, можно сопереживать ему в одиночестве, в испытаниях, как бы сопровождая его в дальних евангелизационных поездках.
Время от времени автор дневника пишет о том, что яв­ляется для него жизненной силой и радостью. Он говорит об этом, не умалчивая о суровой действительности. В тече­ние всех лет, проведенных в Китае, он оставлял в дневни­ке правдивые отчеты. Через мать он отправлял эти отчеты молитвенной группе. В них открывается проницательность и честность автора как плод общения с Богом. Вот короткая заметка карандашом. В ней сообщается о продолжи­тельной поездке в районы Бирманской границы:
"В этой бедной горной приграничной области люди строят очень убогие жилища. Они едят и спят на плот­но утоптанном глиняном полу. Кроватью служит дере­вянный настил вблизи огня. Взятую с собою постель ук­ладываешь на этот щит и, так как помещение заполнено людьми, ложишься рядом с ними. В этой местности ни­когда не будешь один — с самого прибытия в село и до отправления меня постоянно окружают люди.
В горной реке, протекающей за селом, за большими глыбами я украдкой искупался, поэтому во время про­поведи на улице и в дальнейших беседах не был таким усталым".
В убогих селах, скрытых в тени горных великанов, Джеймса Фразера ожидала радость, которая заставила за­быть все невзгоды. Некоторые семьи лису стали христиа­нами. Костры, в которых сгорало все, предназначенное для служения демонам, свидетельствовали о силе приня­того лису решения. Но это делалось не усилием их воли. Никогда костер не разжигался прежде, чем вся семья не собиралась на молитву.
"Мы хотим избавиться от всего, что связано с поклоне­нием демонам",— было сказано одной женщине, желаю­щей сохранить какой-то особо значимый культовый пред­мет. Иисус Христос, как властный Освободитель, стал для лису величайшей действительностью. Это ободряет.
Однако в Тантзе по-прежнему господствовало равноду­шие и страх. Первые годы там казались Джеймсу Фразе­ру временем неудач. По записям в дневнике видно, что Джеймс, словно альпинист, невзирая на тяготы восхожде­ния, шаг за шагом приближался к цели.
"Тантза, 1916 г.
1 января. Мне нужно дисциплинировать себя, что­бы, несмотря на пронизывающий холод, вставать утром не слишком поздно. Христос во мне — сильная защита против греха.
2 января. Моя молитва очень непостоянна, хотя я и желаю видеть многих людей последователями Христа. Должен ориентироваться на Евангелие Иоанна 15 гл.
8 января. После обеда два часа провел на природе, в ти­шине гор. Имел спокойное, без помех, общение с Богом.
9 января. Обстоятельные беседы с семейством Ко. Они хотят удалить семейный алтарь.
16 января, воскресенье. Ни одной души на богослуже­нии! "Верою пали стены Иерихонские..." (Евр.11:30). Сколько терпения и веры требовалось народу израильско­му, когда они обходили стены Иерихона! Для меня это об­раз регулярной молитвы, включающей все стороны си­туации. В Библии часто встречается это удивительное триединство: молитва, вера и терпение.
18 января. Придя в обетованную землю, Авраам не на­шел там ничего, кроме большой засухи. Нечто подобное было и в моей жизни в первые годы пребывания среди лису. Однако в определенный Богом час Аврааму и его потом­кам досталось богатство всей страны. Я еще не пред­ставляю, через какие каналы Божья благодать придет к этому народу. Ходатайственные молитвы необходимы до той поры, пока Бог не даст больше ясности.
3 февраля. Подавлен личными неудачами и совершен­но удручен, анализируя работу в Тантзе. Рядом нет ни одного человека, с которым мог бы посоветоваться о де­лах, требующих ясного решения. Враг, кажется, берет верх и надо мной, и над здешними христианами. Некото­рые мужчины постоянно ссорятся.
В течение дня разные посещения. Между ними корот­кая молитвенная пауза на высотах нашей горы. Испы­тываю огромное желание оставить этих людей. В пра­вильности этого поступка сомневаюсь. Не могу найти Божьего указания, разрешающего уйти. Обращаюсь к Богу не с молитвой: "Господи, поведи меня в другое мес­то!", а с просьбой: "Господи, дай мне здесь, в Тантзе, увидеть дело Твое в крепкой, живой церкви".
5 февраля. Депрессия, кажется, проходит. После та­ких переживаний не сразу приходишь в себя. Однако здо­ровый человеческий разум и вера снова взаимодействуют. Обстоятельства здесь удручающие. Многие христиане склонны к употреблению виски. Возможность для здоро­вой христианской жизни в Тантзе кажется меньшей, чем в начале работы.
Сегодня я сам занимаю другую позицию: у меня больше нет сомнений, что пьянство и старые привычки лису побеждаются не уговорами и не доводами разума, а посто­янной, непрерывной молитвой. Не люди должны быть побеждены. Нужно противостать врагу, стоящему за нар­команией и страхом. Такая зависимость выявлена. Если работа кажется бесплодной, молись. Если богослужение не состоялось по причине недостатка посетителей, тем упорнее молись! Если проходят месяцы без видимых ре­зультатов, молись дальше и привлекай других, которые помогали бы тебе в этом.
Слыша, что молодые люди хотят стать христианами, как это было вчера, я желаю встречать их с большим доверием, чем до сих пор. При тесном общении с ними видно, что они одержимы страхом перед невидимыми си­лами, перед китайскими землевладельцами. И уже поэто­му нужно быть очень осторожным и терпеливым. Они должны понять, что следование за Христом — это их собственное, свободное решение.
14 марта. Вопрос теперь в том, нахожусь ли я без­оговорочно в распоряжении Господа Христа или иду на компромисс".
В дальнейших записях видна реальная, практическая за­бота Джеймса о христианах и нехристианах в Тантзе.
"20 марта. В любой борьбе есть критические фазы. Но даже если они будут длиться часы, дни, месяцы или годы, продержись силой Божьей! Цель сатаны — разобщить человека с Богом. Он легко достигает этого, наполняя человека сомнениями. Последствием этого является охлаж­дение к молитве. Но всякая позиция, которая достигает­ся верой, может и после падения восстанавливаться пу­тем прощения.
Это коварная уловка врага — удержать нас от обяза­тельных дел и увлечь второстепенными. У меня это мо­жет быть: изучение языка, продажа журналов, доклады, корреспонденция, бухгалтерия, хозяйственные дела, административные дела, литература. Дьявол хочет, что­бы мы были слишком занятыми и не уделяли достаточно времени для общения с Богом. В таком случае мы будем неспособны оказывать ему сопротивление и разрушать его укрепления в сердцах людей. Об этом христиане долж­ны помнить".
Джеймс Фразер исследовал причину своего поражения, не погружаясь в самосозерцание. Этому он учился. "Мне нужно больше порядка и дисциплины в молитвенной жиз­ни", — заключил он после пройденного испытания.
Другая запись гласила:
"Серый день. Молитва нарушается потоком путан­ных мыслей. Мое внутреннее беспокойство и рассеян­ность как будто отразились на лису, пришедших вечером на занятия. Они вели себя весьма нелепо, я был раздра­жен и терял самообладание. Мне казалось, что враг сме­ется над моим бессилием, падением и духовной хромотой. Однако я не предаюсь разочарованию, но тут же об­ращаюсь к Богу, чтобы восстановить общение с Ним. До сих пор в подобных ситуациях я впадал в депрессию на несколько дней. Теперь учусь поскорее находить причину неудач, открывать ее Богу, чтобы получить прощение и вновь приступить к работе. "Если исповедуем грехи на­ши, то Он, будучи верен и праведен, простит нам грехи наши и очистит нас от всякой неправды" (1Ин.1:9). И чем быстрее это свершится, тем лучше!".
Честное исповедание сразу же давало неожиданный ре­зультат. Джеймс Фразер обнаружил, что так называемые поражения могут иметь и физические причины. Он жил слишком односторонне и ничем не балансировал свое на­пряженное духовное служение. Ему пришлось усвоить, что есть данные Богом законы, которые нельзя самоволь­но обходить. Слова Писания: "Не духовное прежде, а ду­шевное, потом духовное" — навели его на размышления.
"Я теперь понимаю,— писал он,— что непреднаме­ренно длительная прогулка на свежем воздухе или час изучения языка иногда крайне необходимо. Напряжение в духовной борьбе требует разрядки".
Несколькими неделями позже он писал:
"Проверял полученное познание перед Богом, и должен указать на следующее. Во-первых, не внушайте себе, что благословение в служении обязательно зависит от желез­ного постоянства в многочасовой молитве днем и даже но­чью! Методы, построенные на жесткой выдержке, всегда рискованны. Постоянство в молитве — да. Но будьте при этом открытыми для водительства Божьим Духом! Поистине, чем больше молитвы, тем лучше, даже если она занимает часы. Но обратите внимание: вести должен Бог, а не личная сила! Поэтому молитесь так много и так долго, сколько позволяет вам Бог.
Во-вторых, подумайте о следующем: "Стану молиться духом, стану молиться и умом..." (1Кор.14:15). Бог действует посредством Своего Духа, но желает дать воз­можность участвовать в молитве и нашему разуму. По­этому сначала поразмыслите, о чем вы хотите молиться и обратите внимание на то, что Бог особо возлагает на вас. Молитесь об этом и просите, чтобы Бог показал вам основную задачу.
Если вы подавлены, начинайте славить Бога. Затем засучивайте рукава и беритесь за работу, которую необ­ходимо сделать в этот день. Всякая неудача имеет при­чину. Нам нельзя не обращать на это внимания. Просите у Господа ясности и старайтесь найти эту причину. За­тем отложите дела и просите у Бога способности жить в согласии с Его волей. Не должно быть поражения за поражением".
В начале апреля Джеймс писал:
"Молитесь об О Ло Зи, который причиняет мне мно­го бед. Урок, который я учил, оправдался: Бог учит правильно!".
Середина апреля:
"Пережил самую большую победу за все время пребы­вания в Тантзе. О Ло Зи освободился от демонического влияния! О, научиться бы мне сотрудничать с Богом и практиковать свои познания во всех областях жизни!". В этих заметках можно увидеть три фазы христианской жизни: душа жаждет Бога, душа насыщается, душа при­лепляется к Богу (Пс.62:2,6,9). Разумом это постигает­ся постепенно, а в практической жизни происходит одно­временно.

Ненаписанное письмо

Прошло долгих восемь лет. Спасение в Иисусе Христе обрели немногие, и Джеймс Фразер хотел посетить их, чтобы понять, можно ли ему наконец отправиться в другое место — туда, где особо требовалась его помощь? После многих молитв и размышлений, прежде чем напи­сать в Шанхай письмо о переводе его в другую местность, Фразер решил совершить еще одно путешествие, пере­ходя из селения в селение. Если весть Евангелия будет восприниматься плохо, он начнет готовиться для работы в другой области. Он хотел сделать это не в нетерпении и недовольстве сердца, а в послушании и смирении перед Богом.
Джеймс был уверен, что Бог услышал его молитву о сотнях семей лису. Но он хотел на деле проявить согласие с Его намерениями и в терпении дождаться исполнения Его обетовании.
С двумя помощниками лису Джеймс отправился в путь. Первый и второй день живо напоминали прежние посе­щения: сердечный прием в тесном окружении домовла­дельцев и соседей, пересказ истории о Христе, пение и беседы возле костра. Джеймс Фразер сознательно избе­гал уговоров. "Я предложил вам жизнь и истину,— гово­рил он обычно. — Вы сами проверьте все в свете Слова Божьего. Что вы изберете в связи с этим — ваше личное решение".
В первом селении, как и прежде, лису отодвигали при­нятие решения. Или так лишь казалось? Когда Фразер на следующее утро уже готовился к отъезду, хозяин неожи­данно объявил, что он со всей семьей согласен отказаться от служения демонам. Он хотел, чтобы только Иисус Хри­стос был Господином в его доме.
В горах, покрытых снегом, бушевали леденящие ноябрь­ские метели. Пешие переходы и езда на маленьком горном пони становились все сложнее. Но Джеймсу Фразеру нуж­но было идти дальше. Одно селение за другим приглашали его. Высоко в горах, в ущельях и на другой стороне Салвея горели костры. В них сжигалось все, имеющее какое-либо отношение к служению демонам. Семья за семьей, а иногда целые поселения отрекались от темных сил. Они позволили ввести их в полосу света, исходящего от Иисуса Христа. Это свершалось не тайно и робко, но свободно и открыто.
Из краткого доклада видно, каким предусмотритель­ным был Джеймс Фразер:
"Никогда не пытаюсь уговаривать лису стать христианами... Я понял, что они очень колеблются и сомнева­ются, если их обращение к Богу не произошло в сердце и не стало личным решением. Если Евангельская весть кос­нулась совести, я еще раз посещаю семьи. В каждом доме ведется обстоятельная беседа, чтобы не осталось ника­кой неясности о предстоящем шаге. Затем мы вместе мо­лимся. Дом и семья таким образом ставятся под охраня­ющую силу Божью. И лишь после этого все, что связано с языческим культом, сжигается. Затем освобожденные люди сопровождают меня к соседям, которые, как и они, желают идти Божьим путем".
Джеймс Фразер провел в пути два месяца. Год подхо­дил к концу. Сто двадцать девять семей, а это где-то шестьсот человек, стали последователями Иисуса Христа. Письмо в Шанхай о переходе на другое место служения осталось ненаписанным...
Своим друзьям-молитвенникам Джеймс Фразер писал:
"Может быть, кто-нибудь скажет: твоя молитва на конец-то услышана. Нет! Она была услышана еще 12 ян­варя 1915 года. Я уже тогда был в этом уверен. Но лишь теперь это стало видимым (Дан.9:23)".

Спокойствие веры

Наступило лето. Высоко в горах весь день стояло солн­це. Его лучи проникали в самые глубокие долины. Христианское движение среди лису расширялось. Брат из Бирмы, Ба Таав, прибыл в дикую горную местность, что­бы помочь в наставлении приближенных. Он был пасты­рем, которого Бог усмотрел для Своих возлюбленных овец.
Христиане лису совершали путешествие по горам с пе­нием. Праздновался особый праздник. Высоко в горах со­стоялось освящение первого молитвенного дома. Он был таким же, как все хижины вокруг: бамбуковые стены, глиняный пол, соломенная крыша. Украшением этого дома Божьего было сияние радости на скромных лицах христи­ан. Землю, стройматериал и собственные силы лису пожертвовали добровольно. Это была сердечная благодарность Богу за то, что Он искупил их и из любви освободил от власти демонов.
Иисус Христос завоевал сердца лису. Они уже не были беззащитны перед внутренним страхом. Потребовалось мно­го лет, чтобы научиться жить по Слову Божьему и в обще­нии с Богом. Ходить перед Богом и жить друг для друга — стало их образом жизни.
В письме своим друзьям-молитвенникам Джеймс как-то описал такой случай. В селении, где был построен неболь­шой молитвенный дом, процветал наркопромысел. Жители не только курили опиум, но и продавали его, хотя это строго запрещалась. Китайское правительство выступало против производства опиума, так как многие с юных лет впадали в зависимость от него и теряли трудоспособность. Через определенные промежутки времени правительство посылало отряды, которые уничтожали наркотические ра­стения. Христиане так же, как и нехристиане, возмуща­лись нарушением их прав. Это был их опиум и их жизнь. Разве они не могут распоряжаться своей собственностью по своему усмотрению, даже если она приводит их к гибели?
Лису приготовили ножи и ядовитые стрелы, затем про­вели молитвенное собрание с просьбой о Божьем благосло­вении. Правительственные отряды должны были встретить вооруженное сопротивление. Молитва, как лису наивно рассказывали Джеймсу, была услышана. По неизвестной причине правительственные отряды вообще не пришли. А за собранный урожай они получили денег больше, чем когда-либо раньше...
"Они узнали мое мнение обо всем этом, — писал Фразер в огорчении. — Я сказал им совершенно ясно, что не буду крестить никого, кто имеет дело с наркотиками.
И все-таки мы должны понимать, что эти люди чест­ны в своей вере, хотя совесть их еще немощна, потому что они были воспитаны в других понятиях. Мы не дол­жны забывать, что и в христианских странах во времена торговли рабами далеко не все верующие противостояли этому беззаконию. Однако это не оправдание.
Что же все-таки делать в подобных ситуациях? На­ставление, конечно, необходимо. Одновременно нам необ­ходимо упражняться в заместительстве. Если другие сла­бы, и мы знаем об этом, то Бог призывает нас вместе с ними и за них подвизаться в молитве. Он может укре­пить самое ничтожное духовное начало и привести его к расцвету. Он может использовать малейшее познание Его воли и умножить его. Все это требует много терпения. Нетерпение было и часто остается моей ошибкой. По­спешность — знак внутреннего беспокойства. Она выте­сняет мир Божий.
Чтобы создать самостоятельную и основанную на Сло­ве Божьем церковь лису, потребуется много лет кропот­ливой работы. Как только для этого созреют условия, нужно устроить школы. Только бы не пропустить под­ходящий момент! Все это заставляет меня полностью полагаться на Бога. Мое сердце рвется вперед. Но Бог сно­ва и снова учит меня ждать Его часа и идти Его путем, даже если в этой жизни я не увижу полного исполнения своих планов и желаний".
Бог открылся Джеймсу как "Бог всякого терпения". Пол­ный готовности, сил и планов, размышляя о путях Божь­их, Джеймс в изумлении видел, что сила Его любви и муд­рости проявляется в Его терпении.
"Длительное, спокойное приготовление и скрытый рост характерны для Божьих действий в природе и истории, — писал он. — "Земледелец... терпит долго" (Иак.5:7). Это правило распространяется как на нашу личную хри­стианскую жизнь, так и на служение. Зрелость христиа­нина — это дело времени. Здоровое развитие происходит лишь у того, кто так глубоко укоренен в Слове Божьем, что и в тяжелые времена, при отсутствии Писания, мо­жет питаться им. Укоренение требует времени. Духов­ная жизнь не должна вырастать, как гриб, жизнь кото­рого весьма коротка.
Разумеется, мы полностью отдаемся Богу в распоряже­ние. И все же необходимо следить за тем, чтобы в нашей душе не появился элемент гложущей тревоги. Опасения никого не приводят в Царствие Божье, и если кто-то пришел к вере, то никакое давление с нашей стороны не поможет ему возрастать.
Божьи растения, образно говоря, развиваются под от­крытым небом Его любви намного лучше, чем в тепли­цах наших лихорадочных усилий. Наша задача — забот­ливый уход.
Как и наш Господь, мы трудимся для вечности и в веч­ности. Поэтому можно позволить себе работать без па­губной спешки и нервного напряжения. Завершает работу Бог. В свое время Он из фрагментов сотворит одно целое.
Святой Дух превращает веру и терпение в надежду. Это та атмосфера, в которой возрастает вечное. Если мы уверены, что наше дело поручено нам Богом, то отло­жим страхи и нетерпение. Бог хочет и может сохранить нас как от лености, так и от лихорадочной спешки".
Во время сбора проса и кукурузы систематическая ду­ховная работа была невозможна. Джеймс Фразер верхом на лошади спустился в Бирму, чтобы в период сильной жары вместе с Ба Таавом и несколькими американскими миссионерами перевести Евангелие Марка на язык лису.
А несколько лет спустя последовал перевод Нового Завета и сборника гимнов. Был составлен простой словарь, а также букварь. Каждый христианин должен был читать, понимать Евангелие и уметь передавать его дальше.

После победы завязывай шлем покрепче!

Джеймс Фразер нужен был всем. Неделями он находился в пути. Обычно он жил вместе с лису в одном помещении, служащим для семьи и гостиной, и спальней. Джеймс был занят с утра до вечера. Казалось почти невоз­можным найти несколько тихих минут, чтобы сосредото­читься в молитве перед Богом.
Больше всего другого Джеймс боялся медленного сколь­жения вниз: недостаточно внимательное изучение Библии, снижение способности слышать Бога, спешка в молитве. Это отразилось бы не только на его личной жизни, но и на жизни доверенных ему людей.
Втайне борясь за ежедневное общение с Богом, Фра­зер писал:
"Не верю, что победа Божья может проявляться в жизни человека без его личных усилий. Жизнь, кото­рая проявляется лишь по собственной воле, никогда не будет иметь настоящего смысла. Слишком часто я по­лагался на Бога без готовности приложить к делу свое сердце. Отдача требует как одного, так и другого".
С радостным изумлением церковь в Китае слушала о событиях в провинции, где жили лису. Один из ее руко­водящих братьев, Тинг Ли Мей, предпринял длительное и опасное путешествие, чтобы вместе с Джеймсом Фразе­ром посетить церкви в горах. Для этого потребовалось три месяца. Общение с живыми, одухотворенными свиде­телями Господа Иисуса было для Джеймса отрадой.
Брат Тинг привык к всевозможным трудностям. Одна­ко таких изнурительных путешествий в суровых горах ему еще не приходилось испытывать, и никогда еще он не встречал такой бедности и тесноты. В то же время Тинг редко встречал христиан, радость которых была та­кой свежей, как родниковая вода. Бывая в домах лису, присутствуя на библейских занятиях и конференциях, он забывал обо всех тяготах путешествия.
Так было однажды вечером, когда в лесу, на непрохо­димом участке, путников застигла темнота. Смертельно ус­тавшие, спотыкаясь, братья шли по темной тропе. Они не знали, где находятся. Неожиданно послышались прият­ные звуки. Темную ночь пронизывала мелодия какой-то песни, сначала чуть слышно, затем все отчетливее. Ника­кого света, лишь пение вокруг. Идя на звук песни, Тинг и Фразер вышли к маленькому домику. Здесь христиане собрались на ежедневную вечернюю молитву. Они были слишком бедны, чтобы достать масла для небольшой лам­пы. Ею пользовались лишь во время особых праздников. Маленькая община славила Бога в темноте.
Лишь на следующее утро обоим братьям стало понятно, где они находятся.
"Бирманская граница,— говорится в их отчете,— про­ходила лишь в нескольких милях. Мы увидели прекрасную Иравадийскую долину. Брат Тинг никогда еще не путе­шествовал в такой дикой местности. Но он принадлежал к тем людям, которые всюду находят причину для ра­дости: красивый пейзаж, одежда сельских жителей, их образ жизни, какое-нибудь дерево, зверь, редкое растение. Он был настолько преисполнен благодарностью и изумле­нием, что предложил возблагодарить в этом поднебесье Бога за красоту вокруг. Так мы и сделали. Затем немного посидели на огромной каменной глыбе.
Молитва для брата Тинга была насущной потреб­ностью. Каждый день можно было видеть, как он, си­дя на спине своего горного пони, раскрывал записную книжку в кожаном переплете. Там были записаны име­на китайцев и его друзей, о которых он молился даже в пути".
На границе высокогорной равнины Джеймсу пришлось разлучиться со своим спутником. Однако возвращаться одному ему не пришлось. К нему присоединился Аллин Кук — юный американский миссионер. Они отмечали праздник Жатвы вместе с сотнями христиан лису.
Чем больше Джеймс Фразер замечал, что в нем нужда­ются, тем больше внимания он обращал на Божье води­тельство. Он учился разделять ответственность с другими и оставлять то, к чему привязывался.
У христиан одной из церквей лису Джеймс Фразер возбудил любовь и интерес к горному племени качин, на­считывавшему несколько тысяч человек. Он обнаружил это племя во время одного из своих путешествий. Двух лису, членов церкви, послали жить среди этого племени. Еванге­лие Иисуса Христа нужно было распространять как можно дальше.
К этой практике побудила Джеймса почтовая карточка от Мо Тинг Чанга, которую он получил, будучи сильно загружен работой: "Люди в нашем городе, которые пять лет назад были еще связаны страхом, хотят стать христи­анами. Приди и помоги нам!". Всего два предложения. Но какие перспективы они открывали!
Пять лет прошло после того, как Джеймс Фразер пер­вый раз посетил городок, где жил Мо. С тех пор он там не был. Он лишь молился о том, чтобы Бог разрешил оковы страха, которые многих удерживали от следования за Христом. И вот пришел ответ! Однако Фразер не мог идти туда. Ему поручили работать в области Тантзы.
Молитвенное размышление навело Джеймса на вопрос: "А не мог бы пойти туда кто-нибудь другой?" Полагаясь на Бога, он решил послать на это ответственное дело од­ного молодого сотрудника. Он был неопытен и слабо вла­дел китайским языком. Однако вместе с ним Джеймс ду­мал отправить сильных христиан лису. Бог утвердил этот шаг веры.
Когда Джеймс Фразер говорил о Божьем водительстве, он особо подчеркивал следующее: "Наше решение долж­но согласовываться с Писанием, внутренне подтвержда­ться действием Духа Святого и соответствовать Божьим указаниям в данной ситуации. Лишь в таком случае бу­дут открываться перед нами двери. Внутреннее и внеш­нее водительство будет согласовываться, как ключ и за­мок. Мы будем избавлены от того, чтобы брать на себя работу, которая, возможно, и нужна, но не предусмотре­на для нас Богом".
Джеймс с самого начала стремился к тому, чтобы цер­ковь лису была самостоятельной. Однако он писал:
"Эта, еще такая молодая, церковь весьма нуждается в молитвенниках, чтобы сохранить жизнь и силу. Существу­ет опасность, что молодые церкви в нехристианских странах не смогут противостоять натиску богопротив­ных сил, если о них не будет ходатайственных молитв. Этот факт не раз повторялся в истории церкви. Мы зна­ем церкви, свидетельство которых ослабело. Их свет угас. Оставалось лишь имя, если только они не исчезали совсем.
Нехристианские влияния можно сравнить с ветром, который постоянно угрожает потушить огонь Святого Духа в церкви. Его сдерживает лишь сила Божья. Бог силен сохранить всех и разрешить многое другое, однако Он хочет участия молитвенников. Мы хорошо делаем, если обращаем на это особое внимание.
Уверены ли вы в том, что церковь устояла бы без священнического ходатайства нашего прославленного Госпо­да? Я тоже не уверен. Если я правильно понимаю Биб­лию, то она говорит: так как Сам Господь ходатайству­ет о вас, то и вы молитесь друг о друге.
Христиане лису — это первопроходцы в вере среди сво­их соплеменников. Поэтому я прошу для них вашего обя­зательного молитвенного служения. Пусть многое другое не состоится. Но ходатайственная молитва ни при ка­ких обстоятельствах не должна прекращаться. На это я отдаю все свои силы".
Делая такие записи, Джеймс мог ссылаться на факты. Например, в племени качин пробудилось стремление ко Христу. Юные помощники из лису понесли им благую весть. Они научили начинающих христиан читать и писать и подготовили их к крещению. Не дожидаясь вы­зова, один из помощников, проделав шестидневный путь пешком, сам пришел к Джеймсу. Он принес длинный список заказов на сборники гимнов и части Евангелия и был готов отнести тяжелую ношу тем же путем в рассе­янные горные селения. С благодарным изумлением Фра­зер и его сотрудники смотрели на плоды многолетней ходатайственной молитвы.
Путешествуя по восточной области, Фразер писал:
"Кое-что меня радует особенно. Прежде всего то, что пробуждение началось через христиан из лису и проходи­ло под их влиянием. Они передавали дальше то, что полу­чили сами и учили уверовавших делать то же.
В некоторых районах преобладает христианство. Это вызывает благодарность Богу, облегчает здоровый рост церквей. Что это, если не услышанная ходатайственная молитва? В общем, теперь мы ответственны за настав­ление примерно двух тысяч человек. Они живут далеко в горах и слишком рассеяны. Радуйтесь со мной и вместе со мной продолжайте молиться о них. Они нуждаются в поддержке на всех этапах своего роста".

Жертва?

По природе лису музыкальны. Их церкви — поющие церкви. Для Джеймса Фразера это значило очень мно­го. Даже своей матери он никогда не говорил о том, чего лишился, посвятив себя миссионерскому служению. Это было для него несущественно. Но все же тоска по действи­тельно хорошей музыке всегда жила в нем.
"Когда мне предоставляется случай послушать насто­ящую музыку, я чувствую, что часть моего существа полностью не раскрылась. Не то чтобы мне хотелось иной жизни, случись заново выбирать жизненный путь. Иногда дерево необходимо обрезать с одной стороны, чтобы на другой оно стало более плодоносным. Лишь иногда мечтаю насладиться хорошей музыкой. Но хорошо знаю, что все это никогда не даст истинного удовлет­ворения. Я сознательно отвожу всему этому подобающее место. И все же во мне живет потребность в музыке".
Уже поэтому Джеймс Фразер любил пение молодых ли­су и всячески содействовал ему. Пропетое слово оказыва­лось столь действенным, что Джеймс с помощью Ба Таава постоянно умножал песенное сокровище церкви новы­ми гимнами. Пелись также отрывки из ветхозаветных и новозаветных историй. Еще нужно было завершить пере­вод Нового Завета. Воспеваемое Евангелие распространя­лось дальше.
Сознательное, смиренное отречение Джеймса от мира музыки приносило обильный плод для народа лису. Он не переигрывал ни в жертве, ни в лишении. И то и другое было реальным. Он любил своего Господа и народ лису, и жертва для него была большим преимуществом.
В то время, когда около трех тысяч человек хотели креститься, Джеймс писал:
"Христиане лису такие же, как и весь народ, — бед­ные и малограмотные, но они — дар Божий для нас. Ты молишь Бога о людях, которых мог бы привести к Нему, и Он выбирает их для тебя. Я верю, мы получаем ча­ще всего то, на что дерзаем перед Богом. Только иногда у нас бывают неправильные представления о том, как это должно произойти".
Христиане лису, обладая вначале такими незначитель­ными знаниями и опытом, стали Джеймсу братьями. Они, как и он, были плодом жертвы Господа Иисуса Христа. Поэтому он доверял им. Его любовь была так сильна, что он не скрывал от них преимущество жертвы. Конечно, очень ценно было узнать, что Иисус был их Помощником и Освободителем. Однако участие в страданиях Христа за погибающий мир давало более глубокое познание Его все­объемлющей любви.
Когда Джеймс молитвенно обдумывал проблемы горного народа, он видел бедственное положение и духовную тьму племен дикого приграничного края. В то же время он оце­нивал возможности растущей самобытной церкви. Он ви­дел евангелистов и добровольных помощников, которые, рискуя жизнью, несли Благую Весть в слишком отдален­ные селения. Он тут же начал участвовать в этом благовестии. Со временем оно развернулось очень широко.
Этот путь не был легким. Джеймсу Фразеру были зна­комы суровые, скудные бытовые условия. Он жил той же жизнью, что и лису. Христиане лису были дороги ему, и он хотел как-то облегчить их жизнь. Джеймс охотно де­лился с ними тем, что у него было. Он заботился также о том, чтобы создать более благоприятные внешние усло­вия. Джеймс выписал из Индии семена и наладил связи с экспертом по сельскому хозяйству.
Оказывая крайне необходимую помощь, Джеймс хотел, чтобы христиане лису тоже научились отдавать, испыты­вая при этом радость. При строительстве молитвенных до­мов он оставлял инициативу за ними и тщательно обду­мывал, как финансировать строительство, не прибегая к помощи зарубежных христиан. При всем этом Джеймс уси­ленно молился о силе Духа Святого. Лишь Он мог создать в людях новое мышление, отдающее преимущество служе­нию и жертвенности.
"Чего бы хотелось видеть во всем,— писал он,— так это добровольности. Ее корни укрепляются в благодар­ности и хвале, и проявляется она в усердии и жерт­венности, в потребности передавать полученное дальше. Об этом пишу как о глубоко пережитом".

Очаги Божьей любви

В неустанном труде прошло четырнадцать лет. Настало время создать миссионерский центр служения среди горных племен. Джеймс писал молитвенной группе:
"Мы верим, что Бог побуждает нас строить его в "холодной стране", а не в давно уже обжитых районах. На востоке растет число христиан, желающих принять кре­щение. Их вдвое больше, чем в других областях. Это ут­верждает наш план переместить центр работы в район восточных лису. Труд в других округах совершается еван­гелистами исключительно из местного населения. Пос­ле многих лет странствования у нас будет теперь посто­янный центр у лису. Об этом мы молились долгие годы. Теперь, кажется, путь открыт. Непременно подвизай­тесь вместе с нами в молитвах об этом важном деле".
В жизни лису, со времени их обращения к Богу, воз­никли новые взаимоотношения. У них появилось обще­ние, которое разрушило рамки тщательно соблюдаемой ра­нее родовой и племенной обособленности. Это ярко выра­жалось во время библейских занятий.
На склоне горы, высоко над рекой располагался бамбу­ковый дом молитвы. Там собирались мужчины и женщины из различных родов. Целый день они учились и пели. Они примирились с Богом и стали близкими и родными друг другу. Во время трапезы они ели то, что приносили с со­бой, молились и славили Бога.
"Еще никогда в жизни на меня не обрушивалось так много любви, — писал Джеймс Фразер. — Жизненные ли­шения превратились в богатство".
Почти неистощимые силы, с которыми Джеймс при­был в Китай, были, конечно, истрачены. Но мужество, сила любви и широта взгляда остались прежними. Везде были задействованы помощники из лису. Они охотно со­глашались оставить на время свою семью, чтобы в дале­ких селениях распространять Евангелие или помогать в наставлении крещаемых.
Джеймс Фразер совершил новую разведывательную по­ездку на другой берег Салвея.
"Земля бедная и иссохшая. Горы здесь круче, скалы го­лые. Нищета страшная. Многие, если не большинство, ходят в лохмотьях. Меня постоянно удручала грязь в убогих жилищах".
В течение двух месяцев Джеймс день и ночь жил в та­ких условиях. В дождливое время пребывание под откры­тым небом было почти невозможным.
И все же, несмотря на большую бедность, двести семей из сорока деревень, построили восемь молитвенных домов. Там они и собирались. Там Джеймс Фразер провел двух­недельные библейские курсы — торжественное и радост­ное дело, несмотря на его немыслимую примитивность.
При этом Джеймсу тоже пришлось кое-чему учиться. Иногда у него иссякало всякое терпение. Невежество лису казалось безнадежным. Он был не только миссионером и учи­телем — ему приходилось одновременно служить и совет­ником, и помощником, и судьей во всевозможных ситуациях.
"Признаюсь, иногда становлюсь весьма нетерпелив. По­том начинаю смотреть на желающих креститься сквозь невыносимые условия их жизни и думаю о том, как мало они получили христианского наставления. Меня охваты­вает сострадание. Вот они сидят передо мной: мужчины, женщины, юноши и девушки — бедные, грязные и невеже­ственные. Я думаю о Том, Кто невидимо присутствует среди нас. Он не терял терпения и не был жестким. Даже к тем, которых уже не считали людьми. Кто видит здесь братьев и сестер Его глазами, тот по-новому понимает любовь Христа: "Он сжалился над ними, потому что они были, как овцы, не имеющие пастыря"".
Пища из проса была грубой, а иногда едва ли съедоб­ной. Джеймс прибегал к старой привычке долго поститься, пока голод не вынуждал его есть. Несмотря на все, он был счастлив, что Бог привел его в этот горный край, где среди скал и густых лесов находились скромные бамбуковые цер­кви, в которых христиане, как и он, соглашались с исти­ной Божьей и славили Бога.
"Я являюсь свидетелем нового общения, которое тво­рит Иисус Христос. С одной стороны эти христиане слабы и неразумны. Но с другой стороны — Бог действи­тельно избрал их Своими детьми! Записанное в 1Кор.1:27-29 исполнилось на моих глазах: "Но Бог избрал немуд­рое мира, чтобы посрамить мудрых, и немощное мира из­брал Бог, чтобы посрамить сильное; и незнатное мира и уничиженное и ничего не значащее избрал Бог, чтобы упразднить значащее, — для того, чтобы никакая плоть не хвалилась пред Богом".
Перед невежеством этих людей оказываешься бессиль­ным. Но все, что они постигают из Евангелия, — момен­тально несут дальше. Они ведут тебя в деревню, где ты еще никогда не был. Там ты в изумлении обнаруживаешь христианские семьи и помещения для богослужений. Они посещают одно село за другим и рассказывают друг другу об Иисусе. Они вместе учатся читать и писать и реша­ются стать христианами. Кто будит в их сердце это желание? Если они не избранные и не возлюбленные дети Божьи, то кто?
Обстоятельная молитва должна предшествовать вся­кой работе среди этого народа, потому что сама атмос­фера, в которой мы живем, противостоит Богу. Ее влия­ние очевидно. Скрытым инициатором является сатана. Его можно сравнить с врагом, использующим отравляю­щий газ без вкуса и запаха. Он затуманивает разум, стремления и мысли. Но что бы вы подумали о солдате, который решил разогнать смертельные газы пулеметным огнем? Не безумец ли он? Как пулемет не может разо­гнать ядовитый газ, так и проповедь без содействия Ду­ха Святого не может достичь человеческого сердца, пока оно удерживается невидимой властью князя этого мира. Здесь человек полностью бессилен. Лишь Дух Божий очи­щает, как освежающий ветер, зараженную атмосферу. Мы призваны молиться не только о себе, но и обо всех, жи­вущих без Бога. В этом служении ходатайственная мо­литва обладает великими полномочиями.
Я думаю, Божье действие в человеке или в какой-либо местности начинается задолго до того, как их достигнет Слово Истины. Это нежное, порой необъяснимое действие в сокровенной области человека. После этого Евангель­ская весть встречает большую готовность и открытость души. Присутствуя при этом, мы видим, как Бог соверша­ет спасение. Это должно воодушевить нас серьезно мо­литься. Я, может быть, более других мог наблюдать, что тщательная молитвенная подготовка в течение длитель­ного времени воздействует на успех благовестия сильнее, чем в большинстве случаев думают христиане.
С человеческой точки зрения можно было бы привес­ти следующее сравнение: возвещающий Благую Весть по­добен человеку, идущему с горящей лучиной по темной сырой долине. Он пытается найти воспламеняющийся материал, но все отсырело от густого тумана и не за­горается, сколько бы он ни старался. Однако в других ме­стах Божье солнце и Его ветры приготовили местность. Достаточно одной спички, и загорается сухой хворост, а там и кустарник. Пламя распространяет свет и тепло и после того, как несущий факел уходит. Бог желает ви­деть горящие очаги Своей любви во всем мире. Поэтому Он хочет, чтобы мы молились".

В воле Божьей

Отпуск с выездом на родину пришел к концу. Джеймс Фразер вновь ступил на китайскую землю. В Шанхае его ожидало горькое и непредвиденное испытание. Его по­слали в провинцию Канзу. Тяжелая ситуация там требова­ла разумного, деятельного человека. Джеймс был готов к этому, хотя испытывал невыразимую боль, что не мог воз­вратиться к любимому народу лису.
Обширный северо-запад Китая принял Джеймса Фразе­ра, нуждаясь в нем. Прислушиваясь в молитвах к Богу, Джеймс убеждался, что этот путь, кажущийся в данный момент неблагоразумным, находился в Божьей доброй, со­вершенной воле.
Свершилось неожиданное: Джеймс попал на необъятные просторы. Освежающий климат, таинственная пустыня, ко­чевой народ, — все это произвело на него глубокое впечат­ление. Он решительно приступил к делу. Зная сильный ха­рактер народа, живущего на севере страны, Джеймс ис­пользовал все возможности, открывающиеся для общения, наставлений и для создания библейских кружков.
Джеймс постоянно сталкивался с проблемами. В 1925 — 1927 гг. по Китаю прокатилась волна ненависти к чуже­земному. Иностранцы должны были на время покинуть страну. Трехгодичное пребывание в Канзу закончилось опасным, драматическим путешествием на плоту. Пороги, пласты песка и разбойники угрожали плоту, несущемуся в быстрых водах Желтой реки к Шанхаю.
Джеймс надеялся, что ему разрешат вернуться в страну лису. Но братья удержали его, предусмотрев ему руководя­щую должность. Джеймс охотно включился в управленче­скую работу как брат среди братьев, добрый и компетентный советник для неопытных, начинающих тружеников с родины или для тех миссионеров-китайцев, которые возвращались в центральный Китай после восстановления здоровья.
Центральное управление в Шанхае было перевалочным пунктом разветвленной миссии. Обладая любящим, состра­дающим сердцем, сотрудники планировали работу и моли­лись о китайцах и миссионерских работниках. А Фразер, как и прежде, стремился в страну лису. Он говорил об этом с Богом и ожидал Божьего часа. Между тем, по тре­бованию времени, он жил в Шанхае.
Путь на запад открылся совсем не так, как думал Джеймс. Его назначили руководителем миссионерской ра­боты в провинции Юньнань. Теперь на нем лежала огром­ная ответственность. Благодаря многочисленным поездкам по обширной области, он регулярно посещал районы, где жили лису.
В более широком смысле, чем думал Джеймс, возвра­щение в Юньнань стало возвращением домой. Он не хотел оставаться безбрачным. Но для служения в неисследован­ных областях, где обитали заброшенные племена, требо­вался человек, не оглядывающийся на семью. Это означа­ло грустное одиночество. Без всякой сентиментальности он однажды назвал себя самым одиноким человеком в Китае. Но теперь в высокогорном крае можно было жить с семь­ей. Согласится ли какая-нибудь женщина разделить с ним его беспокойную жизнь? Кто она? Джеймс Фразер не мог представить ее себе.
За долгие годы труда в Китае у него не было возмож­ности встретить девушку англичанку. Однако за несколь­ко дней до его приезда в Куньмин — столицу провинции Юньнань, туда прибыла молодая миссионерка. Они не зна­ли друг друга. Но когда Джеймс увидел ее, он понял: это та женщина, которую определил ему Бог. Это не было лю­бовью с первого взгляда. Джеймса наполняла уверенность, присущая человеку, который абсолютно во всех жизненных вопросах советуется с Богом.
Семья не стала Джеймсу препятствием в служении Богу. Он по-прежнему трудился и часто уезжал из дому.
Однажды он писал своей матери из особенно продол­жительной поездки:
"Мне так хочется увидеть своих маленьких дочерей, хотя бы всего на десять минут! Быть в такой долгой разлуке с ними — это настоящее отречение. Они уже ни­когда не будут такими, какие есть именно сейчас. Мне хочется, чтобы они вложили свои маленькие ручки в мою руку, хочется слышать их веселый лепет".
Возвращение Джеймса домой всегда было большим праздником для всей семьи. Не меньше торжества было и на главной миссионерской станции в области, где прожи­вали лису, когда жена Фразера приезжала туда на лето с обеими дочерями. Домик, в котором они жили, распола­гался в центре качинского селения. Здесь Джеймс Фразер в большой семье горного племени, вместе с женой и до­черями отметил свое пятидесятилетие. Пережитое с Богом одиночество принесло прекрасный, богатый плод — жизнь с избытком.
Жизненный труд Джеймса Фразера увенчал перевод Нового Завета на язык лису. Он разделил радость с тыся­чами лису, годами ожидающими выхода в свет Евангелия на их языке. Сотрудники приготовили книгу к печати, и Джеймс с увлечением принялся за проверку сделанной работы.
"Наша жизнь очень обогатилась, когда он приехал и сотрудничал с нами", — писал один лису кому-то из друзей.
Джеймс был начитан, беседа с ним всегда доставляла удовольствие. А какие звуки извлекала его искусная игра из жалкой гармони! Как только он начинал играть, лису восторженно теснились вокруг, наслаждаясь музыкой.
Производила впечатление его самодисциплина во всех вопросах жизни. Он не только хотел ради Христа отка­заться от всего, что препятствовало безоговорочному сле­дованию за Ним, но и делал это, в то же время оставаясь естественным и практичным.
Служебная и душепопечительская корреспонденция Джей­мса была очень обширна. Иногда он ночи напролет сидел над письмами. А днем занимался переводом. Как только приходила почта, Джеймс вкладывал полученные письма в новые конверты и клал на письменный стол для ответа ночью.
Джеймс никогда не укорачивал личное общение с Богом или утреннюю молитву с домашней церковью. Его пропове­ди всегда были свежими. Он охотно делился тем, что от­крывал ему Бог.
Более всего Джеймса объединила с местными жителями работа над переводом Нового Завета на диалект лису. Сам Фразер писал тогда своей матери: "Что за увлекательная работа! Как я люблю работать над переводом Библии и преподавать библейские предметы!"
Джеймс Фразер последнее время жил с семьей в Паушане. Когда он был молодым миссионером, его первая поездка состоялась именно в этот город. Спустя годы мис­сионерский пункт здесь стал центром оживленной работы. С утра и до вечера сюда приходили люди с самыми раз­ными просьбами. Джеймс Фразер и его жена всегда были готовы их принять.
Для уединенного общения с Богом Джеймс выбрал не­большую чердачную комнату. Обычно в начале дня он шел туда, чтобы услышать своего Господа и поговорить с Ним.
Никто не думал, что служение Джеймса Фразера так скоро прекратится. Господь отозвал его к Себе через не­продолжительную тропическую болезнь в возрасте 52 лет. Христиане лису проявили большую заботу по уходу за больным миссионером. На похоронах они несли его гроб, отдавая последний долг. Гимны, проповеди и молитвы зву­чали на языке лису.
А жизнь не остановилась. Господь звал людей, и они откликались и шли в более далекие селения лису. Люди там услышали о новой жизни под господством Христа и хотели знать, что говорит об этом Евангелие. Несколько христиан лису с целью благовестия пробрались через пе­ревал, покрытый льдом и снегом. Когда они возвраща­лись домой, жители дальних селений стали просить, чтобы кто-то из евангелистов и учителей остался у них и продол­жал наставлять в вере. Жертвенные христиане откликну­лись и на эту просьбу — молодая чета миссионеров, шесть помощников и молодая женщина лису отправились в опас­ное путешествие.
"Моя жизнь принадлежит Иисусу Христу. Я всем серд­цем хочу участвовать в деле Божьем",— говорила христи­анка из народа лису.
Неопытные, незащищенные от жизненных трудностей христиане отвечали на Божий зов, желая быть свидетеля­ми надежды в безнадежном мире. Единственное и проч­ное основание такой надежды есть Иисус Христос.